Убийца волшебников

На улице сырой туман от моря опускался на берег, казалось, что портовые деревянные дорожки тонули в воде, исчезая за видимостью взгляда. Совсем скоро уже стемнеет, день зимой, обычно, короткий.

Интересно, какое здесь число и как, вообще, измеряются дни и ночи. Ощущение чуждости во мне усилилось.Совсем одна в другом мире, не имея никаких планов. Способна ли я выжить здесь?

Я стояла посреди комнаты, которую мне выделили в общежитии и смотрела в окно. Мое будущее было также туманно. Я не знаю здесь никого, и я обманом заняла место в Академии. Мне казалось, что еще чуть-чуть и меня раскусят, арестуют, выгонят, по крайней мере скажут, что мне здесь не место.

Но тогда где оно мое место? Там, дома? В однокомнатной квартире, наполненной сожалениями, музыкой, одинокими вечерами? На работе с понедельника по пятницу?

Я не знала. Мне не так уж и не нравилась моя прежняя жизнь, но признаться честно, в глубине души я как ребенок, всегда мечтала о приключениях, о любви. И вот я здесь. В мире, наполненном чудесами. И пусть пока что здесь я чужая, в жизни ничего не дается просто так. Все – даже маленькие радости, нужно заслужить своим трудом. Такой урок я усвоила уже давно. Значит, я должна бороться. Может, и мне достанется кусок пирога с этого праздника жизни. Все ведь только в моих руках.

Решительно я отмахнулась от меланхолии. Комнаты педагогов располагались в замке, что возвышался над остальными зданиями. И хотя эти помещения можно было считать более комфортабельными, чем казармы курсантов, все равно это не было верхом удобства. Сама комната была небольшая, давила серыми холодными стенами. Окно, похожее на узкую бойницу, сквозь стекло которой был слышен воющий северный ветер. Напротив моего окна был установлен флюгер, по которому можно было определять направление.

Надо бы переодеться и принять душ. Есть же тут такие приспособления, надеюсь. Мне хотелось также примерить форму, которую мне выдали как преподавателю. Хотя я не входила в военный штат, преподаватели из гражданских носили особую форму, а при значимых заслугах они могли и получить звание в армии Дальзока. Но для этого надо было быть гражданином этой страны, конечно.

На мое счастье санузлы здесь существовали. Но только не индивидуальные. Даже несмотря на статус преподавателей, условия были тут казарменные. Душевая комната с деревянными перегородками, такие же кабинки туалетов с раковинами. Внезапно я поняла, что я здесь единственная женщина и, конечно, никто отдельных удобств для меня не создаст. Тогда что же мне делать? Лучше выбирать время не банного дня. Хотя если другие преподы симпатичные, может, стоит завалиться посмотреть на их накачанные тела. Очень смешно. Вода-то тут горячая хоть? Вода, действительно была сносной температуры, поэтому я, прихватив казенное полотенце, приняла душ. На этаже я не встретила ни одного человека, так что особо не стеснялась.

Раздеваясь, я осмотрела ту самую футболку, подтеки крови стали уже коричневыми. Если то, что сказал мне Зефир правда, то Бони тогда...он хотел по-настоящему убрать свою кровь. Но как тогда он мог забыть об этом. Неужели настолько потерял голову. Сердце в груди гулко забилось. Вот, уж не думала, что вскружу голову такому мужчине.

Вода была даже слишком горячей. Я подкрутила холодной, наблюдая за потоком, уходящим в слив, возле моих босых ног. Можно ли с помощью засохшей крови управлять телом, сознанием и магией Бони? Если это так, то я бы могла это сделать. Правда, я не знаю как. Неужели в моих руках сейчас такое грозное оружие. Я должна сохранить эту футболку. Но имеет ли это смысл. Что стало с оборотнем. Я забрала его портал, а он говорил, что другого способа попасть в Колдовской мир нет. Остался ли он в моей квартире один, обезумевший, превратившийся в зверя.

В груди закололо. Я приложила горячие руки к светящемуся изображению, что оставила мне Северная Звезда. А если она права.

"Ты была убита в человеческом мире, я вижу на тебе кровь оборотня. И смею предположить, что именно он убил тебя."

Почему я так уверена, что использовала портал, я ведь даже не знаю, как он работает. Бони говорил, что не обязательно знать нужные слова. Волшебник может сделать все, что угодно, если только очень сильно захочет. А я так сильно хотела тогда спастись.

Переодевшись в синюю форму с белоснежной нижней рубашкой, я поняла, что все это мне большое. Да и вообще, надо будет на досуге заняться гардеробом. Замотав волосы в тюрбан, я вернулась в свою комнату.

Так как уже вечерело, а мне предстояло через день уже вести занятия, я решила основательно подготовиться. До заселения я сходила в библиотеку и взяла нужные мне учебники по метеорологии. Ознакомилась с расписанием, составила план на неделю. Мне предстоит вести не так много. Около 20 занятий в неделю. Выходит, что мне не доверили все курсы и факультеты. Да и много ли у них факультетов. В деканате мне удалось подсмотреть кое-какие документы, чтобы узнать об академии побольше. Так, я, например, узнала, что мой дружок Фредди Схейфдаллен поступил на факультет кораблестроения. В то время как Зефир Фон Облак учился уже на пятом курсе командно-штабного факультета. Что ж, интересно, что занятия по метеорологии и климатологии я буду вести и там и там, так что еще увидимся.

Информация в учебниках немного различалась от того, что я знала из географии нашего мира. Написано, как какая-то путаница. Если верить картам, то Северный континент был близок к Северному Полюсу, однако Империя Оборотней находилась выше, чем сам Дальзок. Так почему здесь описывается, что климат Империи намного теплее, чем страны южнее? Как это возможно? Я задумчиво поводила пальцами по карте. Здесь должно быть течение, такое же мощное как Гольфстрим, чтобы смягчить климат севера континента. А у берегов Дальзока в свою очередь должно проходить течение холодное, силой аналогичное Циркумполярному у нас. Если я не ошибаюсь и здесь нет каких-то других законов природы, то это единственное объяснение такому удивительному распределению климата.

Мне нужно с кем-то поговорить. Кто точно разбирается в географии этого мира лучше меня. Несмотря на вечернее время я вышла из комнаты. До комендантского часа оставалось еще время. Поэтому думаю я могу еще походить.

Кажется, волосы еще влажные. Я накинула теплое пальто и водрузила на голову шапку. Так никого и не встретив в коридоре, я решила вновь отправиться в библиотеку. Холодный ветер пронизывал насквозь, когда я пересекала двор. Учебные корпуса еще не закрылись, но курсантов уже не было. Думаю, они уже отправились по казармам. А преподаватели, должно быть, заняты делами. До меня никому нет дела. Сообщив часовому, что иду в библиотеку, я прошла по сырому сводчатому коридору. Поежилась, здесь не теплее, чем на улице. Даже сквозняк. Как они терпят такой холод.

Дверь библиотеки была закрыта, но когда я потянула за ручку, она поддалась. Помещение здесь было не очень большое. Стеллажи из темного дерева тонули в полутьме, освещаемые лишь желтым магическим шаром, висевшим в воздухе над столом библиотекаря, которого не было на месте. Я прошла внутрь. Здесь было теплее и не так сыро. Кажется, книги они все-таки берегли. Если посмотреть, то за столом можно было заметить что-то вроде обогревателя. Я подошла и погрела озябшие руки, так и есть эта установка обогреватель. На чем он работал я не знала, так как электричества здесь я не замечала. Все работало автономно. Свет давали светящиеся шары, тепло обогреватели разной формы, а иногда и даже настоящие камины.

Я осмотрелась, но библиотекаря нигде не было. Что ж, поговорить не с кем, тогда может стоит поискать еще какие-то книги. Я скинула пальто и шапку. Прошлась между полками. Здесь было так темно. Углубляясь все дальше, я перестала что-либо видеть. Жуткое чувство охватило меня. По спине пробежали мурашки. Кто-то смотрит, следит за мной. Вдали светились два зеленых огонька.

Я съежилась. Нет. Это всего лишь глупые страхи. Схватившись за основание стеллажа, я отступила назад. Пальцы дрожали. А в горле пересохло. В воздухе разлился звук тихого рычания. Я знала, я здесь больше не одна. В одно мгновение моя рука соскользнула с полки, я попятилась, тело напряглось, приготовившись к побегу.

Время остановилось, я выдохнула и бросилась вон из библиотеки, однако что-то схватило меня. Цепкая хватка не давала вырваться, я, не выдержав, закричала, дверь библиотеки захлопнулась.

Я хотела ударить нападающего, но тут вдруг поняла, что никто более меня не держит.Едва переведя дух, я увидела, что передо мной высокий курсант в мундире. Его рыжие волосы закручиваясь во влажные завитки, светились подобно пламени, подсвеченные желтым магическим шаром.

- Зефир! Ты... – выдохнула я.

- Да, – он изогнул бровь, – я не против обращения на ты. Мне кажется, мы даже можем стать друзьями.

Придя в себя, я отодвинулась. Потерла запястье, отдернула рубашку.

- Что ты тут делаешь? – спросила я, чтобы скрыть неловкость.

- Я здесь работаю по вечерам. Мне нравится библиотека. А ты пришла что-то найти, не так ли?

- Ты здесь один? – я уставилась в темноту за его спиной.

- Да, – хохотнул он, – здесь в такой час, да и в любой другой довольно мало посетителей. Впрочем, я только что пришел. А что ты кого-то видела здесь?

Я отрицательно покачала головой. Как странно, что я всюду натыкаюсь на этого Зефира. Он тем временем пригласил меня к столу, где было два кресла и обогреватель.

- Марианна, у тебя волосы мокрые, может, сядешь сюда, а то простудишься. Да, ты хоть и не простачка, но у тебя совсем нет защиты.

Я исподлобья осмотрела его, разве его собственные волосы не были такими же влажными. Мы сели друг напротив друг друга.

- Так зачем ты пришла? – его голос, манеры, движения рук и тела, когда он говорил казались мне настолько изящными, что я почувствовала себя слегка убого. Однако я не могла не заметить, что Зефир очень внимательно следит за мной. Могу ли я доверять этому странному типу.

- У тебя есть чай или что-то такое горячее? – поинтересовалась я.

- Чай? – глаза Зефира округлились.

- А... – меня опять пронзило воспоминание, Бони сказал, что волшебники не пьют чай.

- Тебе повезло, я не такой как другие волшебники. И у меня действительно есть кое-что для тебя.

Самодовольно ухмыльнувшись, он извлек из-под стола сосуд. Это была зеленая пузатая бутылочка небольшого размера, опутанная серебрянными цветочными узорами.

- Что это? – удивилась я.

- Мой любимый напиток. Моя слабость, – его лицо первый раз за все наше знакомство стало мягче, – я пристрастился к этому напитку. Попробуй, но имей ввиду, после него ты не захочешь спать.

- Совсем?

Он радостно кивнул и протянул мне сосуд. Я с некоторым подозрением отвинтила хрустальную пробку и понюхала. Пахло как кола. Да, что-то похожее.

- Ты боишься? – спросил Зефир, – у меня только одна, давай я попробую первый, чтоб ты убедилась, что она не отравлена.

- Я об этом и не думала. Просто не знаю, каково это на вкус.

- О великолепно, – и Зефир забрал у меня бутылочку, приложил к губам. Прикрыв веки, он выпил глоток, – вкус приятный, сладкий. Попробуй.

Я не могла удержаться, тем более с утра во рту и маковой росинки не было.

- Надеюсь, ты не заразный, – сообщила я, протерев горлышко, – стакана нет? Мне не особо улыбается пробовать твои слюни.

Зефир рассмеялся.

- Стакана нет, вся посуда в столовой. Ты не была там? Ах, ты опоздала к ужину. А питание в академии строго по расписанию.

Когда он это сказал, в животе заурчало. Зефир с любопытством уставился на меня.

- Не обращай внимания, есть хочется, - оправдалась я.

- А ты ешь как простаки.

- Что значит как простаки?

- Тебе нужна еда для функционирования организма, не так ли?

- Так, а тебе не нужна?

- Нет.

- Как это?

- Волшебники не едят, не пьют, или делают это очень редко.

- Ничего себе.

- Но так делают только сильные волшебники, середняки и слабаки едят, пьют, спят как все, иначе на поддержание энергии их тела уйдут все магические силы. А они у них ограничены.

- А у сильных волшебников не ограничены?

- Не совсем так. Со временем ты разберешься.

Зефир спрятал пустую бутылочку, которую мы распили вдвоем. От вкуса напитка, приятного и слегка терпкого, щекотало язык, а на душе стало теплее. Я также исподтишка взглянула на своего собеседника и подумала, что его волосы также завиваются в пушистые волны как у меня. Мои другого цвета, скорее русые с рыжеватым оттенком. Но сейчас в желтоватом освещении магического шара, они казались почти одинаковыми. Не такие уж мы и разные.