«Утро после. Или как завести себе хвостик по имени Канао»
Утро в поместье Бабочки всегда начиналось одинаково: запах лекарств, шелест ветра, и Шинобу, уже бодро ходящая по коридору с идеальной причёской.
А сегодня к этому утру добавилось нечто новое.
И это — Т/И.
Она только вышла из комнаты, потянулась, и…
Канао тут же появилась из-за угла.
Молча.
С огромными глазами и спокойным лицом.
— Доброе утро, — улыбнулась Т/И.
Канао кивнула.
И продолжила стоять.
— Эм… всё в порядке?
Канао кивнула снова.
И пошла за ней.
(С этого момента Т/И официально приобрела персонального призрака любви. Бонус: не шумит, не ест, но следит за каждым твоим шагом.)
Т/И попыталась сделать вид, что ничего странного не происходит.
Села завтракать — Канао рядом.
Пошла за водой — Канао рядом.
Решила вдохнуть воздух — угадай кто рядом?
(Сценарий "Один дома", но вместо грабителей — немая девочка с глазами «если ты исчезнешь, я выпрыгну в окно».)
Шинобу, проходя мимо, лишь прикрыла рот ладонью, чтобы скрыть улыбку.
— Кажется, у тебя теперь есть спутница.
— Да я уже заметила, — вздохнула Т/И, глядя, как Канао чинно складывает руки.
(Внутренне: ну всё, я в тюрьме, но без решёток. На свободе, но под надзором милоты.)
Шинобу подошла ближе.
— Канао редко к кому так тянется. Ты для неё — как свет.
Т/И посмотрела на Канао, которая в этот момент аккуратно поливала цветы, хотя лейка была пустая.
— Свет, говорите? Ну хоть не источник радиации.
(Хотя с моим везением — неделя, и я начну светиться реально. От перенасыщения добротой и стрессом.)
Шинобу усмехнулась.
— Ты кажешься спокойной, но у тебя особенный взгляд… очень живой.
Т/И:
— Это просто сарказм живёт внутри меня, как демон в бутылке.
(И да, если его выпустить, то бутылка взорвётся, а ближайшие пять километров превратятся в зону отчуждения.)
Шинобу рассмеялась, впервые за долгое время по-настоящему.
— Канаэ бы с тобой не соскучилась.
— Наверное. Хотя я та версия, которая иногда матерится, когда чай проливает.
(Но только мысленно, потому что приличное общество. Пока.)
Канао тем временем подошла ближе и тихо взяла Т/И за рукав.
— Можно… остаться с тобой сегодня?
Т/И мягко улыбнулась.
— Конечно.
(Внутренне: ладно, у меня теперь питомец. Только без хвоста, но зато с эмоциональной привязанностью на уровне трёх айфонов.)
Шинобу посмотрела на них с каким-то спокойствием.
— Думаю, ты ей действительно нужна.
Т/И ответила просто:
— Тогда я останусь.
(А в голове: всё, я пропала. Теперь моя жизнь — это девочка, чай и бесконечное «а не хочешь ли обнимашку?».
Так погибает свобода, не от меча — а от милоты.)