Ты псих, Ким ТэХён

  Вновь, вновь безбрежные болезненно белые стены психушки, трубы, тюрьмы, полупустые площадки и неукротимые обезумевшие заключённые, что кажись на всю жизнь заточены в этой бездне беспредельных процедур и уколов.

Поднявшись на третий корпус, где находится мед-отсек, Мин неуверенно подступает к долгожданной двери палаты Тэхена. Скрепляя руки в замок, она неловко конфузится, внутренне перемешанные чувства со страхом давят на неё. И она не может принять верное решение, правильно ли вообще поступает? Ведь она спасает маньяка-убийцу, а не нормального человека.
Он ей никто, и в будущем уж точно ничего не будет значить. Но гарантировано ли это? В глубине души Ким Тэхен постепенно крадет себе место: он заставляет её глубоко задуматься и тревожить её бесконечно. Но хрупкое, слишком ранимое сердечко Кёнри не сможет же перенести весь этот ад, ведь так?

***

— Ого, комиссар Чон, вы пришли навестить нас, очень польщен. Благодарю вас за столь значимый визит, — чуть клонится начальник Рид, демонстрируя своё неподдельное почтение.
— Я пришёл сюда ради того, чтобы навестить нашего короля маньяков. Так что не принимайте это слишком близко. Слышал, его жестоко избили. Как это понимать, господин Картер? — Мягкий взгляд Чона сразу же меняется на суровый, как только он упоминает про Кима.
— А, вы про него. Он совершил недопустимую ошибку. — Как-то небрежно выкидывает Картер, восседая на кресле напротив Чонгука.
— И какую же? — иронично выгибает одну бровь Гук, накренившись немного вперёд.
— Он чуть не напал на меня,— жалобно признаётся начальник, отпив глоток заваренного чая.
— Но не напал же, — агентства приступает Чон к своим обыденным фразам, что и выставляет своих собеседников в смятение, чем и чаще пользуется. Пока они в замешательстве, он легко сможет подурачить своих жертв, что так просто поддаются манипуляциям Чона.
— Ну...да, — бормочет под нос обескураженный Рид, вытирая платком с висков льющийся пот.
— Больше не стоит делать поспешные выводы, ведь вас могут уволить за такую безответственность и опрометчивость. Думаете слишком легкомысленно. Дам вам совет: не надо давать волю своим эмоциям. Тут вам не свой дом, и капризничать тоже запрещается. — С наигранной строгостью отчитывает молодой комиссар начальника, который неосознанно стискивает подлокотники под руками.
После четких и мудрых слов юнца, Картер лишь оглядывается по сторонам, словно ища помощь у бездушных стен и мебелей, не в силах найти очередное нелепое оправдание.
— Я все понял, извините, такого не повторится. Я за всем буду следить от и до. Не беспокойтесь, — уверяет Чона начальник.
— Только с одним уговором, если с заключённым Тэхеном что-то случится, снова попав под удар и получив ранения, то без каких-либо слов сразу отправляете его в хорошую больницу. Можно за пределы психушки. Вы же хотите заработать много бабла для житья припеваючи? Стоит пожертвовать всем, ведь только из-за короля преступников вы получаете немалый доход. — Напоследок заключает Чон, вставая с кресла и направляясь к начальнику.
— Вы очень умны, комиссар Чон. Я вам благодарен, полностью согласен, — пожимает тому руку и провожает недобрым взором удаляющуюся спину Чона, откинувшись на почетное место, Картер сквозь стиснутые зубы яро шипит, — Чертов мелкий заморыш!

***

Поднимаясь на лифте к третьему этажу, проходит минута, и Чон останавливается возле смирно стоящей Кёнри, что задумчиво пялится на передние двери палаты Кима.

— Ну, и что стоим? — Неожиданный голос скользит по ушам Мин, и она вздрагивает, взвинтив спавшую лямку сумки на плечо.
— Эмм...может...сначала ты поговоришь с ним. Мне...просто как-то не...по себе рядом с ним, — на ровном месте робко колеблется психиатр, нагоняя у парня чувство усмешки.
— Да ладно, наша храбрая сердцем вдруг сдалась без боя? Как так? Где моя добросовестная подружайка, ам? — Наигранно бегает глазами по сторонам комиссар, пытаясь достучаться до девушки с помощью своих подколов, что и со временем оживляют её.
— Дурак, я не такая!
— Просто пошли, нам все равно надо обсудить кое-что. И это срочно, так что никаких отговорок. Если боишься Тэхена, так и скажи прямо, зачем врать в глаза? Не понимаю. — Хмурится он и поджимает губы, — не парься, я ж рядом буду, и вряд ли он сделает тебе что-то плохое, по крайней мере со мной, — фальшиво смеётся парень, глупо почёсывая затылок и завлекая девушку за собой во внутрь.
— Эй, не смей бросать меня на произвол судьбы, — предупреждает Мин, прежде чем заходит в прилично маленькое помещение полное разными приборами медицины, но комиссар уже не слушает, с интересом всматриваясь в давно забытые черты брата, что сейчас молча сидит вдоль койки, болтая ногами и доставая кончиками ног до холодного пола.

Белой шторки больше нет, и на глаза Мин сразу попадает темный силуэт преступника.

Увидев свой объект ежедневной потребности, маньяк довольно расплывается в кривой улыбке, показывая всем своим существом, что рад видеть психиатра. Кёнри перехватывает на себе его пристальный взгляд, постепенно раздирающий ее душу насквозь. Остопарившись на пол пути к цели, Мин нервно сглатывает подступающий ком. К легким воздух становится труднодоступным, девушка будто задыхается. Чувство страха впервые так охватывают её полностью, не в силах даже сдерживать этот безустанный поток, психиатр неизбежно опирается рукой об стеклянную тумбу рядом с вешалкой и восстанавливает сбившееся дыхание, легонько касаясь шеи.

Рыжеволосый лишь пресыщенно ухмыляется, нагибая голову в бок и следя за каждым деликатным движением девушки, вовсе не замечая присутствие брата.

Обнаружив подругу в нехорошем здравии, Чон подбегает к ней и сгребает в охапку, помогая придерживаться на ногах.

— Ты в порядке? — Обеспокоено спрашивает комиссар, хотя внутри он осознает, что она не в лучшем состоянии.
— Да, все...хорошо, — еле сдерживая обжигающие слезы, Мин выгибается и прячет волосами своё личико, — Мне лучше выйти на минуту, — освободившись от цепкой хватки парня, психиатр, не оборачиваясь, скрывается за дверью. Как только она выходит, чувствует, что словно веревки, державшие её, резко развязываются, и ей становится легче дышать и чувствовать себя намного проще. Облокачиваясь об холодную стену, Мин неосознанно вспоминает те строчки из личных данных Тэхена. Неужели её тоже ждёт такая смерть, если она станет ему ближе? Глупые мысли лезут в голову, девушка, не вынося такого груза, тихо начинает рыдать, закрывая рукой рот. Теплые дорожки водички греют охладевшие щеки Мин, а писк с каждым всхлипом невольно усиливается. Она ещё крепче стискивает ногтями не закрывающиеся губы и пытается успокоиться, с трудом возвращая былое хладнокровие. Слишком тяжело на душе... Каждая их встреча для её психики отражается очень хлестким ударом, ведь каждое проведенное время с Тэхеном даёт психиатру узнать его сущность и скрытое прошлое... Мир вокруг неё переворачивается. Даже теперь она не знает, что сделает дальше.
Однако, раскрытие тайны про его жизнь будет продолжаться, пока она не докопается до ядра. Поэтому Кёнри обязывает взять себя в руки и не прекращать преследовать свою цель несмотря ни на что.

В палате

— Ну что, так и будешь сверлить меня недобрым взглядом? — Угнетающее молчание и зловещая аура маньяка недолго заставляет ждать Чонгука отозваться первым.
— Как вы давно знакомы? Откуда ты её знаешь? — Злобно рыкает тот, не сдерживая свои порывы.
— Какая тебе разница? Уже несколько лет я с ней сотрудничаю, и она прекрасна в своём деле. Уже ревность подпирает что ли? — Игриво смотрит на рыжего комиссар, засунув руки в карманы брюк.
— Братец, ты же понимаешь, не стоит злить меня. Я не контролирую себя в таких ситуациях, будь в курсе, ведь, — Тэхен вдруг быстро сменяет на ехидную интонацию, протяжно затягивая каждое словечко, от чего Чонгуку становиться не по себе. Обычно такое поведение Тэ не предвещает ничего хорошего. После недолгой паузы он налету схватывает комиссара за воротник, вылезающий со всех дырок, злобой загромоздив того в стенку, — Ведь я маньяк-убийца, не забывай. А теперь выкладывай, открываем ротик и отвечаем на мои вопросы. Значит, ты отправил её сюда ко мне. Нахера? Хочешь своей смерти?!
— Ай, мне больно, Тэхен. Убери свои крупные лапы от меня, — скулит Чон, вообще не стараясь сопротивляться, и его расслабленные руки двигаются к краям декольте легкой больничной формы Кима, — Да, ты прав. Но это все только для тебя. Я хочу, чтобы вернулся прежний Тэ, мой брат... Пойми, больше я не могу смотреть на то, как ты убиваешь своих жертв без колебаний, я ведь не умею закрывать глаза на такой бред?

Сказанное Чоном стрелой пробивается сквозь кожу прямо в сердце. В этой области что-то рьяно ноет и больно колит. Картины из прошлого тут же осязают зрение Тэхена, перед глазами: они — счастливая полная семья...
Но рыжеволосый сразу же оттряхивает голову от лишних мыслей и простых иллюзий, что сильно вырываются бурей из отдаленного укромного уголка где-то внутри своей души.

Чон уже почти видит, как его брат заискрится и впадёт головой в прежнее русло, но плод воображения слишком обманчив и сладок.
Глаза омрачаются, а губы маньяка кривятся в пугающей улыбке, будто вот-вот и он приступит к чему-то страшному и невообразимому.

— Зубы не заговаривай. У меня тут похлеще проблемка есть. И заруби себе на носу — я никогда не стану тем, кем был до этой жизни. А насчёт проблемы: мне срочно надо выбираться отсюда. Этот жирабас пытается уклеить меня в казнь. — Бесчувственно лепечет рыжий, отпуская Чона и поправляя его помятый воротник.
— Я все понимаю, братец, мне не удастся вернуть тебя. Однако есть одно но, это сделаю не я, а та, кто волнуется за тебя и всеми силами пытается помочь, — тихо шепчет Чон, дружелюбно подавая бесплатных пинков на плечо преступника, — Крепись, вот за помощью я и пришёл.

Тэхен хмурится, о чем же молотит этот придурок или о ком? Или он настолько тупой, либо он напросто больше не видит добра. Завеса слепоты накрывает его глаза.

Вдруг в помещение незаметно вторгается психиатр, и с некой робостью, то ли боязнью рассекает приличную дистанцию между парнями, опуская лицо.
— О, Кёнри, присядь пока на стульчик. Я должен договорить начатое, — комиссар указывает на свободное местечко Кёнри и теперь игриво таращится на брата, который успевает прислониться к тумбе, подперев руки по бокам к твёрдой поверхности, — Не парься, уже совсем скоро ты будешь плясать на свободе. Есть одно единственное условие.

Ненароком уловив всю суть речи красноволосого, Мин шокировано вылупляет глаза на двоих и резко вскакивает на ноги.
— Валяй, — с особым безразличием кидает тот, небрежно приглядевшись к запуганному личику девушки, что так сильно прячет прядями насыщенных черных волос, и обратно переманивает свой взор к Чону.
— Ни в коем случае не пытайся снова нагрянуть на неприятности. Если опять попадешь в №15 сектор, то больше уже никогда не выберешься оттуда. Придерживай свои вспышки на узде, — с долей серьезностью говорит Чонгук, щёлкая пальцами в сторону Мин, этим действием окликая её внимание к себе и жестом показывая ей последовать за ним, — Пока, ещё увидимся, Тэ.
— И это все? Вот дебил. — В пустоту смеётся рыжеволосый, словно теряя рассудок с каждой секундой в одиночестве.

***

У Кёнри просто слов не хватает, чтобы накатить этому "дружку" свое естественное возмущение, так подпирающее к горлу. Голова кипит от настойчивого покалывания, ведь сегодня её разум слишком много на себя берет. Шок заставляет Мин безмолвно глядеть в упор на молчаливого парня, задумавшегося в своей скромной идиллии, облокотившись спиной к захлопнутой двери.

Гробовая тишина накаляет без того напряженную обстановку. Психиатр не выдерживает и недовольно кладёт руки по бокам.

— Что все это значит, Чон Чонгук? Ты что, позаимствовал сумасшествие от Тэхена?! Идиот! — Повышает голос Мин, будто хочет осесть свой тембр.
— Тихо, успокойся. Это и значит, слышала в палате. Сейчас у меня вообще нет времени на твои истерики, Кёнри. Давай просто договоримся об одном. Это дружеская просьба, — с умоляющими зрачками сверкает он, хлопая девушку за оба плеча и надавливая своими руками на них.
Постепенно приближая своё личико к её, внимательно изучая напротив растерявшуюся физиономию.
— Дружеская просьба, значит. Ты меня за дуру принимаешь? Никогда ничего не объясняешь, и как после такого неважного обращения ко мне, мне приходится тебе доверять да ещё и помогать в невозможных целях, а? — Скептически поднимает одну бровь Мин, чуть оттолкнув того от себя и выбираясь на свободу от его цепкого захвата.
— Ладно, все, я понял. Завтра вечером загляну к тебе обязательно и потом уже отвечу на все твои вопросы. Только если ты поможешь мне в том безрассудном плане, хорошо? — Он не собирается сдаваться на пол пути, поэтому Чон подбадривающе гладит ладонью по спине девушки, чисто лишь проявляя свою дружескую заботу. Но ей все равно на мелкие намеки парня, ни чутка не взирая на такие поступки.
— Раз так, то я за, — немного поразмыслив над словами комиссара, уверенно заявляет Мин.
— Слушай сюда, для тебя есть только одна работка. Любыми способами сдерживай порывы Тэхена. Он не должен сорваться, а то ждут очень ущербные последствия. Ты уже наверняка про них знаешь. Так вот, если что-то случится с ним, то сразу же звони мне, усекла?
— Окей, постараюсь, но это странная затея. Его даже планом назвать нельзя. — Парирует Мин, возникая над его якобы планом.
— Остальное — просто предоставь мне, — ласково поглаживает Чонгук густые волосы Мин и, прежде чем уйти, игриво добавляет, — Завтра иду к тебе!

Девушка измождено вздыхает, весь день на ногах, не лучшее похождение. Увы, в данный момент Кёнри никак не сможет развернуться к выходу и пойти домой, хорошенько норовя отдохнуть. У неё совсем другие намерения, так как она обязана проверить своего пациента. В три шага психиатр оказывается за другой стороной двери и медленно устремляет свой взгляд к расслабленно полуразложившемуся парню.

Она подходит ближе неторопливо и сомнительно. Его буквально пожирающий взгляд, оценивающе следит за ней: как она приближается к нему медленно и очень искушенно, словно дразня его взбушевавшиеся гормоны, как её ноги неряшливо подкашиваются с каждым укороченным расстоянием, при этом умудряясь забавлять его ещё больше. Когда она неминуемо подползает к нему приторно близко, Тэхен шустро появляется перед ней во весь рост и блаженно прикусывает губы в раскрепощенной улыбке. Его рука тянется к щеке девушки, а другая бесстыдно сжимает её скреплённые ладони. Мин в ступоре, тело отказывается двигаться. Хочется закричать, но голос словно осел. Но из-за чего? Ответ ясен — она всеми фибрами души боится его, дрожит в его присутствии. Особенно после того что она удручается узнать про него.

— Эти два дня будто прошли для меня вечностью, милая. Я скучал по тебе, красотка моя, — сладко шепчет он, заставляя девушку смущенно ёжиться в его оковах, откуда она вряд ли сможет сбежать...

Следующая глава после 10✨