Целитель и Хищница

Казеция, Акээлы-Хоте.

Выходя из особняка, всех троих остановила тёмно-русая девушка. Она накинулась на Серхиса, нахмурившего при виде её.

- Серхиситити, вы живой! Как я рада тебя видеть, мой сладенький!

- Слезь с меня. - цокая, ворчал кучерявый.

Торхилдэх рассмеялась от забавных для неё прозвищ к отношению Серхиса. Эльфийка лишь посвистывала.

- Серхиситити! Ну хоть не Серхисиси. - хохотала тёмноволосая девушка.

- Заткнись, горилла, тебя не спрашивали. - фыркнула Хегар.

- Свали нахуй, коза. - сказала Торхилдэх - Мы, конечно, с ним неприятели, но ему это не нравится. Поэтому отвали от него нахер, пока не въебала.

- Сама пошла нахуй. - возражала та - Хочу клеюсь, хочу нет.

- Девочки, давайте не будем ссориться. - пыталась усмирить их Амелия.

- Захлопнись, ржавая. - грубила Хегар ей.

- Значит, не хочешь по-хорошему, да? - холодно пробормотала эльфийка - Серхисо, Торхилдэх, прикройте, пожалуйста, лица.

Торхилдэх и Серхис прикрыли лики. Рыжеволосая эльфийка вытащила из сумочки мешочек эльфийской соли и взяв большую щепотку, посыпала ей в лицо обидчика. Уши, нос и губы вырастали в размерах и уродовали внешность. Девушка вскрикнув, слезла от парня и трусливо убежала прочь, не понимая, что с ней происходит.

Через какое-то время Торхилдэх оглянулась за особняком. В кустах прятался от огня вампир, похожий на бывшего сёгхуна – Шоманууда Алтгэтамаша. А где-то в пару миль парень предчувствовал вздохи женщины.

- Я, пожалуй, пойду. Одной даме нездоровится неподалёку.

- Да, топай, хули нет. - кивала девушка.

Она вместе с эльфийкой подошли к кусту. Вампир выглянул из куста.

- Мужик, ты что тут бродишь, спрячешься? - приподняла его Торхилдэх.

- Торхилдэх? - разглядывал её мужчина.

- Ну да. Сурудолы Торхилдэх.

- Хотя ты, наверное, не помнишь меня. Я тебя видел очень давно, ты тогда была совсем малышкой. На тебя покушался оборотень, а я его отпугнул.

- Я тебя помню, дядь Шома.

- Ты знаешь как меня зовут?

- Да я этот день помню. Ты ещё такой классный был. Потом батяня мне о тебе рассказал.

- Вот оно как. Ты не злишься на свою мать?

- Да конечно нет, ты чего?

Шоманууд посматривал в сторону, в которую уходил Серхис.

- Хоть бы с ней было всё хорошо и с нашим ребёнком.

- Ты про тётку Цубацэг?

- Нет, она меня предала. У меня другая супруга – ведьма Мана. Совсем скоро у нас на свет родится наше дитя, а кругом лишь разруха и бои. Переживаю за неё.

- Мда, тяжко. Ты подойди к Серхису и скажи, чтобы пошли в лес у нашей деревни. Там никто не сунется, все ссыкуют даже мимо проходить.

- Благодарю.

- Да не стоит. Я не против всегда помогать родным.

- Это хорошо. Я тогда пойду. До встречи.

- Давай, бывай.

Мужчина обращаясь в летучую мышь, улетел.

Где-то неподалёку происходила стычка стражника с парой женщины с мужчиной.

- Да как вы смеете? Да мы на вас в суд подадим. Черты вы горбато-носатые!

Амелия залезла в кусты для засады. Торхилдэх вбежала к ним и вмешалась в их разборках.

- Так, что тут происходит?

- Товарищ тайхан Сурудолы. - отчитывался стражник - Эта парочка нападает на стражников.

- Ересь полная! - возражала женщина, находясь в полном гневе - Мы ищем нашего правнука, Левиноеля Мати, а он угрожает нам сжечь нас вместе с ним. Грубиян, ни стыда, ни совести! Тфу на вас!

Девушка присматривалась на мужчину, выслушивая жалобу женщины. Чëрные короткие локоны с удлиннëной чëлкой, почти с еë ростом и подтянут внешне, лицом очень бледноват. Его очи бледного василька при виде стражника окрасились сумеречно-синий оттенок. А зрачки явно не были похожи человеческие, напоминая вертикальные полосы с заострëнными концами. Он явно ей кого-то напоминал:

"... - Высокий чёрноволосый с узкими зрачками и заострёнными ушами.

- Ты о чём, Левинаель? В порядке ты хоть то? – с недопонятым взглядом глядела она на него.

- Я вспомнил, как выглядит мой прадедушка. – отвечал ей парень..."

- Вы, мужчина, случайно не прадедушка Левинаеля Мати? Он мой друг и как-то раз недавно бормотал вашу внешность, пытаясь запомнить.

- Да, это я. Метимхэй-Иа Софроен Яхмоссэ Мати. Сокращëнно Софроен Мати. Мы как раз с супругой разыскиваем его. Мы можем с вами заключить с вами сделку?

- Какую ещë сделку?

- Если мы не сможем его найти, вы приведëте его к нам, в Фиваиды. В награду я дам то, что пожелаете.

- Мне ничего не нужно, главное чтобы он был счастлив. Если я найду его, поговорю с ним лично. А то ну, мало ли, вдруг он пока не хочет никуда ехать. А силком везти как-то не охота.

- Хорошо, я вас услышал.

Стражник влез в разговор:

- Но товарищ тайхан Сурудолы, постойте. Этот мужчина дьявол. Его надо устранить.

- Что, ëбнулся совсем? Он-то бледный, куда ему до дьявола?

- Но у него ведь очи совсем другие были, светло-голубого цвета и не сверкали.

- Это бледный василëк, но никак не светло-голубые. - пассивно разозлился Софроен, что на голове выросли небольшие чëрные рога, а после его голос раздавался эхом - Напрасно я не тронул тебя, когда нагло ты угрожал покончить с Левиноелем. Ты не заслуживаешь столь хорошего отношения к себе. После смерти душа твоя погрузится во тьму средь адских пыток языков пламени.

- Софроен, успокойся. - обхватила его за предплечье женщина - Ну подумаешь, погорячились чуть. Не лучше бы нам свалить нахер отсюда, пока этот парнишка окончательно не слетел с катушек. - после она косо смотрела на стражника.

Дрожа от страха, тот чуть не накинулся на Софроена. Торхилдэх тут же толкнула его в сторону:

- Так, оставить бой! Ну кто тебя просил лезть, а? Ты сей выглядел как конченный. И не стыдно тебе?

- Товарищ тайхан Сурудолы, но ведь он дьявол. - указывал пальцем на Софроена стражник.

- Отставить! - повысила голос девушка - Я не спрашиваю отмазки. Ты сам первый спровоцировал.

- Вот именно. - поддакивала женщина - И вообще он не дьявол, а полукровка.

- Но ведь по приказу сëгхуна я обязан устранять расовые и национальные меньшинства. - промолвил стражник, судорожно глядя на тайхана.

- Да что ты? А ты не знал, что этот сëгхун Ерден ради места на троне убил собственного брата, воистину настоящего мудрого правителя?

- Это клевета против самого сëгхуна. Вы не можете так даже думать о таком.

- Тогда какого хрена бывшего сëгхуна Шоманууда нашли в обличии вампира? Если это был бы пиздëж, ему бы нахуй не перелили кровь вампира и остался бы обычным человеком!

- Извините, товарищ тайхан Сурудолы. Мне придëтся покончить с вами тоже, так как вы предатель Родины.

- Это ещë кто предателем будет. Амелия, огонь!

Стражник обнажил меч из ножны и спровоцировал всех на бой. Девушка всей мощью смахнула длинным фамильным клинком ответным ударом. Эльфийка стреляла из лука стрелами в парня из кустов. Те не отставали и тоже схватились за мечи против общего противника. Тот наконец, в ходе схватки едва держался на ногах и вот-вот его поражение приближалось. Осознавая этого, он отчаянно направлял оружие в сторону Софроена, пока тот умело уворачивался, задумав нанести смертельную рану.

- Софроен, сзади!

Внезапно в этот миг острие меча пронзает в тело женщины, что прикрывала его от ранения. Обернувшись в еë сторону, у мужчины округлились тëмно-синие очи от эмоционального шока. Он вонзая меч в землю, преклонился на колени пред ней, держась за наконечник левой рукой, а правой отчаянно тянясь за любимой супругой:

- Нет... Дендера...

- Прости, я не сдержала своë слово и помру первее тебя. - сквозь боль улыбалась ему вслед она, после судорожной рукой притягивала его голову ближе и коснулась губами о лоб - Я всегда любила, люблю и буду любить тебя, ja:nak'is xeby'tisi (пантерка моя).

Высказав последние слова, еë душа покидала из гиблого тела. От безысходности мужчина проложил руку на рану, прокручивая в голове заклинание воскрешения. Но его тут же едва дëрнуло, словно от тока.

"Не стоит меня воскрешать, xeby'tisi (пантерка). Живи своей жизнью".

Потеряв надежду на что-либо, Софроен издал мощный громкий крик, что в десятках радиусов от него многие почувствовали давления и невыносимую боль в ушах, заставлявшие поскорее прикрыть их.

"Я этого так не оставлю".

Взбесившись окончательно, наконец, он поднялся с колен, твëрдо держа лëгкий, но острейший меч. От него, как и очей, отдавалось яркое синее свечение. Клинок начал загораться пламенем, напоминающий по цвету ночное небо. Одного его свирепого взгляда заставило стражника затрястись от ужаса. Пока он пребывал в страхе, мужчина двинулся в его сторону весь в ярости. Но внезапно стрела попало ему в грудь, а голова оборвалась с тела о Сурудолынского фамильного клинка:

- Заебал.

Они пересеклись взглядами.

- Господин Софроен Мати, не расстраивайтесь. Всë будет хорошо, обещаю вам. - пыталась как-то утешить его Торхилдэх.

- А разве есть этому теперь гарантия? - бормотал Софроен в ответ с раздражением.

- Да естественно есть. К всему есть выход из... - подходила к нему всë ближе девушка.

- Оставьте меня в покое! - разозлился он, взяв на руках бездыханное тело супруги и после бесследно исчез.

Тем временем Серхис проник в заброшенное жилище. Перед ним женщина сидя в углу, испуганно прикрылась тканью из-под мешка.

- Не пугайтесь, пожалуйста. Я лекарь, Акерипуло Серхисо.

- Я ждала девушку-лекаря.

- Девушку-лекаря?

- Да-да, её. Меня заметил эльф-отрок и пошёл звать её. У неё ещё сложная фамилия, я не смогу выговорить. Она начинается вроде как на "Н".

В тот же миг вошли Кетари и Рашида. Девушка убирая мешок, взяла за обе руки беременной женщины:

- Всё хорошо, успокойтесь. Ваш ребёнок будет в полном порядке. Только не нервничайте, а то дитя потом овощем станет.

- Овощем?! Нет, пожалуйста...

- Ну в смысле очень хрупким, не в прямом смысле этого слова.

Её слова прервал звук взмахов крыльев летучей мыши. Она приземлившись, обратилась в Шоманууда:

- Идём в лес у деревни Накхиин. Там безопасно.

Эллария, Антланта.

Средь ночи из-за окна Левиноель услышал разговор. Некто двое человек обсуждали о позиции Куметпата и сделке привезти некого пропавшего мальчика в шестьсот двадцать девятом году, шестьсот двадцать четвëртого года рождения в полнолуние пятницы тринадцатого октября. Насторожившись, он вскочил с кровати и встал у окна, подслушивая диалог.

По силуэтам можно было разглядеть императрицу Элефтэрию Гидромос и бело-чëрную женщину в маске. Молодая императрица наконец уходила. Женщина не шевелнувшись, взглянула на парня и испарилась из виду.

Тот вздрагивая от её взгляда, припал на пол, пытаясь спрятаться под окном. К несчастью, внезапно она появилась посреди палаты с полным ящиком винограда. Женщина поставила его на небольшой столик и снимая маску, взглянула на парня:

- Не сиди на полу. Простынешь и дольше пролежишь здесь.

Левиноель лишь послушно поднявшись на ноги, вздрогнул от еë бархатистого голоса:

- Да.

- Звезда. Есть будешь? Я принесла твой любимый сорт винограда. Ты ещë за обе щëки уплетал в детстве.

Он застенчиво подходя к ящику, осторожно протягивал руку в сторону грозди ягод. Женщина глядя на это, глубоко вздохнула и схватила виноград, дав ему в руки:

- Да ешь, господи.

Левиноеля настораживало еë внешность. Когда впервые встретил еë на кладбище, он изначально представлял еë чëрнокожей в прямом смысле этого слова, судя по рукам. Парень впервые видел еë лик, напоминающий по цвету снег, как и еë длинные волосы с несколькими чëрными локонами, собранные в хвост.

- Твои руки...

- А, это. Не обращай внимания, на мне экспериментировали, будучи ребëнком. - ответила она, не пошевелив бровью.

- Господи, мне так жаль. - приложил к сердцу руку Левиноель.

- Я не нуждаюсь в жалости. - сухо сказала та.

- П-прости. - вздрагивая, преклонился он.

- И в извинениях тоже. - вздохнула она - Просто поешь уже.

Дрожа, парень послушно поедал виноград.

- Насчёт твоей девчушки можешь не переживать. Она гостит у меня с кошками и волком. - предупредила женщина, немного погодя она направлялась к окну - Будут проблемы, обращайся, не стесняясь.

- Матушка Мефиер...

- Это мой долг. Так что слова благодарности можешь оставить себе.

"На месте парня в её очах всплывал красноволосый мужчина с невинными бирюзовыми очами. Но из груди сверкало пятно в виде семиугольника."

-... Но прошу меня простить, мне пора.

После этих слов она испарилась из виду. Левиноель протягивая руку, хотел остановить её, но припоздал.

"- Прости, отец. Это ради твоего блага...".

Казеция, Акээлы-Хоте.

Деревня Накхиин.

Урсулу стояла на террасе, покуривая трубку. Вдруг некто пробегал в поле еë зрения и споткнулся об камешек на тропе. Глядя на это зрелище, та посмеиваясь, подошла к нему:

- Убегаешь от проблем, Алтгэтамаш младший? - она слегка подставила на его поясницу ногу.

- Урсулун-Мурен? - пробормотал тот.

- Урсулун-Мурен двадцать два года как мертва, к твоему глубочайшему сожалению. Пред тобой Сурудолы Урсулу.

- Н-неважно! Убери от меня ноги.

- А волшебное слово?

- Приказываю.

- Нет, неправильно.

- А вот и да. Я, между прочим, сëгхун.

- Сëгхун-братоубийца имеешь в виду?

Позже женщина громко свистнула:

- Мальчики, схватите мне сëгхуна Ердена.

По одному свисту к лежащему на земле мужчине прибежала толпа из четырëх человек в чёрных одеяниях и тëмных очках. Урсулу убрала ногу, а те резко схватили сëгхуна. Тот вырывался из последних сил, но его очень крепко и надëжно держали.

- Хаган, порошок. - скомандовала она.

Один мужчина протянул женщине маленький мешочек:

- Благодарю.

После этих слов она подойдя к заложнику, посыпала его лик порошком. Его насильно клонило ко сну.

Ночь.

Резиденции якуджа (криминалисты, мафия).

В тëмном помещении на кожаном стуле сидел невысокий солидный мужчина средних лет с широкими бровями. В руке он держал стеклянную рюмку, наполовину наполненный дорогим коньяком. Урсулу воссоздала на стене большой портал. Из него осторожно выходил серокожий колдун Королевский Целитель. Рассматривая места, он уже поспешил обратно, сделав пару шагов назад:

- Прошу прошения, но я не оказываю помощь бандитским организациям.

- Об этом можешь не беспокоиться. Мы устраняем только плохих людей. - отвечал ему мужчина - Проходи, не стесняйся, гостем будешь.

- Хорошо, как скажете.

Парень вновь шагнул вперëд. Портал следом за ним испарялся из виду. Привязанный к стулу заложник при виде колдуна заурядно испугался, бледнея от страха.

- Нет, молю, не убивайте меня! Боженька, смилуйся надо мной!

- Вы его шантажировали? - спросил у оябуна Целитель.

- Нет, что вы. - ответил тот, разглядывая цвет коньяка на рюмке - Напротив, мы просто пример на манекене показали, что бывает с теми, кто с нами излишне пререкается.

- Господи.

Парень приблизился к заложнику:

- В тебе видится большой груз грехов. В том числе ты жестоко расправился со старшим братом в порыве зависти. Твоë единственное спасение покаяться в них и душа твоя очистится.

- Да пошла ты к чëрту, ведмичье отродье! - насмехался над ним тот - Куртизанка сатаны!

- Простите? - переспрашивал он, кладя руку к груди и округляя и без этого большие очи он.

Урсулу не выдерживая, рассмеялась на весь кабинет:

- Это парень, дурашка.

- Да тем более сжечь его! На виселицу повесить! Мужеложник чëртов! Гореть ему в аду! Тфу!

Парень ахнул от оскорблений в его сторону. Мужчина на кресле одним жестом приказал одного подчинëнного ударить его кнутом. Он послушно избивал им заложника без всякой жалости. Тот вопил от боли:

- Хватит! Больно! Я сëгхун!

- Бывший. - промолвил оябун - И пока не угомонишься, так и будем избивать.

В помещении вдруг появились на потолках большие серые очи. Полился дождь. Женщина промочив дорогое шëлковое платье и платок из каштанового узорчатого вуали, от гнева сломала трубку и рванулась к младшему брату:

- Дай сюда! - выхватила она у напарника кнут и неистово начала бить его - Допизделся, придурок? Думаешь, тебя здесь по головке будут гладить? Теперь сей пиздец начнëтся из-за тебя! Нахуя ты его довëл, а?

Вслед за ливнем у парня засверкали очи полностью белым цветом. Махнув рукой, он направлял руку в сторону обидчика с жестом "козы". Раздавалось мелодичное пение высоким голосом, при этом оно не издавало из его уст. По телу мужчины разрослась скверна, начиная от левой груди, а отовсюду отдавалась адская боль. В ушах невыносимо звенело.

- Так тебе и надо. - сухо произнесла Урсулу, смирившись от гнева.

- Ерден, прошу, не совершай глупостей. - заговорил голосом Шоманууда Алтгэтамаша Целитель, отображая запуганный крик - Ерден, мактэ (постой)! Үгуи'э (Нет)! - после издавал захлëбывания - За что, брат?.. Что я тебе сделал?.. Неужели из меня вышел плохой старший брат?..

Как колдун начинал говорить знакомым и родным голосом, она затаив дыхание, замерла на месте и слушала каждое слово. По еë лицу хорошо виднелось то, что она испытывала. Урсулу прикрывала обеими руками нос и губы, чуть не проронив слезу. Но оглядываясь на замученный лик брата, женщина озлобилась, схватившись за кинжал.

- Ах ты тварь!

Она накинулась на него с размахом, но напарник стоящий рядом остановил еë, подхватив и держа за плечо.

- Урсулу, алтча (золотце), не стоит раньше времени махаться оружием. - успокаивал женщину оябун - Мы не должны лишить жизни до того, как наш выше почтенный гость не сделает вердикт.

- Прошу прощения, отец. - анализируя своë поведение, Урсулу раскаивалась пред начальником - Эмоции наружи вылезли и потеряла контроль над ними.

- Не волнуйся, я закуплю партии трубок. Пока можешь одолжить у меня запасную. - взял из коробки трубку мужчина на кожаном стуле.

Высокий и широкий слуга, что стоял рядом, поднял начальника одной рукой и направлялся с ним к женщине. Тот протянул ей вещь.

- Да не стоило, отец, но весьма благодарна вам. - улыбнулась она при виде трубке.

- Извольте, я вас перебью немного. - отходя от транса, парень прервал разговор.

- Да-да, говори, достопочтенный наш гость. - уступил право слова ему оябун.

- Я чувствую прибытие вассала из Куметпата Яхтара Мати. Он потребует задержать графа Шунахайнэ уголовному кодексу вассалитета Куметпата статья тридцать один «О покушении, причинения вреда здоровья и/или убийства древнего влиятельного рода Мати» в наказании смертной казнью в городе Фиваиды. Что касается вашего заложника, возмездие само настигнет его же самого.

Все замолкали, внимательно слушая его.

- Убивать его не стоит. Он умрëт, но сей и не здесь. Смерть его застигнет на очах всего народа.

Дождь прекратился, а очи Целителя перестали светиться. Внезапно он исчез из виду.

Утро.

Эллария, Антланта.

Появившись вновь в палате, Левиноель обнаружил лежащего на его кровати Икнатона без сознания. По его лику он заметно побледнел и пропотел. По всему телу проходила дрожь. Вздрагивая от одного его вида, парень тут же быстрым шагом подошëл к товарищу. Он расстегнул пару пуговиц на чëрной рубашке и съëмный кружевной воротник-жабо тëмно-синего цвета. Пока Левиноель судорожно проверял его состояние, карие очи полуэльфа медленно приоткрылись, прищуриваясь. Из его уст вырвался слабый тихий голос:

- Лука?

Тот замер от его голоса. Он телепатически заглянул в память Икнатона и впал в шок. Мальчика, что вспоминал эльфийский колдун, оказался он сам. Когда-то давно ещë будучи ребëнком не достигшим ещë пяти лет, его подобрал эльфийский колдун-отрок. Он лежал в голодном обмороке. И, несмотря на то, что ранее тот недолюбливал детей, ему стало жалко от одного болезненного вида мальчишки. Что-то внутри него подсказывало, что малыш, как сам полуэльф, был одинок. Потому он приютил его к себе, а отношение к детям чуточку изменилось в лучшую сторону.

Завидев в нëм наконец того самого мальчишку, Икнатон смутившись, резко встал с кровати, скрывая переполняющие эмоции изнутри:

- Прости, кажись, ромашкового чая перепил. Уже какую-то хуйню несу. Просто не обращай внимания.

Левиноель обеспокоившись, схватил его за запястье:

- Кажется, мы ранее встречались. - позже он слегка улыбнулся, проливая слезу со слепого ока - Помнишь, ты постоянно ворчал, что я слишком прилипчивый ребëнок и на всю улицу называл тебя "батюшкой"?

Икнатон приостановившись, пытался вспомнить от и до. Воспоминания всплывали в его очах. Он обескуражено застыл на месте, смотря на пол.

- Икнатон? - окликал его Левиноель, беспокоясь о нëм.

Не выдержав переполняющих эмоций изнутри, тот внезапно накинулся на парня с крепкими объятьями, уткнувшись лицом в грудь:

- Сука, ну ëб твою мать, наконец-то. Я нашëл тебя. Даже меня немного перерос. Боже, как же быстро растут чуждо-родные дети.

Левиноель с теплотой в ответ тоже приобнял приёмного отца, заплакав от радости.

- Так, всё, хватит. Я заебался тискаться. - отстраняясь от него, Икнатон огляделся на него - Слёзы протри хоть, а то сей зайдут, подумают, что я тебя обидел.

- Хорошо, па...

- Батёк. Ну, или батька.

- Хорошо, батька.

- Заебись.

Русоволосый подошёл к столику и взяв полотенце, протирал лицо от слёз. В этот момент заходит лекарь с документами:

- Мати здесь, верно?