ГЛАВА 4. ТОТ КТО ПОМНИТ
Ветер в Хельсинки пахнул солью и холодом — осколками с Балтики, впившимися в щеки, как слова, которые она не позволяла себе произносить. Серафина стояла у края моста, вглядываясь в промозглый горизонт. Машины мимо проносились, как будто несли с собой чужие жизни, чужую скорость. У неё не было такой. Её движения всегда оставались сдержанными, как у того, кто боится случайно задеть реальность.
Она знала, что он в городе.
Сначала это были только намёки. Чужое лицо в отражении витрины, слишком долгий взгляд на остановке, незнакомец, переходящий дорогу второпях, но оставляющий после себя знакомый запах — как будто парфюм, которым Рафаэль пользовался в Германии, — древесный, горький, слишком мужественный, чтобы быть случайным. Или она просто сходит с ума.
Иногда она ловила себя на том, что бессознательно возвращается к его манере шагать. Рафаэль никогда не ступал тихо. Он как будто врезался в пространство, будто каждый шаг был приказом. И теперь она слышала эти шаги.
Серафина взяла привычку отключать звонки. Она боялась услышать его голос.
---
Вечером в почтовом ящике лежал конверт. Без обратного адреса. Без имени. Только её нынешний адрес, написанный тем самым почерком, от которого её вырвало однажды в прошлом.
Внутри — фотография. Она. Неделю назад. У книжного магазина. Фото было сделано сзади, но он знал, как поймать свет. Он всегда знал. А на обороте — слова на немецком: «Судьба любит повторяться.»
Серафина сжала бумагу так, что ногти впились в ладонь. Рафаэль здесь. Игра началась.
---
Флешбек. Пять лет назад. Мюнхен.
Мэй Лин (тогда ещё под своим именем) стояла в кухне их общей квартиры. Он обнимал её сзади, дышал в шею, шептал о будущем. Всё было невыносимо нежно. Настолько, что она задыхалась. Она была в ловушке любви, от которой не было спасения.
Он хотел, чтобы она перестала работать. Чтобы не носила короткие юбки. Чтобы не улыбалась слишком ярко другим. Чтобы перестала общаться с подругами. Всё во имя любви. Всё ради них.
Она помнила тот день, когда он сменил замки. Без предупреждения. Чтобы было безопаснее.
---
Настоящее. Хельсинки. Комната. Темнота.
Серафина смотрела в потолок. Она не включала свет. В её голове звучал его голос. Тихий, уговаривающий, безумный. И в каждом углу комнаты ей казалось, будто кто-то стоит.
Она решила: если завтра он оставит ещё один знак, она сбежит снова.
Но утро принесло только зеркала. Зеркала, в которых отражалась не она, а девушка, которую он любил. Которую он разрушил. Которую она пыталась убить вместе с собой.
Серафина не знала, от кого она бежит больше — от него или от себя.
А Рафаэль всё ближе.