Часть 26
POV Алексия.
Всю дорогу домой, я смотрела в окно, до сих пор ничего не сказав маме, хотя она пыталась хоть как-то завести разговор.
— Завтра твой День Рожденья.
— Я знаю, — выдохнула я.
— Я думаю, что можно сходить куда-нибудь.
— Что? — посмотрела я на мать, неуверенная, что это она сказала, а не кто-то другой.
— Мы не праздновали с тобой День Рожденья очень давно, лет с пяти, потому что потом ты либо сидела дома, либо уходила с друзьями.
— Как будто все это время вы хотели провести этот день со мной.
— Во всяком случае, — она прикрыла свои глаза, вздыхая, — завтра ты хочешь сходить в кафе?
— И поесть мороженного?
— Лекси, я знаю, что тебе не пять лет. Мы просто сходим на ужин.
— А потом все вернется в свое русло?
— Да.
— Я буду сидеть дома, изредка выходя на улицу?
— Ты знаешь почему сейчас такие правила, — посмотрела она на меня.
— Знаю. Я согласна на ужин, — сказала я, снова отворачиваясь к окну.
POV Гарри.
Продолжая крушить все на своем пути, я думал, что никогда не остановлюсь, пока мои колени не подкосились, и я не упал на пол, обхватывая себя руками. Я чувствовал слезы на своих щеках, но при этом ничего не чувствовал, мне казалось, что я наблюдаю за всем со стороны, потому что я не узнавал себя. Я просто лежу на полу, смотря в потолок, пока Зоуи стоит у стены, прижавшись к ней, потому что боится меня.
— Ты псих, ты знаешь это? — учащенно дыша, она пальцами исследовала свою шею.
— Убирайся.
— Ты не знал, что она не потеряла ребенка? — продолжала девушка свои расспросы.
— Моя мать сказала мне о том, что Лекси потеряла нашего ребенка, а потом я просто отключился. Очнулся в этой квартире, после чего мама навещала меня, забрав телефон, чтобы я не сорвался.
— Не сорвался?
— Она знала, что я захочу увидеть Лекси, поэтому лишила меня всего, что может приблизить меня к ней. Телефон, ключи от квартиры, ключи от машины, у меня даже денег не было. Жаль, что она не знала, что в этой квартире я оставлял всю выпивку, мы иногда тусовались здесь с Зейном, он любит выпить.
— Ты пил один? Сколько ты вообще выпил за этот месяц?
Оглядевшись, я насчитал где-то 20 бутылок, взгляд Зоуи изучил мою квартиру, и она сама узнала ответ на свой вопрос.
— Ты чертов пьяница! Твоя мать не видела тебя в таком состоянии?
— Она боится меня. Она знает, что бывает со мной, когда я выпью, поэтому не трогает. Последний раз когда я пил, я чуть не задушил ее, потому что принял за отца.
— За что, — ее губы трепетали, пока она пыталась поймать воздух ртом, после моего рассказа, — ты хотел задушить своего отца?
— Видишь это? — я поднял руки вверх, ладонями к брюнетке, чтобы она смогла хорошо все увидеть. — Все эти шрамы, — я пошевелил рукой, демонстрируя их, — оставил мой отец, когда он избивал меня бутылкой, — я принял сидячие положение, приподнимая край футболки, после коснулся желтого участка кожи. — Это раньше было огромным синяком, как видишь, он еще заживает, — отпустив края, я слегка опустил вырез футболки, чтобы было видно мои ключицы. — Пара глубоких царапин проходит, думаю, что будут шрамы, — поджал я губы, после громко фыркая, лениво поднимая голову на Зоуи, глаза которой расширились от того, что я ей рассказал. — Как это глупо, об этом знал лишь я, моя семья и Зейн, даже Лек-с не знает, а ты знаешь. Уходи.
— Т-ты обращался в полицию? — медленно подходила она ко мне, а после присела на корточки, аккуратно осматривая меня, даже хотела коснуться, но побоялась.
— Если я расскажу копам, то его посадят, это будет скандал, при котором моя семья потеряет все имущество. Мама и сестра боятся его и его связей, поэтому запрещают мне, да и я не трус, сам разберусь, — моя язык заплетался, кажется, я слишком много выпил.
— Думаю, что тебе надо прилечь, — взяла она меня за руку, но я отмахнулся.
— Уходи, мне не нужна твоя помощь.
— Я здесь ради Лекси, а не ради тебя, Гарри.
— Она не захочет видеть меня, не после всего этого.
— Знаешь, — голубоглазая коснулась моей щеки, заставляя посмотреть на нее, — она хочет, чтобы ты был рядом с ней. Ты дал ей обещание, что будешь рядом, ты должен выполнить это обещание.
— Я не могу вернуться просто так, — помотал я головой. — Весь этот месяц я жил с мыслью, что все кончено. Я не могу заново заставить себя поверить в то, что все в порядке.
— Ничего и не было в порядке. Ваши проблемы еще только начинаются.
— Они никогда не закончатся, — сглотнул я.
— Ты хочешь продолжать прятаться здесь?
— Я не прячусь! — сквозь зубы сказал я. — Гребанный месяц я думал, что она ненавидит меня за то, что мой отец сделал с ней, с нашим ребенком. Я за этот месяц возненавидел себя сильней за то, что не смог защитить их! Я не могу просто так встать на ноги, а потом вновь поверить в то, что мне хватит сил защитить Лекси и нашего ребенка. Я не могу! Я уже облажался!
— Ты сможешь встать на ноги и защитить их, — шептала Зоуи, руками обхватывая мою шею, прижимая к себе. — Я все это разрушила, я должна помочь снова все восстановить.
POV Алексия.
Видимо, ночь и половина дня, когда ты осознаешь, что тебе уже 17 является худшей частью жизни, особенно когда ты беременна от парня, который сбежал. Моя мать даже поздравила меня с Днем Рожденья, а Том натянуто улыбнулся, когда они везли меня в кафе, что-то обсуждая между собой, пока я сидела на заднем сидении машины.
— Можно мне шоколадное мороженое? — щебетала я, после мой брат, Том, закатил глаза, играя в приставку.
— Лекси, сегодня твой День Рожденья, сегодня я разрешаю тебе даже два шоколадных мороженных, — мой отец улыбнулся, подмигивая, а потом снова перевел взгляд на дорогу.
— Нет, ты можешь заболеть, милая. Сегодня можно только одно мороженное, — сказала моя мама, подкрашивая губы красной помадой.
— Ну, мамаааа, — я заскулила, после чего услышала смешок.
— Малявкам нельзя столько мороженного, — ехидно сказал Том, забирая у меня из рук моего Лиама. — Смотри, тебе даже мишку купили, глупая ты малявка.
— Отдай, — я полезла за своим мишкой, пиная брата, который стал кричать от боли.
— Господи, — мать откинулась на сидение, вздыхая. — Успокойтесь, вы, оба! Лекси, отстань от брата, Том, отдай ей этого медведя!
— Мама, Лекси хочет убить меня! — жаловался брат, когда я схватила его за волосы.
— Ты забрал Лиама. Он только мой! — кричала я в ответ, вырывая мишку из рук брата. Я упала на свое место в машине, держась за лапу медведя, понимая, что из-за Тома рука мишки начала рваться в области плеча, там уже торчал пух. — Мамаааа, он порвал Лиама! — начала плакать я.
— Она вырвала мои волосы, — начал плакать и Том, чтобы ему не досталось.
— Успокойтесь! — мама убрала свою косметичку. — Я устала на работе, а сейчас тащусь в это долбанное кафе, когда могла сидеть дома и отдыхать. Будьте благодарны за то, что нам с отцом хватает на вас времени! Когда мы с вами, мы не хотим слушать ваши глупые споры, потому что мы хотим отдохнуть, а не разнимать вас, — раздраженно говорила она. — А теперь: Лекси, оставь своего медведя в машине, я завтра пришью ему лапу, Том, поправь свои волосы, они выглядят ужасно. Будете вести себя прилично, то я закажу вам сотню порций мороженного, только заткнитесь, пожалуйста, — закончила она, вскидывая руками.
Мы с Томом притихли, потому что всегда боялись, когда мама ругается. Я прижала Лиама ближе к себе, а брат убрал приставку и смотрел в окно.
— Это было слишком, тебе не кажется? — тихо спросил отец, одну руку опуская на ладонь матери, но она отказалась от этого жеста, беря в руки сумочку, став что-то искать там.
— Не строй из себя идеального мужа, Феликс, — она огрызнулась, доставая таблетки. — Я работаю и сижу с твоими детьми, когда ты делаешь вид, что работаешь.
— Я же сказал, что дела скоро пойдут в гору.
— Конечно, — с сарказмом произнесла она, запивая таблетки, — я слышу это уже много лет.
— Я пойду на все ради своих детей, Роуз.
— А ради меня, м?
— Ты знаешь.
— Я знаю, что ты не любишь меня, ты даже не скрываешь этого. Но будь добр, стань хорошим актером, чтобы окружающие поверили в то, что мы идеальная семья, — открыла она дверь машины, когда отец остановил машину у кафе, выходя из нее.
— Пап, — я вылезла вперед, касаясь его ладони, — я люблю тебя.
— А я тебя, — он устало улыбнулся, смахивая мою челку с моего лба. — Давай, пора праздновать твой День Рожденья, детка.
Зайдя в кафе, я сразу же хотела убраться отсюда, прячась за братом, потому что увидела моих знакомых из школы. За первым столиком сидела компания, состоящая из Зоуи, Ками, ее парня и пару других парней, которые играют в футбол в нашей школе. Как только моя бывшая лучшая подруга увидела меня, то опустила голову, продолжая пить свой коктейль, когда блондинка встала из-за стола, приветствуя меня. Святое дерьмо, ненавижу этот день!
— Малышка, с Днем Рожденья, — Ками обняла меня, пока моя семья садилась за один из столиков. — Куда ты пропала? Я так скучала по тебе, но ты игнорировала меня! — надула она свои губы, которые были накрашены противным персиковым блеском.
— Я была занята поступлением в Швецию, — начала врать я.
— Подожди, — она нахмурилась, — мне сказали, что ты поступаешь в Швейцарию.
— Ох, — я закусила нижнюю губу, понимая, что оплашалась. — Швеция, Швейцария, какая разница?
Господи, пускай она поверит в это.
— Оу, да, никакой разницы, — отмахнулась Ками, глупо хихикая.
Аллилуйя!
— Так ты когда уезжаешь?
— Скоро.
— Мы просто отмечаем последние дни каникул, — кивнула она в сторону своего столика, — присоединишься?
— Нет, спасибо, я сегодня с семьей.
— Жаль, — выпучила она нижнюю губу. — Что ж, я буду скучать по тебе, красотка, — вновь обняла она меня.
— Ага, я тоже, — неохотно обняла я ее.
Держа отца за руку, я зашла в кафе, видя наш столик, потому что там стоял торт, на котором было написано мое имя. Засмеявшись, папа взял меня на руки, поздравляя с Днем Рожденья, и понес меня к столику, я поцеловала его в щечку, после запищала от радости. Моя мать и Том шли за нами, а когда я вытянула шею, то увидела, что сбоку от нас сидят наши соседи. Дакота сидела рядом с мужем, а напротив них Гарри и Кетрин, они о чем-то болтали. Я всегда завидовала этой семье, потому что много раз видела как они возвращались домой все вместе от гостей, уезжали на пикники, а Дни Рожденья у них всегда были самыми лучшими.
— Загадай желание, детка, — сказал мне папа, когда он поставил меня перед тортом, а мама была готова запечатлеть этот момент. Все смотрели на меня, даже посетители кафе, но самым важным для меня был взгляд Гарри. Он поправил свои кудрявые волосы, после чего посмотрел на меня, широко улыбаясь, и, подняв палец вверх, что-то сказал мне, но я не могла услышать его.
— Хочу, чтобы ты был всегда рядом со мной, Гарри, — закрыв глаза, загадала я, после чего задула свечи.
Поедая торт, я заметила, что моя мама была напряжена, как и отец, когда они смотрели на столик семьи Стайлс, бросая им гневные взгляды.
— Успокойся, в это кафе ходим не только мы одни, Роуз, — не привлекая внимания, говорил отец маме.
— Из сотни забегаловок эта семья выбрала именно это кафе, именно в этот день, ты понимаешь, что говоришь, Феликс?! Они преследуют нас!
— Они живут через дорогу от нас, мы соседи. Это не же не преследование.
— Если бы ты не потратил все наши деньги на этот дерьмовый дом, который никто кроме нас не захотел покупать, то мы могли бы давним давно съехать! — шипела она от злости.
— Ты сама выбрала этот район. Тут хорошо нашим детям, школа и больница рядом, моя работа недалеко, а ты собираешься все бросить ради них.
— Не ради «них», а чтобы не видеть эту рыжую бестию.
— Она ничего нам не сделала, чтобы ненавидеть ее.
— Я ненавижу ее, понятно, — рявкнула мама, вставая со стула, кидая салфетку в отца, быстро уходя в туалет.
Я посмотрела на Дакоту, которая наблюдала за всем этим разговором, после чего она встала, извиняясь перед мужем, и последовала за моей матерью. Никто ничего не подозревал, кроме меня, поэтому я тоже направилась в туалет, дверь за Дакотой не успела закрыться, поэтому я быстро проскользнула в белую комнату, прячась за одной из кабинок. Мне было все прекрасно видно сквозь маленькую щель.
Мама увидела рыжую женщину в зеркале, но даже не повернулась к ней лицом, ногтями цепляясь за раковину.
— Чего тебе надо?
— Я хочу поговорить с тобой, Роуз, — скрестив руки, спокойно произнесла Дакота.
— Я не хочу с тобой разговаривать.
— Но нам это нужно, — покачала головой миссис Стайлс. — Наша дружба...
— Не было никакой дружбы!
— Ты была моей лучшей подругой! — слегка повысила голос рыжая, но она была всего лишь мышкой перед моей матерью.
— Нет, — мать повернулась к ней лицом. — Ты всегда ненавидела меня, использовала! О, наша прекрасная Дакота и ее подруга, имя которой никто не помнит, потому что она невидимка. Ты всегда была лучше, держала меня при себе, чтобы лишний раз доказать это всем!
— Это не так, ты знаешь это.
— Нет, это так.
— Ты всегда понимала меня, я не знаю, что изменилось между нами, когда ты... — Дакота запнулась, поджимая свои тонкие губы.
— Переспала с твоей любовью всей жизни? — закатила глаза мама.
— Я любила его, — отвернулась рыжая, будто ей только что дали пощечину.
— Ох, видимо, он не так сильно любил тебя, — сложила руки на груди брюнетка.
— Я знаю, что он тоже любил меня, а тебя он не любит.
— Думаешь, что я не знаю этого, м? У меня есть человек, который любит меня, но вместо того, чтобы быть с ним, я сейчас торчу здесь, празднуя День Рожденья моей дочери!
— Так ты не любишь Феликса? — растерянно спросила Дакота.
— Кто может любить такой кусок дерьма? — она усмехнулась.
Я не понимала про что они говорят, но момент, когда миссис Стайлс подошла к моей матери и дала ей пощечину запомнился, тогда я поняла, что она почему-то защищает моего отца.
Поправив свою розовую юбку, женщина гордо подняла голову, говоря моей матери:
— Не смей разрушать то, о чем мечтала я иметь с Феликсом, грязная шлюха. Я люблю его и никогда не дам тебе уничтожить его, — ее грозный тон резко перешел в дружелюбный. — Ох, еще поздравь от меня свою дочь. Она не такой кусок дерьма, как ты.
Вскоре я оказалась на улице, пытаясь понять о чем они говорили, но я слишком мала, чтобы понять хоть что-то, поэтому мне осталось лишь сидеть на лавочке, пока никто не заметит моего отсутствия. Я дрыгала ногами, пока не увидела перед собой Гарри, который глупо улыбаясь протягивал мне букет ромашек.
— Я не знал, что сегодня у тебя День Рожденья, — демонстрировал он мне свою беззубую ухмылку, когда я приняла его букет, — поэтому я нарвал их тебе. С Днем Рожденья!
— Спасибо, — покраснев, я прижала букет к груди, из-под ресниц смотря на парня. — Что-то еще?
— Поцелуй?
— Поцелуй?
— Взрослые всегда целуются или обнимаются, когда поздравляют друг друга, — пожал он плечами.
— Ладно.
Гарри обнял меня, губами приближаясь к моей щеке, но тут из кафе вышел отец, который был в шоке от всей этой картины.
— Хей! — он подбежал к нам, хватая Гарри за руку, оттягивая его от меня. — Не смей больше трогать ее!
— Я всего лишь поздравил ее с Днем Рожденья!
— Ты не имеешь права делать этого, — отец забрал у меня из рук букет, теребя его. — Можешь даже не думать, что я позволю тебе еще раз приблизиться к моей дочери, я защищу ее от таких, как ты! — кричал он на Гарри, после чего кинул букет на дорогу, который вскоре переехала машина. — Уходи!
— Вы ничего не понимаете! — Гарри отмахнулся, хватаясь за синяк, который оставил мой отец. Мои глаза расширились, когда я заметила еще множество больших синяков, а так же царапин, как и шрамов. Это выглядело ужасно.
Когда Стайлс скрылся в кафе, то отец опустился передо мной на колени, вытирая мои слезы.
— Я не позволю ему испортить твою жизнь, Лекси. Ты и твой брат все для меня.
— Откуда тебе знать, что он может испортить мне жизнь? Он всего лишь поздравил меня с Днем Рожденья!
— Это один из шагов к тому, чтобы разрушить тебя.
— Нет, — я качала головой, плача, пальцами сжимая одну ромашку, которую смогла удержать.
— Ты еще слишком мала, Лекси, — отец убрал мою челку, — но ты должна знать, что любовь — это один из шагов к разрушению.
Прокручивая слова отца в голове, я сидела на ступеньках дома, пока мама и Том готовились ко сну, давая мне эти десять минут свободы. Пальцами крутя ромашку, которую я сорвала рядом с кафе, я в миллионный раз подняла свои глаза на дом напротив, надеясь, что сегодня именно тот день, когда Гарри вернется. Но чудо не происходило. Подняв глаза на звездное небо, я вновь загадала то, что загадывала на свой пятый День Рожденья.
— Хочу, чтобы ты был всегда рядом со мной, Гарри.
После нескольких секунд, я открыла свои глаза, потому что звук подъезжающей машины не дал мне провести этот время в тишине. Свет от фар ослепил меня, но я все же смогла увидеть выходящего из машины Гарри.