‡ 7 ‡
— Дядя сказал, что ты хотела меня видеть, — нарочито медленно произносит девушка. Это Ким ДжиСу. Оглядываю неожиданную гостью с ног до головы, совершенно не понимая, как она только смогла так измениться. От той нескладной школьницы не осталось и следа, а, даже будучи одетой в мешковатую рубашку размера на два больше её самой и явно потрёпанные временем джинсы с какой-то мужской чёрной курткой, эта ДжиСу может дать фору любой нынешней певичке. Брюнетка с бледным лицом и розовыми губами. Чёрные волосы с медным отливом собраны в неряшливый хвост, но она не выглядит уставшей, скорее раздражённой.
— Может, впустишь внутрь? — будто не говорит, а цедит сквозь зубы, показывая своё отвращение к данной ситуации. Неужели я настолько мерзка ей? Хотя правила приличия не отменяли. Раз уж пришла, зачем возмущаться. Ну почему именно сейчас я не могу сказать это?! Остаётся лишь цокнуть и пройти мимо.
Распахиваю дверь перед злюкой и кланяюсь с натянутой улыбкой, лучше бы не приходила, серьёзно. Это хорошо, конечно, что она может помочь нам, но если перед этим будут долгие пререкания и ушат недовольств, то я умываю руки. Мой «добрый» жест девушка решает пропустить, сразу же проходя внутрь и присвистывая.
— Пхах, мне б так жить, — в Ким видно дворовое воспитание. Типичная пацанка. Такие обычно в юбках покороче и блузках попрозрачней ходят, курят за школой и отбирают деньги. Из заднего кармана узких джинс она выуживает потрёпанную и помятую пачку дешёвых сигарет из ларька. В принципе, как я и думала.
— Огонька не будет, — обращается ко мне, продолжая осматривать различные предметы интерьера. Я лишь машу головой, а она даже не смотрит.
— Ну так будет, не? Ай, точно, ты же разговаривать не можешь, — тут же ударяет себя по лбу девушка, а мои брови взлетают высоко вверх то ли от недовольства, то ли от удивления. Как та, уж простит меня Ким ДжиСу, заучка на фото превратилась в эту бестактную стерву? Её характер чем-то напоминает СыльГи и ещё… ещё чей-то.
— Так что ты хотела, Пак ЧеЁн, — собеседница плюхается на диван, кладя ногу на ногу. Сигарету откидывает на журнальный столик и с деловым видом добавляет:
— Только говори быстрее, у меня дел много, — забиваю в телефоне текст и ставлю на всю громкость:
— Ты получила свой телефон?
— Да.
— Но как же он тогда оказался у маньяка?
— Какого ещё маньяка? — у Ким округляются глаза, но через секунду она снова вальяжно облокачивается на спинку.
— У Флориста этого вашего? Да фиг знает. Телефончик у меня прямо из кафе, где я работаю, пропал. Положила на кассу, а какой-то придурок прихватил. Может, вор просто продал его, а Флорист купил. Мир же тесен.
— И всё? — недоверчиво прищуриваюсь, ведь история вышла слишком простой и короткой, а главное — совершенно бесполезной.
— Пф, а на что ты рассчитывалась? Экшн с триллером? Я тебя умоляю, Пак ЧеЁн, переставай верить в сказки. Ты в жизни находишься, а здесь всё предельно просто, не надо лишний раз заморачиваться. Да и если уж на то пошло, я не понимаю, для чего вы это всё затеяли. Глупость несусветная. Не высовывались лучше бы.
— Тебя это так волнует? — не выдерживаю я, а брюнетка лишь кривит губы в усмешке.
— Лично вы мне никаким боком не нужны, а мой дядя, решивший помогать вам, действительно беспокоит меня. Хотите играть в детективов? Вперёд, но не приплетайте к этому мою семью, окей?
— Он сам решил помочь нам, — продолжаю спорить я. Так и хочется, чтобы это самодовольство сползло с её лица, ведь самоуверенностью веет за километр и весь дом ею пропитался, а ДжиСу не собирается сдавать. Всё так же гнёт свою линию и смотрит прямо в глаза:
— Даже если и так, просто скажи ему, что перестала расследовать это дело. Мне не нужны лишние жертвы. Это всё? — Ким встаёт и медленно идёт к выходу. Что это за разговор такой был? Ни смысла, ни новостей.
— Можешь дать свой телефон на всякий случай? — талдычит женский голос, а старшеклассница только и показывает, как сильно её все это напрягает. Диктует цифры бесцветным голосом и снова повторяет своё любимое: «Ну всё?»
— Почему я тебе не нравлюсь? — прямо спрашиваю я, ведь видно, как ДжиСу кривится от одного моего вида.
— Хах, — она застывает в дверях,
— ну, начнём с того, что ты не конфетка, чтобы всем нравится. И раз уж задаёшь такие вопросы, значит, и не помнишь меня вовсе. Такие, как вы, детки с золотой ложкой, которые, только щёлкнув пальцами, получают все, что захотят, не любят засорять память ненужными моментами. То, что может быть всем для меня, для тебя не имеет значения, поэтому не забивай свою красивую головку лишними мыслями, которые всё равно снова забудешь. Лучше позвони своим недалёким подружкам или пожалуйся парню, делай, что обычно. Живи своей жизнью, ладно? — разворачивается на пятках и идёт к лифту, даже простого «пока» не соизволив сказать. Я прыскаю от смеха, закрывая дверь. Хочет выглядеть круто, а получается нелепо. Полнейшее несовпадение статуса и поведения. Неожиданно телефон снова вибрирует, и я хватаю его в ожидании новых известий. Неужели опять СыльГи? Или вообще другая жертва?
«Ким ТэХён создал новую беседу „Шерлоки“. Приглашённые пользователи: Вы, Лиса, ЧонГук, Венди, Учитель Ким СокДжин».
Тьфу ты, дурак. Даже учителя Кима не постеснялся добавить. Недовольно цокаю и иду на кухню, чтобы попить воды. Слежу за чатом, где вовсю активничает Тэ с Гуком и Лалисой. Потом приходят сообщения с удивлением от СокДжина, даже СынВан понемногу втягивается в общение, рассказывая, что успела заразиться где-то на курсах и завтра её в школе ждать не стоит, а я упорно молчу. Не хочу участвовать в этой ерунде.
Ладно, сдаюсь. Я уже целый час переписываюсь с этой компашкой, и о чём мы только не говорили. Неважные и глупые темы перетекали в серьёзные дебаты, обсуждались последние новости. Учитель рассказал, что сейчас СыльГи находится в тяжёлом состоянии. Её еле успели спасти. ЧиМин, который продолжает сидеть у палаты Кан, игнорирует какие-либо вопросы, посматривая на телефон. Единственное, что известно — это была передозировка снотворным. Родители не будут требовать расследования, ведь знают, что для них это обернётся полнейшим провалом, где родную дочь ещё и в попытке самоубийства обвинят, поэтому им придётся молчать, даже зная, что она сделала это не сама. К Айрин до сих пор не пускают, но и подозрительные личности к ней больше не наведываются. Мою историю с ДжиСу все восприняли на удивление спокойно. Джин даже сказал, что помнит её, но не чётко. Он тогда только пришёл работать, а Ким уже ушла через неделю. Никто толком не знает её, как будто Ким всегда была невидимкой, а единственное, что осталось — парочка фотографий в альбоме. Классный руководитель даже обещает порыться в базе учеников, где возможно найти и её биографию, хотя она ничем нам помочь не сможет.
Время идёт, а я не вылезаю из виртуального мира. Уроки остаются нетронутыми лежать в рюкзаке, но мне впервые плевать на них. Всё равно меня никто не спрашивает, а тесты напишу и без номеров из домашки. С СокДжином мы уже разговариваем на равных, он постоянно шутит, а ТэХён отправляет смеющиеся смайлики. Только если серьёзно, юмор странный у учителя. Типа: «Какие у меня шутки? ЛеДЖИНдарные! Ха-ха-ха». И так постоянно. Тем не менее, мне действительно приятно общаться с ними, ведь раньше со своими бывшими «друзьями» я никогда не занималась подобным. Сейчас я чувствую себя настоящим подростком. Я чувствую себя живой.
Хлопок двери. Кладу телефон на тумбочку и встаю с кровати. Неужели мама пришла раньше двенадцати ночи? Прислушиваюсь к шагам и понимаю, это не цоканье шпилек, а тяжёлые шаги, от которых скрипит пол. Сердце начинает отбивать бешеный ритм, а я не знаю, что делать. Хватаю мобильник и быстро печатаю в чат: «Кто-то пришёл в наш дом. Я не знаю, кто это. Мне страшно. Что делать?»
Слышу, что незнакомец хозяйничает где-то в районе кухни, а на телефон начинают приходить звонки, которые трелью разносятся по комнате. Приходится выключить телефон, ведь «гость» может услышать, а единственная разумная мысль, которая приходит мне в голову — взять тяжёлую статуэтку с камина в гостиной и ударить этого придурка по голове. Стараюсь как можно тише спуститься по лестнице, хоть ноги и подкашиваются. Цепляюсь за перила, чтобы не упасть из-за темноты, а идти приходится на ощупь. В зале становится светлее; лунный свет и фонари освещают помещение, поэтому легко нахожу набор тяжёлых греческих фигурок, которые так ценит родительница. Обхожу длинный диван, и мои шаги становятся увереннее. Если у него нет пистолета, то победа явно за мной. Только вдруг понимаю, что стоило бы вызвать полицию, но сейчас уже не успею. Буду кричать, если что. Незнакомец уже полностью освоился: ходит из угла в угол, даже холодильник открывает. В два шага достигаю двери и включаю свет. Фигура в чёрном резко поворачивается в мою сторону, и я узнаю Ким Йерим.
Первые минуты мы обе в ступоре: она из-за того, что раскрыли, а я из-за шока. Какого чёрта Ким здесь забыла? Или, может, она пришла устранить меня? Вижу, как русоволосая дёргается в сторону, скользя кроссовками по кафелю, но я сразу же замахиваюсь, сжимая греческую богиню покрепче:
«Если не хочешь, чтобы Афродита прилетела сиськами в твою больную голову, стой смирно»,
— кричу об этом мысленно и стискиваю зубы, чтобы в эту же секунду не наброситься на идиотку с кулаками, а она, видя мой настрой, молча мнётся на месте минуту, но уже на вторую её будто прорывает и, захлёбываясь слезами вперемешку со всхлипами, одноклассница чуть ли не на колени оседает:
— ЧеЁн-а, пожалуйста, не вызывай полицию! Это была всего лишь шутка! Честно! Меня заставили! Я не хотела вредить тебе! Мне дали задание, а я хотела выполнить его! — к завываниям со стороны девицы прибавляются надоедливые и сильные стуки в дверь с приглушёнными криками в два голоса: «Открой! ЧеЁн, открой дверь!» Голова начинает болеть от всестороннего шума и уже единственным желанием становится простая тишина. Бедная статуэтка практически трещит от силы сжатия, а я, уже не выдерживая всеобщего напора, просто кричу. На Йерим это действует успокоительным, так сильно, что ту парализует, заставляя замереть на месте с открытым ртом, а спасатели лишь сильнее бьют в не вечную, на секундочку, дверь. Я, конечно, понимаю, что оставлять Ким одну рисковано, но с другой стороны — окон нет, выпрыгнуть некуда. Добегаю до двери и распахиваю её, а мне в благодарность, видимо, прилетают три стука в лоб.
— Чёрт, ЧеЁн, прости, — басят над ухом и наваливаются всем телом мне на спину. Кроме болящей головы меня лишают и дыхания, вот и приходится трясти плечами, чтобы попытаться сбросить чужую тушку. Стуки были не особо сильными, однако место удара болит, рискуя из покраснения превратиться в синяк. Оборачиваюсь на недотёпу, чтобы постучать по голове в ответ, но врезаюсь в мужскую грудь. Приподнимаю голову, встречаясь с обеспокоенным взглядом ТэХёна, и отмечаю для себя, что он слишком высокий.
— Ты как? — я без стеснения бью его по плечу и молча указываю себе на лоб, а он только шипит сквозь зубы, но не пытается возмутиться, понимая свою вину.
— Йери, что ты тут делаешь? — вдруг слышу голос Джина. Даже он здесь. Все поворачивают головы в её сторону, а она сидит на полу, опустив голову.
— Это ты напугала ЧеЁн?!
— Мне очень жаль, — чуть слышно лепечет она, вытирая мокрые щёки рукавом толстовки. Мне должно стать жаль её? Ничуть. Моя бы воля, в полицию сдала, но куда важнее узнать, что за задание ей дали. А главное — кто? Жестами прошу Тэ дать мне телефон, где сразу же печатаю: «Читай мои слова». Он кивает в ответ, а вокруг все замолкают. Даже Ким молчит, догадываясь, что сейчас ей придётся отвечать на вопросы.
— Соврёшь хоть раз, прощайся со своей репутацией, — дрожащим голосом озвучивает парень.
— ЧеЁн, так же нельзя, — возмущается СокДжин, а я взглядом показываю, как сильно мне плевать. Надоело играть милашку, ведь результат на лицо. На меня стали спорить, хотя раньше и говорить боялись. Пусть у меня и нет голоса, будут действия.
— Рассказывай с самого начала. Кто дал тебе задание? Почему? Зачем? — продолжает говорить за меня ТэХён, а я только глаза прикрываю, не желая видеть потрёпанный силуэт.
— Это началось пару дней назад. Джой и Дженни сказали, что если я хочу стать такой же, как и они, то должна пройти проверку. Приготовили задание — залезть к тебе в дом и написать где-нибудь что-то на подобии: «Я была тут», записать видео, как я выхожу из дома и отправить им. Это была всего лишь шутка, не более. Я не хотела вредить или делать что-то с тобой, — а потом опять это хлюпающее лепетание: «Мне так жаль. Мне так жаль. Мне так жаль».
Понятно, что Йери здесь не больше, чем просто пешка. Маленькая деталька в интересной игре СуЁн и Дженни. Да-да, именно этих двоих, ведь СыльГи здесь никакой роли не играет. Давно бы мне стоило понять, что Кан никогда не занимала моего места, да и ей, наверное, тоже. Это всё фарс, нужный для чего-то больше, и я в жизни не поверю, что Ким и Пак просто решили из «шестёрок» превратиться в королев. Престол уже давно никого не интересует. Не интересует с самого появления Цветочника.
Ким СокДжин, любящий учитель, явно не выдерживает сломленного вида одной из учениц, поэтому порывается поднять её с пола и успокоить. Поругать успеет завтра, а на сегодня: «День закончен». Только он берёт ТэХёна за рукав куртки, чтобы тоже увезти домой, как тот без стеснения вырывает её: «Мне надо поговорить с ЧеЁн».
— Говори, а мы тогда тебя в такси подождём.
— Учитель, я же сказал, что должен поговорить с ЧеЁн! — чуть повышает он голос.
— Не волнуйтесь и езжайте.
— Да как же я могу ехать, а?! Сейчас мама ЧеЁн придёт, а как же твои родители! — отвечает криками Ким. — Кстати, а как ты из дома вышел в позднюю ночь? Сбежал?
— Да на меня дома всем плевать, — твёрдо говорит одноклассник. — Папаша с очередной потенциальной женой в ресторане сидит, деньгами хвастается. Лишь бы ему хоть кто-нибудь дал, — добавляет он тише со смешком.
— ТэХён, ты не можешь говорить подобного об отце, — журит Джин, а парень всё отмахивается:
— Учитель, давайте обсудим это завтра. Я тоже вызову себе такси и поеду домой только чуть позже. Не волнуйтесь. Хотите, напишу вам?
— Только не натворите глупостей, — своеобразно прощается Ким и уходит, держа Йери за плечи. А Тэ отшучивается: «О каких таких глупостях он говорит»? Мне остаётся только закрыть дверь и молчать, а Ким тоже не особо действует, крутя мобильник в руках. Видно, забываясь, спрашивает: «Когда мама придёт», — а вспоминая о моём безмолвие, снова протягивает телефон.
— Завтра. А может послезавтра. А может она снова уехала по работе. Я не знаю, но раньше десяти утра её не нужно ждать. Если не пришла до двенадцати ночи, значит сидит на ночном дежурстве и разбирается с новым богатеньким клиентом.
— Видимо не особо с мамой ладишь? — а я просто киваю, это лучше тысячи слов. Шатен садится в кресло и вытягивает ноги.
— У меня тоже всё хреново. Ну ты поняла. Папаша ищет новую «любовь», — а в воздухе обозначает это слово в кавычки и широко улыбается, будто рассказывает самую смешную в мире шутку,
— Хотя на деле это просто очередная дырка, падкая на толстый кошелёк. Самое смешное то, что каждая новая любовница моложе предыдущей, а задерживаются они в нашем доме всё на большее время. С содроганием жду, когда он притащит малолетку и объявит её своей женой. Ух, — он трясёт плечами, добавляя.
— А твоя мама никого себе не ищет?
— Она давно замужем за работой. Практически одержима ей, вот папаша родительницу и бросил.
— О, а моя маман тоже ушла. Я ей никогда особо был не нужен, а когда отец в деньгах стал ограничивать, так она и сбежала, — ловлю себя на мысли, что Ким тоже не привык произносить такие простые «мама» и «папа». Как угодно по-другому, хоть по имени, но не знакомые слуху слова. Для меня эта тема не из самых приятных. Как бы там ни было, мы — дети, и нам нужно внимание от собственных родителей. В противном случае вырастают такие Пак ЧеЁн, как я: ищут внимание в глазах окружающих, а под маской «принцессы» скрывают до чёртиков одиноких людей. От этих мыслей даже сердце начинает биться чаще, поэтому стараюсь перевести тему:
— Хочешь, останешься у меня ночевать? — Ким крякает от удивления и даже ноги подбирает, привставая с нагретого места.
— Я бы с радостью, но Джин же сказал не творить глупостей. Я лучше на такси домой поеду, — моё дело предложить, как говорится. Возвращаю другу телефон и слушаю его долгий разговор с диспетчером, а следующие двадцать минут ожидания водителя мы проводим за разговорами. Тэ пытается узнать, как Йери узнала код от двери, а у меня готов ответ — два года дружбы с Джой и Дженни дали о себе знать. Не удивлюсь, ели они помнили код от моей двери, ведь я как-то запомнила их код. Конечно же, код! Щёлкаю пальцами, но тут же стираю торжество с лица, ведь идею в голове нужно ещё хорошенько продумать.
— Ты чего? Что-то придумала?! — сразу же цепляется ТэХён.
— Ну ЧеЁн, отве-е-еть, — тянет он, дрыгая ногами, а я лишь бью себя по лбу от этого «милого» зрелища. Эгьё точно не его. Аж мурашки прошли по спине. Пытаюсь в ограниченное время придумать отговорку, но к моему счастью звонит служба такси. Уже на выходе ТэХён берёт с меня слово, чтобы завтра я ему всё рассказала, а я только киваю головой, надеясь, что до завтра не забуду.