Первая работа
5:00 утра 16 мая
На телефон Чена пришло сообщение от неизвестного.
- Кто пишет так рано? - задался вопросом он, с трудом просыпаясь и протирая глаза.
Придя в себя, он начал читать сообщение:
«Здравствуй, объект 13! Сегодня твой первый рабочий день в нашей компании. Пожалуйста, приходи по адресу проспект Искры, 9, подъезд 2, квартира 4. Твой напарник сообщит тебе пароль. Ответь: «И воспряли во тьме».
Надев фиолетовую футболку, черные спортивные штаны и чёрную ветровку, так как на улице было довольно прохладно, Чен отправился по указанному адресу.
Пятнадцать минут спустя.
- Мы погибли в сиянии,
- И воспряли во тьме.
После этих слов дверь в квартиру открылась, и Чена встретил крупный и мускулистый чернокожий мужчина. Он молча провёл его в дальнюю комнату квартиры и, открыв шкаф, потянул за рубашку, висящую на вешалке, чтобы открыть заднюю дверцу, ведущую в лифт.
- Я Чен, а ты? - немного нервничая, спросил Чен, когда они вместе вошли в лифт, и мужчина нажал на кнопку третьего этажа.
- Генри, - безэмоционально произнёс мужчина, а затем добавил: - Моё кодовое имя Гоуст.
Когда они приехали на нужный этаж, к ним подошли два парня и протянули Чену руки, представляясь:
- Привет, я Виктор, кодовое имя : лед - сказал немного низкий парень с русским акцентом.
- А я Алан, кодовое имя : зверь- добавил парень с американским акцентом.
Чен пожал им руки и, представившись, спросил:
- Так что за задание?
Парни отвели его к комнате снаряжения, по дороге объясняя всю суть задания:
- Наша цель - выманить и задержать опасного торговца биодобавками, который, по нашим сведениям, добавляет в свои продукты небольшое количество воды, заражённой вирусом «Спортсмен».
Справка: вирус «Спортсмен» - это паразит, который питается гормоном страха и преобразует его в адреналин, что приводит к быстрому истощению сердца и нервной системы.
- Наша задача - выяснить, где он добывает этот вирус, и уничтожить его источник. Не забудьте также собрать образцы, которые понадобятся для создания анти-вируса, способного уничтожать его при введении в организм заражённого.
Войдя в комнату снаряжения, Чен обнаружил, что она разветвляется на четыре секции с различными классами. Три из них уже были заняты, и ему выпал класс «подавителя». Его задачей было подавить вирус и собрать его образец.
После того как он вошел, система запросила генетическую привязку. Небольшое устройство-помощник указало ему путь к базе данных и спросило его позывной.
- Демон, - произнес Чен, подходя к терминалу базы. Он уколол себя иглой и капнул кровью в анализатор, который привязал его генетический код к снаряжению.
Система открыла капсулу со снаряжением.
- Прошу нового члена команды «Воины тени» забрать своё снаряжение.
чен прошел к капсуле и надел научно-боевой костюм заря
Как он выглядит
- Он очень лёгкий, - заметил Чен с удивлением и подошёл к стойке с оружием.
- Что это за поразительный гений уничтожения? - воскликнул Чен, когда увидел снаряжение, которым оснастили его класс.
Чен взял с собой две гранаты, автомат с подствольным гранатомётом и пистолет, который решил использовать как запасное оружие.
- Ребята, я готов, - сказал он, выходя в главный зал, где уже собрались остальные.
- Что ж, тогда выдвигаемся, - сказал Гоуст, указывая на дверь, ведущую в потайной проход. - По плану мы заходим на склад через чёрный ход. Виктор и Алан, вы обеспечиваете прикрытие, нейтрализуете охрану. Мы с Ченом прорываемся к главному цеху. Как только проникнем внутрь, используем наши кодовые имена.
Они двинулись по тёмному коридору, чувствуя, как с каждым шагом нарастает напряжение. Запах старой смазки и пыли становился всё сильнее, смешиваясь с едва уловимым металлическим привкусом. Шаг за шагом они приближались к месту назначения, словно ступая по лезвию ножа.
Лифт плавно опустился, и двери открылись, открывая мрачную картину заброшенного склада. Тусклый свет проникал сквозь грязные окна, отбрасывая длинные тени, которые искажали знакомые предметы до неузнаваемости.
- Готовы, - прошептал Виктор, прижимаясь к стене. - Алан, проверь периметр.
Алан молча кивнул и быстро и бесшумно скользнул вдоль стены, проверяя, нет ли поблизости охраны. Чен сжал в руках автомат, чувствуя, как адреналин бурлит в его венах. Это было его первое настоящее задание, и он понимал, что от его действий может зависеть успех всей операции.
- Чисто, - доложил Алан через несколько секунд, возвращаясь к остальным. - Двигаемся дальше.
Они начали пробираться по складу, держась в тени. Виктор шёл впереди, словно ледокол, прокладывающий путь в кромешной тьме. Алан, как верный пёс, прикрывал тылы, готовый отреагировать на любую угрозу. Чен и Гоуст шли следом, осторожно ступая по неровному полу.
- Я слышу шаги, - прошептал Виктор, останавливаясь за грудой ящиков. - Двое идут по главному проходу.
Все прижались к укрытиям, затаив дыхание. Звук шагов становился всё громче, и вскоре на горизонте появились два охранника в чёрной форме. Они не спеша шли вдоль прохода, освещая путь фонариками.
- Виктор и Алан, - прошептал Гоуст, не поворачивая головы. - Тихо обезвреживаем. Чен, будь готов на случай, если что-то пойдёт не так.
- Принято, - ответил Чен, переводя предохранитель автомата в боевое положение и целясь в спину ближайшего охранника.
Алан и Виктор, как два хищника, сорвались со своих мест, двигаясь с молниеносной скоростью. Виктор с ледяной грацией обездвижил первого охранника, зажав ему рот рукой. Алан с яростью зверя скрутил второго, повалив его на пол. Всё произошло так быстро и тихо, что никто даже не успел издать ни звука.
- Гоуст, - прошептал Виктор, - охрана нейтрализована.
- Отлично. Чен, ты со мной. Двигаемся дальше, используем наши кодовые имена. Я - Гоуст, ты - Демон. Не забывай, что мы ищем вирус и его источник, так что будь внимателен ко всему, что видишь.
Гоуст и Чен вышли из укрытия и, двигаясь вдоль стены, направились к главному цеху, оставляя позади обезвреженных охранников. За ними, словно призраки, двигались Лед и Зверь. Напряжение нарастало с каждой секундой. Теперь всё зависело от их бдительности и умения работать в команде
Они двигались вдоль стены, стараясь не шуметь. Чен чувствовал, как напряжение нарастает с каждой секундой. Запах старой смазки, пыли и чего-то химического щекотал нос. Судя по всему, главный цех был совсем рядом.
- Стоять, - прошептал Гоуст, резко остановившись и подняв руку. Он прижался к стене, жестом приказывая остальным сделать то же самое. Из-за угла коридора послышались шаги - приближался ещё один охранник.
Гоуст молниеносно достал из пояса тонкую, но прочную верёвку. Он притаился, ожидая, пока охранник пройдёт чуть дальше поворота. Когда тот поравнялся с ними, Гоуст, словно пантера, выскочил из укрытия.
Охранник даже не успел среагировать. Верёвка ловко обвилась вокруг его шеи, и Гоуст резко потянул её на себя, перекрывая дыхание. Охранник дёрнулся, попытался что-то выкрикнуть, но издал лишь хрип. Сила и скорость Гоуста не оставили ему шансов. Через несколько секунд тело охранника обмякло, и он безвольно рухнул на пол. Гоуст осторожно отпустил верёвку. Проверив пульс и дыхание, тот убедился, что он жив.
- Быстро, - прошептал Гоуст, оттаскивая тело охранника в тень. - Теперь точно чисто.
Виктор и Алан кивнули, подтверждая, что всё прошло без лишнего шума. Чен, хоть и был удивлён жестокостью действий Гоуста, понимал, что в их ситуации хороши любые методы. Они продолжили движение, оставив позади ещё одного нейтрализованного противника. Теперь они были ещё ближе к главной цели. Однако напряжение нисколько не спадало, а наоборот, нарастало, как предвестник бури.
- Чёрт, здесь камеры и датчики движения, - прошептал Виктор. - Демон, твоя очередь действовать.
Чен кивнул. Он сосредоточился, ощущая пульсирующую под кожей энергию, и начал мысленно взаимодействовать с окружающей средой. Его разум, словно хищник, ощущающий вибрации добычи, пронизывал пространство, выискивая слабые места в системе охраны.
И вот, его внутренний «навигатор» обнаружил слабое место - незаметную брешь в металлической стене, где не было датчиков и проводов. В этом узком проходе между стеллажами сеть на мгновение прерывалась, и почти невидимый проход позволял пройти незамеченным.
- Готов, - прошептал Чен, отделившись от корней, которыми он просканировал путь. Его голос был едва слышен, он был полон сосредоточенности. Он не издал ни звука, который мог бы привлечь внимание. Его движения стали плавными, словно он растворялся в воздухе. Он скользнул в проход, и его окутала тишина. В этом узком пространстве, похожем на подземный тоннель, он чувствовал себя спокойнее. Лед и Зверь затаились, прикрывая его. Гоуст был готов к любой неожиданности. Они все понимали, что этот проход - их единственная возможность незаметно пробраться дальше.
Проход был узким, едва позволяющим протиснуться одному человеку. Чен, пригнувшись, пробирался по нему, чувствуя, как статическое электричество пронизывает его тело. Воздух был тяжёлым, с металлическим привкусом. С каждой секундой тишина становилась всё более зловещей, напряжённой. Где-то вдалеке, почти неслышно, раздавались удары молотков, и ритм их работы становился всё более отчётливым.
Внезапно из темноты слева послышался шорох. Чен застыл, сердце бешено заколотилось. Это был не звук, а ощущение - словно огромная хрупкая тень коснулась стены. Он напрягся, чувствуя, как вибрация пробегает по всему проходу от каждого его движения.
Осторожно, стараясь не выдать своё присутствие невидимому врагу, он спросил: «Лед, ты здесь?»
- Да, слышу. Тут... что-то... - отозвался Виктор. - Чувствую огромную тень. Что-то... нечеловеческое.
- Приготовиться к бою, - хрипло прошептал Зверь. - Если понадобится, я прикрою вас.
Чен, не отрывая взгляда от источника шороха, сделал еще один шаг вперед, в ту сторону, откуда доносился звук. На мгновение он увидел смутный силуэт в тусклом свете, проникающем сквозь щель. Это было что-то огромное, с острыми углами, словно каменный исполин. Оно двигалось медленно, но уверенно и, скорее всего, не заметило Чена.
Внезапно что-то со скрипом и скрежетом сдвинулось внутри конструкции, перегородив проход. Проход перестал быть проходом. Это было нечто большее, чем просто стеллаж или груз. Это была новая преграда, и она встала у них на пути. Чен, прижавшись к холодной металлической стене, понимал, что у них не осталось времени на раздумья. Им нужно было действовать быстро и решительно. Время на раздумья закончилось. Угроза была реальна, и она была совсем близко.
Чен напрягся, чувствуя, как внутри него поднимается волна силы. Он закрыл глаза на мгновение, позволяя своему разуму и телу слиться воедино. Когда он снова открыл их, пелена тьмы словно отступила.
Сквозь мрачную завесу он увидел Зверя, притаившегося за углом, его силуэт чётко вырисовывался на фоне тусклого света. Алан, прижавшись спиной к стене, держал оружие наготове, его взгляд был сосредоточенным и настороженным. Его тело было напряжено, как пружина, готовое в любой момент сорваться с места. Чен видел каждую мышцу, каждый нерв на его лице.
Но в то же время он увидел и другое. Впереди, за углом, куда смотрел Зверь, виднелось нечто иное. Тёмный массивный силуэт, гораздо крупнее человека, с неровными острыми краями. Он напоминал гигантский кусок обтёсанного камня, но что-то в его движении говорило об обратном. Он двигался не как глыба, а как живое существо.
- Зверь, я вижу тебя! - прошептал Чен, и его голос, усиленный вибрациями, достиг ушей напарника даже сквозь стены и тьму. - Я вижу и то, что перед тобой! Будь готов! Это не стеллаж. Это что-то живое.
- Понял, Демон, - отозвался Алан напряжённым голосом. Он медленно начал менять позицию, перенося вес тела на переднюю ногу, готовясь к рывку. - Что предлагаешь?
Чен знал, что время на исходе. Эта живая глыба скоро их заметит, и тогда им придётся столкнуться с ней в узком проходе, где их преимущество в маневренности сойдёт на нет. Ему нужно было действовать быстро, и не только чтобы спастись, но и чтобы помочь своим товарищам.
- Кажется, это источник вируса. Я чувствую что-то необычное в его присутствии. - прошептал Чен, его голос был едва слышен, словно сам воздух боялся его потревожить. Он смотрел на тёмный силуэт, скрывающийся за поворотом, и ощущал странное, пульсирующее чувство тревоги. Это было не обычное ощущение надвигающейся опасности, это было нечто иное, более глубокое, более... загадочное.
- Что именно ты чувствуешь? - спросил Алан, его голос был хриплым от напряжения. Он тоже почувствовал странное покалывание в затылке, едва уловимую вибрацию в воздухе. - Что-то... не так.
Чен сглотнул. - Не знаю точно, но оно... оно неживое. В нём нет жизни, но в нём есть... энергия. Громоздкое, тяжёлое, но при этом... живое. Это не просто каменный блок. Это... нечто большее.
- Нечто большее? - переспросил Лед, и его голос прозвучал в напряжённой тишине. - Что это значит?
- Это значит, что нам нужно быть вдвойне осторожными. - Чен присмотрелся к силуэту ещё внимательнее. - Я чувствую... что-то пульсирующее в нём. Что-то... ещё живое, но не такое, как мы. И это... это плохо.
Чен принял решение мгновенно. Он понимал, что времени на осторожные маневры больше нет. Это «нечто» за углом было слишком массивным, слишком непредсказуемым. Нужно было действовать радикально, использовать все свои возможности.
- Гоуст, Лед, Зверь! - прошептал Чен, его голос звучал громче, чем раньше, в нем появилась сталь. - Я займу его! Даю вам шанс действовать!
Не дожидаясь ответа, Чен начал действовать. Он резко сорвал с себя бронежилет и отшвырнул его в сторону с глухим стуком. В этот момент он почувствовал, как внутри него поднимается мощная, неукротимая сила. Его кости и мышцы налились энергией, тело росло, становилось массивнее, больше. Его рост увеличился в несколько раз, и его плечи уперлись в потолок узкого прохода.
Теперь он был огромным, возвышающимся над проходом, и его тень закрывала всё вокруг. Сила его тела, казалось, могла сокрушить всё на своём пути.
С мощным рыком, переходящим в нечто среднее между рычанием и гулом, Чен обрушился на преграждающий проход объект и «нечто» за ним. Его огромные руки сомкнулись на каменном силуэте и «нечто», прижимая оба объекта к стене и друг к другу. Металл прохода затрещал под давлением его силы.
- Лед! Зверь! Сейчас! - крикнул он, и его голос прогремел, как раскат грома, эхом отдаваясь в узком пространстве. Он дал им эту возможность, эту секунду для действий.
Теперь, когда две угрозы были обездвижены, Лед и Зверь могли нанести свой удар с фланга. Чен понимал, что не сможет долго удерживать их в плену, но он выиграл для них драгоценное время, необходимое для победы.
Сжимая в руках каменный силуэт и «нечто» за ним, Чен ощущал, как его тело раскаляется, словно раскалённая печь. Мышцы вибрировали, а кости, казалось, готовы были вырваться наружу. Но это было не просто физическое напряжение. Внутри него происходило что-то странное и непостижимое.
- Что со мной происходит... - прошептал он, чувствуя, как его тело начинает трансформироваться. Руки словно покрылись сетью пульсирующих линий, а в ладонях забурлила энергия. Он не мог контролировать этот процесс, он исходил изнутри, как неуправляемый поток.
В следующую секунду он ощутил, как невидимая сила, словно щупальца, начала проникать в каменный силуэт и «нечто», словно корни деревьев в землю. Но это было не обычное проникновение. Он чувствовал, как его собственные клетки и энергия смешиваются с их субстанцией. Он не просто удерживал их, он начинал поглощать их.
Каменный силуэт, казалось, дрогнул, начал терять четкость, растворяясь в его энергии. И «нечто» за ним задрожало и затихло, словно погружаясь в глубокий сон.
- Я... я их... - прошептал Чен, его голос был полон ужаса и удивления. - Я... поглощаю их.
Он ощущал, как энергия этих предметов перетекает в него, наполняя его еще большей силой, еще большей мощью, но в то же время вызывая у него чувство ужаса и отвращения. Что с ним происходит? Что он такое?
- Демон! - крикнул Лед, его голос звучал встревоженно. - Что с тобой? Ты светишься!
Зверь, приготовившись к бою, замер, глядя на Чена расширенными от ужаса глазами.
- Я... я не знаю... - ответил Чен, чувствуя, как его тело начинает дрожать. - Но я не могу остановиться!
Поглотив их, он почувствовал тошноту, и в итоге его вырвало
- Демон! - воскликнул Виктор, уже не заботясь о скрытности.
Зал наполнился странным, пугающим звуком, который одновременно напоминал лязг и треск. Неорганические частицы разлетались во все стороны, ударяясь о стены и пол, оставляя на них царапины и вмятины.
Лед, прикрыв глаза, старался сохранить равновесие, ошеломлённый тем, что происходило с Ченом. Они видели его силу, но это было нечто иное. Это было страшно и непостижимо.
Чен продолжал извергать из себя остатки поглощённых объектов. Его тело дрожало, а пот лился ручьями. Он чувствовал, как его тело разрывается на части, но в то же время испытывал облегчение, словно избавлялся от тяжёлого груза.
Наконец, процесс прекратился так же внезапно, как и начался. Чен, тяжело дыша, опустился на колени. Его лицо было бледным, а тело покрыто потом, но в глазах сверкала искра осознания. Он был жив. Он выжил. Но что это было?
Чен, тяжело дыша, опустился на колени, чувствуя, как его тело возвращается к прежним размерам. Голова кружилась, мышцы ныли, а во рту стоял мерзкий привкус металла и пыли. Он с трудом пытался отдышаться, пытаясь осознать произошедшее. Он только что... поглотил что-то, а потом выплюнул непереваренные остатки. Это было немыслимо, пугающе, но факт оставался фактом.
И в этот момент, сквозь звон в ушах и тяжёлое дыхание, он услышал. Звук бегущих ног, приближающихся с нескольких сторон. Это был не один охранник, а целая группа, и они явно направлялись к ним.
- Ребята... - прохрипел Чен, поднимая голову. Его голос был слабым и хриплым. - Нам нужно уходить. Они идут... их много.
Лед и Зверь, всё ещё ошеломлённые случившимся, мгновенно пришли в себя. Они понимали, что время упущено, и теперь им нужно было действовать быстро.
- Гоуст, где ты? - спросил Лед, оглядываясь по сторонам.
- Я здесь, - прошептал Гоуст, появляясь из тени. - Я прикрою отход. Что с Демоном?
- Потом! - рявкнул Зверь, проверяя своё оружие. - Сейчас нам нужно выбраться отсюда. Лед, возьми на себя коридор слева, я займусь правым. Демон, ты идёшь с Гоустом.
Чен, кивнув, с трудом поднялся на ноги. Голова все еще кружилась, но инстинкт самосохранения взял верх. Он понимал, что оставаться здесь равносильно самоубийству.
- Понял, - прохрипел он, следуя за Гоустом.
Они бросились в противоположную от приближающихся охранников сторону, пробираясь сквозь лабиринт стеллажей и оборудования. Звук бегущих ног становился всё громче, преследователи наступали им на пятки. Им нужно было найти выход, и сделать это как можно быстрее.
Чен, превозмогая слабость, резко поднялся на ноги. Голова все еще кружилась, но адреналин начал наполнять его вены, возвращая ясность мысли. Он понимал, что сейчас не время для слабости. Его товарищи были в опасности, и он должен был их защитить.
Он быстро схватил свой бронежилет и шлем, лежавшие на полу, и, не обращая внимания на боль, натянул их на себя. Как только последняя застёжка щёлкнула, он почувствовал себя сильнее. Броня не только защищала его, но и придавала уверенности.
- Гоуст, - сказал Чен, и его голос звучал увереннее, чем несколько секунд назад. - Я останусь здесь. Прикрою отступление. Иди с остальными, выведи их отсюда.
Гоуст, удивленный решением Чена, нахмурился.
- Ты уверен, Демон? Это слишком опасно, их слишком много.
- Уверен, - отрезал Чен, не дав Гоусту возразить. - Наша миссия выполнена. Главный цех пройден. Они уже ничего не смогут сделать. Ваша главная задача сейчас - выбраться отсюда живыми. Я задержу их, пока вы не уйдёте. Иди!
Гоуст, зная упрямство Чена, понял, что спорить бесполезно. Он кивнул, его взгляд был полон уважения и беспокойства.
- Хорошо, Демон, но будь осторожен. Мы будем ждать тебя снаружи.
С этими словами Гоуст развернулся и побежал, догоняя Леда и Зверя. Чен остался один в узком проходе с оружием в руках и решимостью в сердце. Он знал, что ему предстоит тяжелый бой, но он был готов. Он защищал не только своих товарищей, но и то, за что они боролись.
Звук приближающихся шагов стал громче, но Чен не дрогнул. Он занял позицию, готовый встретить врага лицом к лицу. И пока он будет отвлекать их, его товарищи будут в безопасности. Миссия выполнена, и теперь он позаботится о том, чтобы они все выжили.
Он неподвижно стоял, словно скала, посреди узкого прохода. Шаги приближались, тяжёлые и решительные, и вот уже показались первые охранники. Их было не меньше десятка, вооружённых автоматами и в бронежилетах. Они ожидали сопротивления, но не такого яростного.
Когда первый охранник ворвался в проход, Чен мгновенно пришёл в движение. Ярость, которую он сдерживал, вырвалась наружу, словно дикий зверь, выпущенный из клетки. Он не стал стрелять, не стал тратить время на перезарядку оружия. Его руки сжались в кулаки, а глаза налились кровью.
С рыком, полным ненависти и боли, он бросился вперёд. Первый охранник даже не успел среагировать, как Чен сбил его с ног мощным ударом, отправив его тело в полёт через проход. Следующий попытался поднять оружие, но не успел. Чен перехватил его руку, вывернул её с такой силой, что хрустнули кости, и вырвал автомат из его ладони, словно игрушку.
Затем началась настоящая резня. Чен двигался как вихрь, его тело было наполнено нечеловеческой силой. Он рвал плоть и металл голыми руками, разрывая броню и ломая кости. Охранники падали на пол, как марионетки, их крики тонули в рёве ярости Чена. Он не давал им времени на передышку, на возможность организовать сопротивление.
В тот момент он не был человеком, он был воплощением первобытной ярости, зверем, которого выпустили на волю. Каждый удар был наполнен болью, каждый крик был выражением его внутреннего страдания. Он не просто дрался, он уничтожал, он разрывал их на части.
Кровь брызгала во все стороны, смешиваясь с потом и грязью. Пол был усеян обломками доспехов и телами. Охранники, потеряв строй, в ужасе отступали, но Чен не давал им шанса сбежать. Он преследовал их, словно тень смерти, пока последний из них не упал на пол, обессиленный и сломленный.
Тишина повисла над проходом, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Чена и тихим стуком капель крови. Он стоял, залитый кровью, его грудь тяжело вздымалась, а руки дрожали от перенапряжения. Но он выстоял. Он дал своим товарищам время уйти. Он выполнил свою задачу.
- Во что я превратился? - прошептал Чен, и его голос был полон ужаса и отвращения. Он смотрел на свои руки, перепачканные кровью, и не узнавал их. Это были руки убийцы, руки зверя. Он только что разорвал на части людей, которых должен был защищать, и эта мысль пронзила его, словно ледяная игла.
Его переполняло не только физическое истощение, но и душевная боль. Он чувствовал себя виноватым, проклятым, словно его душа была запятнана кровью тех, кого он только что убил. Он не понимал, что с ним происходит, почему он так легко поддался ярости, почему его тело стало таким сильным, таким жестоким.
С ужасом осознавая последствия своих действий, он понимал, что не может оставаться здесь. Он должен был найти своих товарищей, должен был убедиться, что они в безопасности. Он должен был рассказать им, что с ним происходит, даже если это означало, что они будут его бояться.
Собрав последние силы, Чен развернулся и бросился бежать по коридору, следуя за звуками удаляющихся шагов. Его тело болело, ноги подкашивались, но он не останавливался, он бежал, словно преследуемый демонами.
Наконец он увидел их. Гоуст, Лед и Зверь стояли в конце коридора и смотрели на него с тревогой и беспокойством. Они увидели его, увидели кровь на его теле, увидели ужас в его глазах.
Не добежав до них и нескольких метров, Чен упал. Его ноги подкосились, и он рухнул без сил прямо на пол, у их ног. Он выдохнул, и всё вокруг потемнело. Его ярость и сила ушли, оставив его беспомощным. Он больше не был зверем, он был просто человеком, сломленным и опустошённым.
- Боже, что же ты натворил, если ты в таком ужасе? - тихо произнёс Генри. Теперь, когда они больше не были обязаны использовать свои кодовые имена, он мог говорить прямо. Его голос был полон сострадания, но и тревоги. Он смотрел на Чена, лежащего без сознания на полу, бледного и дрожащего. Это была их первая совместная миссия, и они почти ничего не знали о Чене.
Генри осторожно коснулся лба Чена. Он был горячим. - Он без сознания, - сообщил Генри остальным, - и, похоже, ему плохо. Нам нужно вынести его отсюда.
Виктор оглядел коридор, где произошла бойня. - Похоже, он здесь всё разнёс, - пробормотал Виктор. - Мы его совсем не знаем, но, чёрт возьми, он не похож на обычного бойца.
Алан с каменным лицом осторожно поднял Чена на руки. Они едва знали его, он только недавно присоединился к их отряду, но уже стал одним из них.
- Надо его вытащить, - сказал Алан. - Обсудим всё, когда он придёт в себя. Сейчас нам нужно уходить, пока они не очнулись.
Генри кивнул. - Согласен, Зверь, уходим, Лед прикрывает.
Они ничего не знали о Чене, но инстинкт подсказывал им, что они должны ему помочь. Он был частью их отряда, и они не бросят его. Их первая миссия обернулась настоящим кошмаром, и теперь их ждал путь в неизвестность.
9 часов спустя
16:30
В тишине палаты раздался тихий прерывистый бред. Чен, все еще погруженный в сон, словно застрял в кошмарном повторении пережитого. Его лицо исказилось в гримасе ужаса, на лбу выступил пот.
- Нет... я не мог... не надо... нет! - шептал он, его голос был слабым и дрожащим. Он метался на больничной койке, его руки бессознательно цеплялись за простыни, словно пытаясь удержаться от падения в бездну. В своих снах он снова переживал ту ярость, ту боль, ту кровавую бойню. Он снова чувствовал себя зверем, разрывающим плоть голыми руками.
В палате находились Генри и Виктор, которые сменяли друг друга, дежуря у Чена с момента их возвращения. Алан находился в соседней комнате, но был готов прийти в любой момент.
Генри, услышав бормотание Чена, тут же подошёл к койке. Его лицо было полно тревоги. Он наклонился ближе, пытаясь разобрать слова.
- Что с ним? - спросил Виктор, вставая со своего места.
- Он бредит, - ответил Генри, стараясь говорить как можно тише. - Он снова переживает то, что случилось. Это словно пытка для него.
Они оба понимали, что этот сон был лишь отражением того, что творилось в душе их нового товарища.рища. Он словно застрял в кошмаре, и им нужно было помочь ему выбраться из него.
- НЕТ! - крикнул Чен, резко вскочив с койки. Его глаза были широко открыты, в них плескался ужас, а дыхание было сбивчивым и прерывистым. Он вцепился пальцами в простыни, словно пытаясь удержаться на краю пропасти. Его грудь тяжело вздымалась, а по лицу ручьями катился пот.
- НЕТ! - крикнул Чен, резко вскочив с койки. Его глаза были широко открыты, в них плескался ужас, а дыхание было сбивчивым и прерывистым. Он вцепился пальцами в простыни, словно пытаясь удержаться на краю пропасти. Его грудь тяжело вздымалась, а по лицу ручьями катился пот.
Внезапный крик Чена нарушил тишину больничной палаты, заставив Генри и Виктора вскочить на ноги. Они мгновенно оказались рядом с ним, их лица выражали тревогу и беспокойство.
- Чен, что случилось? - спросил Генри, стараясь говорить мягко, но его голос всё ещё выдавал волнение. - Это сон?
Чен, не сразу осознав, где находится, обвёл палату мутным взглядом. Он моргал, пытаясь сфокусироваться, словно просыпаясь от ночного кошмара.
- Где я? - прохрипел он, его голос был хриплым и слабым. Он провёл рукой по лицу, словно проверяя, реален ли он. - Что... что случилось?
- Ты в госпитале, - ответил Виктор, стараясь сохранять спокойствие. - Ты потерял сознание, когда мы выбирались из цеха. Ты в безопасности.
- Безопасности? - усмехнулся Чен, и этот звук был полон сарказма и горечи. - Какая может быть безопасность после того, что я... что я натворил?
Он вспомнил всё: ярость, кровь, искажённые лица, боль и ужас, пронзивший его изнутри.
- Я... - Чен замолчал, его взгляд снова наполнился ужасом. - Я был... зверем. Я убивал их... голыми руками.
Его голос дрожал, а глаза наполнились слезами. Он отводил взгляд от своих товарищей, словно боялся их реакции. Он боялся, что они увидят в нём того монстра, которым он стал.
- Ты слишком себя накрутил, - сказал Генри, стараясь говорить спокойно и ровно. - В конце концов, они бы просто убили тебя.
Он говорил это, глядя Чену прямо в глаза, стараясь, чтобы его слова дошли до сознания раненого.
Генри понимал, что Чен сейчас испытывает сильный стресс и чувство вины, но он не мог допустить, чтобы тот винил себя в случившемся. Это была их работа, и если бы он не защитился, их миссия могла бы закончиться трагически.
Генри подошёл ближе к кровати и сел рядом с Ченом. Он положил руку ему на плечо, стараясь показать, что поддерживает его.
- Они были врагами, Чен, - продолжил он, - и они без колебаний убили бы тебя, если бы у них была такая возможность. Ты просто защищался. Ты делал то, что должен был сделать.
Он замолчал, давая Чену время переварить его слова. Виктор тоже смотрел на Чена с беспокойством в глазах. Он ничего не сказал, понимая, что сейчас главное - поддержка и понимание.
- Никто из нас не хочет убивать, - продолжил Генри, - но иногда это необходимо, чтобы выжить. Ты не виноват в том, что тебе пришлось прибегнуть к такой жестокости, чтобы спасти себя и свою команду.
Он внимательно посмотрел на Чена, ожидая его реакции. Он знал, что его слова не могут мгновенно развеять всю вину и ужас, но надеялся, что они помогут ему начать двигаться дальше.
- Мо... может, ты и прав, - дрожащим голосом проговорил Чен, опуская взгляд. Он перебирал пальцами по одеялу, не решаясь посмотреть Генри в глаза. Слова товарища, сказанные спокойно и уверенно, начали проникать в его сознание, словно слабый луч света сквозь тьму. В глубине души он понимал, что Генри говорит правду. Охранники не стали бы церемониться с ним, если бы он дал им шанс. Но... это было не просто убийство. Это был настоящий геноцид.
Он вздрогнул, вспомнив бесчисленные лица охранников, которые падали, кричали, превращаясь в куски мяса и костей. Внутри него бушевала буря, и это было не просто сожаление, а нечто гораздо более фундаментальное. Это был страх перед тем, что он сотворил, перед тем, во что он превратился.
- Я боюсь самого себя, - прошептал он почти неслышно. Его рука нашла руку Генри, и он сжал её, словно ища опоры в этой пугающей реальности. За время этой миссии, в круговороте событий, Генри стал для него не просто товарищем, а кем-то большим, кем-то более крепким и надёжным. Он обнял Генри, прижимаясь к нему, как к старшему брату, которому доверял.
- Я... я не хотел... я не хотел, - прошептал Чен, его голос прерывался от рыданий. В его душе был ужас перед этим ужасом. Это была не первая смерть, которую он совершил. Его семья, его прошлое - все это словно мелькало перед глазами, усиливая боль. Он никогда не сможет забыть эти лица, эти крики.
Виктор, который всё это время наблюдал за ними, подошёл ближе. Он положил руку на плечо Чена. - Мы поможем тебе, Чен, - мягко сказал он, - мы команда, и мы пройдем через это вместе. Ты не один. Это был твой первый опыт. Это был настоящий геноцид.
Слова Виктора не остались без ответа, но вместо облегчения, казалось, лишь усилили боль в душе Чена. Он отстранился от Генри, и ужас, вернувшийся с новой силой, исказил его лицо. Он схватился за голову, словно пытаясь удержать ее от разрыва, и прошептал:
- Как я посмотрю родителям и Мэй в глаза?
Голос Чена дрожал, его глаза наполнились слезами, и в них отражалась глубина его отчаяния. Он не был одинок, это правда. Но то, что он совершил, отдалило его от тех, кого он любил больше всего.
Генри и Виктор молча переглянулись, понимая, что задели больную тему. Они знали, что у Чена есть семья, что он старался скрыть от них произошедшее в этом месяце. Но они не ожидали, что его так сильно мучает совесть.
- Они не поймут, - тихо говорил Чен, его голос дрожал от волнения. - Они никогда не смогут принять то, что я совершил. Как я смогу объяснить им, что стал убийцей? Что превратился в монстра, способного на геноцид?
Он опустил голову, словно не в силах вынести груз своих мыслей. Перед его глазами мелькали образы родителей, полные любви и заботы, а также Мэй с её радостной улыбкой, которая всегда согревала его сердце. Как он мог вернуться к ним после всего этого?
- Они посчитают меня героем?- прошептал он с горечью в голосе. - Но, наверное, скорее испугаются и начнут избегать. Я - чудовище.
Он закрыл лицо руками, пытаясь скрыться от своего стыда и чувства вины. Он понимал, что его жизнь уже никогда не будет прежней.
- Мне просто нужно время, - тихо сказал Чен, поднимаясь с кровати. Его голос был хриплым и усталым, но в нём чувствовалась какая-то новая решимость. Он больше не дрожал, и его движения стали более уверенными, хоть и медленными.
Генри и Виктор молча наблюдали за ним, не зная, что он собирается делать. Они видели, что он делает первый шаг, пытается взять ситуацию под контроль, и это их радовало.
Чен прошел мимо них, не сказав ни слова, и вышел из палаты. Он направился к своему шкафчику, взял оттуда свои вещи и, не оглядываясь, покинул базу. Его действия были быстрыми и целенаправленными, словно он знал, что ему нужно делать.
Генри и Виктор переглянулись. Они понимали, что Чену нужно побыть одному, чтобы разобраться в своих чувствах и мыслях. Они знали, что он не сбежит, что он вернётся, когда будет готов.
Чен шел по улицам, ничего не замечая вокруг. Он был погружен в свои мысли, словно плыл по течению, не зная, куда оно его приведет. Он направился к подставной квартире, где они останавливались во время миссий, и быстро забрал свои вещи, которые оставил там.
Затем он, не останавливаясь ни на минуту, пошёл дальше, к общежитию, где жил вместе с другими студентами. Он знал, что Мэй ждёт его там, что она будет волноваться из-за того, что его не было целый день. Но сейчас ему нужно было увидеть её, убедиться, что всё в порядке.
Чен подошел к общежитию, и его сердце бешено заколотилось. Он сделал глубокий вдох, стараясь успокоиться, и открыл дверь. В холле он увидел Мэй, которая сидела на диване, и ее взгляд тут же упал на него. Она тут же вскочила и направилась к нему.
- Чен, где ты был? - спросила Мэй, её голос был полон беспокойства и тревоги. - Я так переживала, что с тобой что-то случилось. Почему тебя не было сегодня?
Мэй, ты точно не поверишь, - произнес Чен, стараясь сохранять спокойствие, но его голос все равно дрожал. Он смотрел прямо в глаза Мэй, и ему было трудно сдерживать свои эмоции. Он чувствовал себя уставшим и опустошенным, и все его внутреннее состояние, словно рубильник, переключилось в совершенно противоположную фазу за какие-то секунды. Он старался скрыть свое эмоциональное выгорание, но его выдавали глаза.
Мэй смотрела на него, нахмурив брови. Она видела, что с Ченом что-то не так. Его обычная жизнерадостность исчезла, и на его лице читались усталость и тревога. Она видела, что он пытается скрыть свои истинные чувства, но знала его достаточно хорошо, чтобы понять, что с ним что-то случилось.
- Что случилось, Чен? - спросила Мэй, ее голос был мягким и заботливым. Она подошла к нему и положила руку ему на плечо. - Ты выглядишь ужасно. Что произошло?
Чен отвел взгляд. Ему было трудно говорить. Он не хотел рассказывать Мэй о том, что с ним произошло. Он не хотел, чтобы она видела его таким слабым и разбитым. Но в то же время он понимал, что не сможет вечно скрывать от нее свои чувства.
- Это... это сложно объяснить, - проговорил Чен почти шепотом. - Просто... все было очень плохо. Мне нужно время, чтобы все обдумать.
Он снова посмотрел на Мэй, и его глаза были полны боли и печали. - Прости, что заставил тебя волноваться, - добавил он. - Я не хотел, чтобы ты переживала.
Мэй внимательно смотрела на него, и её сердце сжималось от жалости. Она видела, что Чен страдает, и хотела помочь ему, но не знала как. Она знала, что он не расскажет ей всё, пока сам не будет готов, но она также знала, что не может оставить его в таком состоянии одного.
- Я понимаю, - сказала Мэй, и её голос был тёплым и ласковым. - Если тебе нужно время, я подожду. Но, пожалуйста, не молчи. Я всегда буду рядом, если тебе понадобится моя помощь.
- Мэй, я расскажу, что произошло, - тихо произнес Чен, и его голос звучал немного увереннее, чем мгновение назад. Он посмотрел Мэй прямо в глаза, и в них читалась смесь решимости и страха. - Но только по кусочкам, пока не стану достаточно смелым, чтобы рассказать всё как есть.
Он сделал глубокий вдох, словно набираясь сил. - Это... это был ужасный день, Мэй, - продолжил он дрожащим голосом. - Я видел то, чего не должен был видеть. Я сделал то, чего не должен был делать.
Мэй внимательно слушала его, не перебивая. Она видела, как Чен напрягся, как в его глазах снова появился тот ужас, от которого она так хотела его защитить. Она чувствовала, что то, что он сейчас рассказывает, даётся ему с большим трудом.
- Я был частью... - Чен замолчал, подбирая слова. - Я был частью этого кошмара, Мэй. И я не знаю, как с этим жить.
Он снова отвел взгляд, и его лицо исказилось от боли. - Я не знаю, как тебе это объяснить, - прошептал он. - Мне кажется, что я стал совсем другим человеком.
Мэй медленно подошла к нему и нежно обняла. - Ты всегда будешь самим собой, Чен, - сказала она мягким и ласковым голосом. - Что бы ни случилось, ты всегда будешь тем человеком, которого я знаю и люблю.
Она крепче прижала его к себе. - Не торопись, Чен, - сказала она. - Рассказывай, когда будешь готов. Я буду здесь, чтобы слушать тебя и поддерживать. И я не осужу тебя, что бы ни случилось.
Чен прижался к Мэй, словно ища в ней спасения. Он чувствовал, как ее тепло и любовь окутывают его, даря ощущение безопасности. Он знал, что Мэй будет рядом, что она поддержит его, несмотря ни на что.
- Спасибо, Мэй, - прошептал он почти неслышно. - Спасибо, что ты есть.
Он понимал, что ему предстоит долгий путь к исцелению, но теперь у него появилась надежда. Он знал, что не одинок в своей борьбе, что у него есть Мэй, и она поможет ему пройти через этот кошмар.
Едва набравшись смелости, Чен произнес: - Мэй, я убил их.
Его слова повисли в воздухе, тяжёлые и ужасающие. В его глазах, которые секунду назад были полны отчаяния, теперь отражалась невыносимая боль. Слёзы, стекавшие по его щекам, были не прозрачными, а кровавыми. Они были как алый шрам, нанесённый на его душу.
Мэй вздрогнула, в её глазах отразился ужас. Она отшатнулась от него, словно обжёгшись. Рука, которой она держала его за плечо, безвольно упала. Ей хотелось закричать, убежать, но она стояла неподвижно, поражённая жестокостью, которую только что услышала.
Чен, казалось, не замечал ее реакции. Он был погружен в океан собственных переживаний. Его слова, словно камни, тонули в тишине, создавая еще более глубокую пропасть между ними. Он не просто рассказал о поступке, он выплеснул наружу всю тяжесть, весь ужас, который терзал его. И эти слезы, эти кровавые слезы были символом глубокой травмы, которая теперь стала частью его жизни. В них отражалась не только боль от убийства, но и боль от осознания того, что он сделал, от осознания той боли, которую он причинил.
- Я не хотел... я просто... - Чен замолчал, слова застряли у него в горле, как комки грязи. Он не мог продолжать. Не мог объяснить, не мог оправдать. Эти невнятные, сдавленные звуки были лишь слабым отголоском пережитого ужаса и того монстра, который в нем проявился. По его лицу всё ещё текли слезы, окрашенные кровью. Мэй отшатнулась, ее лицо исказилось от ужаса и невыносимой боли. Чен не смотрел на неё, его взгляд был устремлён в пол, словно он пытался заглянуть в бездну, которую сам же и вырыл. Эти слова, произнесённые с надеждой на оправдание, застыли, разбившись о стену безмолвного ужаса, который теперь разделял их.
Он снова поднял взгляд, пытаясь донести до Мэй всю тяжесть своего состояния. - Я не мог остановиться, - прошептал он дрожащим голосом, - они бы убили меня, если бы я не убил их. Я просто... не мог.
Мэй молчала, и с каждой секундой её лицо бледнело. Она не могла поверить в то, что слышала, в то, что видела. Её Чен, добрый и светлый, превратился в кого-то, кого она не узнавала. Она видела боль в его глазах, но боль отталкивающую, пугающую.
Чен начал рыдать, его плечи дрожали, а кровавые слезы продолжали течь, оставляя на лице багровые дорожки. - Я не хотел этого, Мэй, - прохрипел он, - я не хотел...
Рыдания становились всё сильнее, его тело корчилось от боли, а сознание, казалось, уходило всё дальше и дальше. Он уже не мог контролировать ни свои слова, ни свои эмоции, ни своё тело. Он опустился на колени, затем рухнул на пол, его дыхание стало прерывистым. Чен затих, его тело обмякло. Он потерял сознание, оставив Мэй в комнате одну, наедине с ужасом и невыносимой тишиной.
- Их было так много... они бы убили меня, - прошептал Чен, его голос был хриплым и слабым. Он все еще лежал на полу без сознания, но слова вырвались из его уст, словно эхо кошмара, который продолжал преследовать его.
Мэй, которая до этого момента пребывала в оцепенении, словно парализованная ужасом, вздрогнула. Она услышала его слова, его отчаянное оправдание. В ее глазах отразилось новое чувство - понимание. Не прощение, нет, пока еще не прощение, но понимание того, что произошло. Она словно увидела ту картину, которая предстала перед Ченом, тот ужас, ту безысходность, в которой он оказался.
Её сердце наполнилось новой болью - не только от ужаса совершённого убийства, но и от осознания того, что Чен был не только убийцей, но и жертвой. Он был загнан в угол, он защищался, он пытался выжить. Это не оправдывало его действий, но давало хоть какое-то понимание того, что заставило его совершить такой страшный поступок.
Она медленно опустилась на колени рядом с ним, осторожно убрав пряди волос с его лица. Кровавые слезы все еще виднелись на его бледной коже, и это заставляло ее сердце сжиматься от жалости. Она больше не чувствовала отвращения или страха. Она видела перед собой не монстра, а сломленного человека, который нуждался в ее помощи.
- Чен... - прошептала она, касаясь его щеки. - Я слышу тебя. Я понимаю.
Она понимала, что ей предстоит долгий путь, чтобы принять всё, что произошло. Но теперь она не была так напугана. Она видела, что Чен нуждается в ней больше, чем когда-либо. И она была готова быть рядом, чтобы помочь ему пройти через этот кошмар, чтобы помочь ему стать самим собой.
- Мэй, я... - начал Чен, но не смог закончить фразу. Слова застряли у него в горле, и он потерял сознание, обмякнув в объятиях Мэй. Она быстро уложила его на кровать, заботливо укрыв одеялом. В этот момент в комнату вошли Рёта и Хаято.
Рёта, нахмурившись, спросил: «Что произошло? Почему Чен потерял сознание?» Его голос звучал напряжённо, а взгляд был полон тревоги. Хотя он ещё не знал всех подробностей, по выражению лица Мэй он понял, что ситуация серьёзная.
Но прежде чем Мэй успела ответить, в комнату вошли Виктор и Алан. Вероятно, Генри отправил их следить за состоянием Чена. Они остановились на пороге, наблюдая за происходящим. Виктор, с присущей ему сосредоточенностью, сразу же присел на корточки рядом с кроватью. Алан же, более нервный, чем обычно, оглядел комнату, словно пытаясь найти объяснение случившемуся.
Мэй, тяжело вздохнув, посмотрела на Виктора, ожидая, что он объяснит, кто он и что здесь делает.
- Мы напарники Чена, и больше мы вам ничего не можем сказать, - произнёс Виктор.
Мэй подошла к Алану и произнесла: «Даже так, он всё равно мой». В её горле стоял ком, ведь она до конца не осознавала своих чувств к Чену, хотя они были рядом почти с самого рождения.
- Кто он для тебя? - с волнением спросил Алан, заметив в её глазах нерешительность.
- Мне некогда слушать ваши крики, - продолжил он, подходя к кровати Чена. Подойдя ближе, Алан увидел, как тот вновь переживает события прошлого.
«Как же он устал», - пронеслось в голове Виктора, и он начал будить Чена.
Очнувшись, Чен с ужасом посмотрел на окружающих и, отвернувшись, прижался к стене, закрыв уши.
- Уходите все, - тихо произнёс он, ощущая свою неполноценность.
- Но, Чен, - попыталась возразить Рета, но он, словно разъярённый кот, зашипел: «Свалите все!» - и, не в силах сдержать эмоции, разрыдался.
- Пойдём, Виктор, - произнёс Алан, осознавая, что Чену нужно время, чтобы прийти в себя после произошедшего.
- Ребята, он явно не настроен на разговор, - заметила Мэй, передавая ключи от своей квартиры Рете и Хаято, чтобы они могли переночевать там.
- Чен, я останусь с тобой, - тихо сказала она, и Чен, поднявшись, обнял её, пряча лицо в её плече и рыдая.
конец 5 части