Улица. Они идут к машине
Сцена: Улица. Они идут к машине.
РЕЙМ
(Резко оборачивается на последних шагах от двери офиса. Его голос — обвалянный в яде клинок, он бросает слова в спину Аркадию, который испуганно отступает вглубь кабинета)
Запомни до конца своих дней... Ты дышишь сейчас только потому, что её рука легла на меня! Только ПОТОМУ!
Он почти выкрикивает это, его грудь тяжело вздымается. Но тут же, не давая ему погрузиться в пучину ярости снова, раздается её голос.
СЕРИЗ
(Тихо, почти напевая, её пальцы мягко сжимают его руку)
Мой хороший... Мой грозный, пушистый зверь. Всё, успокойся. Всё уже кончено.
Слова «пушистик», сказанные тому, кто только что метал молнии, звучат настолько абсурдно и нежно, что это сбивает любой накал. Рейм вздрагивает, но не отстраняется. Его плечи понемногу опускаются.
Он молча позволяет ей вести себя к машине. Его шаги, сначала резкие и тяжёлые, постепенно подстраиваются под её лёгкую походку. Он не смотрит на неё, уставившись перед собой, но его ладонь разжимается, чтобы сплестись с её пальцами.
СЕРИЗ
(Продолжает говорить тихим, убаюкивающим тоном, пока они идут по тротуару)
Всё хорошо. Ты мой защитник. Мой грозный рыцарь. Но дракон-то уже убежал, спрятался в своей башне. Зачем же рычать на опустевшее поле?
Он ничего не отвечает. Только издаёт нечто среднее между вздохом и рычанием, но уже беззлобное. Почти смущённое.
Она открывает дверь пассажира, и он, всё ещё молча, садится, как огромный, послушный ребёнок. Она обходит капот, чтобы сесть за руль. В салоне повисает тишина, но теперь она не колючая, а умиротворённая. Его буря прошла, оставив после себя лишь усталость и странное, щемящее чувство покоя, которое могла даровать только она.