Первая регрессия
Воскресенье было официально объявлено «днем тишины». Согласно правилам на холодильнике, Алиса должна была провести этот день без рабочих чатов.
Марк пришел ровно в одиннадцать, и первое, что он сделал — протянул ладонь.
— Телефон, Снежинка. Он отдохнет в сейфе до вечера.
Алиса послушно отдала гаджет, чувствуя, как вместе с ним улетучивается львиная доля её привычной тревоги. Сегодня на ней была та самая огромная серая толстовка Марка и мягкие гольфы выше колена
— Сегодня мы будем учиться просто быть, — сказал Марк, усаживая её на ковер, на новый лавандовый плед. — Никаких планов. Только ты, я и твои раскраски.
Он достал из пакета книгу с крупными, добрыми рисунками и набор мягких пастельных карандашей. Алиса сначала замялась. Её «взрослый» мозг, привыкший к сложным графическим редакторам, всё еще пытался анализировать композицию.
— Расслабься, — Марк сел позади неё, позволяя ей опереться спиной на его крепкую грудь. Его руки обхватили её, создавая защитный барьер от всего мира. — Просто выбирай цвет, который тебе «улыбается».
Алиса взяла ярко-желтый. Потом голубой.
Тихий звук шуршания карандаша по бумаге начал действовать на неё гипнотически. Марк не просто сидел рядом — он начал негромко рассказывать историю о маленьком лисенке.
Его голос, глубокий и размеренный, окутывал её как туман.
Постепенно мир вокруг начал терять четкость. Алиса перестала замечать время. Мысли о налогах, правках и клиентах лопались, как мыльные пузыри. Она почувствовала, как её сознание «сворачивается» в уютный клубок. Ей больше не хотелось говорить сложными фразами. Ей вообще не хотелось говорить.
Она отложила карандаш и непроизвольно потянула палец к губам.
— Мы не грызем пальчики, — нежно, но твердо произнес Марк. Он перехватил её руку и поцеловал ладонь. — Кажется, кто-то совсем размяк. Да, Снежинка?
Алиса медленно повернулась к нему. Её взгляд был расфокусированным и непривычно ясным, без тени привычной усталости. Она выглядела так, будто сбросила десять лет за один час.
— Пап-почка… — прошептала она, и это слово прозвучало совсем иначе — тоньше и беззащитнее.
Марк понял всё без слов. Он аккуратно подхватил её под мышки и пересадил к себе на колени. Алиса не сопротивлялась. Она обхватила его шею руками, пряча лицо в изгибе его плеча.
— Тише, моя девочка. Всё хорошо. Я здесь, — он начал мерно покачиваться, поглаживая её по спине.
В этот момент Алиса окончательно «ушла» в маленькое состояние. Она больше не была успешным дизайнером. Она была маленьким существом, которому жизненно необходима была эта огромная ладонь на спине и это чувство абсолютной безопасности. Она почувствовала, как из глаз покатились слезы — не от горя, а от колоссального облегчения.
Весь груз, который она тащила годами, наконец-то был снят.
Марк продолжал сидеть на полу, прижимая ее к себе. Он знал, что этот момент был самым хрупким. Теперь она доверила ему свою истинную сущность, и его задача состояла в том, чтобы построить вокруг этого доверия крепость, которую никто не сможет разрушить.