Игра с огнем || 18+

Я недовольно прищурила глаза и повела носом, когда назойливое солнце засветило в глаза. С недовольным стоном переворачиваюсь на другой бок, зарываясь носом в мягкий плед. Вдыхаю аромат и на секунду впадаю в ступор, потому что одеяло насквозь пропахло Адрианом. Вдыхаю сильнее, ощущая его адеколон и лёгкий запах сигарет.

Еле - еле разлепляю веки, осматривая место, где нахожусь. Моментально понимаю, что я не дома и тихо стону. Не помню ничего со вчерашнего дня.

Поворачиваю слегка голову набок, и моя рука резко подлетает к губам, а брови извиваются в удивленной дуге. Рядом со мной лежал Адриан, голый по пояс, и сладко спал. Его ресницы слегка трепетали, а глазные яблоки вычерчивали круги. Интересно, что ему снится?

Так, стоп. Где я нахожусь, собственно говоря? Поднимаю тело, получая порцию ужасающей ломоты и боли по всему телу. Тихонько шипя, я встала с кровати и подошла к зеркалу в полный рост, которое находилось в конце комнаты.

Удивлённо рассматриваю свои содранные колени и огромное количество синяков по всему телу. Кто - то переодел меня в чистую футболку, которая доходила мне практически до середины бедра, вымыл голову и заплел волосы в слишком аккуратную косичку, которая не растрепалась даже после сна.

В голове неразбериха, мысли путаются и ещё эта кошмарная боль, которая жутко отвлекает. Замечаю на прикроватной тумбочке таблетку какого-то адсорбента, таблетку от головы и стакан воды. Сразу же запрокидываю это всё в себя, и уже через несколько минут мне становится значительно легче.

Осматриваю комнату в поисках своих вещей, но даже примерно не понимаю, где их искать. Ну что ж, выбора у меня не осталось.

На цыпочках подхожу к Адриану и легко толкаю его в бок. Он недовольно стонет и залезает с головой под одеяло. Такой милый пока спит и не открывает рот.

Я решительно хватаю его за плечо и начинаю сильно трясти, пока он не открывает глаза и не начинает сонно оглядывать меня. Адриан приподнимается на локтях, потирая глаза. Край одеяла немного отодвинулся, и я с ужасом поняла, что он голый не по пояс, а полностью... После этого до меня дошло, что я тоже стою перед ним без лифчика под одной футболкой.

- Уже проснулась? - протянул Адриан и лег обратно, прикрывая глаза.

- Да... Ты не мог бы сказать где мои вещи? - мямлю я себе под нос, все больше смущаясь.

- В другой комнате. Зачем ты подняла меня в такую рань? Всего лишь пол 12, - недовольно пробурчал он, приоткрывая один глаз, словно хотел посмотреть на мою реакцию после его слов.

- Как пол 12?! У меня же пары, - в панике прокричала я. Адриан расплылся в улыбке и легко рассмеялся. - Смешно тебе, да?! Где я вообще?!

- Я тебя не просил вчера напиваться и юзать все, что попадется на глаза.

Справедливо. И почему я никогда не знаю меры?

- Ты не мог бы принести мои вещи и подсказать, где ближайшая остановка?

- Сходи сама. Если я встану, то ты точно раскраснеешься, как помидор, - его наглость выводила меня из себя с каждым хамским словом Адриана.

- Хорошо, - прошипела я, сжимая кулаки, и, специально громко хлопнув дверью, в нерешительности остановилась в коридоре. Справа и слева от меня находились двери, и я не знала в какую из них зайти. Решительно открываю дверь справа и победно улыбаюсь. Мои сложенные вещи и верх от нижнего белья лежали на аккуратно застеленной кровати, а рядом на стуле висела моя сумочка и куртка.

Достаю из сумочки телефон и замечаю огромное количество пропущенных от мамы. Чувствую, мне ой как влетит.

Синди: Мамуль, прости пожалуйста, я на ночь поставила телефон на беззвучный и забыла убрать. Не могу сейчас перезвонить, идёт пара. На перерыве обязательно наберу. Извини ещё раз, целую.

Со вздохом выхожу из чата и набираю номер Джессики. В трубке долгое время раздаются протяжные гудки, и я снова тяжело вздыха, прикладывая ладонь ко лбу. Забираю свои вещи и возвращаюсь в комнату к Адриану.

- Прости, я могу сходить у тебя в душ? - бормочу я себе под нос, не осмеливаясь посмотреть на Адриана.

- Только со мной, - все же поднимаю на него свои широко распахнутые глаза. На губах Адриана играла пошлая улыбка и, клянусь, я покраснела до кончиков пальцев. - Боже, крошка, прости, что так засмущал тебя.

Адриан поднялся с кровати, все ещё абсолютно обнажённый, и я резко вскрикнула и отвернулась, прикрывая пунцовое лицо руками.

- Господи, ты не мог бы одеться?!

- Зачем? - весёлые нотки в его низком голосе заставили меня слегка улыбнуться, но я сразу же напустила на себя маску серьезности. Хорошо, что он не видит моего лица.

- Пожалуйста, - застонала я и рискнула повернуться к нему. Он стоял в черных боксерах и невольно мой взгляд упал на его член. Тяжело сглотнув, я задержала дыхание и подняла глаза на его лицо. С губ Адриана не сходила довольная улыбка, которая не нуждалась ни в каком объяснении.

Он без слов двинулся из комнаты и я, следуя за ним по пятам, прошмыгнула в коридор. Он открыл одну из дверей, пропуская меня вперёд. Это оказалась ванная. Мне не терпелось смыть с себя остатки вчерашнего вечера, и я в выжидательной позе уставилась на него, изгибая одну бровь в немом вопросе.

- Что? - он облокотился на стиральную машину и прожигал своим взглядом. В его глазах плясали чертики, которые явно хотели поиздеваться надо мной.

- Выйди, - я скрещиваю руки на груди и смотрю на него, не отрывая взгляда ни на секунду.

- Нет, - просто пожимает плечами Адриан и с улыбкой ждёт моего ответа.

- Почему ты такой несносный? - бормочу я, разглядывая свой немного потрескавшийся маникюр.

- И именно за это я тебя нравлюсь.

- Ты мне не нравишься, - слишком громко восклицаю я и смущаюсь за свой порыв. Ванную заполняет его громкий хохот, и я чувствую, как начинаю закипать.

- Хорошо, значит, ты не выйдешь? - прошипела я, кидая в него молнии из глаз. Адриан в знак отрицания качает головой.

Я поворачиваюсь к нему и наклоняюсь, чтобы включить воду. Понимаю, что футболка поднялась выше и, возможно, он видит моё практически оголенное тело, но старательно игнорирую это.

Как только я убедилась в том, что вода подходящей температуры, повернулась к нему лицом. Он выжидательно смотрел на меня.

- Смотри не перевозбудись, - усмехнулась я и стянула через верх футболку, открывая ему доступ к своему телу. Левая бровь Адриана выгнулась, и он сексуально прикусил нижнюю губу. Несколько секунд я смотрела на него в надежде на то, что он все таки уйдет.

- Продолжай, чего стоишь. Ты вроде бы в душ хотела, - манипулирует мной Адриан, пока уголки его губ приподнимаются в ухмылке.

Тяжело вздыхаю и с неловкостью тяну вниз свои трусики. Без слов залезаю в душевую кабинку, закрывая тело за ширмой, и переключаю рычаг с крана на душ. Стекающие капли почему-то безумно возбуждали меня. Возможно причиной этому было осознание того, что сквозь промокшую ткань ширмы видно мое полностью обнаженное тело, за которым внимательно наблюдал Адриан.

Хоть волосы и чистые, я все равно подставляю голову под струю тёплой воды. Как можно быстрее стараюсь смыть с себя вчерашний день и наконец-то попасть домой.

Выключаю воду и несколько секунд не решаюсь отодвинуть ширму и выйти, но потом понимаю, что выбора у меня все равно нет.

Грациозно переступаю через бортик душевой кабины и, к сожалению, все ещё вижу Адриана.

Беру чистое полотенце с сушилки и тщательно вытираю остатки влаги с тела и мокрые волосы.

Наконец-то оказываюсь одетой, и с удивлением обнаруживаю, что мои вещи выстираны. Перевожу взгляд на Адриана, который все ещё расплывался в улыбке. Ванная была окружена паром от горячей воды, и я вытираю рукой запотевшее зеркало, чтобы посмотреть на свое лицо.

Странно, и не скажешь, что я вчера была в состоянии полного не стояния. Даже не опухшая, не считая век.

- Ты закончила? - раздается над ухом сексуальный голос Адриана, и я чувствую как его руки ложатся на мою талии, слегка сжимая край топика. - Но могла бы и не одеваться.

- Это почему? - немного охрипшим голосом задаю я слишком очевидный вопрос, но мне так хочется услышать от него ответ.

- Потому сейчас я с тебя все сниму, - он словно специально играет по моим правилам и вызывает прилив возбуждения между ног.

Адриан властно опустил свои руки на мои бёдра, прижимая как можно ближе к себе, и я уже чувствовала его стояк. Не хочу сейчас ни о чем думать, хочу только его. Но понимаю, что это не допустимо. Мы слишком заигрались, и я не хочу, чтобы потом мне было больно.

Я поворачиваюсь к нему лицом, и он тянется к моим губам для поцелуя, но в последний момент я подставляю ему щёку. Он удивлённо посмотрел на меня, не убирая рук с талии.

- Расскажи для начала, что вчера было и почему мы были...

- Без одежды?

- Именно.

- Хорошо, пошли, - он уверенно берет меня за руку и ведёт на кухню. Я усаживаюсь на барный стул и начинаю мотылять ногами, чтобы хоть немного успокоить возбуждающий огонек между ног.

Адриан достает из холодильника хлеб, ветчину и сыр, после чего в немом вопросе спрашивает буду ли я.

- Сделай мне кофе, - прошу я, отказываясь от еды. Через несколько минут он ставит перед моим носом чашку с ароматным кофе, и я обвиваю её руками, стараясь согреть их.

- Хорошо, с какого момента ты ничего не помнишь? - Адриан садится напротив меня, откусывая кусок от своего бутерброда.

- После того, как закинулась вместе с Николь, - отвечаю я после секундного раздумья и впиваюсь в него взглядом.

- Ты закинулась, пошла бухать, иногда танцевала. Потом я поднялся на второй этаж, чтобы заставить Николь поехать домой и увидел, как ты и Джесс раскуривали косяк. Не знаю, что там было, но тебя конкретно наперло. Ты начала бухать с какими-то типами, которые чуть не увезли тебя, потом засосала левого пацана и поплыла. Я тебя вынес из клуба, а в благодарность ты чуть не заблевала меня и мою машину, под конец вырубившись.

Я слушала его рассказ и с каждым словом Адриана стыдилась своего поведения все больше и больше. Лучше бы я не просила  рассказывать мне ничего.

- Мы с Джессикой и Джоном приехали ко мне. В это время ты немного очухалась и тебя начало жутко трясти. Конечно, ты намиксовала любую дурь, которую только могла найти. Мне пришлось дать тебе успокоительное и ещё пару таблов, потому что все боялись, что ты передознулась. Джессика искупала тебя, хоть ты и пыталась сделать это сама.

- А как я оказалась без одежды? - понимаю, что как только я узнаю ответ на этот вопрос, то больше никогда не смогу смотреть в глаза Адриана без стыда.

- Это самое интересное. Я зашёл в комнату. Думал, ты уже спишь. Но, малышка, без пиздежа, ты накинулась на меня как дикая кошка, при чем умудрилась одновременно снять все вещи и с себя, и с меня. Я еле успокоил тебя, потому что трахать то мясо, в котором находилась ты, ну уж прости, не особо люблю. Я предложил тебе одеться, ты наотрез отказалась и в итоге мы согласились на то, что я буду спать голым, а ты в футболке и трусиках. Не знаю почему тебе так хотелось спать обнажёнными, но я не особо расстроился.

- Господи, - тяжело вздыхаю я и с отчаянным стоном опускаю свою голову на скрещенные руки. - Ты не представляешь насколько мне сейчас стыдно.

- Будешь умнее, - он наклоняется ко мне через стол и убирает ладони от раскрасневшегося лица. Адриан медленно, словно гипнотизируя меня, встаёт со стула и подходит ко мне сзади, обнимая за спину.

Я чувствую приятные мурашки по всему телу, когда он аккуратно дотрагивается своими пальцами к моей шее.

Блять, нет. Пожалуйста, нет. Я должна взять себя в руки. Наши игры с Адрианом перешли все черты и дозволенности.

Он грубовато потянул меня к себе ближе за плечо и начал опускать лямки топика. Я не могла пошевелиться и унять такую манящую дрожь в ногах, хоть разум и кричал бежать от него, как можно дальше.

Адриан легко проскользнул под ткань топика, задирая его так, чтобы был виден лифчик. Он провел пальцами по животу, не спеша поднимаясь к груди.

- И почему ты трезвая не настолько смелая, а? - шептал он мне на ухо, вырисовывая круги по моему телу.

- Нам надо прекратить, - мой голос слегка охрип, и я прокашлялась, чтобы восстановить его.

- А ты хочешь, чтобы я прекратил? - Адриан прильнул губами к моей шее, оставляя дорожку влажных поцелуев к ключице. Пока он находился так близко ко мне, я не могла собрать волю в кулак и сказать ему, чтобы он оставил меня в покое навсегда.

- Мы... Слишком далеко зашли, - немного сбившимся дыханием прошептала я в его шею и вместе со стоном запрокинула голову вверх, когда он одним движением расстегнул пуговицу на моих джинсах.

- Нам хорошо вместе. Мы оба не строим иллюзий и не хотим отношений. Что в этом плохого? - он продолжал ласкать меня, и я чувствовала, что мое сердце сейчас разорвется от таких противоречий во мне. Я хочу с ним отношений и до сих пор, чёрт возьми, строю иллюзии! Поэтому мне хочется бежать от тебя и своих чувств, как можно дальше!

Я кладу свою руку на его крепкую грудь, слегка отталкивая. Он совершенно не сопротивляется, и  я глубоко смотрю в его прекрасные каре - зелёные глаза.

- Нам не стоит больше видеться, - четко произношу я каждое слово, застегивая пуговицу джинс и надевая обратно лямки топика.

- Ты понимаешь, что это невозможно? - усмехается он, наблюдая, как я закрываю обзор на свою грудь.

Я отхожу от него, упираясь в стол, чтобы соблюдать хоть какую-то дистанцию между нами. Понимаю, что если он попросит меня остаться, все барьеры падут, и я стану совершенно безвольной куклой в его руках. Игрушкой, которую можно трахать от скуки. Впрочем, таковой я и стала.

- Кто мы друг другу? - сквозь затянувшееся молчание задаю я вопрос, который меня мучает все время с нашей встречи.

- Никто. Господи, очнись. Мне похуй на тебя, пойми ты уже. Мы хорошо провели время, всё. Я не знаю, что ещё там себе придумала, но это очень глупо, - раздражается он от моей наивности. Он отвечал очень холодно и смотрел в мои глаза.

Сердце пропустило глухой удар и словно замерло. В уголках глаз начали скапливаться слезы, и я не смогла себя сдерживать. Они скатываются одна за одной, пока я стараюсь успокоить свои всхлипы, чтобы ответить ему хоть что-то. Никогда в жизни мне ещё не было настолько больно от слов.

- Почему ты плачешь? Ты сама знала, что это ни к чему не приведет, - немного успокоившись продолжает Адриан с таким же холодом, наблюдая за моими слезами. Я осознаю, что он совершено прав. Адриан ничего не обещал мне. Я просто оказалась его очередным развлечением.

- Я... - охрипшим голосом пытаюсь хоть что-то сказать, но слова тонут в новом потоке слёз.

- Что? Я тебя предупреждал - не придумывай себе ничего. А сейчас ты выглядишь очень жалко. Я не думал, что ты будешь устраивать такие сцены. Думал, что ты другая, - Адриан разводит руками и поправляет свою взъерошенную прическу. - Тебе лучше уйти.

- Ты прав, - всхлипываю я и медленно поднимаюсь за своими вещами. Пожалуйста, попроси меня остаться. Обними меня, поцелуй, скажи, что хочешь быть со мной.

Это не должно было произойти со мной, только не со мной. Я всегда была такой сильной...такой высокомерной... Как один человек растоптал меня и моё сердце за несколько дней? Как я смогла так сильно к нему привязаться?

Забираю свои вещи и быстро спускаюсь, стараясь как можно быстрее покинуть этот дом. Адриан уже надел футболку и что-то печатал в телефоне с отсутствующим выражением лица.

- Я довезу тебя до дома, - он берет в руки связку ключей, подбрасывает их, и выходит на улицу. Я без слов выхожу за ним и двигаюсь в другом направлении. Не надо мне твоих подачек.

- Синди, не испытывай моё терпение, - догоняя, он хватает меня за руку и практически шипит.

- Отойди от меня, - с ядом выплевываю и стараюсь вырваться из его хватки, что заканчивается проигрышем. Адриан ещё сильнее сжимает мое хрупкое тело и тащит к машине, закидывая на переднее сиденье.

- Ты знала, кто я, - он заводит машину и выезжает с парковки. Я стараюсь не смотреть на него, потому что боюсь снова расплакаться. Больно прикусываю нижнюю губу и сдерживаю порыв высказать все, что чувствую.

- Выскажись, тебе легче станет, - хмыкает он, и я в бешенстве смотрю на него.

- Мне станет легче, когда ты разшибешься нахер в своей тачке, - практически рычу, впиваясь длинными ногтями в свою руку. Чувствую, как один из них ломается под корень, причиняя мне боль. Но эта боль немного отрезвляет меня от ярости, и я снова начинаю смотреть в окно на мелькающие картинки.

- Как грубо.

- Ты правильно сделал, что сказал мне правду, - наконец говорю я спустя долгое время молчание. Я окончательно успокоилась, по крайней мере, на данный момент и готова нормально с ним поговорить, хоть и не вижу в этом какого-то смысла.

Все, что было необходимо услышать - я уже услышала.

- Я никогда не обманываю, - Адриан казался безумно сосредоточенным, пока крепко сжимал руль и следил за машиной.

- Тогда зачем ты...делаешь так больно? - немного запинаюсь я.

- Я не давал тебе надежд на что-то. Ты сама дала повод в наше знакомство, если не помнишь.

Запрокидываю голову назад, прикрывая глаза, и прикусываю нижнюю губу. Снова сжимаю кулаки, чтобы не заплакать.

- Что-то ещё хочешь сказать? - мы останавливаемся недалеко от моего дома. Смотрю в окно и вижу, как мимо мелькают люди с счастливыми улыбками на губах. Поворачиваюсь к Адриану и пристально смотрю в его глаза, чтобы найти в них хоть какое-то подтверждение того, что я ему не безразлична. Но в них только одна холодность и отчужденность. Пустота.

В голове всплывают все моменты с ним. Моменты, когда я, как оказалось, была счастлива, хоть и не понимала этого.

В груди безумно ноет. Я сжимаю зубы с ужасающей силой, шумно выдыхаю и напускаю на себя  лёгкую улыбку.

- Ты сломал меня, - шепчу я и чувствую, как одинокая слеза стекает по щеке. Быстро вытираю её ладонью и выхожу из его машины. Слышу визг шин и даю волю слезам, которые так старательно скрывала при нём.

Не обращаю внимания на слова мамы и вбегаю в свою комнату. Громко хлопаю дверью, закрываю её на замок и скатываюсь вниз на пол. Я опускаю голову на свои разодранные колени, испуская громкие всхлипы и рыдания.

Чёрт, я же всегда такая проницательная! Вижу всех насквозь, вижу все их намерения и никому не доверяю. Почему я стала с ним настолько наивной, что решила открыться ему?!

Неужели, думала, что он изменится для тебя и предложит быть вместе? Нет, малышка, все это оказалось краткосрочной иллюзией.

Чёртовым карточным домиком, который рухнул, когда подул лёгкий ветер.

Все эти мои игры в безжалостную сучку закончились, как только в мою жизнь, подобно урагану, ворвался Адриан. Он распахнул ногой дверь в мое сердце, вырвал его и превратил в порошок, который пустил пылью.

Я больше не хочу иметь с ним ничего общего. Весь этот сумбур, который творился между нами... К чему это привело? Мне так нравилось испытывать с ним новые эмоции, и они, блять, погубили меня.

С такой лёгкостью сломал меня, когда произнес те слова. Он играл и веселился, пока для меня это стало намного большим, чем обычный секс. И как только Адриан это понял, то решил порвать все связи между нами.

И пока я сейчас сижу в своей комнате, утопая в слезах, он прекрасно себя чувствует и, возможно, едет к очередной такой же наивной идиотке, которая верит его ничтожным словам.

Поднимаюсь на ноги и снова начинаю крушить свою комнату, иногда срываясь на громкий крик отчаяния.

Это, чёрт возьми, финал! Тогда почему мне так плохо, раз я сама хотела покончить со всем этим? Почему я так страдаю, если мы сделали все правильно, когда закончили этот театр лжи и лицемерия?

Падаю на кровать и обнимаю подушку, сгибаясь пополам, чтобы унять пожар из боли внутри себя. Я практически ничего не вижу из-за слёз, и не могу нормально дышать из-за заложенного носа.

Он сделал мне так больно! Не вышло у нас гребанного Хэппи Энда.

Улыбаюсь сама себе от мысли, что надеялась на какой-то счастливый конец нашей истории, и понимаю насколько я все таки, как оказалось, наивна.

Я навсегда запомню этот отчужденный взгляд. Мои слезы не значили для Адриана ничего. И не значат сейчас, хоть он и знает, как мне плохо. Как мне, блять, ужасно плохо.

Мои пальцы дрожат, но я все равно прикуриваю сигарету и открываю окно. Все лицо мокрое от слез, но я не могу остановиться, вспоминая все моменты с ним.

В голове постоянно крутится то, как он нежно переплетал наши пальцы, как приезжал в университет и заставлял пылать мои щеки. Чёрт, он мне так нравится, и я схожу с ума без него. Это невозможно. Невозможно выкинуть его из головы. Он мне так, сука, нужен.

Я знаю, что Адриан чётко дал мне понять, что все это был блеф. Что он не думал, что наши встречи зайдут так далеко. И я до сих пор чувствую, как мое сердце словно остановилось после слов, что мы никто друг другу.

***

Вот уже несколько дней я не хочу никого слышать и видеть. Тем более тех, кто может мне хоть на каплю напомнить о нём.

Я совершенно не понимаю. Не понимаю, как такое может быть. Это же шутка. Такого быть не может. Неужели меня все таки смогли растоптать?

Он искусно сыграл со мной такую простую игру. Актер без Оскара.

Играл, играл и выбросил. Я все чёртово время чувствую внутри такую пустоту словно из меня что - то выдрали.

Мама снова входит в мою комнату без стука и ставит на тумбочку тарелку с едой. Я сразу же беру её в руки и с силой разбиваю об стену. Мама на секунду вздрагивает, но собирает осколки и молча уходит.

У меня больше нет слез, нет голоса, чтобы кричать или даже разговаривать. Я постоянно сижу на подоконнике с сигаретой и иногда отчётливо понимаю, что не чувствую рук и ног. Не чувствую ничего, кроме глубоко отчаяния и безудержной ярости ко всему живому. А в первую очередь к себе.

***

Я смогу выбросить его из головы и  жить дальше. Эта надежда сменяется отчаянием и наоборот. И так по кругу. Каждый, чёрт возьми, день. Не знаю сколько суток уже прошло, но недавно я начала есть. День переходил в ночь. Я потеряла счёт. Иногда проваливалась в глубокий сон, но с криком просыпалась и так постоянно. Я не смотрела в свое отражение, мне не хотелось видеть даже себя.

Мои руки, как и губы, искусаны до крови, а в голове крутится лишь одна фраза: "Мне похуй на тебя, пойми ты уже".

***

Кажется, я уже несколько недель не ходила в университет. Все ещё сижу в своей комнате в пижамных штанах и грязной кофте. Она вся пропиталась моими слезами и потом, где-то остались пятна от еды, которую мама каждый день приносит прямиком в кровать. Но я не хочу переодеваться или идти в душ.

Все, что мне удается делать - это тихо плакать. Не так как в тот день. Плакать практически без слез, и уж тем более без всхлипов. Я уже даже не чувствую, как они текут.

Я не появляюсь на людях уже, наверное, долго, не хожу на мои такие раньше любимые вечеринки. Не включаю свой телефон. Не выхожу из своей комнаты. Не хочу видеть людей.

Я буквально чувствовала, как моя  душа гнила в буквально смысле слова. Все меньше мне хотелось помогать людям, все меньше я хотела делать добро и верить в лучшее.

Постепенно отчаяние начало уходить и что бы заглушить тоску души, я начала пить. Пить без продыха, курить и употреблять все, что могло только мне попасться. Только, чтобы не чувствовать.

***

Воспоминание 1

- Дешевая шлюха, - я не знаю, что это за парень, но он явно настроен на разборки. Я прохожусь носом по очередной дорожке и поднимаю на него глаза с постепенно расширяющимся зрачками.

- Да пошёл - ка ты нахуй, - с ноткой безумства смеюсь я, беру камень и со всего размаха кидаю прямиком в него. Кажется, попадаю в голову.

Воспоминание 2

Меня обнимали, обжимали и лапали буквально все на этой вечеринке в Южном Бронксе. Не знаю, как меня занесло в этот гетто - район, но мне было все равно.

- Не хочешь повеселиться? - кто-то подходит ко мне и маняще показывает пакетик с какой-то дурью. Я без раздумий соглашаюсь, закидываюсь таблеткой и даже не запиваю ее водой или соком, а сглатываю слюной. Потом трахаюсь с ним. В Южном Бронксе всегда нужно платить за дурь тем, что у тебя есть.

Воспоминание 3

Открываю глаза и понимаю, что лежу в кустах. Моя сумочка пропала вместе с телефоном, как и зип с метом, который я спиздила у того парня. Чёрт возьми, я хотела закинуться с утра!

Чертыхаясь, вылезаю из кустов и замечаю, что вся моя одежда порванная и грязная. Через дорогу стоит компания парней, которые долбят косяк. Я узнаю в них парней с тусовки. Слегка отряхиваю грязь с вещей и решительно двигаюсь к ним, по пути убирая листву из запутанных и слипшихся волос.

- Угостите? - мило улыбаюсь и мне без слов протягивают заново забитый косяк, который я с жадностью скуриваю до конца.

***

Я увидела легавых ещё за километр и постаралась незаметно слинять, потому что в моём кармане был грамм ахуевшего порошка, который вмазал бы меня на все сто. Мет постепенно перестал меня брать и с каждым разом мне приходилось употреблять все больше и больше, чтобы не мешать наркоту с бухлом.

Я старательно уходила от них, пока не напоролась на какого-то мужика, буквально врезавшись в него. В Бронксе постепенно начали всех отлавливать, чтобы найти недавно появившихся дилеров. Сбыт наркотиков стал бешеным, но откуда копам знать, что я никогда не покупаю дурь за свои деньги.

- Извините, - пробормотала я себе под нос, стараясь не смотреть своими обдолбанными глазами на него. Я двинулась в сторону, чтобы обойти мужчину, но он крепко взял меня за руку и поднял вверх мое лицо. Я сразу же напустила на себя наглую ухмылочку, понимая, что вся эта облава была создана специально для меня.

- В участок её и позвоните капитану Флетчеру, - кинул он кому-то, и я почувствовала, как на моих запястьях щёлкнули наручники. Они грубо провели меня к машине и заставили сесть на заднее сиденье, хоть я и не особо сопротивлялась.

- Осторожнее, котики, я все таки люблю БДСМ, - весело прощебетала я, размышляя как мне закинуться дурью. - Расстегните, а. Руки жмёт. Я же не буйная.

Я жалобно посмотрела на мужчин по обе стороны от меня, и как только тот, который был за рулём удовлетворительно кивнул, мои запястья оказались свободны. Я немного размяла и потерла их, дожидаясь момента, когда копы потеряют бдительность.

Это произошло достаточно быстро, и я, как можно незаметнее, достала порошок из кармана давно разорванной куртки, пряча его в кулак. Они подозрительно посмотрели на меня, но кажется ничего не поняли, и поэтому я закинулась прямиком в участке. Меня сразу же размазало и уже было похуй, чего они от меня хотят.

Через время я задремала прямиком на жесткой лавочке, но чьи-то грубые руки вырвали меня из сна. Я удивлённо открыла глаза и заметила Тони, моего горячо любимого отчима.

- Какая неожиданная встреча, - рассмеялась я и заметила за его спиной мать с опухшими глазами. - Зачем она здесь?

Я нахмурила брови и смотрела на дергающуюся в судорожных конвульсиях маму. Её плач был слишком громким, разрывая мое сердце. Даже сквозь обдолбанное состояние мне стало ужасно стыдно, учитывая вид, в котором я нахожусь. Наркотики заставили меня ещё больше почувствовать себя полным ничтожеством, которое не достойно жизни. Полное дерьмо.

- Мам... - тихо шепчу я и поднимаюсь на ноги. Безумно хочу обнять её, потому что даже не знаю сколько не видела. Все слилось в один сплошной трип, который никогда не закончится. Понимаю, что нахожусь в грязных и разорванных тряпках, которые сложно назвать одеждой, но срываюсь с места и крепко обнимаю её.

- Я так скучала, - шепчет мама, зарываясь в мои растрёпанные волосы, и я чувствую горячие слезы на щеке, которые не могу остановить. - Поехали домой.

Мы с ней выходим на улицу, и я с удивлением понимаю, что уже вечер. Хотя, такая мелочь как время для меня отсутствовало не понятно сколько дней. Все ещё тихо плачу и сажусь на заднее сиденье машины Тони. Мама оказывается рядом со мной и крепко берет за руку, слегка поглаживая ладонь своими пальцами. Этот жест преисполнен такой нежностью, что хочется выть волком и вырвать все свои внутренности от сжимающего чувства стыда и осознания того, насколько ты ужасная дочь.

- Сколько... Сколько дней меня не было? - тихо шепчу я, не решаясь смотреть в её глаза. Но мама сама берет в руки мое лицо и начинает оттирать грязь и запекшуюся кровь влажной салфеткой.

- Тринадцать, - с отчаянием говорит она и протягивает мне расчёску с резинкой. Безумно больно расчёсывать волосы, которые не приводили в порядок 13 дней, и я в итоге завязываю неопрятный пучок.

В машину заходит Тони с сочувствующим видом и заводит машину, делая вид, что не слышит нас.

- Я уже не думала, что увижу тебя, - мама проводит дрожащей рукой по моему более-менее чистому лицу и снова начинает плакать, заставляя меня вжаться в сиденье. Я стараюсь сглотнуть свои слезы, стараюсь оставаться сильной и не поддаваться эмоциям, но как только я кладу свою голову ей на колени, то больше не могу казаться непробиваемой.

- Мамочка, он мне сделал так больно, понимаешь. Слишком тяжело было помнить о нём, я так виновата перед тобой, и я не знаю как заслужить прощение, - глотаю слова и буквы, утопая в истерике, которую никак не могу остановить. Мама ничего не спрашивает и всю дорогу нежно перебирает волосы, давая мне выплакаться.

Захожу в дом и мне кажется, что я не была здесь вечность. Порошок отпустил меня, вызывая ломоту по всему телу и ещё большее чувство опустошенности. Самое ужасное то, что после эйфории на тебя всегда валятся отходосы, разбивая ещё больше.

Мама отправляет меня в ванную, где уже лежали свежевыстиранные вещи. Не хочу и не могу смотреть на себя в зеркало - я просто отвратительна. Хватает сил только на то, чтобы принять душ, смывая с себя всю грязь и вымыть голову до чиста.

Я терла жёсткой мочалкой свою кожу до глубоких расчесов, потому что мне не хотелось быть собой. Я хотела смыть с себя все события этих 13 дней, которые я, блять, даже практически не помню.

Вспоминаю об Адриане и тру с новой силой, пока слезы стекают по щекам. Как я смогла допустить все это? Как могла так необдуманно отнестись сначала к парню, который растоптал меня, а потом к наркотикам?

Все это время я обдалбывалась как конченная мразь, пока мать не находила себе места. Блять, я не успевала отойти от одного, как употребляла другое, разбавляя это все литрами алкоголя.

Я так страдаю от осознание того, кем я становлюсь из-за Адриана.

Я сменяю одежду, а те тряпки, в которых была, попросту выкидываю. На кухне сидит мама и Тони, и я долго не решаюсь что-то сказать, а просто стою в дверном проёме со стекающими слезами, которые стали моими постоянными спутниками.

- Я такая ужасная, - наконец выдавливаю я из себя слова сквозь спазмы горла и тяжёлые всхлипы. Не могу разжать кулаки и хоть немного расслабиться.

- Что ты такое говоришь, дурочка моя, - нежно проговаривает мама, и я ещё больше заливаюсь слезами. Она жестом приглашает меня сесть рядом, и обнимает за плечи мое содрогающееся в истерике тело.

У меня не было никаких сил  говорить что-либо ещё, а мама и не настаивала. Она знала, что со временем я расскажу все сама, если захочу того.

- Хочешь посмотрим сегодня твой любимый "Отряд самоубийц"? - она поднимает мое лицо в своих ладонях, убирая прилипшие влажные волосы со лба. Я в знак отрицания качаю головой и ухожу в свою комнату.

Без сил ложусь на кровать и изнываю от охватившего меня озноба. Под одеялом ни на каплю не становиться теплее. Конечно, это же из-за наркотиков.

Каждой клеточкой тела чувствую свою ничтожность. Но в голове держу мысль, что нужно перетерпеть. Перетерпеть ещё один день полный дерьма, а потом начать всё заново.

Вернуться в университет, напустить на себя маску полного отчуждения и невозмутимости, и наконец-то перестать ныть.

Ничего не вижу вокруг себя из-за темноты и от этого становится ещё хуже. Перед глазами снова всплывает Адриан со своей ехидной и наглой улыбкой. Я не могу остановиться думать о нём, не могу забыть и выкинуть его из головы. Но об этом уже никто не узнает.

Слишком тяжело чувствовать это. Слишком тяжело испытывать хоть что-то.

Они снова захотят, чтобы я почувствовала хоть что-нибудь, почувствовала боль. Но теперь меня не интересует ничего, кроме собственной выгоды.

Теперь равнодушие преобладает во мне над всеми остальными чувствами. Теперь мне не нужна любовь и другие окрыляющие чувства, которые как итог разобьют тебя и вгонят в грязь, из которой не так уж просто выбраться.

Я больше не хочу чувствовать.

________

Дорогие читатели, на счёт выхода следующей главы не могу ничего обещать, так как для ее написания мне придется промониторить очень много новой для меня информации, но рассчитываю выложить к концу недели продолжение.

Глава прольет свет на таких героев, как Адриан Блэйк и Джон Хиггинс. Вы узнаете из нее немного больше об этих противоречивых персонах, как и главная героиня вместе с Джессикой Вайс.

Безумно приятно как автору, что вы с нетерпением ждёте выхода новых глав и вам действительно интересна история Адриана и Синди.