Свет Былой Любви

По приезде в «Астрею», девушка первой направилась в особняк. Кас ещё остался на улице, чтобы созвониться с полицейскими.

Войдя в гостиную, она увидела, что в ней собрались остальные парни. Микаэль как обычно стоял посреди комнаты и очевидно что-то говорил до того, как Одри увидела их.
Рафаил, Давид и он синхронно обернулись к оценщице. Потом их взгляды упали на маленький жёлтый комочек у неё в руках... Странно, что она ещё даже не попыталась улететь...

-Кассиэль сейчас придёт,-девушка сделала несколько шагов, останавливаясь в паре метрах от начальника.

-Хорошо. Присаживайся, Одри. Нам всем нужно поговорить,-кивнул Микаэль, сложив руки в своей манере.

«Отлично, что позвал. А то я бы снова пошла прыгать с окна.»

Кас тоже не заставил себя долго ждать. Вскоре вошёл в гостиную и молча прошёл к креслу, садясь рядом с Давидом.

Оценщица же оказалась рядом с Рафаилом, который приветственно кивнул ей, опустив взгляд на маленькую птичку в её руках. В его глазах причиталось сочувствие, но он ничего не сказал.

-Чтож, начнём с того, что у нас появилось два насущных задания. Первое - проверить координаты, которые мне удалось найти в документах. Второе - наведаться к администратору Малека,-спокойно заговорил начальник. Одри заметила, что скорее всего он намеренно скрыл то, что координаты взяты из книги Апокалипсиса. Ну а про администраторшу... Уныние - последний из оставшихся грехов. Если не считать саму Одри,-По координатам будет разумнее направиться завтра. Кассиэль, это будешь ты. Сомнус тоже вызвался помочь с этим. А к работнице нужно наведаться сейчас. Вам, Одри, Давид и Рафаил.

-И что нам с ней делать?-спросил юрист, хмыкнув.

-Постараться не спугнуть и распросить,-Микаэль чуть нахмурился. Кажется, за последние пару часов его настроение слегка изменилось. Он более напряжён и серьёзен, чем обычно,-В этом поможет Одри. Адрес вы знаете.

На этом коротенькое собрание окончилось. У девушки возникло ощущение, что оно такое короткое из-за того, что все уже давно знают всё, что нужно.

Рафаил предупредил, что выезжать будут через двадцать минут. А пока оценщица направилась к себе в комнату.

Закрыв за собой дверь, она поспешила к кровати. Остановитесь перед ней, аккуратно пересадила канарейку с рук на покрывало...

Птичка тихо чирикнула и прыгнула чуть в сторону.

-Подожди..,-Одри опустилась на колени, чтобы лучше видеть маленькое животное. Осторожно притянула её к себе и двумя пальцами взяла за одно крылышко, решив попробовать его приподнять. Но крыло оказалось... Слишком мягким. Канарейка громко запищала от попытки девушки что-то сделать.
Тогда-то она и поняла, что у бедняжки сломаны крылья.

Это просто ужасно. Вилено сломал то, что могло ей дать шанс на спасение.
Лишил возможности улететь и быть свободной... Грустно. И жалко.

-Прости,-оценщица убрала пальцы от крыльев. Ноготком погладила птичку по головке, отстраняясь от неё.

Тут послышался тихий стук в дверь.
Девушка сразу ответила на него. Обернувшись, увидела, что в комнату вошёл Микаэль.

Увидев Одри на коленях, он сначала чуть нахмурился. Подошёл ближе и только тогда увидел маленькую канарейку, в ответ смотрящую на него своими чёрными глазками.

-В агентстве пополнение?-начальник усмехнулся. Тоже опустился на колени рядом с девушкой. Та неосознанно прижалась плечом к его плечу, улыбнувшись.

-Ага, очень нужный сотрудник добавился,-посмеявшись, оценщица отвела взгляд от птицы, переместив его на Микаэля. Его серые глаза посветли, сбросив часть серьёзности и строгости,-Только вот у неё сломаны крылья. Ты... Можешь попробовать что-то сделать? Пожалуйста.

А мужчина и до этого смотрел на неё. Такая лучезарная. Как жаль, что с её чистой и сострадательной душой произошло и происходит столько плохого... И всё равно она, несмотря на то, что полчаса назад снова вспомнила о плохом, снова встретилась с одной из пешек Зверя не черствеет. Остаётся доброй и открытой.
И в этот момент сердце Архангела не могло вновь не дрогнуть... Он хотел бы защитить её от всего этого. Укрыть на каком-нибудь глухом острове до того момента, пока всё не уляжется. Но ей необходимо пройти эти испытания. Да и сама она вряд-ли решит остаться в стороне.

Начальник не сказал ни слова. Молча кивнул и протянул руку канарейке.
Птичка на удивление быстро и без страха подскочила к нему, прислоняясь к длинным аристократичным пальцам пушистой грудкой. Тогда из его ладони замерцал свет. Но он был тусклым. Не таким сильным, как когда он лечил Одри. Логично, что маленькому существу нужно меньше...

Уже через пару секунд сиение исчезло.
А исцелённое животное чирикнуло. Отпрыгнуть на край кровати, утопая в покрывале. А потом расправило крылья, почувствовав, что теперь с ними всё в порядке.

Взлететь канарейка ещё не решалась, но это уже была победа.

-Спасибо, Микаэль,-девушка улыбнулась, глядя на оживившуюся канарейку. Потом она перевела взгляд на мужчину, который тоже наблюдал за птичкой. Сейчас его губы тронула лёгкая и поистине тёплая улыбка. Вот бы почаще видеть его... Таким. И она верила, что ещё не раз увидит всю мощь Архангела, заключающуюся не только в его здравом холодном уме, огромных крыльях, кажется, бесконечной силе и красоте. А в... Любви к жизни?
Одри не могла рассуждать совершенно точно, ведь Микаэля она знает дай Бог на одну третью часть. Это, конечно, не мешает, но... Хочется знать о нём всё.

-Ты так недоверчиво смотришь,-послышался тихий смешок возле оценщицы. Только тогда она поняла, что слишком пристально всматривается в лицо начальника, пытаясь прочитать в нём ответы. Он развернулся, теперь находясь прямиком напротив девушки. Она тут же поймала его глаза. Усмехнулась. Может получится прочитать его мысли? Глупо. Пока Одри думала об этом, мужчина успел бы десять раз считать все её чувства, мысли. Смог бы осторожно посмотреть воспоминания... Смог бы всё!

-Ты так быстро меняешь маски,-без особых формулировок сказала девушка вздохнув. О, эта фраза звучала уже множество раз...,-Вот и пытаюсь угадать, где ты настоящий.

Ей давно хочется узнать, какой он на самом деле. Что находится в его душе, что он чувствует, о чём переживает и как справляется с этим?

Какой он если убрать сотни ограничений, стереть все правила и разрешить быть самим собой.

-За много лет покорности одной судьбе и службы небесам я и сам забыл,-на это Микаэль спокойно пожал плечами, отвечая с лёгкой иронией. Кажется, ему самому хотелось засмеяться с этого. Но сейчас неуместно,-Но будь уверена, что с тобой я всегда... Забываю о многом, что может сдерживать.

Хоть мужчина и не знал, как правильно подобрать здесь слова, он выбрал самую точную формулировку.
Действительно... С Одри начальник совершенно иной. Не такой, как в рабочей обстановке. Не такой, как на заданиях.
Но нельзя сказать о том, что он откладывает всё это на второй план. Груз ответственности продолжает давить на сильные плечи, но Архангел терпит это с неописуемой выносливостью.

Что имеет больший вес - долг или чувства?

-Я верю тебе. И искренне надеюсь, что у тебя не будет проблем из-за меня,-девушка кивнула, тоже включая серьёзность. Совершенно случайно она вывела его на такое весомое признание... Хотя насладиться этим до конца не могла. Знала, что смертные и бессмертные очевидно не могут быть вместе. Хоть одни подобие других, но... На это должна быть причина,-Если же появится их угроза, то будет лучше...

-Одри,-мягкий и настойчивый голос прервал её речь. Микаэль даже не хотел слышать продолжения той фразы,-Со мной ничего не будет. У Небес есть дела поважнее.

Логично. Оказывается, такое есть не только на Земле. Обычно народ не имеет значения для власти, как бы отлично не расписывали его значимость и важность. Да, права декламируются. Да, все говорят чиновники твердят, что люди - самая великая ценность страны, но это лишь пустой звук. На самом деле любой из этих "прекрасных ораторов" готов убивать и наступать на сотни, тысячи голов, чтобы остаться наверху.

-Значит, за отношения между бессмертным и смертным всё-таки предусмотрено наказание?-всё-таки вопрос, вызывающий любопытство, прозвучал из уст оценщицы. Она выгнута бровь, выжидая ответа.

-Никто из бессмертных на моём веку не испытывал каких-то чувств к смертным. Либо я об этом не знаю,-издалека начал мужчина, слегка нахмурившись, вспоминая,-Но лично нам, Астрейцам, Шепфа запретил сближаться с людьми.

-Но что-то пошло не по плану,-Одри тихо усмехнулась, не удержавшись. Что правда, то правда...

-Конечно,-а начальник улыбнулся в ответ на это, качнув головой,-За любую мысль в твою сторону, даже самую безобидную, я должен быть наказан. И если бы Отцу было бы не всё равно, то мне бы давно вырвали крылья и скинули в самую древнюю деревню, оставив гнить там в беспамятстве.

-Это так... Жестоко,-ехидная усмешка уступила место для непонимания вперемешку с удивлением. Лишить бессмертного всего просто из-за... Чувств? Желания узнать что-то о смертных? Интереса?
Значит, на Небесах и вправду всё не так хорошо, как представляется. Их держут на цепи, как псов. За любой малейший проступок можно потерять буквально всё,-Я частично понимаю, зачем Шепфа создал это... Но это так абсурдно.

-В начале мы думали, что это будет только к лучшему,-пожав плечами, мужчина моментально поймал взгляд девушки, гипнотизируя глубокими серыми глазами,-А потом пришло осознание, что нас хотят изолировать в этой глуши. Хотят, чтобы мы делали всё подпольно и тихо. Наш Бог считает, что сильно ошибся в том, какую часть вложил в вас, но несмотря на это питает к вам, смертным, бесконечную привязанность. Вас не исправить. А нас можно перевоспитать.

-Вас загнали в рамки, поставили условие и пригрозили за его невыполнение...,-оценщица вздохнула, продолжая мысль начальника. Сейчас ей показалось, что она прочитала его мысли,-Сделали так, чтобы ничего не мешало выполнению вашей миссии.

-Верно,-кивнув, Микаэль последующим молчанием закрыл эту тему.

«Он так рискует из-за меня... Все так рискуют из-за меня.»

Вновь в голове Одри возникла угнетающая мысль, похожая на паразита, вечно живущего где-то внутри и ждущего, пока его выпустят наружу. Признать честно, она уже устала от этого бесконечного чувства вины за любой шаг.
Пора думать в другом течении - всё, что не делается, всё к лучшему.

-Микаэль... А когда ты понял, что у тебя есть дар к целительству?-неожиданный вопрос сам по себе возник в голове, перекрывая поток не очень оптимистичных мыслей. Может он был немного некорректный. Оценщица же не знает, как у бессмертных появляются способности.

-Когда я был ребёнком, нашёл раненую птицу и искренне захотел ей помочь. Тогда я ещё не знал, что смогу исцелить её по-настоящему,-ответ был быстрым. Вот как, значит.

-Ого..,-
Удивление было искренним

Тут внимание привлекла чирикнувшая канарейка, которая прыгнула к самому краю кровати и... И взмахнула крыльями, немного неуклюже взлетая и тут же приземляясь на мягкое покрывало.

-Сейчас на улице холодно, я даже не знаю, что с ней делать..,-вздохнула девушка, выставив открытую ладонь и поманиа птичку к себе. Та не очень хотела, ведь теперь заинтересовалась изголовьем кровати, осторожно кюнув его и отскочив,-И я думаю, что она голодна.

-Не переживай на этот счёт. Будет жить в особняке, я найду, куда её поселить. Да и голодной она тоже не останется,-после этого начальник поднялся с колен, что скорее всего предзнаменовало конец разговора и то, что Одри пора на задание.
Микаэль подал ей руку, помогая встать. Теперь они оказались в метре друг от друга,-Кассиэль передал, что ты хочешь мне что-то рассказать.

—А, это..,—девушка немного растерялась, не ожидав, что коллега и вправду возьмёт и так подло сдаст её. Хотя есть ли смысл таить? Нет. Но по факту ничего значимого от их встречи с Малеком не произошло. Ну, если не считать очередную угрозу и попытку задушить. Только вот... Если бы он хотел, то он бы уже давно это сделал,—Я слышала Малека. Но рядом его определённо не было.

—Только слышала?—сначала не поняв смысла вопроса, оценщица сморгнула, приподняв брови. А когда до неё дошло, то Микаэль не спеша поднял свою ладнонь. Убрал её густые каштановые волосы с плеч, обнажив шею, после выводя по ней чуть прохладными пальцами небольшие линии. И Одри конечно догадалась, что там остались полосы от... Невидимых рук? Ей осталось лишь мотнуть головой, тихо вздохнув. Тогда мужчина также плавно опустил руку, перевёл взгляд на её глаза,—Играет с тобой... Но скоро это закончится. На твоём теле и на твоём разуме не останется его следов.

«Заменишь на свои?»—о, как же девушке хотелось сказать это вслух. Но что-то заставило её передумать и для пущей уверенности прикусить кончик языка, прежде чем всё-таки пролепетать,—Я знаю.

—Он не прикоснётся к тебе,—то, каким голосом Микаэль сказал это, вызвало мурашки, бегущие от плеч к лопаткам. Холодный и ровный тон излучал безукоризненную уверенность без капли какой-то суеты или злобы. Начальник утверждал то, в чём не сомневался, то, что было само собой,—Я не позволю.

Последнюю фразу мужчина сказал негромко. Сделал полшага вперёд, а после оставил лёгкий и сладкий поцелуй на губах Одри, закрепляя свои слова. Она же с готовностью подалась навстречу, признать честно, ожидая такого окончания разговора.
Девушка понимала, что ей становится всё сложнее не падать в омут его бескрайних глаз, не поддаваться дурману его фруктово-циорусового свежего запаха. Её сердце трепетало, силясь выскочить из груди, чтобы быть ещё ближе к нему.
А Микаэль понимал, что он не может не касаться её, не может не думать о бесконечном желании защитить её от всего.... Он принял это ещё давно. Ответственность.
Но теперь она смешалась с новым чувством, так легко обезоруживающим даже Архангела, прожившего столько много лет, повидавшего столько войн...
Любовь.

Невероятная минута показалась мгновеньем, расстаяв на таких желанных для него губах, потерявшись в притягательности желанных изгибов.
Но начальник ещё держал контроль, поэтому вскоре медленно отстранился, ловя чуть затуманенный взгляд оценщицы и встречая его с улыбкой.

—Мне пора,—вздохнула она, отведя глаза и слегка рассеянно коснувшись собственной щеки,—Рафаил и Давид уже заждались.

—Ничего страшного,—Микаэль поднял ладонь. С нежностью глядя в ярко-зелёные глаза поправил выбившуюся прядь волос Одри и оставил быстрый поцелуй на её лбу,—Но, думаю, что если я задержу тебя ещё хотя бы на две минуты, то Давид уедет, решив, что я возможно передумал насчёт своего решения и ты автоматически остаёшься здесь.

—Но ты же знаешь, что он не сделает так без твоего приказа,—хитро усмехнувшись, она сделала шаг назад. Да, определённо нужно держать дистанцию. Сейчас. А то так можно и окончательно кинуться в омут его пронзительного взгляда и утонуть там на вечер. На ночь... Навсегда раствориться в глазах, похожих на океан. Только будет в них штиль нежности или буря страсти - выбирать ей.

—Знаю,—когда он повернул голову в сторону, светлые длинные пряди заструились по плечам. Кажется, что в контрасте с чёрной рубашкой они засветились, а потом наклонился ближе к лицу оценщицы, почти прошептав,—Поэтому скорее беги, пока я не решился отдать этот приказ.

Бежать, конечно, не хотелось от такого заманчивого предложения. Но уйти всё-таки пришлось, наспех накинув на себя куртку, даже не застёгивая её, быстро стянуть волосы в хвост и поспешить в машину.

—Извините, что так долго,—закрыв за собой дверь авто,попросила прощения девушка, шумно выдохнув. Похоже, на улице уже мороз.

—Ты задержалась всего на пять минут, это ерунда—хмыкнул Давид, побарабанив пальцами по рулю. Снова он водитель,—Всё, тогда отправляемся.

Машина отъехала от территории особняка и поехала в направлении центра.

Глупо было спрашивать, едут ли они прямо домой к администраторше. Логично, что да. А адрес узнать, наверное, было не сложно.

В общем, пока всё идёт довольно-таки хорошо. Но загадывать рано, мало ли чем всё обернётся?

—Одри, тебе доводилось общаться с этой девушкой?—вдруг спросил Рафаил, обернувшись и посмотрев на оценщицу.

—Нет. У нас не состоялось ни одного полноценного разговора, если не считать краткие вопросы с моей стороны по поводу Синнера. Но началось всё с какого-то немого осуждения в мою сторону, когда она увидела меня в кабинете Малека. Он определённо ей нравится, но помимо обожания есть и какие-то другие нетипичные чувства с её стороны. Некий страх и, может, даже одержимость,—пожав плечами, Одри стала вспоминать их встречи. Косые взгляды администраторши на неё, какое-то желание соперничества, хотя с Малеком она виделась всего пару раз, да и ненадолго,—Я ни капли не сомневаюсь, что она очень сильно влюблена в профессора. А Синнер по щелчку пальцев может расположить к себе любого, кого захочет, хоть иногда и странными методами. Но это не главное. Важно то, что в администраторше зарождается ревность к тому, что он кокетничает с другими. И эта ревность переходит в уныние, когда она понимает, что не может ничего сделать.

—Браво, Одри!—дослушав её монолог, первым порадовался юрист, посмотрев в переднее зеркало,—Ты реально просто гений. Связала всё лучше следователя.

—Соглашусь с Давидом. Ты нам очень сильно помогаешь,—Рафаил серьёзно кивнул и развернулся обратно. Дальнейшая дорога до жилого квартала прошла в тишине.

Доехав до многоэтажек с горящими жёлтыми окнами и улицей, освещённых каскадом фонарей, Астрейцы решили оставить машину подальше и в темноте, чтобы особо не светиться. Разумно.

Потом все вышли из авто и вместе направились вперёд вдоль тротуара.

—Знаете, у меня какое-то плохое предчувствие..,—разрушив выстроившуюся тишину, тихо фыркнула девушка, оглядываясь по сторонам.

—К сожалению, у меня тоже,—Рафаил согласился, качнулся головой и нахмурился. Взгляд его стал каким-то отрешённым.

Давид промолчал. Видео, тоже чувствует что-то неладное.

К счастью, долго мучать себя догадками не пришлось. Стоило троице выйти на главную улицу, как они услышали жужжание голосов, крики и даже смех.

Поспешили вперёд...

И вскоре перед их глазами предстала удивительная картина - толпа людей собралась на площадке перед самой высокой многоэтажкой. Фонарики от телефонов и их светящиеся экраны озарили улицу сильнее, чем большие фонари.

Все о чём-то бурно говорили, направив взгляды и камеры вверх. Куда? Не понятно.

—Что тут, чёрт возьми, происходит?—юрист не церемонясь вторгся в толпу, пытаясь понять причину такого оживления.

—Позвоните в полицию или в скорую, хоть куда-нибудь!—в стороне истошно закричала женщина, прижавшая ребёнка, примерно лет десяти к себе и не давая ему смотреть на что-то неясное.

Оценщица же пыталась как-то рассмотреть хоть что-то.

—Смотри,—тут, аккуратно взяв её за плечи, Рафаил передвинул девушку. Без стробоскопа света можно было прекрасно рассмотреть... Фигуру, стоявшую на тонкой и шаткой перегородке балкона, очевидно предназначенной только для сушки вещей. На десятом этаже. И в этой фигуре Одри безошибочно узнала администратору. Только теперь её былая аккуратная причёска была растрёпана и волосы развевались по ветру.

Девчушка стояла неподвижно, будто статуя. Только дрожащие худые ноги, похожие на два колеблющихся светлых пятнышка были видны даже с Земли.

На миг всё затихло.

—Скоро на эту грязную землю ступит настоящий правитель! Ваши головы отлетят, словно пробки и украсят его алтарь. Такие жалкие, вы не достойны помилования, поэтому кара Величайшего упадёт на вас!—надорванный,но нежный голос прозвучал так громко, что показалось, будто бы администраторше говорит в рупор.

—Как и ожидалось..,—на лице ангела, всё ещё стоявшего рядом, отразилось искреннее недовольство, которое Одри видела впервые.

—Нужно что-то делать, она сейчас прыгнет!—открыв рот от удивления, оценщица неосознанно схватила Рафаила за рукав рубашки, чувствуя отрезвляющий холод,—Я побегу к ней, а ловите! Будет хорошо, если сможем расспросить её живой.

Рафаил не успели ни возразить, ни кивнуть. Девушка побежала к подъезду, проталкиваясь через толпу и вбегая на лестничный пролёт. Здесь Гомон людей был слышен ещё лучше
Наверное, все из этих квартир вышли на улицу, чтобы поглазеть на обезумевшую соседку, заснять вирусно видео... А так им совершенно наплевать на то, что она находится в шаге от того, чтобы сорваться вниз. Даже если по случайности.

Ноги быстро забились, отдавая болью и горечью, на лбу выступила испарина. Даже лифта нет! Но Одри упорно продвигалась на верхние этажи, хоть и уже медленнее. Пятый... Восьмой...
И последний рывок - десятый.

Оказавшись в нужном коридоре, усеянном дверьми с двух сторон, она направилась вдоль левой части, оттуда и выходили окна. Теперь нужна её квартира...

Тут оценщица решила не церемониться. Наспех открывала все двери. За счёт того, что квартиры небольшие, за нужной дверью она должна была увидеть распахнутый балкон и стоящую на перегородке администраторшу.

И она нашла. Быстро залетев внутрь, девушка опрометчиво кинулась к ней.

—Стой на месте, тварь! ,—но голос обезумевшей пригвоздил её к месту, став надрывным,—Из-за тебя я должна отдать свою жизнь. Но я рада, ведь это показывает мою преданность ему.

—Приди в себя! Не становись очередной глупой жертвой!—Одри затаила дыхание, почувствовав себя, словно в клетке. Страх... Он имеет власть только тогда, когда ему поддаются. А она не будет ему поддаваться. Отмахнувшись от этого наваждения, девушка стала осторожно продвигаться вперёд, видя перед собой приближающуюся спину администраторши.

—Тебе от об этом говорить? Именно из-за тебя все дохнут, как мухи,—её голос дрогнул, когда она развернулась на все сто восемьдесят градусов. На её глазах появились слёзы, а взгляд частично потерял осознанность,—Я не знаю многого, но определённо во всём виновата ты.

—Если бы я знала, в чём я виновата, я бы постаралась это исправить,—Одри понизила голос, неспеша выставив руки перед собой. Неужели эта девчушка так легко успокоится?—Я не хочу, чтобы из-за меня умирали.

—Всё ещё можно исправить...,—шёпот администраторши разнёсся по ветру... И в эту же секунду её глаза налились чем-то чёрным.

Громко и дико зарычав, она ловко шагнула с перегородки балкона на твёрдый пол , а после за один стремительный прыжок влетела в оценщицу, сбив её с ног.

Это было неожиданно.

Администраторша нависла над девушкой, вцепившись в её одежду, которая уже затрещала по швам от удивительной силы тоненьких пальцев. Её злобный оскал был похож на звериный, когда та наклонилась ближе, желая впиться в щеку Одри.

Она закричала, выставив руки перед собой и что было сил толкнув их в грудь обезумевшей. Хоть особого эффекта это не дало, девушка выиграла секунду, чтобы упереться в пол и, оттолкнувшись, отползти из ловушки рук той, кто теперь был перед ней.

—Какая прыткая-а-а, —девчушка захохотала, собираясь вновь подползти ближе, но оценщица не дала ей сделать этого, на адреналине оттолкнув её ногой. Тогда Одри вскочила и отшатнулась к стене, тяжело дыша и не сводя глаз с "собеседницы" , —Но ничего тебе сделать я не могу, иначе он никогда не простит меня.

—Одри!—с правой стороны раздался грохот. Это распахнулась и вновь закрылась дверь квартиры, когда внутрь влетел Давид. Недовольно дёрнув бровью, он медленно пошёл на администраторшу, которая громко рассмеялась. Вернулась к балкону. Вновь залезла на перегородку.

—Давид, лови её!—вскрикнула девушка, но не успела. Одержимая прыгнула. Ещё оставалась надежда на Рафаила, но... Послышался влажный и громкий хруст.

Когда оценщица и юрист заглянули вниз, то увидели сломанную шею, протянутую торчащей арматурой голову... И безмятежную улыбку на лице.

—Она - пустышка, Одри,—Давид отвернулся от этого зрелища первым, оттряхнув руки от пыли,—Теперь нужно убрать весь этот беспредел раньше, чем приедет полиция. Займитесь этим с Рафаилом, он сейчас придёт. А пока отдышись, всё хорошо.

Похлопал девушку по плечу, демон вскоре удалился из квартиры.

Оценщица решила не терять времени. Опустилась на колени перед ближайшими ящиками, желая обыскать их.
Квартира сама по себе пустая, создаёт ощущение, что она создавалась не для комфортной жизни, а для чего-то иного.
Бинго! Самая первая ячейка ящикам оказалась доверху набита какими-то вырезками, похожих на документы. Вторая - конвертами. А третья... В третьей была целая куча разных размеров костей. От бедренной какого-то крупного животного, до птичьего киля. Безумно странная находка.

—Одри, как ты?—за спиной бесшумно возник Рафаил. Наклонившись через плечо девушки, посмотрел, с чем она копается и вздохнул,—Очередная жертва принесена.

—Всё хорошо,—Одри ответила на автомате. Закрыла ячейку с костями и  переключилась на письма - это было первое, что заинтересовало её,—Из семи грехов, она - шестая. Остался последний.

—Чисто теоретически, его можно заменить любым человеком. И если... Малек захочет, то неприменно это сделает. Но он выжидает чего-то,—Он продолжил это тихо и больше как в виде утверждения для себя. А потом подсел рядом с девушкой, глядя на то, что она делает, но не мешая,—Помочь?

—Сейчас...,—тем временем оценщица распечатала первый не подписанный конверт. Вынудила оттуда коротенькое письмо.

«Малек, я готова вложить в ваши руки своё тело, душу и сердце, лишь бы уберечь этот шаткий мир, идти по правильному пути. Выбрать правильного Бога. Дайте мне надежду. Будьте моим наставником» - гласило оно. И, судя по тому, что оно находится в шкафчике у администраторши, можно подумать и сделать вывод, что до адресата письмо не дошло. Этому свидетельствует и факт того, что написала его Рут.

Оценщица почувствовала какую-то внутреннюю грусть. Возможно, её подруга просто сбилась с пути в поисках "истины". Она ведь всегда пыталась справиться со всем самой, молилась Богу, оставаясь верной своей вере...
И тут же последовал укол вины.
Если бы Одри уделяла ей больше внимания, чаще общалась и проводила с ней время, может так бы и не вышло? Может даже им обоим не пришлось быть в горящей деревне, а одной из них умирать от рук культистов.

Эффект бабочки. Даже взмах маленьких крылышек может координально изменить всё грядущее...

А может всё давно предрешено и где-то в небесах сидит тот, кто и прописал всю это историю, а теперь наблюдает и наслаждается своим творением.

—Посмотри сюда,—так как Одри слегка задумалась, она не заметила, как Рафаил, решив не сидеть сложа руки, стал рассматривать вырезки каких-то статей или документов.

О, чего там только не было. Начальным, что привлекло, был заголовок «В университете пропал профессор».

Конечно, странно, но пока отнести это к Синнеру сложно.

А дальше шла череда убийств. Италия, Франция, Норвегия, Швеция - довольно разнообразный набор. А ещё если учесть то, что года были совершенно разными и с большим отрывом... Тоже удивительно.

И понятно, что ничего не понятно.

—Думаю, это обязательно нужно показать Микаэль,—вздохнула девушка, раскладывая всё в аккуратные стопки.

—Как только здесь всё осмотрит полиция, то мы заберём это,—Рафаил кивнул, поддерживая мысль,—Давид договорится. А пока пойдём навыход.

Оба поднялись с пола и не оборачиваясь вышли из квартиры.
Тихо закрыли за собой дверь...

—Эй, вы...,—но тут оценщица услышала тихий шёпот, доносящийся совсем близко. Повернув голову в сторону, она увидела приоткрытую дверь соседней квартиры и выглядывпющего оттуда паренька,—Не бойтесь, ваш приятель сейчас тоже здесь. Заходите.

Ангел увидел колебания Одри, поэтому вошёл в очередную дверь первым. Она, соответственно, поспешила за ним, оказываясь в почти такой же, как и предыдущая, маленькой квартирке.

Первым делом девушка обратила внимание на предположительного хозяина. Невысокий рост, кудрявые и довольно длинные волосы, закрывающие уши, большие очки и длинный свитер. Примерно ему где-то в районе девятнадцати или двадцати одного, но не больше.

—Здравствуйте..,—оценщица поздоровалась, теперь переводя взгляд на обстановку квартирки. Такой бардак... Вещи раскиданы, на полу валяется какой-то мусор. А ещё здесь стоит какой-то неприятный запах. Откуда?

—Так, я мелочиться не буду, скажу сразу. Только что вы имели дело с настоящим монстром!—паренёк заговорил быстро, попутно поправляя очки. Как раз навстречу удивлённым коллегам вышел Давид с довольной улыбкой. Это значит, что какая-то польза Точно есть,—Та девушка - настоящее исчадье ада в юбке.

—Осмелюсь спросить, как вы догадались об этом?—Рафаил сложил руки на груди, вопросительно выгнув бровь. Нет, он конечно верит... Просто явно удивлён тому, что человек догадался до этого.

—Я давно за ней слежу. Три месяца и пять дней. С тех пор, как она заселилась в этом доме,—то, с какой невозмутимостью рассказал об этом новый собеседник, опровергло оценщицу в шок. Вот это энтузиазм... Значит, была цель,—Она служила настоящему злу.

—Какому?—выпалила Одри, ожидая ответов, чтобы понять, насколько этот парень вник в дело.

—Я собрал очень много улик. Заметил её необычность я с самого начала, но вела она себя нормально. Ходила по магазинам, готовила ужин, ложилась спать. Пока не устроилась на работу. В тот же день она стала убиваться по своему новому начальнику. Ревела по ночам, а на рассвете он звонил ей,—подняв глаза наверх, парнишка начал рассказывать, что ему известно.

—К сожалению, это очень примитивная информация. Об этом не сложно догадаться, да и она не поможет нигде,—качнул головой Рафаил, вздохнув. О, он недооценил знаний этого странного молодого человека.

—Примитивная? Хорошо, она мастурбировала на этого мужчину по понедельникам и средам, а по вторникам, четвергам и субботам отдавала предпочтение порно в жанре студентка и профессор, либо учитель и ученица с элементами БДСМ и даркфилии,—парень пожал плечами, опровергнув в шок ангела и Одри вместе с ним.
«Думаю, уточнять откуда эта информация - не стоит»
Давид же тихо усмехнулся. Похоже, он уже услышал это,—Слушайте дальше. Этот странный начальник давал ей совсем нетипичные задания: ходить по ночам на кладбище и приносить оттуда землю, перекачивать кровь с пушек животных, хранить их кости, читать какие-то мантры или заклинания. Она делала это со слезами на глазах, чтобы нравится ему. А этот профессор приказал ей убить человека. Она испугалась и попыталась подменить человеческую кровь на свинную, но он раскрыл её. Потом администраторша не появлялась дома три дня. До сегодняшнего. Ну, а что случилось дальше - знаете сами.

—Ого... Позвольте спросить, как вам удалось всё это узнать?—Одри была конкретно поражена. Вперила удивлённый взгляд в незнакомца, ожидая ответа.

—Думаю, проще показать,—он указал руками, чтобы девушка прошла вглубь квартиры. Сделав пару шагов, ей открылся вид на гостиную. Из мебели только диван,забитый каким-то хламом. Судя по всему, запах исходил от него Впереди стена, снизу доверху обвешанная чёрно-белыми фотографиями, связанными красными нитями. На фото были запечатлены разные моменты жизни умершей администраторши. От похода в кафе до её поцелуя с Синнером.

—Зачем вы так яро следили за ней?—задал вопрос Рафаил, тоже немало удивлённый таким зрелищем,—Ваш личный интерес?

—Боже упаси, нет конечно,—паренёк отмахнулся, нахмурившись,—Я хотел открыть глаза людям на то, с какими ужасами они живут рядом.

—О, у тебя это отлично получилось,—юрист хмыкнул, облокотившись на дверной проём,—Это же надо, из одного мусора воссоздать целую жизнь и узнать обо всех событиях.

—Мусора?—Одри глянула на Давида слегка недоумённо.

—Да, я работаю со, скажем так, бытовыми отходами. И, поверьте, по ним можно узнать всё о человеке,—неизвестеый недовольно закатил глаза, мол это было само собой.

Наступило молчание. Каждый задумался о чём-то своём... А девушка вспомнила о том, что вот-вот должна подъехать полиция. И, конечно, без опроса соседей не обойдётся.

—Как вас зовут?—спросила она у паренька.

—Зовите меня Сокол,—ответил тот с тотальной серьёзностью. Вот это уровень, даже позывной есть... Кстати, подходящий.

—Отлично. Сокол, вы просто гений, раз провели такое масштабное расследование из мелочей. Но скоро приедет полиция. И у них возникнут вопросы, почему вы так увлекались этой девушкой... Это может повлечь за собой то, что на вас повесят клеймо подозреваемого. Поэтому, лучше закройте эту стену и уберите мусор,—Одри посмотрела на захламлённую комнатку. Да, тут поможет только клининг, но нужно хотя бы убрать самое базовое, что может вызвать подозрения.

—Думаю, вы правы,—кивнул он,—Сейчас уберу.

—Чтож, похоже у нас в агентстве будет свой союзник,—посмеялся Давид, отойдя от дверного проёма,—Микаэль обрадуется.

—Смотря какие цели вы преследуете,—не ведясь на заманчивое предложение, ответил Сокол, взяв с ближайшего стола какую-то ткань и разровняв её.

—Поверь, такие же, как и ты. Избавить мир от зла,—юрист решил помочь. Подошёл а пареньку и они вместе закрыли стену плотной материей,—Ну, с мусором как-то сам.

Соколу помогли, обменялись телефонами, а потом астрейцам вышли на улицу и встретили полицию, рассказывая что по чём.
Давид явно использовал немного силы, чтобы убедить их не идти в квартиру погибшей и уж тем более и копаться в этом деле, ибо им займутся кто-то повыше. Конечно, понятно, кого он имел ввиду.

Труп сняли и унесли.

И только когда всё утряслось, трое прогулялись до машины и после поехали домой.