Это сука любовь

 Чонгук родился в консервативной семье. Отец, Чон Джинхон, работал в процветающей турфирме; мать, Чон Джису, после родов все время проводила с ребенком, а пока малыш спал, занималась своим любимым делом — шила платья на заказ. 

 Джису с самых пеленок учила сына хорошим манерам, чтобы воспитать в нем достойного мужчину. «Мы не выбираем, кем родиться, но мы выбираем то, кем можем стать. Альфой быть легко, но на омег всегда падает тяжелый груз: они должны продолжать род. Когда-нибудь ты встретишь омегу, с которой свяжешь свою жизнь, как я с твоим отцом. Ты должен будешь всегда ее оберегать, никогда и никому не давать в обиду», — мать всегда говорила эти слова, когда укладывала малыша спать. 

 На одном из приемов своих родителей, когда Чонгуку было лет семь, он знакомится с мальчиком по имени Пак Чимин. Чимин был младше Чона на два года, он был маленькой и хрупкой омегой. На протяжении всего вечера они проводят время вместе, так как больше детей, близких по возрасту, не было, и Чонгук, как учила мама, ухаживает за омегой, ворует со стола разные сладости для него и поддерживает любую придуманную им игру. 

 Чимин не знал, что вся эта забота, вся нежность, что он получил в тот день, — все это было ради того, чтобы не разочаровать свою мать. Пак же думал, что судьба подарила ему альфу, который станет его мужем, когда они повзрослеют. Но тогда омега и не знал, что вся эта подаренная нежность будет лишь единожды. «Мы не выбираем, кем родиться, но мы выбираем то, кем мы становимся».

***

Прошло уже одиннадцать лет. За все это время отношения Чимина и Чонгука продвинулись, но не в ту сторону, в какую желал Чимин. Они стали лишь хорошими друзьями.

 Как только Чонгуку стукнуло десять, он стал заниматься спортом, мог часами проводить на беговой дорожке, позже он нашел свое любимое увлечение — боевые искусства. К пятнадцати годам он ввязывается в школьную банду, начинает измываться над одноклассниками, дерзить учителям и вечно потакает главарю банды, что взял под свое крыло. По ходу взросления тело сформировалось, и спасибо спорту: к восемнадцати годам Чонгук превратился в самого горячего парня школы. Все девушки буквально вешались на него, да он и не сопротивлялся, даже не задумываясь, что его действия причиняют кому-то невыносимую боль. 

 Утром в школе развлекается унижая других, вечером ужин с семьей, где он строит из себя пай-мальчика, а ночью очередная омега греет его постель. Иногда к семейному ужину присоединялся Чимин, и весь вечер Чонгук вел себя как настоящий джентльмен, ухаживал за гостем, но оба знали, что это всего лишь притворство. Хотя Чимин и не был особо против, лишь бы получить больше внимания от парня. Когда они были еще детьми, а родители Пака проводили ночь на работе, тогда он мог остаться у Чонов с ночевкой, что после вошло в привычку. Но как бы страстно Чим этого не желал — спать вместе с Чонгуком, — ему всегда стелили в комнате для гостей. Потому что Чон ненавидит спать с кем-то в одной комнате: насытившись девушками, он выставлял их за дверь, поручая шоферу отвезти их домой. Никто не может спать нормально: кто сопит, кто ворочается, кто пускает слюни, — это все тревожит сон Чонгука, а уж спать с парнем в одной комнате — лучше убейте, даже если этот парень друг детства.

Чимин с того вечера в особняке Чонов изменился не сильно. Он подрос, но все равно был низкого роста по сравнению со своими сверстниками, хрупкое тело, пухлые щечки. Что осталось неизменным, так это то, какие чувства он испытывал к своему другу. Они вместе взрослели; Чимин наблюдал, как меняется парень, и пусть эти изменения вели далеко не в лучшую сторону, но он все равно влюблялся только сильнее. Что не давало покоя, так это то, что за все время их общения Чонгук никогда не был заинтересован им, даже перед течкой; Чон никогда не смотрел на него глазами, которыми смотрит на красивых девчонок в школе. Это всегда обижало Пака, но он смирился и теперь просто продолжает проводить время с ним и его недодрузьями, лишь бы быть рядом. Чимин потерпит: рано или поздно Чонгук нагуляется и поймет, что омега, которую он всегда искал, был все это время рядом с ним. Чимин верит и тешит себя мыслями о их счастливой семье, никого к себе не подпускает: он будет принадлежать только одному альфе, сохранит себя для него и дождется, когда тот наконец наиграется.

***

Так же на другом конце города проходит свои этапы взросления ничем непримечательный парень-омега Ким Тэхен. Его отец, Ким Джонук, всегда хотел сына-альфу и не очень-то и обрадовался, узнав результаты УЗИ. Он, конечно же, окружал своего ребенка любовью и заботой, но просто знал, что его ждет впереди, и он не хотел, чтобы у его сына была такая же судьба, как и у его брата. 

 У Джонука есть брат близнец — Ким Соно, но судьба не была к нему благосклонна и сделала его омегой. Брат наблюдал все мучения, что проходил Соно: в его времена была редкость парень-омега, от чего почти все глумились над ним, будто он какой-то фрик. А каждые три месяца Джонук слушал, как его брат страдает от ужасной боли, мечется по кровати и не выходит из комнаты, и как Джонук ни пытался проветривать, вся квартира всё равно была окутана его запахом. Когда Соно учился в университете на третьем курсе юридического факультета, он познакомился в кафе с милой девушкой-альфой; они встречались долгих три года, после чего обручились. Какую бы счастливую жизнь его брат себе ни построил, всегда было одно «но» — у них никогда не будет детей. От того, что Джонук знает, через какие испытания проходил и еще будет проходить его брат, он никогда не хотел сына-омегу, понимая, какая печальная у него будет жизнь.

     Еще мальчишкой Тэхен начал понимать, что он не такой, как все. Пока все его одноклассники — что альфы, что омеги — обсуждали ту или иную девчонку, Тэ же засматривался на самих парней. Честно говоря, девчонки его просто пугали, как они фанатели по какому-нибудь красавчику старшекласснику, а писк, вырывающийся с их уст, просто взрывал мозги. Парни же не такие: они тихо и долго могут наблюдать за объектом своего обожания и лишь слегка улыбаться, получив от него мимолетный взгляд. Впрочем, как сейчас и делает сам Тэхен, наблюдая за бурно что-то обсуждающим со своими друзьями альфой Сехуном. Тэ всегда сидит на последней парте и ни с кем не общается: не хватало, чтобы еще кто-то узнал о его маленьком секрете. Он не знает, что нашел в Сехуне, но все чаще ловил себя на том, что откровенно пялится на него, тогда-то Тэ и понял, что не такой, как все.

   Увлечение Сехуном было мимолетным, да впрочем, у них двоих точно не было бы шанса: альфа бы никогда не взглянул на него с тем же желанием, с каким смотрел на девушек, да и отца по военной службе отправили в другой город, и Тэхену с семьей пришлось переехать в Сеул. Там мать, Ким Дженни, устроилась в самую прибыльную турфирму, где добивалась больших успехов, поднимая рейтинг фирмы, — ее начальник сразу понял, что отхватил ценный кадр.

 Перейдя в новую школу, он надеялся так же доучиться, не привлекая внимания и ни с кем не общаясь, но все пошло не по плану, ведь в новой школе его ждала ОНА. Ученица по обмену из Америки — Кэтрин, она была альфой, и не прошло и десяти секунд пребывания Кима в новой школе, как она сразу пошла с ним знакомиться.

  Тэхену уже восемнадцать, а Кэтрин до сих пор единственный и лучший друг; где-то после двух лет их общения Тэхен наконец признался в своей ориентации, сказав, что ему нравятся парни, а она мило улыбнулась и сказала: «Мне тоже», — Тэ тогда чуть ли не светился от счастья. Его семья была очень рада, что он проводит время с девушкой-альфой, считая, что это его подружка, но никто из них так и не знает правду. В семье царит строгий менталитет, и если его родители узнают, что он гей, то можно будет сразу попрощаться с жизнью. 

 С каждым походом в школу Тэхен думал, что единственное лучшее в ней, так это то, что он встретится с Кэтрин и они смогут опять поболтать и поперемывать кому-то косточки. Но он сильно ошибался. В очередной поход в столовую, пока Кэтрин ждала его за столиком, он пошел покупать себе кофе, но забыл взять деньги, а пока он пытался убедить продавщицу, что сейчас вернет деньги, к нему подошел красивый альфа и оплатил заказ. Этот парень был ярким, и это не только потому, что волосы его были красного цвета, но и потому, какую сильную энергию он распространял вокруг себя, казалось, будто солнышко сошло с небес. С тех самых пор Тэхен так ласково называет своего парня Чон Хосока. Для семьи он встречается с Кэтрин, а на самом деле они гуляют втроем, а после того, как провожают Кэтрин до дома, Хосок зажимает Тэхена у их любимого дуба, за несколько кварталов до дома Кима.

  Все складывалось просто прекрасно — Тэ понимал, что рано или поздно придется все рассказать своей семье: прятаться вечно у него не выйдет. И как по иронии судьбы в один из таких счастливых дней отец наконец вернулся с военной службы и, проезжая на такси около этого самого злосчастного дуба, замечает своего сына и парня, который его целует и сжимает рукой ягодицу. Джонук сразу просит остановить машину и как дикий зверь налетает на ошарашенного и испуганного парня, оттолкнув Хосока с такой силой, что тот падает на асфальт, и, схватив сына за шкирку, тащит домой; он мчится так быстро, что Тэхен даже не успевает переставлять ногами: отец буквально волочил его за собой. 

 Ким выпускает сына из крепкой хватки, и тот приземляется на пятую точку рядом с диваном. Дженни, которая до этого спокойно попивала кофе и читала журнал за столом, встала со стула и в удивлении переводила взгляд то на мужа, то на сына. 

 — Ты знала об этом? — Он поворачивается к жене, не в силах смотреть даже в сторону сына: только взглянув, перед глазами возникает эта картина, которую он еще долго не сможет забыть. Джонук нервно смотрит на Дженни и разминает руки, хрустя костяшками.

 — Что? Знала что? — женщина смотрит уже испуганно и еле шевелит губами, повторяя одно и то же. 

 — Папа, я все могу объяснить... — Тэхен наконец встал на ноги, но отец не дает ему договорить — он разворачивается и бьет сына кулаком в лицо. Альфа приложил все силу, потому что все лицо омеги горит, а ноги уже не держат на плаву — под вскрик матери он вновь падает на пол. Слезы катятся по щекам, обжигая кожу. Тэхен подносит руку к щеке и чувствует, что она уже опухла, а из уголка рта скатывается тонкая струйка крови. — Папа... 

 — У меня больше нет сына. — Джонук сжимает кулаки, сдерживаясь от повторного удара: как бы там ни было, он переборщил, не стоило бить сына, — но единственная эмоция, что переполняет сейчас все тело, — это гнев. — Ты мне омерзителен! — Дженни прикрывает ладошкой рот от полнейшего шока. — Чтобы я тебя больше не видел в этом доме. — Мужчина, потирая ушибленные костяшки, направляется в свою комнату.

 Дженни, что все это время стояла как истукан около стула, на котором недавно сидела, берет из морозилки лед, заматывает в полотенце и бежит к сыну, что до сих пор валяется на полу. 

 — Не плачь, все пройдет, он образумится, все будет хорошо. — Она прижимает сына к груди и поглаживает его по волосам, а когда Тэхен прячется в сгибе ее локтя, она тоже начинает плакать, потому что понимает, что так просто все это не закончится, а пока Джонук не остынет, надо будет спрятать сына.

***

Дженни всю ночь размышляла над всей этой ситуацией, она провела ее в комнате сына, успокаивающе поглаживала его по голове и долго ждала, когда он наконец уснет. Сама же за всю ночь так и не сомкнула глаз: все думала, что надо сделать и как. Мысль отправить сына к тете или брату мужа она сразу отмела: во-первых, она сама не выдержит разлуки; во-вторых, опять подвергать сына стрессу — он только выбрал цель в жизни, выбрал университет, — как она может лишить его такой возможности. После долгих раздумий идея пришла сама собой и, тщательно все обдумав, Дженни поняла, что это единственный выход.

***

   На следующий день, придя на работу, Дженни сразу же направилась к директору за личным разговором. Джинхон сидел за столом и, попивая кофе, рассматривал какие-то бумаги. Как только секретарь вместе с госпожой Ким прошли в кабинет, он сразу отложил бумаги, указал ей на кресло напротив и отпустил секретаршу. 

 — И по какой причине ко мне пришел мой лучший работник? — Альфа пододвигается ближе и опирается на свой стол. 

 — Это личный разговор... У меня к вам просьба... она довольно непростая и странная... — Омега очень нервничает, теребит свою юбку и не знает, как правильно построить разговор. 

 — И что же это за просьба? — улыбается Чон, думая, что речь пойдет о прибавке. 

 — Я хочу... Я хочу, чтобы вы приютили моего сына на некоторое время... — быстро выпаливает Дженни и поднимает взгляд на Джинхона, который громко сглатывает и отодвигается от стола.

 — Да... просьба действительно странная. По какой причине ты это спрашиваешь, я так понимаю, ты не скажешь? — Омега мотает головой. — Честно, я бы рад тебе помочь, но мне хватает одного отпрыска на шее — не думаю, что вынесу еще одного. — Он встает со стула, подходит к зеркалу и поправляет свой галстук. — А теперь тебе пора идти работать, у меня скоро встреча. — Альфа указывает на дверь, но Дженни сидит и не двигается с места.

 — Видит Бог, я не хотела идти таким путем, но вы не оставляете мне выхода... — омега говорит так, что чувствуются нотки стали в голосе, именно таким голосом она ведет дела. Хотя Дженни и омега, она все равно вела дела лучше, чем любой другой; хоть внешне она очень милая, но на сделках всегда показывает свой характер, заставляя всех идти на уступки, — сама же так никогда не делала, всегда собирала нужную информацию и подавляла. Благодаря ее работе компания быстро поднялась в рейтингах, и потерять такого работника, который может заменить десятерых, было бы большой ошибкой. Она поднимается с кресла и останавливается напротив босса. — Если вы не поможете мне в этом деле, то боюсь, мы с вами больше не коллеги... — Она поправляет его галстук и стряхивает невидимые пылинки с плеч его пиджака. — Тогда мне придется уйти в другую компанию и уже с ней возглавлять верхние строчки рейтинга. — Дженни улыбается, поворачивается и идет в сторону двери. 

 — Стой... — Джинхон вытягивает руку вперед. — Хорошо, я согласен. 

 — И вы обеспечите ему должный уход и уважение, деньги можете вычитать из моей зарплаты. — Альфа громко выдыхает. 

 — Хорошо, он будет под защитой, я не дам его в обиду. После совещания они обсудили все детали — Тэхен въедет сегодня вечером. Позже Дженни все же пришлось рассказать причину переезда сына, чтобы он был вдвойне под защитой.

***

— Что? Ты подселяешь к нам в дом какого-то педика? — Чонгук мечется по кабинету отца. 
 — Во-первых, никогда так не выражайся, тем более в его присутствии. Во-вторых, это вынужденная мера: если бы могло быть иначе, я бы так и сделал. — Джинхон скрещивает руки на груди и думает, что говорить сыну, что мальчик гей, было не лучшей идеей. 
 — Еще чего? Пока это педик в моем доме, ноги моей там не будет! — возражает младший и угрожающе смотрит на отца, хотя и сам понимает, что из этого ничего не выйдет, но стоит попытаться. 
 — Не заговаривайся, сосунок. — Альфа встает со стула и хлопает руками по столу. — Ты будешь дома, более того, я поручаю этого мальчишку на тебя — будешь ухаживать за ним, везде ходить и показывать, какая у нас гостеприимная семья. 
 — Но... этот парень твоя проблема, а не моя... — начинает возмущаться сын и под напором отца опускается обратно на диван. 
 — Слушай сюда, будешь делать все, что я скажу, иначе заблокирую все твои счета и выпишу из завещания. Понял? — Весь поток эмоций быстро истек — парень совсем поник и неразборчиво прошептал: «Да». Чонгук поднимается с дивана и идет к двери, но его опять окликает отец. — И еще кое-что: он будет спать в твоей комнате, — ухмыляется мужчина и присаживается за стол. Ну все, это последняя капля, уж я-то покажу этому педику сладкую жизнь! — думает Чонгук и выходит из кабинета отца, громко хлопнув дверью.