Люмос [Хогвартс-au! морнингривзы] · Лиза
Лириана думала, что хуже утро уже не будет: Миримэ Баттьяни-Пальфи вместе с ее облезлой совой обычно являлись ей в качестве финального аккорда, возвещающего о звенящей пустоте в аду, однако на этот раз встретились ей на платформе 9¾ чуть ли не первыми. Еще меньше она хотела бы видеть только...
– Твою ма-а-а-ать, ну и где эта мерлинова метла?! Так и знала, что это была плохая идея!
Будь Лириана Ривз кем-то, кроме Лирианы Ривз, она втянула бы голову в плечи. Однако она была той, кем была, и потому только приосанилась и вздернула свой красивый нос еще выше. При этом, надо признать, глаз у нее дергался подозрительно сильно, но она старалась держать в голове, что это нормальное действие голоса Сулой Руало на живые организмы.
"Лапка кролика, бутылка водки, пусть идиотки превратятся в шарлотку", – пробормотала Лириана себе под нос и перехватила поудобнее свою ковровую сумку, даже не думая менять курс.
В эту изящную сумку с помощью заклинания расширения влезла половина ее домашней библиотеки и еще немного, и это знание немного утешало ее хозяйку. Она поправила шляпку, созданную по последней моде магического мира, и смело зашагала к Хогвартс-Экспрессу. Даже зная, что выглядит великолепно, Ривз с трудом удерживалась от того, чтобы начать истерично выть и угрожать палочкой тем, кто думал, что этого не заслуживает.
Утро по всем канонам не могло стать хуже, но иногда даже такие великие волшебницы, как профессор Ривз, ошибаются. В конце концов, прорицание никогда не было ее любимым предметом.
ххх
Вивиан Морнингстар соврала бы, если бы сказала, что ей не доставляет никакого удовольствия суета на Кинг-Кроссе первого сентября: радовало как минимум то, что ей самой не нужно было ни садиться в поезд, ни делать вид, что она кого-то уважает больше, чем саму себя.
На платформе 9¾ царило то предпраздничное оживление, которое неминуемо сопровождается сбежавшей из клетки жабой, пролитым сливочным пивом, дракой первокурсников, украдкой сорванными поцелуями и объятиями встреч и прощаний. Целая жизнь, водоворот эмоций, гомон сотен голосов и приятный звон денег, которые студентам предстоит тратить, в том числе и в принадлежащих семье Морнингстар ларьках.
Вивиан с удовольствем вдохнула вокзальный воздух, поправила локон, и так лежащий идеально, и сделала шаг в сторону...
– Мам, – кашлянул голос у нее за плечом, – я опоздаю.
– Ах, да, Джаспер! – Вивиан обернулась. – Ничего страшного, подождут, если что. Только не беги. Все помнишь из того, что мы обсуждали?
– Да, мама.
– И даже о том, что надо поменьше времени проводить рядом со всякими Сарто?
– Да, мама.
– И держать спину.
– И держать спину, мама.
– Ну, тогда можешь идти, – Вивиан улыбнулась своей фирменной вивиановской улыбкой. – Хорошего учебного года, Джаспер. Жду приглашния на квиддич!
Что он ей ответил, она уже не разобрала за гудком паровоза. Утро было великолепным, а день обещал стать еще лучше – ровно до тех пор, пока не...
– Осторожнее! Да сколько можно, право слово!
И кто-то налетел на нее спиной, даже не потрудившись смягчить удар.
– Простите, я... Вивиан?!
– Риа?!
Лириана Ривз собственной персоной развернулась и по инерции схватилась за подставившиеся плечи леди Морнингстар, а тот, кто только что толкнул ее сзади, приналег еще, и она едва не рухнула в невольно раскрывшиеся объятия.
Наивно было полагать, что утро уже нельзя сделать хуже. Для Вивиан Морнингстар никогда нет ничего невозможного!
И профессор Ривз едва забыла, как она это любит и ненавидит одновременно.
ххх
– Меня зовут Лириана, – девочка в странной одежде протянула ладошку другой такой же малышке. Первокурсницы присматривались друг к другу несколько минут, пока она не сделала первый шаг – и его приняли.
– Я Вивиан, – важно ответила девочка. Ее важности хватило ровно на две секунды, и она уже расплылась в широченной заговорщической улыбке, – давай найдем того мальчика с лысой кошкой и узнаем, нельзя ли ее одолжить? Уверен, он не откажет!
Лириана с сомнением наклонила голову.
– Зачем тебе сфинкс? Это же обычный кот, просто без шерсти.
– О! Никогда не называй кого-то обычным, не удостоверившись в этом дважды, – и Вивиан подмигнула ей прежде чем схватить за руку. – Идем! Я покажу, как тут все устроено – кажется, ты никогда не была в таких экспрессах, верно?..
ххх
Две взъерошенные девчонки сидели по разным углам купе и совершенно одинаково сопели. Та, что со светлыми волосами, была в форме Райвенкло, а красивая брюнетка – в форме Слизерина, впрочем, изрядно подпорченной каким-то склизским заклинанием.
– Ну? – поинтересовалась дама в платье цвета сочного винограда. – Вам придется мириться, милые, иначе с ваших факультетов снимутся баллы. Вам есть, что друг другу сказать?
– Простите, профессор Торегросса, – хлюпнула носом кроха-слизеринка, – боюсь что нам понадобится еще немного времени, чтобы со всем разобраться.
Дама посмотрела на нее со странной смесью сочувствия, строгости и материнской заботы.
– Будьте умницами и используйте это время не для того, чтобы ранить свои нежные сердца, – вздохнула она. – Хорошего пути. Я вернусь проверить, как вы, позже.
За ней едва закрылась дверь, а девчонки уже вскочили на ноги – кажется, они и правда еще не все друг другу сказали.
ххх
Две девушки, хохоча, ввалились в купе и захлопнули за собой дверь в четыре руки.
– Ну и лицо было у этого Блаунта!
– Дамблдор нельзя об этом знать!
– Мерлинова борода!
– Ты гений, Риа!
– Я знаю, знаю, ты...
Вивиан, запыхавшаяся и растрепанная, не дала ей закончить – впечаталась губами в приоткрытые от точно так же, как и у нее самой, сбившегося дыхания. Лириана схватилась за ее плечи, чтобы не потерять равновесие, но тут поезд качнулся особенно сильно, и они обе рухнули на диван, путаясь в ногах, шарфах и мантиях.
Это был их последний год в Хогвартсе. Последняя поездка на экспрессе, за которой начнется новый курс, полный невероятных открытий и приключений. Оставалось слишком много неизведанного и слишком мало времени, и от этого, а еще из-за двух глупых заходящихся сердец они не могли оторваться друг от друга, будто бы видели друг друга в последний раз.
Если бы они знали тогда, что не всегда самая большая боль – это не видеть друг друга!.. Но впереди был еще целый год, и им еще предстояло его прожить.
ххх
– Вивиан?!
– Риа?!
Кто-то толкнул профессора Ривз, и она самым что ни на есть позорным образом чуть не рухнула в объятия леди Морнингстар, по необъяснимой причине все еще открытые для нее.
Вокзал Кинг-Кросс смолк, словно на нем всем вдруг разом приглушили звук. Лириана поняла, что понятия не имеет, где ее сумка, а кончики пальцев у нее предательски дрожат – и, как на зло, лежат у Вивиан на плечах. Это было возмутительно, неловко, совершенно дико и ужасно, болезненно-правильно, так, как было уже тысячу раз до этого, во времена семи отправившихся от этой платформы экспрессов, во времена юности, выкрученных на максимум чувств и цветов, отчаянного стремления жить, искать, находить и отправляться в новый путь – и любить.
– Риа, я...
Профессор Ривз прикрыла глаза и позволила себе одно единственное мгновение ничего ей не отвечать. Может быть, потому что ей нужен был просто крошечный люфт, прежде чем она войдет в этот поезд одна среди целой толпы, или потому, что ее затопило негодование, гордость, решимость... А может быть, просто из-за ее очень глупого сердца, надежде в котором кто-то прошептал безбашенный люмос.
Это же мир магии. Здесь все-все может быть.