Клетка
Звук щелчка замка эхом разнесся в абсолютной тишине. Макс понял, что оказался заперт в металлической клетке, узкой и холодной, как могила. Ржавчина покрывала прутья, царапая кожу сквозь тонкий слой одежды. Он попытался вырваться, рванул прутья, но клетка оказалась прочно зафиксирована к полу. Паника подступала к горлу, сжимая его в тиски. Где его друзья? Как они? Вопросов было так много, а ответы отсутствовали.
Темнота была непроницаемой. Только слабый свет из щели под дверью клетки показывал ему кусочек грязного каменного пола. Он прислушался, пытаясь уловить хоть какой-то звук, но слышал лишь собственное учащенное сердцебиение, отдающееся в ушах оглушительным гулом. Страх, холодный и липкий, сковал его, заставив ощутить свою беспомощность. Несмотря на обилие эмоций, удушающих парня, он решил держать себя в руках, не сдаваясь, не покидая игру, ради друзей.
Внезапно, до него донесся приглушенный крик Энни, отдаленный и искаженный. Затем – резкий, пронзительный женский вопль. Это была Даниэль. Макс в отчаянии бил кулаками по прутьям клетки, расцарапывая кожу до крови, пытаясь привлечь внимание, но его крики затерялись в мраке.
Он представил себе, что с ними может случиться. "Подземелье" – это не обычный квест, парень ощущал это с самого начала. Это место, где переступали черту. Где играли с реальностью. Где люди теряли не только время, но и себя, свой разум.
Он слышал теперь не только крики, но и какой-то звук... гул, похожий на жужжание. Шокер? Неужели... Его охватила полная безысходность. Его оставили одного, в ожидании неизвестности, в этой холодной, мертвенно-тихой клетке. Он был всего лишь пешкой в чьей-то жестокой игре, и в этой игре не было правил, были только боль и страх.
Единственное, что парень мог сделать – это ждать. Ждать, пока кто-то его найдет. Или нет. Возможно, Макса ждал еще более ужасный конец, чем его друзей. Он зажмурился, пытаясь отгородиться от мрачных мыслей, но видение Даниэль, кричащей от боли, не покидало его разум. Это был не квест. Это был кошмар наяву. Хотелось сбежать, покинуть это все! Забыть, словно безумный, страшный сон.