белые полосы
Дамиан
Я проснулся от тёплого тела, прижимающегося ко мне. Девушка тихо сопела, наши пальцы были переплетены.
Главное — мышка вчера возмущалась, что не ляжет со мной, а сама прижалась так, будто боялась отпустить. Ещё и пальцы сцепила.
Моя рука лежала на её талии. Хрупкое тельце полностью помещалось в моих руках. Я поднял взгляд и увидел её спящее личико: взъерошенные волосы спадали на лицо, пухлые губы были чуть приоткрыты, ресницы едва заметно подрагивали во сне.
Я усмехнулся.
Мой взгляд медленно скользнул ниже — к её рукам. Эсси спала в кофте. Я всегда это замечал: ни разу не видел её в футболке или майке. Всегда кофта. Хотя на улице лето.
Мой взгляд зацепился за рукав, который чуть приоткрывал запястье.
Ухмылка мгновенно слетела с губ.
Тонкие линии. Светлые. Ровные. Старые.
Это явно не случайность.
Я видел три. Только три.
А сколько их на самом деле?..
Пальцы дрогнули, когда я едва касаясь провёл по одному шраму. Осторожно. Почти невесомо.
— Мышонок... кто тебя довёл до такого?..
В груди что-то сжалось неприятно и тяжело.
Я аккуратно подтянул рукав, скрывая запястье, словно пряча её тайну от всего мира.
Я не злился на неё.
Я хотел убить того, кто это сделал.
Мне было плевать — девушка это или парень. Тот, кто навредил ей, будет страдать. Очень сильно.
Медленно. Осознанно. Так, чтобы понял, что за каждую такую линию на её коже придётся заплатить.
Я крепче прижал её к себе.
После ухода Кайли я словно забыл, что в мире вообще кто-то существует. Меня мало что волновало. Весь мой мир сузился до одной точки — до неё.
Она одна была в этом мире. В моём мире.
Но сейчас я увидел то, что должен был заметить раньше. Маленького мышонка, который прячет боль под длинными рукавами и упрямым характером.
Она нуждается в защите.
Пусть никогда не скажет этого вслух. Пусть будет спорить, огрызаться, отталкивать. Я всё равно пойму. Я научусь читать её молчание, её взгляд, её дрожащие пальцы.
У меня появилась миссия.
И это — защищать Эсси.
Не позволить ни одному ублюдку уничтожить этот хрупкий цветок. Не дать прошлому снова коснуться её.
И если придётся разрушить весь мир ради её безопасности — я разрушу.
Ради того, чтобы больше ни одно лезвие не касалось её нежной кожи.
Чтобы ни одна слезинка не скатилась по её щекам.
Чтобы ни одна мысль о том, чтобы покинуть этот мир, больше не посмела появиться в её голове.
Только улыбки должны быть на её губах.
Её глаза должны сиять — живые, упрямые, светлые.
А руки... её руки должны держать мои.
Эсси тихо вздохнула, свободной рукой подтягивая на себя одеяло. При этом она не отпустила мою ладонь. Мышка упрямо зарылась лицом в мою шею, продолжая сонно сопеть.
Я крепче сжал пальцы на её талии.
Она не примет помощь. Не позволит себя спасать. Будет огрызаться, доказывать, что справится сама.
но я не буду спрашивать разрешения.
Я стану её тенью.
Тем, кто всегда рядом. Тем, кого не видно, но кто стоит за спиной. Тем, кто перехватит удар раньше, чем он до неё дойдёт.
Я знал: стоит Эсси проснуться — всё изменится.
Она оттолкнёт меня.
Будет возмущаться.
Скажет, чтобы я её отпустил.
Будет делать вид, что ничего этого не чувствует.
Я усмехнулся едва заметно, не открывая глаз.
Пусть кричит. Пусть злится. Пусть строит стены.
Во сне она честнее, чем наяву.
Во сне она сама выбирает прижиматься ближе.
Моя рука медленно прошлась по её спине, мягко поглаживая, ощущая под ладонью тепло и спокойное дыхание. Кончики пальцев скользнули вниз и снова вернулись на талию, притягивая её чуть ближе ко мне.
Я погрузился в сон. Не знаю, сколько прошло времени, но сквозь дремоту почувствовал, что моя рука лежит в пустоте, а девушка пытается сбросить другую, себя, тихо что-то бурча. Мышонок проснулся.
Я улыбнулся и открыл глаза.
— А ну не шевелись... — мой голос звучал тихо. Я приложил указательный палец к губам.
Девушка посмотрела на меня и замерла, не понимая, что происходит.
— Ещё минутку так поваляемся, — добавил я.
Эсси нахмурилась.
— Дамиан! Отпусти, ты снова меня прижал, — тихо возмущалась она.
Я сонно засмеялся.
— Эсси, это ты ко мне прижималась и не отпускала. А я пытался выбраться, но ты только сильнее сжимала меня, — мой голос стал нарочито драматичным. — Я даже пытался оттолкнуть тебя, но ты вцепилась ещё крепче.
Я подмигнул ей.
Девушка покрылась румянцем. Её глаза внимательно смотрели в мои, пытаясь уловить ложь.
— Неправда... — тихо сказала Эсси.
— Правда, правда.
Эсси прищурилась, явно пытаясь понять, вру ли я. Её волосы растрепались после сна, щёки всё ещё были слегка розовыми, а взгляд — растерянным и упрямым одновременно.
— Я не могла... — пробормотала она, но голос звучал уже не так уверенно.
— Могла, — перебил я тихо.
Она попыталась убрать мою руку с талии, но я только сильнее притянул её к себе.
— Дамиан! — шёпотом возмутилась она. — Отпусти, я серьёзно.
— И что ты сделаешь? — я наклонился чуть ближе, глядя прямо в её глаза.
На секунду между нами повисла тишина.
Та самая — тяжёлая, плотная, когда дыхание становится громче любых слов.
Эсси первая отвела взгляд.
— Это неправильно... — тихо сказала она.
Я перестал улыбаться.
— Что именно? То, что ты лежишь со мной? Или то, что тебе это нравится?
Она замерла.
Пальцы, которые секунду назад пытались оттолкнуть меня, неуверенно сжала край простыни.
— Мне не нравится... сам придумал это, — пробормотала Эсси, глаза её искали способ вырваться, но не нашли.
Я аккуратно взял её за подбородок и повернул к себе. Наши взгляды встретились, и на секунду время будто замедлилось. Мы были слишком близко, и даже я почувствовал странное смятение.
— Не пытайся отрицать очевидное, — прошептал я, слабо улыбнувшись, и отпустил её.
Я встал с постели, нашёл свои вещи, разбросанные на полу, подхватил их и ушёл в ванну, оставив её одну, чтобы она смогла прийти в себя.
Я зашёл в душевую кабину. Тёплые струи воды прошлись по моему телу.
В голове многое крутилось, но трезвящий звонок телефона не дал погрузиться в мысли. Я вышел из душа и накинул на пояс полотенце.
На экране весело мигало имя: Лео.
Братик решил позвонить. С чего бы это? Я провёл пальцем по экрану и приставил телефон к уху.
— Ало?
— Дамиан, где, блять, тебя носит?! Ты хоть понимаешь, что происходит в семье?! Младшие приехали, Эстель исчезла, какой-то долбоёб в маске появился, а тебя где-то шатает! — голос брата звучал громко, последние слова ударили прямо в сердце очень мило.
— Младшие? Эстель пропала? Стоп... что происходит дома? — я был удивлён. Младшие... про Эсси я не удивлен ведь она рядом но Лео не нужно это знать.
— Да, блять, представь себе! Эта дура сводит с ума, с ней проблем больше, чем было! — раздражённо бросил брат.
Дура?
Я медленно сжал кулак.
Пусть только попробует ещё раз так её назвать...однажды ночью прилетит ему что-то в ногу за «дуру».
— И что ты теперь собираешься делать? — мой голос стал холоднее.
Брат помедлил, потом продолжил:
— Одно место, куда она могла поехать, — это к бабушке. Поеду туда.
Я нахмурился.
Звучит неплохо... но мы с ней были здесь. Лео реально тупой или просто прикидывается? Как можно начинать поиски спустя день?
В голове уже выстраивался план — аккуратный, без лишних подозрений.
— Зачем тебе ехать? Давай я. Найду её и привезу в целости и сохранности. У тебя и так проблемы помасштабнее.
Лео замолчал.
Тишина в трубке длилась слишком долго.
— Ладно, ты прав. Если её там не будет... пусть эти старые скажут, где эта малолетняя тварь. А если не признаются-застрели толку и так нету от них.
Я замер.
Чёрт... его слова медленно, по капле, разъедали то спокойствие, которое я и так выстраивал с трудом, буквально по кирпичам.
Внутри что‑то тёмное шевельнулось.
этой ночью он поймет, как аккуратно нужно выбирать выражения. Хоть он и не понимает, на что я готов пойти ради Эсси, — почувствует.
Почует тревогу.
Почует боль.
Он думает, что мне всё равно... но он глубоко ошибается.
Я медленно сжал кулак, заставляя себя выдохнуть.
Но не сейчас.
Сейчас у меня есть задача важнее.