Пяный Дамиан
Эстель
Когда я закончила с уборкой на кухне, я ушла в свою комнату, чтобы привести себя в порядок. Взяла сменную одежду и пошла в ванну. Встала перед зеркалом, сняла кофту — и шрамы на руках тут же притянули взгляд. Воспоминания о том дне не отпускали. Некоторые следы уже бледнели, но большинство оставались. На ногах тоже были отметины — именно там я научилась заглушать агрессию через боль, сделав это привычкой.
Я осторожно провела пальцем вдоль запястья до локтя, ощущая каждый изгиб, каждый изъян. Я изуродовала своё тело. Конечно, я жалею, но пока не могу справиться с этой зависимостью.
Я слабая.
Глупая.
Безрассудная.
Но прошлое не сотрёшь, как пятно на ткани. Следы останутся — напоминанием. И мысль о том, как избавиться от этой зависимости, звучит почти нереально. Как будто это что-то слишком далёкое. Слишком сложное.
Я закрыла глаза. Слёзы подступили к горлу, но сейчас не время для них.
Не здесь. Не сегодня.
Иногда я думаю, что если бы исчезли Рейстоли, мне стало бы легче. Я слишком устала.
Хотя... если быть честной, Дамиан — единственный, кто в последнее время заставляет меня смеяться. Даже когда бесит. Даже когда ведёт себя как полный идиот.
Он всё тот же наглый, самоуверенный клоун. Его поведение странное. Смущает. Выводит из равновесия.
И, возможно, именно поэтому рядом с ним мысли не звучат так громко.
Набравшись сил, я открыла глаза.
Хватит.
Я сняла остатки одежды и зашла в душевую кабину. Горячая вода медленно разлилась по коже, пар окутал ванную комнату. Тепло постепенно расслабляло тело, а мысли становились тише.
Не исчезали.
Но становились тише.
И на несколько минут этого было достаточно.
Через пару минут я вышла из ванной. Горячий пар всё ещё тянулся за мной лёгкой дымкой. Я надела белую толстовку и спортивные штаны — мягкая ткань приятно касалась кожи, словно возвращая ощущение защищённости, высушила волосы.
И направилась к двери, чтобы узнать, как дела у одного идиота. Надеюсь, дедуля не споил его — ему реально нужна была помощь.
Пройдя по коридору, я заглянула на кухню. Бабуля делала тесто. Женщина увидела меня.
— Милая, поможешь мне сделать пирожки? — она разминала тесто, голос звучал радостно и спокойно, по-родному.
— Да, я помогу, но сначала нужно... — я не хотела говорить это вслух, но женщина сразу всё поняла и кивнула.
Я вышла на улицу. Было жарко. Прошлась по тропинке. Дойдя до сарая, я услышала смех.
Потянула ручку вниз и увидела картину: дедушка и Дамиан сидели за столиком, на нём стояли бутылка и рюмки.
Мужчины посмотрели на меня. Дамиан расплылся в улыбке — пьяные глаза смотрели прямо на меня.
— Мышонок... — хрипло протянул парень.
Я тяжело вздохнула и скрестила руки на груди.
— Я так и знала.
Дедушка держался более-менее, тоже улыбаясь. Рюмки были налиты — значит, я помешала им. Отлично. Мой взгляд метнулся на бутылку, которая была наполовину пустой.
— Закрывайте свою лавку, — раздражённо сказала я.
Дедушка усмехнулся.
— Эстик, не начинай. Мы так, за знакомство, чуть-чуть.
— За знакомство? Неплохо так «чуть-чуть», — я посмотрела на Дамиана, который не сводил с меня глаз.
— А ты чего с больной ногой пить решил? Окончательно себя покалечить хочешь? — мой голос звучал строго.
— Мышонок, я трезвый... — Дамиан попытался встать, но шатнулся.
Я шагнула вперёд раньше, чем успела подумать, и поймала его за руку.
Он посмотрел на меня сверху вниз и остановился на моём хмуром лице. Глаза были покрасневшие, взгляд расфокусированный, тело слегка покачивалось.
— Видишь? Я стою, — промямлил он.
— Как вы успели так напиться за полчаса?! — я посмотрела на дедушку. — Я сейчас бабушку позову, и тогда будет всем весело!
Дедуля быстро встал и поправил футболку.
— Я пойду, у меня дела на огороде, — мужчина поспешно ускользнул из сарая.
Я снова посмотрела на Дамиана. Он так и не отвёл взгляд — потерянный, спокойный, непривычно мягкий.
— Ты пришла... волновалась? — хрипло спросил он.
Его руки легли на мою талию, притягивая ближе.
Я растерялась.
— Нет... Пришла просто узнать, что вы делаете, — мой голос прозвучал неуверенно.
Дамиан поднял одну руку и заправил прядь моих волос за ухо. Его движения были медленными, осторожными — то ли из-за алкоголя, то ли из-за чего-то другого.
Он снова положил руку мне на талию и сжал её. Его голова опустилась на моё плечо, он уткнулся лицом в мои волосы.
— Это одно и то же... — прошептал он.
-это другое..
Он усмехнулся. Его дыхание обожгло кожу на шее. Дамиан сжал мою талию чуть сильнее, притягивая к себе так, что между нами не осталось ни сантиметра.
— Ты мой мышонок... Ты это знаешь? — его дыхание было неровным, почти таким же, как и моё.
— Не говори ерунду...
— Это не ерунда, — хрипло прошептал он. — Мышонок Эсси... ты моя.
Я замерла.
В его голосе звучало нечто большее, чем просто пьяная бравада.
— И не смей даже смотреть на этого своего «щенка», — добавил он тише, уже без угрозы, но с явной ревностью. — И на моего брата тоже.
Я отстранилась на полшага, упёршись ладонями ему в грудь.
— Ты сейчас пьян и несёшь чушь.
Он посмотрел на меня чуть яснее.
— Может быть, — усмехнулся он.
Я очень надеялась, что это пьяный бред, иначе мне будет стыдно смотреть ему в глаза.
— Пошли лучше спать, — сказала я. — Ляжешь, пока не наговорил больше.
Он неохотно отпустил меня и, шатаясь, пошёл за мной.
Дедуля своё тоже получит — споил Дамиана, я наслушалась бреда... Дамиан слишком меняет мою привычную жизнь, не знаю, радоваться или плакать.
Когда мы дошли до моей комнаты, я помогла ему разуться. Дальше он сам снимал футболку и штаны.
— Ложись со мной. — Это была не просьба, а приказ.
— У меня есть Филипп, если ты забыл... — я развернулась, чтобы уйти.
Парень усмехнулся.
— Мне всё больше хочется его задушить, и поверь, моё терпение лопнет. Я когда-то сделаю это. Сегодня есть, завтра не будет... Эсси, ложись со мной. — Несмотря на улыбку, было ясно: он не шутит.
Я поддалась и легла рядом, думая, что как только он заснёт, смогу тихо выбраться.
Дамиан обнял меня, зарываясь носом в мою шею, втягивая в лёгкие мой запах. Его тело прижималось ко мне с такой силой, что каждый вдох ощущался как давление. Через пару минут он погрузился в сон, но его руки всё ещё не отпускали.
Я осторожно попыталась пошевелиться, но они сжимали меня словно стальной капкан. Кабан... как можно во сне иметь такую силу?