Глава 4.Границы сна
Я резко обернулась.
Сукуна стоял прямо за моей спиной — вернее, уже не стоял, а с ленивой грацией хищника опускался на скамейку рядом со мной. Усевшись, он по-хозяйски закинул руки на спинку, фактически заключая меня в полукольцо. Я боковым зрением видела его расслабленную позу, но чувствовала — расслабленность эта обманчива, как у змеи перед броском.
Он улыбнулся, и я впервые заметила его клыки. Острые, хищные, они придавали его улыбке что-то первобытно-опасное. Красные глаза смотрели в упор, не мигая.
— Что, тренировка была? — усмехнулся он, и его голос прозвучал низко, почти мурлыкающе. — Я видел. Ты красиво танцуешь.
От его взгляда мне стало холодно, хотя солнце припекало вовсю. Он смотрел не просто оценивающе — он смотрел пожирающе, словно примерялся, с какого бока меня лучше съесть.
— Но мне не понравилось, как парни на тебя смотрели, — продолжил Сукуна, и в его голосе проскользнули стальные нотки. — И учитель туда же. Слюни пускали на всю округу.
Я впала в ступор.
«Чего-чего? Ты сейчас ничего не перепутал, мальчик?»
— Тебя это волновать не должно, — сказала я как можно холоднее, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Ты мне никто.
Я попыталась встать и уйти, но не успела сделать и шага — чья-то рука схватила меня за запястье и дёрнула с такой силой, что я, развернувшись в воздухе, приземлилась прямо на чьи-то твёрдые колени.
На колени Сукуны.
— А меня это волнует, — самодовольно заявил он, и его лицо оказалось в опасной близости от моего. — И может быть, в будущем я стану для тебя кем-то очень важным.
Сердце колотилось где-то в горле. Его проклятая энергия давила, обволакивала, мешала дышать. Но внутри, вместе со страхом, закипало знакомое чувство — упрямство. Ну уж нет, я не позволю этому нахалу так просто себя запугать.
Я моргнула, и в голове созрел безумный план.
— О-о-о, конечно, «мой король», — пропела я по-русски, растягивая слова и вкладывая в голос максимум сладости.
Сукуна замер.
Его глаза расширились буквально на мгновение — он явно не ожидал такого тона. Я воспользовалась этим мгновением сполна: свободная рука скользнула к вееру, который я так и не выпустила, а ладонь другой руки легла ему на шею. Теплую, напряжённую.
Я взмахнула веером почти беззвучно и прошептала:
— Замри.
Проклятие сработало мгновенно. Сукуна превратился в статую — сидящую, сжимающую меня, но абсолютно неподвижную. Я лихорадочно выбралась из его хватки пришлось отдирать его пальцы от своей талии, схватила веер и рванула прочь со всех ног.
В общежитие я влетела как ошпаренная, захлопнула дверь комнаты и заперлась на все замки. Сердце готово было выпрыгнуть из груди.
Я знала, что проклятие долго не продержится — Сукуна слишком силён, чтобы моя техника могла удержать его надолго. Но даже нескольких секунд мне хватило, чтобы сбежать от этого безумного, опасного типа.
В комнате я наконец выдохнула. Прислонилась спиной к двери и сползла по ней вниз, обхватив колени руками. Рядом с ним было страшно. Даже просто находиться рядом — его энергия поглощала, подавляла, заставляла чувствовать себя маленькой и беззащитной.
— Ненормальный, — прошептала я в пустоту. — Просто ненормальный.
Заставив себя успокоиться, я поплелась в душ. Горячая вода смыла напряжение, но мысли о красных глазах и хищной улыбке никуда не делись. Сделав все дела, я рухнула на кровать — тренировка дала о себе знать, тело гудело от усталости.
Я закрыла глаза и провалилась в сон почти мгновенно.
Открыв глаза, я поняла, что нахожусь не в своей комнате.
Вокруг простиралась странная территория — серое небо, красноватая земля, а впереди, на вершине горы из черепов, сидел силуэт. Я не могла разглядеть его лица — оно было словно в тумане, но фигура казалась смутно знакомой.
— А ты забавная, Сандра Кун, — раздался голос, искажённый, эхом отражающийся отовсюду. — Ты мне понравилась. Но теперь ты должна понять одну простую вещь.
Я попятилась, оглядываясь в поисках выхода.
— Кто ты? — крикнула я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — И что ты сделал, раз я здесь?
— Ты моя, — проигнорировал мои вопросы силуэт.
А потом я почувствовала касание. Чья-то рука легла мне на плечо, и знакомый шёпот раздался прямо у уха — тот самый, от которого у меня мурашки бежали по коже последние два дня:
— Ты будешь моей.
Я открыла рот, чтобы ответить, но меня грубо вытолкнули — буквально вышвырнули из этой территории
Я проснулась.
Сердце колотилось как бешеное, но тело чувствовало себя отдохнувшим. Выспавшейся. На удивление.
Я села на кровати, обхватив голову руками. Эти сны... недо-сны... они не давали мне покоя. Голос, шёпот, ощущение чужого присутствия. Но говорить кому-то о них я не собиралась. Мне нужно было самой разобраться, что происходит. В конце концов, я маг или кто?
Следующая неделя пролетела как один миг.
Учёба загружала мозг, тренировки выматывали тело, а индивидуальные занятия с Юджи приносили радость. Итадори оказался благодарным учеником — схватывал всё на лету, а его энтузиазм заражал. Мы отрабатывали захваты, уходы, и я показывала ему элементы своего танца, адаптированные для рукопашного боя.
— Ты как будто вообще невесомая, — удивлялся он, когда я в очередной раз ускользала от его захвата. — Сандра, это вообще законно?
— Всё законно, если красиво, — смеялась я в ответ.
Занятия шли на пользу нам обоим: я подтягивала физическую форму, Юджи учился новым техникам. Нобара иногда подкалывала нас, называя «танцевальным кружком», но в её глазах светилась гордость за друга. Мэгуми изредка присоединялся к тренировкам, и тогда мы устраивали настоящие спарринги втроём.
А вот Сукуна не объявлялся.
Ни в коридорах общежития, ни на территории колледжа. Никаких красных глаз, никакой давящей энергии.
И странные сны прекратились.
Я была искренне рада этому, хотя где-то в глубине души шевелилось странное чувство — то ли облегчение, то ли разочарование. Но я гнала его прочь. Чем меньше этот опасный тип появляется в моей жизни, тем спокойнее я сплю.
Правда, сплю я теперь действительно спокойно. Без шёпота, без касаний, без горы черепов.
Но почему-то иногда, засыпая, я ловлю себя на мысли, что жду, когда же этот сон вернётся.