Моя беременная малышка.

POV Алексия.

Дыхание перехватило, как только я увидела его изумрудные глаза, которые встретились с моими голубыми. Но Гарри сделал вид, что не заметил меня, ставя машину на сигнализацию, и, сжимая в руках портфель с вещами направился в дом родителей. Я встала со ступенек, пальцами разламывая эту несчастную ромашку, которая ни в чем ни виновата.

Нет. Она виновата. Она виновата в том, что росла в том кафе, где Гарри Стайлс поздравил меня с Днем Рожденья. Она виновата в том, что была последней вещью, за которую я цеплялась, которая дарила мне надежду на будущее с Гарри.

Встав со ступенек, я медленно пошла за парнем, не вызывая никаких подозрений, потому что все наши соседи, как и родители, легли спать, свет в домах не горит.

— Как ты смеешь? — первое, что спросила я, стоя за спиной брюнета, который остановился прямо у лестницы. — Я повторю, ладно. Как. Ты. Смеешь? Как ты смеешь исчезать на месяц, а теперь появиться просто так, делая вид, что не знаешь меня, Гарри Стайлс?! — когда я закричала, то мой голос сорвался, но это не остановило меня, я была готова кричать и дальше, если бы он не обернулся.

Лицо Гарри было поникшим, его щеки впали, под глазами были мешки, а кожа была такой бледной, бледней луны, которая освещала сейчас нашу улицу.

— Что с тобой случилось? — тихо спросила я, находясь в ужасе. Я приблизилась к парню, чтобы коснуться его, но он отверг меня, делая шаг назад, качая головой. — Гарри?

— Держись от меня подальше.

— Что?

— Единственный способ спасти тебя и ребенка — держаться подальше от меня и моей семьи, Алексия, — говорил он твердо, бесчувственно смотря на меня.

— Ты издеваешься?

— Нет.

— Нет, ты издеваешься надо мной, мать твою! — я сжала кулаки от злости. — Я ждала тебя месяц, Гарри! Гребанный месяц я твердила себе, что ты вернешься, что все будет хорошо! А ты приезжаешь и говоришь, чтобы я держалась от тебя подальше! — взмахнула я руками.

— Не кричи, — устало проворчал он.

— Да ты... — я не могла найти подходящего слова, чтобы описать этого парня, — ты предатель!

— Я не предавал тебя.

— Нет, ты предал не меня, ты предал «нас», Гарри!

— «Нас» — не существует и никогда не существовало, Лекси, — сверкнул он своими черными глазами. — Была ты, был я, был наш ребенок, но «нас» никогда не существовало.

— Я даже плакать не собираюсь.

— Я не доводил тебя до слез.

— Нет, это все делают. Все люди только и хотят увидеть мои слезы, это приносит вам всем столько удовольствия!

— Мне это не приносит удовольствия! — повысил он голос, рыча.

— Я вижу, — хмыкнула я, обнимая себя руками. — Ты все разрушил, а потом бросил меня. Ты предал «НАС».

— Ты понятия не имеешь, что пережил я за это время.

— Еще скажи, что я должна пожалеть тебя.

— Если ты хочешь обсудить все это, то, пожалуйста, не здесь, — шептал он.

— О, теперь ты говоришь «пожалуйста»? Гарри Стайлс, что с тобой случилось? — начала играть я, подходя к нему, все же коснувшись его щеки. Зеленоглазый хотел отпрянуть, но сдался на секунду, поддаваясь моим ласкам. — Да что с тобой твориться?!

Да, честно, признаюсь, я хотела его ударить, но он схватил меня за кисть руки, сжимая ее. Приблизившись к моему уху, парень прошептал:

— Я люблю тебя, ты знаешь это, Лекси, — я попыталась вырваться, но он не дал мне этого сделать, прижимая ближе к себе. — Не смей думать, что я разлюбил тебя. Никогда, — он несет бред, он под кайфом, я уверена. — Просто иди домой.

— Нет, — зашипела я.

— Иди домой, иначе мне придется сделать тебе больно по-настоящему.

— Ты хоть понимаешь, что говоришь?

— Иди домой, завтра ты все узнаешь.

— Что узнаю?

— Ты скоро все узнаешь, малышка, — он едва коснулся пухлыми губами моей щеки, а после оттолкнул.

Я с шоком смотрела на Гарри, хотела уже снова закатить сцену, но увидев фигуру в окне замокла, понимая, что это его очередные игры.

— Поздравляю, Гарри, — я кивнула ему, показывая, что приняла эту игру, — между нами все кончено. О ребенке ты больше не услышишь. Никогда, — после чего я покинула участок его дома, из-за всех сил заставляя себя не оборачиваться.

* * *

Встав утром раньше всех, я выпустила кошку на улицу, вдыхая аромат свежескошенной травы. Сегодня суббота, поэтому много у кого выходной, люди будут заниматься своим домом, а не работой. На секунду посмотрев на дом напротив, я вспомнила те моменты, когда встала по утрам, чтобы увидеть Гарри и я могла видеть его без его же спросу. А сейчас я могу в любой момент попросить его встать у окна, чтобы позировать мне в любом виде, но не могу сделать этого по ряду причин. Вопрос: а принесло ли мне чего-то хорошего мое желание лишиться девственности?

Да, принесло много чего, кроме полуголого Гарри Стайлса в доме напротив.

Кажется, мои гормоны играют, что не вовремя.

Закрыв дверь, я пошла на кухню, по привычке сразу же выпивая свои витамины, думая, что следует приготовить завтрак. Достав нужные ингредиенты для омлета, я стала напивать себе под нос знакомую песню, при этом включая кофеварку.

Это было бы типичное утро для меня. Два месяца назад.

Послышались шаги сверху, я накладывала уже омлет на тарелки, видя, заходящего брата на кухню. Он потер свои глаза, хватая чашку, а после наливая себе кофе. Том был в майке, что было не похоже на него, он всегда носил что-то более теплое, даже летом, но сейчас его руки были открыты, я смогла разглядеть на них какие-то странные следы.

— Хей, доброе утро, — первая произнесла я.

— Ага, — кивнул он, садясь за стол, вскоре я поставила перед ним тарелку с завтраком. — Спасибо.

— Как у тебя дела? — я облокотилась на столешницу.

— Плохо.

— Вялость, желание спать, много есть или же наоборот?

— К чему ты клонишь? — он рыкнул, все же посмотрев на меня.

— Ты знаешь.

— Не понимаю тебя. Все беременные такие шизофренички?

— Том, я всего лишь беспокоюсь о тебе.

— Побеспокойся лучше о себе, моя беременная сестренка, — выгнул он бровь, кидая еду в мусорное ведро, а после поставил тарелку в раковину. Я обхватила лицо голубоглазого ладонями, разглядывая его глаза, но мое внимание больше привлек пирсинг в его правой брови.

— Ты с ума сошел?!

— Срань Господня, — Том закатил глаза, убирая мои руки от своего лица, — отъебсь, Лекси.

— Что?!

— Не веди себя, как мама. Ты ею никогда не станешь, — бросил он, уходя в свою комнату.

Иногда я забываю кто из нас старший брат, а кто младшая сестра.

POV Гарри.

Я причесал свои волосы назад, чтобы снова не выслушивать от своей матери, что мне пора подстричься. Спустившись на первый этаж, я сразу же учуял запах нашего семейного завтрака, поэтому, сделав вид, что ничего не произошло, сел за стол. Напротив меня сидела Кетрин, лицо которой было каменным, во главе стола отец, а вокруг нас бегала мама, расставляя каждому порцию еды.

— Доброе утро, — она поцеловала меня в лоб, убирая мои волосы назад. — Я сделала твои любимые блины.

— Доброе. Спасибо, мам, — я натянуто улыбнулся, после чего она села на свое место, разглядывая свою «работу».

— Всем приятного аппетита, — сказала она, беря в руки вилку, хотя все люди едят блины руками. Но она же леди.

Мы принялись есть, все было таким обыденным, будто ничего не произошло, я терпел всю эту игру, пока ел, но не продержался до конца, сжимая кулаки. Мать и сестра с опаской посмотрели на меня, а отец так и не отвлекся от своей газеты, но вскоре решил заговорить первым.

— Ты начала собирать свои вещи, Кетрин? — отец спросил, посмотрев на сестру.

— Да, — сглотнув, она ответила, с ненавистью смотря на еду.

— Тебе надо с чем-нибудь помочь? — мать вмешалась в их разговор.

— Нет, спасибо.

— Ты уезжаешь? — на этот раз вмешался я.

— Послезавтра мой самолет, Гарри.

— Что? Куда ты уезжаешь?

— В Париж, в университет где учился наш дедушка. На педиатра.

— Кетрин решила сменить свой профиль, но она все же будет врачом, прекрасно, не так ли? Мы нашли компромисс, — мама улыбалась, делая глоток из чашки с чаем. — Еще в университете есть программа для иностранцев, там знают нашу семью, все складывается наилучшим образом!

— Кетрин, — я тихо назвал ее имя, замечая, что в уголках ее глаз собираются слезы.

— Простите, — она встала из-за стола, быстро убегая из столовой.

— Почему я не знал, что она уезжает?!

— А что бы это дало, м? — отец посмотрел на меня. — С этими проблемами надо разбираться.

— С какими еще проблемами?!

— Семья Свон может в любой момент подать на тебя в суд, за связь с их дочерью, Гарри. Я должен уберечь хоть одного ребенка от стыда.

— Лучше бы уберег ее от самого себя! — встал я из-за стола, готовый побежать за Кетрин, но остановился, когда отец позвал меня по имени.

— Ты должен починить нашу старую машину, как обещал, пока я буду стричь газон.

— Нет.

— Сейчас, Гарри, пока у меня есть на это время. Заодно мы с тобой поговорим, как отец с сыном.

— Чудесно, я сделаю вам лимонад, — прощебетала мама, вставая из-за стола, добавив. — Газонокосилка в гараже, милый.

— Увидимся на улице, сын, — сверкнул мужчина своими зелеными глазами.

POV Алексия.

Я смотрела телевизор, когда отец спустился на кухню, обернувшись, я встретилась с его усталым взглядом.

— Доброе утро, пап.

Он проигнорировал меня, доставая из холодильника пиво, а после за несколько глотков осушил эту банку, делая вид, что готовит себе поесть.

— Есть омлет в сковородке, — я сказала, вставая с дивана, слегка задевая отца, когда накладывала ему поесть. — Приятного аппетита, — я попыталась улыбнуться, когда поставила ему тарелку на стол, за который он сидел, но с треском провалилась.

Он снова проигнорировал меня, даже тогда, когда я села на стул, наблюдая за тем, как он ест.

— Вкусно? — игнорирует. — Пап? — игнорирует. — Поговори со мной, пап. — Все равно игнорирует. — Пап, пожалуйста.

— Что ты хочешь от меня, Алексия? — сквозь зубы спросил он.

— Я хочу поговорить с тобой, — я хотела взять его за руку, но он отпрянул.

— Я не хочу разговаривать с тобой.

— А я хочу. Что изменилось?

— Не разговаривай со мной в таком тоне.

— Я спокойно разговариваю, — сжалась я на стуле.

— Нет, ты разговариваешь со мной с жалостью.

— Потому что ты не хочешь разговаривать со мной! Чем же я могу еще вызвать твое внимание?

— Разговаривая так, ты жалеешь меня, а не себя.

— Я-я...

— Я не смог справиться со своей задачей, — он встал из-за стола, смотря на меня сверху вниз, — но я могу все исправить за считанные секунды.

— Что ты хочешь сделать?

— Избавить нас от того, кто сделал это с тобой, — кивнул он на мой живот, идя к выходу. Я побежала за папой, видя, что он берет в руки бейсбольную биту Тома, она старая, он раньше увлекался бейсболом.

— Я не понимаю, — мой голос дрожал.

— Я предупреждал его, чтобы он не приближался к тебе, но он сделал это таким грязным способом, что теперь моя дочь беременна, — с ненавистью говорил он, смотря на меня своими опухшими глазами.

— Ты пьян, не надо ничего делать, пожалуйста!

— Мне все равно, Лекси! Я не смог защитить тебя, но сейчас я могу избавить нас от того, кто сделал это с тобой!

Открыв дверь дома, папа вышел на улицу, направляясь к дому Стайлсов, где на газоне работал Гордон, а под машиной лежал Гарри. Парень ничего не подозревал, как и его отец, который растерянно смотрел на моего папу, приближающегося к машине. Я остановилась на свежескошенной траве, боясь идти дальше, потому что не знала чего ожидать. Сначала папа ударил битой по капоту машины, из-за чего Гарри испугался, а после нанес удар по стеклам, подходя к домкрату. Я закричала, когда машина чуть не придавила Стайлса, потому что мой отец сжал в руках ручку домкрата, регулируя высоту.

— Я говорил тебе держаться от нее подальше! — стал кричать папа, глаза которого налились кровью.

— Какого черта?! — брюнет поднял руки, придерживая машину, чтобы она не раздавила его. — Вы не понимаете, что творите!

— Я предупреждал тебя, чтобы ты даже не смел смотреть на нее, парень!

— Я люблю ее.

— Этого мало, чтобы не разрушить ее жизнь!

— Вы понятия не имеете, что я сделал ради нее! — Гарри напрягся, его тело уже покрывал пот, я понимала, что в любую секунду машина может раздавить его.

— Отойди от моего сына, Феликс, — послышался голос Миссис Стайлс, после чего я услышала звук выстрела, который оглушил меня.