Вместе.
Утро субботы выдалось солнечным, но ты проснулась с тяжелой головой. Почти не спала — все думала о нем, о его словах, о том прикосновении к щеке.
Спустилась на кухню. Пэйтон уже сидел там с чашкой кофе, уставившись в одну точку.
— Доброе утро, — буркнула ты, наливая себе сок.
Он дернулся, будто очнулся от мыслей.
— А, привет. Выспалась?
— Не очень.
Повисла неловкая пауза. Вчерашнее напряжение никуда не делось — оно висело в воздухе, осязаемое, плотное.
— Слушай, — начал Пэйтон, ставя кружку на стол. — Я вчера не договорил. И ночью думал... В общем, хватит.
— Чего хватит? — не поняла ты.
Он встал и подошел к тебе. Близко. Очень близко.
— Хватит притворяться. Хватит делать вид, что между нами ничего нет.
— Пэйтон, что ты...
— Я люблю тебя, — перебил он. Выпалил, будто в омут с головой. — В первый же день, когда ты огрызнулась на меня в ванной. Ты не испугалась, не заплакала, не побежала жаловаться. Ты встала и дала отпор. Ты не такая, как все. Ты настоящая.
Ты смотрела на него, не веря своим ушам.
— Но мы же... сводные...
— Знаю. Знаю, что это неправильно. Но я ничего не могу с собой поделать. Я схожу с ума каждый раз, когда ты рядом. И если ты чувствуешь хоть что-то... скажи сейчас. Потому что если нет — я уйду и больше не трону тебя.
Его глаза горели отчаянной надеждой и страхом отказа.
Ты молчала целую вечность. А потом привстала на носочки и поцеловала его сама.
Этот поцелуй был нежным. Осторожным. Будто он боялся тебя сломать. А потом стал глубже, жарче, отчаяннее. Ты обвила руками его шею, он прижал тебя к столешнице, не разрывая поцелуя.
— Я тоже, — выдохнула ты между поцелуями. — Тоже люблю. С первого дня.
Он оторвался от твоих губ и посмотрел в глаза. Улыбнулся — впервые такой улыбкой: счастливой, открытой, настоящей.
— Правда?
— Правда.
Он снова поцеловал тебя, уже увереннее.
---
Первая неделя отношений была похожа на сон.
Вы старались вести себя при родителях как обычно — делали вид, что между вами все по-старому. Но стоило им отвернуться, как Пэйтон находил способ к тебе прикоснуться. Провести рукой по спине, когда проходил мимо. Взять за руку под столом. Запереться с тобой в кладовке под видом поиска продуктов.
— Мы как шпионы, — смеялась ты, когда он целовал твою шею в темноте гостевой комнаты, куда вы сбежали под предлогом посмотреть старые альбомы.
— Самые счастливые шпионы на свете, — бормотал он, не отрываясь от твоей кожи.
Первое официальное свидание случилось в среду. Родители уехали на ужин с друзьями, и Пэйтон объявил:
— Одевайся красиво. Мы идем в ресторан.
— Куда? — опешила ты. — А если кто-то увидит? Нас же спалят!
— Не спалят. Я все продумал.
Он отвез тебя в ресторан на набережной — маленький, уютный, с видом на реку. У них был отдельный кабинет с панорамными окнами.
— Здесь нас никто не знает, — объяснил он. — Можно не прятаться.
Ты смотрела на него при свечах, ела потрясающие десерты и не верила своему счастью.
— Я так боялся, что ты пошлешь меня, — признался Пэйтон, глядя на тебя поверх бокала. — Когда сказал тебе на кухне. Думал, все испорчу.
— А я боялась, что ты передумаешь, — улыбнулась ты. — Что решишь, что это неправильно.
— Это неправильно, — усмехнулся он. — Но плевать.
---
Через две недели вы впервые поссорились.
Пэйтон увидел, как ты разговариваешь с каким-то парнем из параллельного класса — просто обсуждали домашку. Он приревновал так, что чуть не устроил драку прямо в коридоре.
— Ты чего творишь? — набросилась ты на него после уроков. — Мы же договаривались не светиться!
— А он чего к тебе прижимался?
— Он не прижимался! Он тетрадку показывал!
— Я видел, как он на тебя смотрит.
— Пэйтон, прекрати! — ты топнула ногой. — Я люблю тебя. Только тебя. Но если ты будешь ревновать к каждому столбу, мы долго не протянем.
Он выдохнул, прижал тебя к себе.
— Прости. Просто... я никогда ничего так не боялся потерять.
— И не потеряешь. Если будешь доверять мне.
Он кивнул, зарываясь носом в твои волосы.
---
Самым сложным было скрывать отношения от родителей.
Мама постоянно говорила:
— Т/и, вы с Пэйтоном так подружились! Я так рада, вы как родные.
Андрей согласно кивал:
— Пэйтон, присматривай за сестрой в школе.
Вы с Пэйтоном переглядывались и прятали улыбки. Если бы они только знали, как именно он за тобой "присматривает".
По ночам, когда родители засыпали, он пробирался в твою комнату. Вы лежали в обнимку, говорили обо всем на свете, целовались до рассвета, а под утро он уходил к себе, чтобы никто не заметил.
— Долго мы так сможем? — спрашивала ты шепотом.
— Сколько нужно, — отвечал он. — А потом... потом расскажем им. Когда оба будем готовы.
— А они примут?
— Не знаю, — честно говорил Пэйтон. — Но мне плевать. Я без тебя не могу.
Он целовал твой лоб, и ты засыпала в его объятиях, чувствуя себя в полной безопасности.
Впервые в жизни у тебя был дом. И не просто комната в чужом особняке, а человек, ради которого хотелось просыпаться каждое утро.
Пусть пока тайно.
Пусть пока со страхом быть разоблаченными.
Но вместе.