26 ГЛАВА: Решающие слова.
Машина проекта мчалась по встречной полосе к студии. Лиза сидела на заднем сиденье, прижав лоб к холодному стеклу. Две полоски на тесте горели в ее сознании, как маяк в кромешной тьме, не давая ни ясности, только оглушительный, парализующий гул. Ребенок. Их ребенок. В тот самый миг, когда «они» перестали существовать.
Она не могла сказать Олегу. Не сейчас. Не когда между ними лежали такие ранящие слова. Это известие приковало бы его к ней из чувства долга, а она не хотела долга. Она хотела... она уже не знала, чего хотела. Тишины? Но теперь тишины не будет. Никогда.
В гримерке царила предэфирная лихорадка. Визажистка торопливо пыталась скрыть следы бессонной ночи и слез на ее лице. Лиза сидела неподвижно, как кукла, глядя в зеркало, но не видя своего отражения. Видела маленькую комнатку в Париже, где жила с отцом. Видела лицо Олега, искаженное обидой. Чувствовала тихое, необъяснимое тепло у себя внутри, противостоящее ледяному страху.
В дверь постучали. Вошел Марат Башаров. Его взгляд был тяжелым и оценивающим.
—Элизабет. Рад, что вы передумали. Но нам нужно понимать: вы в форме? Сегодня не просто финал. Сегодня — твой шанс. Или его. Или Андрея. Зрители будут голосовать не только за силу, но и за историю. Твоя история за последние сутки стала... драматичнее. Но драма на сцене — одно, а в жизни — другое. Справишься?
Она медленно кивнула,не в силах вымолвить ни слова.
—Ладно. Удачи, — он развернулся и вышел, оставив после себя тяжелый шлейф напряженности.
На сцене готического зала все было готово. Три кресла для финалистов стояли полукругом. Зрители, жюри, камеры. Лиза, выходя под свет софитов, ощущала каждый шаг как движение по канату над пропастью. Она села на свое место, стараясь не смотреть на кресло Олега. Он вошел следом. Его взгляд скользнул по ней, быстрый, как удар тока — жесткий, непроницаемый. Он сел, отгородившись от нее стеной холодного молчания. Андрей занял место с другой стороны, его лицо было бесстрастной маской сосредоточенности.
Прямой эфир начался. Башаров закрутил маховик шоу в последний раз. Были повторы лучших моментов, вопросы от жюри, обращение к зрителям. Лиза отвечала на автомате, ее голос звучал ровно, но безжизненно. Она ловила себя на том, что кладет руку на живот — и тут же резко убирает ее. Олег, казалось, вообще не замечал ее присутствия. Он говорил о силе, о преодолении, его ответы были заряжены той самой боевой энергией, которая когда-то притягивала ее, а теперь казалась чужой и опасной.
Наступил кульминационный момент — экран со зрительским голосованием. Пока шли финальные минуты отсчета до объявления мест, Башаров дал им последнее слово.
— Андрей, Олег, Лиза. Последнее, что вы скажете тем, кто сейчас решает вашу судьбу.
Андрей говорил о логике, чистоте метода, о силе разума. Олег — о страсти, прорыве и умении слышать крик души даже в тишине.
Голос передали Лизе. Она встала. Свет был ослепительным. В закрытом от камеры месте она увидела Ирину, которая смотрела на нее с немой мольбой и поддержкой. И еще дальше, в тени — мать. Анастасия Константиновна смотрела прямо на нее, и в ее глазах не было ни одобрения, ни осуждения. Была лишь усталая готовность принять любой выбор дочери.
Лиза посмотрела в камеру. В миллионы глаз. И заговорила, наконец, своим настоящим голосом — тихим, но не дрожащим.
—Я приехала сюда, чтобы доказать, что моя сила — не болезнь. Что она может помочь. Я думала, что главная битва — с другими. Оказалось, главная битва — с собой. Со своими страхами, с голосами прошлого, с ожиданиями... чужыми и своими. Я не знаю, сильнейшая ли я. Но я знаю, что научилась слушать. Не только духов. Себя. И я благодарна каждому, кто доверил мне свою боль. Вы научили меня, что сила — это не в том, чтобы не чувствовать. А в том, чтобы, чувствуя все, — не сломаться. И идти дальше. Спасибо.
Олег смотрел прямо перед собой, его челюсть была напряжена. Ее слова, очевидно, задели его, но он не подал виду.
Оглашение результатов было театральным и долгим. В конце концов, Марат Башаров раскрыл золотой конверт.
— По результатам зрительского голосования,на третьем месте находится... Андрей Оболенский! Поздравляю вас,Андрей.
Оболенский театрально поклонился Башарову, кладя руку на сердце.
— Теперь давайте узнаем,кто становится победителем? Итак...
Победитель двадцать первого сезона «Битвы Экстрасенсов»... Это Олег Шепс!
Олег вскочил, его лицо озарила победоносная, ослепительная улыбка. Он обнял Башарова, пожал руку Андрею, который, стиснув зубы, сохранял вид спортивной сдержанности. Лиза встала и, собрав все силы, улыбнулась. Она подошла к Олегу, чтобы поздравить. Их взгляды встретились на секунду. В его глазах был триумф, боль, сотня вопросов и никаких ответов. Он обнял ее быстро, по-деловому, его объятие было таким же крепким и таким же далеким, как стена.
—Поздравляю, — прошептала она ему на ухо.
—Спасибо, — ответил он глухо, и тут же отпустил ее, чтобы принять поздравления от команды.
Для Лизы все после этого превратилось в размытый кадр. Фотосессия, короткие интервью. Она отвечала что-то про «бесценный опыт» и «гордость за коллег». Ирина обнимала ее, шепча: «Дура, почему не он и ты?», на что Лиза только качала головой.
Она ушла одной из первых. В своей гримерке лежал конверт для Олега — она так и не забрала его. Она оставила его там. Пустая сумка, паспорт, телефон. И тест, завернутый в салфетку, на дне.
В аэропорту, в этот раз уже ночью, было тихо. Она не позвонила отцу, чтобы он не слышал дрожи в ее голосе. Билет был куплен на новый рейс. На этот раз — в один конец.
Перед самой посадкой она достала телефон. Последний раз взглянула на ленту соцсетей. Повсюду — его фото с трофеем. Его сияющие глаза. Победитель. Она отправила ему последнее сообщение. Не то, что в конверте. Новое. Всего два слова: «Береги себя.»
Ответа не ждала. Выключила телефон, сняла сим-карту и выбросила ее в урну.
Самолет оторвался от земли, унося ее от мерцающих огней Москвы, от студии, где она оставила часть души, от человека, которого любила, и в которого уже несла новую, хрупкую жизнь.
Она смотрела в черное окно, где отражалось ее бледное лицо, и наконец позволила слезам течь. Не от горя, а от катарсиса. Битва была окончена. Все битвы. Теперь начиналось что-то другое. Страшное, неизвестное, одинокое. Но ее. Только ее выбор. Ее путь. Ее тишина, которая теперь будет наполнена новым, тихим стуком двух сердец вместо одного.