Свет Былой Любви

—И что теперь делать?—голос девушки был тихим. Она ждала ответа начальника. Не важно, что он скажет - это будет правильным.

—Всё в порядке, Одри,—Микаэль же был как всегда абсолютно спокоен. Он положил листик с переводом обратно в книгу, отодвигая её, а после образуя взгляд на оценщицу,—Нужно ждать.

Она кивнула, опуская взгляд. Ждать... Тяжело делать это, когда вокруг буквально бушует ураган из разнообразных страшных событий. После этой мысли, девушка посмотрела на мужчину в ответ, внутренне завидуя его хладнокровию. Ну да, бессмертные... Для них, наверное, всё всегда в порядке. Не нужно думать о том, что можно быстро и глупо умереть в любой момент, не сумев защитить себя.

—Что значит эта... Фраза?—задала следующий вопрос она, вздохнув и сложив руки на груди.

—Предполагаю, что когда снова пойдёт снег - Зверь покажется,—прямолинейность Микаэля тоже была отменной.

—Что-то будет?

—Скорее всего.

Одри кивнула, посмотрев в окно. С каждым днём всё холоднее и холоднее... А если снег выпадет сегодня?

Зверь ступит на землю...

—Лэйн справилась хорошо... Может, устроить её в «Астрею»?—всё-таки она перевела тему. Не хочется сейчас о плохом. И так хватает...

—Этого нельзя делать, Одри,—сказал начальник, отрицательно качнув головой, сразу же поспешив пояснить, почему,—Помнишь, я говорил тебе, что только избранный Шепфой сможет перевести эту книгу?

—Значит, Лэйн и есть...,—девушка уже знала, что скажет он дальше.

—Избранная,—так и получилось,—Нам книга больше не нужна. Я спрячу её. А твоя знакомая... Получит её, когда придёт время.

—Поняла. Тогда я больше не буду упоминать книгу, если удасться с ней пообщаться,—теперь оценщица кивнула, понимая, что от неё теперь требуется лишь молчание,—Я пойду, ещё задание от Сомнуса...

Она развернулась, прикусив нижнюю губу и на пару секунд прикрыв глаза. Сейчас как раз не будет времени думать о плохом. Думать о Звере. Нужно работать... Найти Кассиэля, поехать с ним на задание и выяснить о сыне Адама Вилено, которого уже убили.

—Подожди, Одри,—но за её спиной раздался тихий, словно шелест листьев на ветру, голос, заставивший остановиться и обернуться,—Подойди сюда.

Теперь Микаэль стоял, оперевшись на свой стол, уперев в него руки. Серые глаза неотрывно глядели на девушку, поспешившую двинуться к нему.

Оценщица, сделав пару шагов, остановилась примерно в двух метрах от начальника, сложив руки и невольно опустив взгляд.

Как же сложно. Она буквально слышит то, как отчётливо и громко колотится её сердце, но не может...
От одного его голоса, от одного его взгляда девушка вспыхивает моментально.

И дело не в каких-то собственных горячих фантазиях или чём-то подобном...

Просто при виде Архангела возникает непреодолимое желание не отходить от него ни на секунду. Покаяться в своих грехах. Рассказать всё-вё-всё.
А потом вытереть слёзы, положить голову на плечо и уснуть, чувствуя бесконечное тепло и спокойствие, которого так не хватает....

Микаэль, видя значительную дистанцию, приулыбнулся, едва наклонив голову в сторону и пальцем поманил оценщицу ближе.

Наблюдая за тем, как безупречные волосы светлыми волнами  заструились по плечу мужчины, она и сама усмехнулась, делая ещё два заветных шага и теперь оказалась прямо перед ним.

Теперь Одри и сама подняла на него свои зелёные глаза, ожидая какого-то разговора...
Но его не последовало.

Вместо этого начальник неспеша поднял свою ладонь. А уже через несколько секунд тёплая и слегка шершавая кожа легка на её щеку, невесомо проводя большим пальцем вдоль скулы.

В этот момент девушка невольно выдохнула, чувствуя, будто с одним лишь касанием испаряются все страхи.
И она не могла не податься вперёд, подставляясь под такую простую, но желанную ласку...

—Я вижу, что ты мучишься,—всё-таки шёпот Микаэля раздался над её ухом. Совсем тихий, он вызвал волну мурашек, прокатившаяся от плеч и до поясницы. Ладонь начальника поднялась к её затылку. Ловкие пальцы на удивление быстро нашли прядь, значительно отличавшуюся своей светлостью от остальных. Краска подвымылась и теперь седина не так хорошо скрыта...

—Это... Мелочь,—её глаза округлились от такой неожиданности. Поэтому оценщица немного неловко вытянула свою прядь, спрятав её в волосах. Глупо... Смысл прятать, если очевидно, что он давно знает и об этом?

—Одри, всё, что касается тебя даже не смей называть мелочью,—тон Микаэля стал твёрже. Он выпрямился, но руку не опустил - теперь она зависла в воздухе, оставив после себя фантомное ощущение того, что она ещё на щеке,—Но я не хочу своими словами делать тебе ещё больнее... Позволишь?

Девушка не знала и даже не догадывалась, на что именно просит разрешение начальник. Тем не менее, она выпалила, даже не задумавшись:

—Позволю.

—Когда будет достаточно - просто останови меня.

Вопросительно выгнут бровь, оценщица кивнула, ожидая продолжения.

Свободной рукой мужчина ловко притянул её к себе, заботливо придерживая. Другая сначала легла на шею. Потом, не давая одуматься, скользнула выше, останавливаясь у виска.

Одри подумала, что сейчас он поцелует её. Подалась вперёд, закрыв глаза и приоткрыв губы...

Вместо жаркого прикосновения к своим губам, она ощутила невесомое прикосновение к своим волосам - Микаэль заправил их за ухо. Теперь приложил два пальца к её виску. Такие приятно-холодные.

В следующую секунду из груди девушки бы то бы выбили воздух. Она попыталась вздохнуть, моментально испугавшись... Но страх отступил.
Послышался тихий щелчок. И тогда голова полностью опустела.

Будто бы оценщица оказалась в вакууме. Ни звуков, ни мыслей, ни чувств. Пустота.

Испарилось всё - от переживаний до злости на саму себя.
Это спокойствие было буквально спасительным и таким ужным именно в этот момент...

И Одри не знала, сколько она пробыла в этом чудесном ощущении. Это не важно... Начальник всё это время крепко и трепетно придерживал расслабиашееся и словно бессознательное тело. Сам закрыл глаза, контролируя свою силу, чтобы не навредить.

—Дос... таточно..,—когда он едва расслабил воздействие, оценщица подала голос, жадно хватая воздух, которого теперь не хватало. Тогда Микаэль осторожно убрал пальцы от её виска, глядя в лицо девушке и пытаясь поймать её взгляд, который она вскоре подняла на него,—Спасибо.

Одри была благодарна. Это ещё мягко сказать.
Ведь после этого... Фокуса у неё до сих пор в голове ни одной назойливой мысли. Ничего не раздражает... Так спокойно.

Вместо каких-либо слов мужчина кивнул с черезчур серьёзным видом, но что-то в ярко зелёных, похожих на цветущие луга весной, глазах заставило его растаять. Мягко потянуть девушку на себя и заключить её в объятия.

Положив голову на плечо начальника, оценщица вдохнула его запах и прикрыта глаза, чувствуя, как он перебирает её волосы, легко поглаживая спину и поясницу.

Это был именно тот момент тотального душевного равновесия. Он мгновенно дал сил идти дальше, не сдаваться и не падать...
Хотя, с Микаэлем все моменты именно такие.

Они простояли так где-то три минуты. Потом Одри отстранилась первой.

И когда начальник увидел её светлую улыбку, то не мог не улыбнуться сам. Оказывается, для счастья нужно так мало... Ему ещё придётся многое познать, отвлекаясь от бессмертия.

—Я... Люблю тебя,—девушка выпалила это совсем неожиданно для себя, опустила взгляд, смутившись, но не перестав улыбаться. Нет, конечно эта мысль и не покидала её голову. Просто казалось, что ещё рано для того, чтобы она сказала это в слух.

Микаэль едва прищурился. Его взгляд потерпел, одним своим видом выдавая трепет и... Радость за то, что он услышал это.

Но в силу своего характера он не смог сказать это в ответ. Это были не сомнения. Нечто другой, о чём он обязательно расскажет потом.

Вместо слов начальник осторожно поддел её подбородок пальцами, приподнимая и заставляя посмотреть на себя. Наклонил лицо поближе и коснулся тёплых и мягких губ, вкладывая в этот чуткий поцелую всю свою нежность, на которую был способен.

Неспешный и лёгкий, но в то же время полностью контролируемый и едва требовательный.

У Одри вновь перехватило дыхание, когда она опустила свои ладони на его плащ, крепко держась и в ответ подаваясь вперёд, так не желая, чтобы это заканчивалось...

Мужские ладони проложили дорожку к её затылку, зарываясь пальцами в мягкие каштановые волосы и едва оттягивая их.

Теперь девушка обвила руками его шею, притягивая его ближе. Чувствуя то, что светлые волосы щекочут её плечи и шею.

Ей хотелось ускорить темп, прижаться к нему ещё ближе...
Микаэль будто нарочно замедлился, но это наоборот накалило страсть оценщицы:

—Ты просто сводишь меня с ума,—прошептала она, отстранившись на пару секунд. Но губы начальника вновь поймали её, заставляя сжать ладони на его воротнике и невольно тихо простонать.

—Я знаю,—его тихое утверждение, прошептанное прямо ей в губы, вызвало волну мурашек и внезапную горечь в щеках. И сразу после этой фразы Микаэль мягко отстранился, отпуская девушку на расстояние вытянутой руки. Его хитрая полуулыбка в этот момент поспособствовала секундной дрожи в ногах.

—Но мне так мало тебя..,—Одри вздохнула, опуская взгляд. Усмехнулась со своей прямолинейности, сказанной с гореча, но обнажающей её истинные чувства. И ей внезапно стало грустно от осознания того, что в ней всё-таки проявляется привязанность. Хотя что в этом плохого?

—Обещаю, что как только разберусь со всем, то укралу тебя на свидание. Только ты и я,—начальник хмыкнул, качнув головой. Провёл большим пальцем по ладони девушки, а после поднёс её к своим губам, оставляя поцелуй,—А сейчас, к сожалению, тебе пора идти. Темнеет. Кассиэль скорее всего будет в саду.

—Хорошо, Микаэль, я буду ждать,—улыбнувшись, она сделала шаг назад, вздохнув,—До встречи.

Вскоре девушка поспешила навыход из кабинета, чувствуя взгляд пленительных сильных глаз. Жаль, что она не видела, с какой нежностью они смотрели...

—Эй, Кас, ты тут?—буквально через пару минут оценщица уже пробралась в сад. По мере своего продвижения она слышала какие-то шорохи, хруст веток и, кажется, даже шёпот. Но скорее всего это был просто ветер.

Одри сделала ещё пару шагов, сходя с подмёрзшей земли на мощёную плитку.

Те же скамейки, та же статуя и алая Роза пол ней... Кажется, что что-то не так.

Нахмурившись, девушка осмотрелась по сторонам. Кассиэль точно не станет шутить над ней и прятаться. Значит пора уходить и искать его где-то в другом месте.

Но оценщица удивилась, когда собственное тело не послышалось и наоборот зашагало вперёд, прямо к безмолвной и печальной статуе Астреи.

Запястье обдало лёгким жаром и Одри, не опуская взгляд, едва помассировала его, не сводя взгляда со светлого монумента.

Луч Луны падал прямо на прекрасное лицо статуи. Он мягко заскользил по каменной поверхности. Это выглядело так, будто по гладкой каменной щеке скатилась блестящая слеза...

В кустах раздался шорох и девушка быстро обернулась, силясь найти источник звука.

—Что ты здесь забыла, хитрая лиса?

Одри услышала этот зловеще-низкий и хриплый шёпот прямо над своим ухом. Выкрикнуть она не смогла, лишь метнулась к статуе, мгновенно прислонившись к холодному изваянию спиной и боясь открыть глаза.

В руку словно ударил разряд тока, вызвав приличную боль. И только тогда девушка вспомнила о необычном подарке Сомнуса, который таким образом оповещал об опасности...

—Не бойся, сегодня с тобой ничего не случиться,—и снова этот ужасный искажённый голос. Теперь он раздавался где-то со стороны огромных чёрных ветвей, пуская по телу холодную дрожь.
Конечности сковало. Одри даже не могла пошевелиться. Только открыла глаза, ашалело озираясь по сторонам и не находя источник звука,—О, я обязательно наслажусь тобой, только не сейчас. А когда он придёт, то ты окончательно станешь его марионеткой.

Невидимые, но сильные ладони будто бы изо всех сил вцепились в девичью шею, не давая даже вздохнуть. Из её гортани вырвался Тихий хрип, после которого послышался скрежет собственных шейных позвонков, которые, кажется не выдержат этой силы...

—Снова я не успел тебе напомнить о том, что ты лишь жалкая букашка. До встречи, Одри.

Сквозь безудержный стук сердца оценщица смогла услышать шаги, двигающиеся в её сторону.

Невидимый аркан испарился с шеи и она жадно хватала воздух, пока медленно сползала к ногам статуи.

Сомнений больше не осталось... Только что с ней говорил Малек.

Это было страшно осознать, хоть девушка и давно готовила себя к этому. Но по его словам... Он - не главный. Тогда кто?
Синнер хитрый. Если он дал ей ещё одну наводку на то, что он - антагонист, значит это выгодно ему...
Но, бесспорно, это был Малек.

—Одри, что ты тут делаешь?—с тропинки вынырнул настороженный Кассиэль. Цепким взглядом он осмотрел округу, после задержавшись на тяжело дышавшей оценщице, сидящей на холодных камнях.

—Ничего..,—проговорила она, качнув головой и поднявшись на не гнущихся ногах,—Пойдём, извини, что заставила ждать.

—Нет, мы никуда не пойдём, пока ты не объяснишь, что произошло,—мужчина слегка поколебался. На его лице читалось неприкрытое удивление. Он подошёл к Одри и встал рядом, сложив руки на груди. Взгляд карих глаз стал едва заметно сожалеющим... И она знала, что он понял произошедшее.

—Со мной говорил Малек,—поведя плечом, девушка вздохнула, оттряхиваясь от земли,—Потом стал душить...

Мужчина кивнул, задумчиво поддав губы и отведя глаза. Он не удивлён, но не знает, что сказать. Для всех в «Астрее» уже давно не секрет, что у оценщица бывают такие "разговоры". И доч них уже тоже не секрет то, что Малек настроен против и совсем скоро покажет себя.

—Значит, тебе лучше остаться в особняке,—наконец, Кас пожал плечами, выдохнув и потерев переносицу двумя пальцами.

—Нет! Я в полном порядке,—Одри опешила, сложив руки на груди и уже начиная возмущаться,—Даже не отговаривай, сам знаешь, что я упрямая. Потом как вернёмся, расскажу всё Микаэлю.

Фыркнув, но не без усмешки, она двинулась вперёд, чтобы поскорее выйти из сада, в котором стало так тяжело дышать...

—Если с тобой что-то случиться, то Микаэль оторвёт мне голову,—недовольно закатив глаза, Кассиэль без энтузиазма поплёлся за ней.

Вскоре оба оказались в машине - мужчина за рулём, а девушка сбоку от него.

Кас повернул ключ зажигания и быстро тронулся с места, отъезжая от территории особняка и направляясь дальше. В это время оценщица боковым зрением наблюдала за ним, заметив какую-то дерганость и, кажется лёгкую неуверенность. Очень странное и нетипичное для него состояние.

Это было, пока они ехали по грунтовке. А вот уже на шоссе...

—Твою мать, Кассиэль, ты вообще умеешь водить!?—Одри изо всех сил вцепилась в сиденье, иногда закрывая глаза, когда мимо слишком быстро проносились машины. Дело было не в скорости других, а в их собственной скорости! Она уже давно надела ремень безопасности, который, кажется, в случае чего не поможет.

—Конечно умею. Сиди молча и не отвлекай,—фыркнул он, проскакивая на красный свет светофора и теперь сопровождающийся неодобрительными гудками других водителей.

А когда он стал обгонять по встречке... Оценщица вспомнила все давно забытые молитвы.

Но, слава Богу, они быстро добрались до нужного ресторана.
Когда Одри встала на землю, то почувствовала, как её слегка повело в сторону и то, что голова всё ещё кружится.

—Если ты будешь так ездить, то... Меня стошнит прямо тебе под ноги,—расправив складки на одежде и уложив волосы, недовольно буркнула девушка, вздохнув.

—Переживу,—а Кассиэль усмехнулся, сложив руки на груди и нетерпеливо постукивая пальцем по сгибу локтя,—Так. Сегодня вечером ты -Андриана, а я - Ник. Мы брат и сестра из Германии. Вилено хотел сотрудничать с нашим отцом, поэтому мы и приехали.

"Кас, мы с тобой конечно не очень похожи, как брат и сестра... Но ладно, мало ли какие обстоятельства в семье?"

Одри хихикнула и кивнула. В следующую секунду они вошли в ресторан, закрывая за собой массивные двери.

Внутри их встретила непроглчдная темнота...
Инстинктивно держась ближе к мужчине, девушка почувствовала лёгкий страх.

—Добро пожаловать, дорогие гости!—раздался весёлый голос,—Сегодня вы испытаете самое удивительное и яркое наслаждение в вашей жизни.

Оба услышали хлопок. На полу ресторана засветилась голубая подсветка, благодаря которой можно было различить столы, стулья, фигуры официантов...

Кассиэль взял оценщицу за предплечье, отводя её к столу и отодвигая перед ней стул.
Когда они сели, то замети, что вскоре к ним присоединился ещё один человек.

—Добрый вечер, Адам,—первым заговорил Кас, став таким удивительно учтивым,—Вы умеете удивлять.

—О, это ещё совсем мелочи... Три дня подряд я готовился к вашему с Адрианой приезду,—по голосу Вилено был взбудоражен,—Удивлений будет ещё больше.

—Мне жаль, что вам пришлось потратить столько времени на то, чтобы приготовиться к нашему визиту,—теперь в разговор вступила и Одри. Осторожно, пытаясь понять отношение Адама к...,—Мы наслышаны, что ваш сын... Боже, простите за моё невежество. Должно быть вам, как отцу, тяжело жить с этой мыслью.

—Мой сын?—брови владельца ресторана нахмурились, показывая секундное удивление. Но потом оно сошло на равнодушие,—А, это. Настоящему профессионалу, как мне, мешать ничего не должно. И не мешало. Это мелочь.

Теперь была очередь девушки удивляться. Она бегло перевела взгляд на Кассиэля, желая увидеть его реакцию на это. Но в полутьме ничего не видно...

—Чтож, не буду томить вас,—после этой фразы Вилено громко хлопнул в ладони. По сторонам послышались шаги и какая-то возня. А через пару секунд включился яркий голубой свет
Это был свет от стен. Одри удивлённо открыла рот, когда увидела, что на стенах теперь создалась иллюзия океана. Рыбки, водоросли, камешки... Это всё так реалистично и красиво! К их столу подошёл официант, молча ставя перед гостями крупную тарелку, накрытую куполом,—Иногда самое красивое может быть и самым опасным. Предлагаю вам почувствовать этот незабываемый вкус опасности, от которого кровь в жилах начинает бурлить.

Кассиэль открыл купол. На тарелке в листьях салата и водорослей лежал... Целый осьминог. Который ещё шевелился.

Оценщица тут же посмотрела на Каса. О, он определённо недоволен.
А Адам Вилено, сидящий напротив, наоборот улыбается, выжидают глядя на них двоих.

—Он... Живой?—поинтересовалась девушка, рассматривая морское существо, шевелязее щупальцами на тарелке.

—Он приготовлен. Но не до конца. Если сделать всё как нужно, то это безопасно. А если допустить хоть одну малейшую ошибку - яд из его щупалец медленно и мучительно парализует мозг,—в ответ владелец ресторана пожал плечами, будто для него это так типично и само собой,—Андриана, думаю, вам понравятся такие необычные и острые ощущения.

«Ну да, у меня же на лице написано, что я любитель такого»

Но, в принципе... Почему бы и нет?

Одри взяла в левую руку лежащую рядом вилку, а в правую нож.

—Андриана, может лучше мне?—в голосе Кассиэля было неприкрытое желание отговорить её от этой затеи.

—Спасибо, Ник, не переживай, я сама,—мощную головой, девушка ловко пригвоздила шевелящееся щупальце к тарелке и быстро отрезала от него кусочек. Окунула в соус, стоящий рядом и, конечно, с лёгким переживанием положила его в рот.
Вкус очень специфичный... Вроде бы мясо чуть похоже на куриное, но одновременно отдаёт горечью и рыбой. На любителя, так сказать.

—Отлично!—Вилено хлопнул в ладоши и всё вокруг снова потемнело,—На самом деле вы умерли бы сразу, если бы осьминог был приготовлен неправильно.

«Спасибо, успокоил»

—Вы готовите просто изумительно. Наверное, у вас это заложено в генах... Есть ли у вас тот, кто может продолжить ваше дело?—Одри вытерла губы салфеткой и выпрямилась, отодвинув от себя осьминога. Вскоре тарелку забрал официант.

—Я единственный. Были надежды на сына, но он был создан для иного,—эта фраза от Вилено показалась очень странной... Направляющей на то, что может быть он знает о Звере,—Поэтому я хочу заключить союз с вашим отцом, чтобы у моего творчества было продолжение... Продолжаем!

Снова хлопок в ладоши. Теперь на стенах появились яркие причудливые образы. Разноцветные и странные.
Официанты принесли новое блюдо, не закрытое.
Это был... На вид простой торт с красивыми узорами из крема.

—Не всегда всё оказывается таким, каким представляется на первый взгляд. Это блюдо не опасно, о очень ярко на вкус. И приносит удивление от того, что даже собственные глаза могут обмануть,—Адам смотрел на тот с таким благоговением. Кажется, еду он и вправду любил больше чем сына...,—Это блюдо для вас, Ник.

Кассиэль кивнул и придвинул торт к себе. Взял в руку ложку и не церемонятся всадил его в сладость... Как казалось на первый взгляд.

Стоило ему его разломить, как внутри показалось мясо.
Мужчина попробовал кусочек с совершенно равнодушным лицом.

—Будешь, Андриана?—потом он развернулся к Одри, тоже предлагая кусочек.

—Давай попробую,—она кивнула. Ой, зря. Вкус у "торта" был ещё более специфичным и даже слегка противным... Но тут скорее всего роль играл не вкус, а задумка.

—Чтож, осталось последнее блюдо!—свет в зале снова потух и Адам усмехнулся,—Иногда перед всеми нами стоит выбор - убить или спасти. Если спасёте, то останетесь без какой-либо выгоды и лишь потратите время. А если убьёте, то попробуете самое вкусное, что есть у меня в ресторане.

Стены покраснели, будто бы порывшись кровью. Официант вынес тарелку, тут же открывая её.

—Боже!—воскликнула Одри, когда увидела на ней маленькую жёлтенькую птичку... Канарейка.

—Ваш отец, Андриана, разделил бы моё упование этим блюдом. Благодаря нему я и придумал его..,—сейчас владелец ресторана не спешил гнать их его пробовать,—Когда я приехал к нему в гости, то он попросил удивить его. Но я не знал, чем. Ваш отец очень религиозен и строг. Вёл за собой людей, помогая придерживаться нужного пути.

По спине девушки побежали холодные мурашки. Вилено не может знать её, как Одри. Не мог знать и её отца... Просто не мог!
Но такие совпадения очень страшные. Доводящие до исступления своим точным попаданием.
Тем временем Адам продолжил:

—Я тогда я решил поставить его перед таким же выбором, зная, что ему будет тяжело его сделать. Но я ошибся... Ваш отец убил птицу и попробовал её всё ещё горячее сердце. Оно слаще мёда и нежнее самого дорогого мяса. Тогда я и понял, что греховное подобно святому. Эти две вещи на равне, поэтому винить себя ни за какой выбор не нужно.

—Это же просто ужасно,—оценщица качнула головой, глядя на маленькое беззащитное животное, вертящее головой и ключиком, моргающее маленькими чёрными глазками.

—Одри, ужасно претворяться кем-то и пытаться бежать от своего предназначения.

Вилено раскидисто засмеялся.

—Одри, на выход,—спокойно сказал Кассиэль, поднимаясь со своего места,—Или и не оборачивайся.

И девушка встала и поспешила к двери из ресторана. Быстро вылетела на улицу, чувствуя, как сильно бьётся сердце и как дрожат ноги. Адам помошник Зверя...

Но этот факт уже не вызвал такого ярого удивления. Всё было предрешено.

Оценщица стояла, пытаясь отдышаться, отрезвиться свежим воздухом.
А Кас вернулся слишком быстро. Даже не помятый. Белая рубашка осталась такой же чистой.

—Я вызвал полицию, а пока они там все в отключке. Иди в машину и не бойся, всё хорошо,—сказал он, подходя к девушке.

Та кивнула и сразу развернулась, собираясь идти к машине.

—Подожди,—но мужчина остановил её,—Держи. Пока холодно, сможешь оставить её дома... А весной выпустишь в сад.

Из-за наложенных друг на друга ладоней Кассиэля появилась маленькая жёлтая головка. Канарейка.

Одри осторожно выставила свои едва дрожащие руки и тогда Кас пересадил птичку в них.

Только тогда девушка направилась в машину, чувствуя, что сердце постепенно успокаивается.

Похоже, к таким приключениям она уже начинает вырабатывать "иммунитет".

/////