Срыв
Дома напряжение достигло апогея. Алиса стояла посреди гостиной, всё ещё в офисном пиджаке, и её трясло от смеси ярости, усталости и бессилия.
— Ты не имел права! — выкрикнула она, и её голос сорвался на хрип. — Ты сорвал мне сдачу проекта! Кто ты такой, чтобы решать за меня? Я не твоя собственность!
Марк стоял у двери, молчаливый и неподвижный, как скала. Его спокойствие только сильнее раззадоривало её истерику. Алиса начала метаться по комнате, хватая вещи и бросая их обратно. Она схватила со стола тот самый бамбуковый стакан с лисичкой и замахнулась, чтобы швырнуть его в стену
— Алиса. Поставь. На место, — его голос был тихим, но в нём прозвучала такая мощь, что рука девушки непроизвольно дрогнула
— Ненавижу! — закричала она, но стакан поставила. Силы внезапно покинули её. Гнев, который подпитывал её последние три дня, испарился, оставив после себя лишь выжженную пустыню.
Она опустилась прямо на пол, закрыла лицо руками и зарыдала. Это был не тот тихий плач, что раньше. Это был надрывный, страшный вой человека, чья нервная система окончательно сдалась. Она рыдала так, что начала задыхаться, хватая ртом воздух.
Марк мгновенно оказался рядом. Он не стал её отчитывать.
Он сел на пол, обхватил её со спины и крепко прижал к себе, блокируя её хаотичные движения.
Марк сидел рядом с кроватью Алисы, наблюдая, как её дыхание становится ровным и глубоким. Он не мог оставить её одну в таком состоянии. Ее истерика была страшной, но необходимой — клапан, который она держала закрытым годами, наконец-то сорвало.
Он встал, тихо вышел из спальни и отправился на кухню. Первым делом он нашел телефон Алисы и отправил её начальству короткое, но ёмкое сообщение:
«Алиса на больничном. Проект будет заморожен до её полного выздоровления. По всем вопросам обращаться ко мне. Марк».
Он не сомневался, что будут звонки и возмущения, но сейчас это не имело никакого значения.
Затем он занялся восстановлением порядка в квартире. Он собрал разбросанную одежду, выбросил пустые стаканчики из-под кофе и аккуратно повесил разглаженный рисунок обратно на стену. Он приготовил небольшой поднос с чаем, легкими закусками и чистым полотенцем, оставив его на тумбочке у кровати
Вернувшись в спальню, он убедился, что Алиса крепко спит. Он аккуратно поправил одеяло, удостоверился, что в комнате комфортная температура. Он понимал, что завтрашний день будет непростым. Вероятно, Алиса будет чувствовать себя опустошенной, стыдиться своего поведения, и её "взрослая" часть будет отчаянно пытаться восстановить контроль.
Но Марк был готов. Он знал, что этот срыв не сломил её, а наоборот — стал поворотным моментом. Это был шанс построить что-то новое, что-то более прочное и здоровое, на руинах старой, изматывающей жизни.
Он взял книгу, которую читал в домике, и сел в кресло в углу комнаты. Ночь была длинной, но он был здесь, её страж, её якорь в бушующем море эмоций. Он был её Папочкой, и он защитит свою Снежинку от любого шторма, внешнего или внутреннего.