ГЛАВА 7. ТРЕЩИНЫ В МАСКЕ
Вечер опустился на город слишком рано. Финляндия, со своим суровым небом и тусклым светом фонарей, всегда выглядела чужой для Серафины. Но в этот раз чуждой становилась не улица — а собственное отражение в витрине. Женщина в длинном пальто, с чёрными волосами и холодными глазами. Это была она — и в то же время не она.
Сердце колотилось быстрее, чем шаги. Она знала: он где-то рядом. В последние дни Рафаэль появлялся слишком часто — будто тень, будто кошмар, который невозможно стряхнуть.
— Ты опять смотришь на витрины, как будто там что-то спрятано, — знакомый голос прозвучал позади.
Она резко обернулась. Он стоял так близко, что дыхание коснулось её щеки. На нём был чёрный плащ, и под светом фонаря его фигура выглядела угрожающе спокойной.
— Господи… — Серафина отступила на шаг. — Ты меня преследуешь?
— Разве? — в его голосе прозвучала усмешка. — Я просто гуляю. В этом городе не так уж и много улиц, правда?
Она попыталась обойти его, но он преградил дорогу. На этот раз движения были предельно мягкими, без грубости — и это пугало сильнее.
— Ты странный, — процедила она. — Мы едва знакомы. Ты не должен быть рядом всё время.
— Но разве не страннее то, как ты смотришь на меня? — он наклонился ближе. — В твоём взгляде столько боли… как будто ты узнаёшь меня.
Слова ударили прямо в сердце. Она замерла, боясь выдать дрожь.
— Ты ошибаешься. — Голос предательски сорвался.
Он медленно засмеялся. Смех был тихим, тягучим.
— Ошибаюсь?.. Может быть. — Он задумчиво посмотрел на её лицо. — Но я всегда нахожу то, что потерял. Даже если оно прячется под маской.
Его рука неожиданно скользнула к запястью пальто и аккуратно коснулась ткани. Не хватало совсем немного, чтобы он почувствовал биение её сердца.
— Отпусти, — прошептала она.
Рафаэль послушно отдёрнул руку. Но в его глазах мелькнул огонь — тот самый, знакомый до боли, тот, от которого она бежала через границы и годы.
— Ты боишься меня? — спросил он почти ласково.
— Я… — она не нашла слов.
— И правильно делаешь.
---
Позже, вернувшись домой, Серафина закрыла все двери и задвинула шторы. Но его голос всё ещё звучал в голове. И взгляд. И странная, пугающая деталь: когда он поправлял рукав, на его коже на секунду мелькнула татуировка.
Она успела увидеть только часть, но этого хватило, чтобы в животе всё похолодело: изогнутые линии, которые слишком знакомы. Имя, которое не должно было больше существовать.
Кхун Мэй Лин.
Её настоящее имя.
Она сжала голову руками. Нет. Этого не может быть. Возможно, она ошиблась. Возможно, это просто игра света.
Но воспоминания начали прорываться — как вода через трещины. Его руки, его одержимость, обещания, от которых она бежала. И теперь всё возвращалось.
---
На следующий день он снова «случайно» оказался рядом.
— Ты выглядишь усталой, — сказал он, будто заботливо. — Тебе стоит отдохнуть.
— Почему ты не оставишь меня в покое? — она сорвалась.
— Потому что у тебя в глазах слишком много того, что я узнаю, — ответил он. — Ты можешь притворяться сколько угодно, но я всегда чувствую правду.
— Ты ничего не знаешь обо мне.
— О, я знаю гораздо больше, чем ты думаешь.
Его взгляд скользнул вниз. На миг он словно специально закатал рукав чуть выше, и теперь она увидела татуировку ясно.
Тонкие линии. Её имя.
Она едва не задохнулась. Секунда — и вся маска «Серафины Блэквуд» треснула изнутри.
— Рафаэль… — прошептала она.
Он замер, но в уголках губ мелькнула улыбка.
— Интересно, откуда ты знаешь моё имя?
---
В эту ночь Серафина впервые за долгое время не смогла уснуть. Она металась по комнате, смотрела на закрытые окна, грызла губы до крови. Сердце билось так, будто она снова жила в Германии, в его доме, где каждая тень принадлежала ему.
Её прошлое вернулось.
Оно стояло прямо у дверей.
И она понимала: бежать больше некуда.