Звериное откровение
Сцена: Звериное откровение
Ее огромные глаза были прикованы к нему. В них не было и тени страха — лишь та самая всепонимающая глубина, которая заставляла его обнажать душу, выворачивать наизнанку самое гнилое и порочное, что в нем было.
РЕЙМ
(Его голос низкий, срывающийся, словно рычание загнанного зверя)
Ты смотришь... и видишь. Видишь ту тварь, что прячется под кожей. Я — не человек, Сериз. Я — животное. Порочное, алчущее, жаждущее власти... и одновременно жаждущее цепи.
Он прижимал ее сильнее, почти грубо, как будто пытался впитать ее в себя, чтобы ее сущность подавила его демонов.
РЕЙМ
Только твои руки... эти хрупкие, нежные руки... могут надеть на меня намордник. Только твой взгляд способен остановить кровавую ярость, что кипит во мне. Ты — мой укротитель. Мое спасение и моя погибель в одном лице.
Он говорил, изливая всю свою грязь, все свои самые темные мысли, веря, что ее чистота сможет их переварить, не отравляясь.
РЕЙМ
Я хочу владеть тобой так, чтобы от нас двоих не осталось ничего, кроме одного существа. Я хочу дышать твоим воздухом, чувствовать твой пульс как свой собственный. Я хочу быть темным пятном на твоей душе, и одновременно — щитом, что эту душу защищает.
Его пальцы вцепились в ткань ее платья, его дыхание стало прерывистым.
РЕЙМ
Ты думаешь, это гипербола? Поэзия безумца? Нет. Это диагноз. Я — болезнь, а ты — единственное противоядие. Без тебя я превращусь в монстра, который сожрет этот мир. С тобой... с тобой я всего лишь пес, который лежит у твоих ног и молит о взгляде. О прикосновении. О праве дышать одним с тобой воздухом.
Он замолк, прижавшись лбом к ее лбу, закрыв глаза, полностью обнаженный перед ней. В этом признании не было ни романтики, ни красоты. Была лишь голая, уродливая, шокирующая правда о нем — и о той спасительной силе, которую он нашел в ней. И он ждал. Ждал ее приговора.