Chapter 13
Утро могло быть прекрасным, если бы Алена не проснулась одна, заведомо помня, что засыпала с Артемом, несмотря на опьянение. Состояние было помятым, но счастливым. В голове еще играли сцены прошедшей ночи. «Бабочки» в животе не заставили себя ждать, и уже через секунду блаженная улыбка расползлась по лицу, не желая уходить. На соседней подушке она заметила красную розу, которой, в принципе, не должно было быть. Если так размышлять, то цветочных магазинов по близости не было, а закинуть никто не мог... Холодными пальцами Леля обхватила стебель и поднесла бутон к носу. Приторный запах окутал лицо, а мягкие бархатные лепестки щекотали кожу. Она нащупала телефон и набрала тому, от кого следовало ожидать столь милый подарок. Нет, не так... она просто надеялась. «Тот самый» трубку не взял.
«Может быть занят или не услышал». И не могло быть иначе. Ее чистое сознание не позволяло фантазировать в обратную сторону. Она хотела его увидеть, поговорить вживую, а потом рассказать все Нике. Как-никак благодаря ей мечта Алены превратилась в реальность.
***
- Ты опоздала, Шевченко, - похоже, он слишком много вчера выпил, раз забыл даже фамилию.
- Я Швецова, - тихо возразила девушка, в то время как настроение близилось к нулю. Она предприняла попытку его обнять, но Тема в неожиданный момент отступил, позволив ей слегка споткнуться. Он выглядел так же: вежливая улыбка, добрый взгляд, одет с иголочки, а в руках прохладная минералка. Но что-то изменилось. Алена чувствовала и не могла сказать. Страх быть брошенной пробирался сквозь светлые мысли, что все будет хорошо.
- Не путай работу и личную жизнь, - без эмоций вымолвил парень. Ей сразу захотелось припомнить, как он клеился на той самой работе к секретарше Дмитрия Владимировича, но испугалась, что может таким образом разозлить его.
- У тебя плохое настроение? – осторожно спросила, борясь с желанием его обнять. Хотелось притронуться к нему, ощутить тепло и развеять предположения о ледяном холоде. Артем не смотрел в глаза и в глубине души хотел поскорее закончить этот разговор.
- Все прекрасно, милая. Просто не выспался, - он подмигнул, отчего у нее на щеках выступил румянец и проблеск надежды заискрился внутри. – Иди работать.
- А мы можем провести время вместе после работы? – как ребенок, ищущий ласки родителей, она искала от него проявления чувств.
- Думаю, нет, - было брошено в ответ, и юноша испарился, отправившись, вероятно, знакомиться с новыми практикантками, которых отправляли в их фирму из университета.
Алена не понимала его отношения. Почему холод, от которого хочется надеть свитер и зарыться под плед? Почему после «всего» он не желает говорить с ней?
Самокопание началось. Девушка анализировала все слова, сказанные ею в его адрес, действия, прикосновения... ночь. Ответа не нашлось. Никогда не находилось при необходимости. Нет книги, которая бы рассказывала, что делать, когда ты не нужна любимому. Она привыкла читать те, в коих оба друг друга любили и заканчивалось все сахарно и «сопливо», как сказала бы Ронни.
Леля желала сладкого. Когда грустно, это надо чем-то заесть и себя порадовать.
Кто-то прочел ее мысли. На рабочем столе, где обычно она сидела за компьютером, куда приплелась ни жива-ни мертва, лежала плитка шоколада с прикрепленной запиской.
«Улыбнись. Я люблю тебя».
Она улыбнулась. Ей показалось. Не было никакого холода. Просто работа важна для Артема, нужно привыкнуть.
***
- Я буду черничное мороженое с ореховой крошкой, взбитыми сливками, клубничным сиропом и вафельными палочками с глазурью.
После такого длинного заказа Дмитрий усмехнулся, а Ронни просто захлопнула меню.
- Ну и аппетит...
- Что-то имеешь против моей любви к сладкому? – она опасно прищурилась и расслабилась, только когда он помотал головой. – То-то же.
- Мне то же самое, только шоколадное мороженое, - с важным видом продекламировал Саша, чувствуя себя наравне с Димой. В душе он был огорчен, что не одет в черный костюм и не может деловито одергивать пиджак или поправлять галстук. Его восхищение к Дмитрию можно было заметить в одном лишь взгляде или замирании, когда тот начинал говорить.
- Капучино без сахара, с карамельным сиропом, - проговаривая, парень смотрел на Нику, которая не сводила с него взгляд. Он улыбнулся краешком губ, и она словно пришла в себя, покраснела. – Любуешься, Высоцкая? – нотка иронии и самовлюбленности пробежала в хриплом голосе.
- С чего бы? Не уж то думаешь, во мне играют чувства? – хочешь намекнуть на правду – скажи ее в шутку. В ней действительно что-то «играло», доводя до глупого состояния. Он вновь проникал в нее глазами, а кожа покрывалась дрожью.
- Даже дьявол не знает, что «играет» у женщины. Я не поведусь на твои чары снова, Ронни, - ей оставалось лишь догадываться, притворяется он или ему действительно все равно.
Саша не понимал, о чем они говорят. Он видел приоритет в мороженом на тот момент, поэтому полностью занялся им, одним ухом подслушивая занимательный диалог.
- Зачем ты это делаешь? – вопрос с самого начала был с подвохом. Ника выглядела расслабленной, но рядом с ним внутри вытягивалась в струну. Собеседник не прерывал зрительный контакт. Он думал.
- Что?
- Ты любишь детей? – яснее не стало.
- Ненавижу.
- Тогда зачем ты здесь? – девушка медленно облизала ложку с мороженым, растягивая удовольствие. Могло показаться, что это элемент флирта. А Дима отметил, что спустя десять лет ничего не изменилось.
- Саша, ты ребенок? – если бы незнакомый человек присутствовал при этой беседе, он бы подумал, что Дмитрий обращается к Нике.
- Я взрослый! – откликнулся малыш.
Соколов улыбнулся, тем самым отвечая на вопрос ассистентки. Любопытство не было утолено, но девушка умолкла.
Ее телефон неожиданно зазвонил. Реакцией на звонок был приступ кашля.
- Мама?
- Ника, солнышко, с Сашенькой все хорошо? Ты нашла врача? Я так волнуюсь! Ночь не спала! – причитания матери вызывали злость. Ронни желала бы еще год от нее ничего не слышать.
- Я все сделала, мама, - последнее она выжала из себя.
- Знала, что у тебя все получится. Ты у меня такая умничка. Мы с отцом тобой гордимся.
- Спасибо. Отцу привет.
- Ника, деточка, я спросить хотела... - многозначительная пауза – уже плохой знак. – Ты нашла там парня? Ухажера какого-нибудь? Костя сказал, что ты хочешь расстаться с ним. А я давно тебе говорила! Он никакущий! Мямля. Тебе другой нужен.
- Мама! – девушка только потом поняла, что прикрикнула слишком громко, вызвав усмешку со стороны босса и внимание людей в кафе. – Я тебе перезвоню. Пока.
Телефон после сброса был откинут, словно на него пролили яд. Ника перевела дыхание.
Настроение Дмитрия было одним из лучших, видимо, в этот день. Он пошутил.
- Что, Высоцкая, не можешь себе мужа найти? – парень поддался вперед.
- Не могу. Можете подыскать кандидатуру? – она улыбнулась, сделав то же самое. Между ними оставалось несколько сантиметров. Ему на секунду захотелось испробовать вкус мороженого на ее губах и коснуться губами шеи, убрав волосы, от которых исходил запах парфюма. Обоим было плевать на присутствие мальчика.
- Завтра намечается небольшая вечеринка у моего друга. Хочешь пойти со мной? – приглашение прозвучало ненавязчиво, но у нее загорелись глаза.
- В роли вашей дамы? – кокетничала.
- Много хочешь, Ронни. Это «да»?
- Да.
***
Максим наблюдал за диалогом Сереброва и Алены, который разворачивался в фойе, где он прекрасно беседовал с администратором Еленой. Парень видел перемены в лице подруги. Ядовитое чувство ревности, ставшее уже родным, не заставило себя ждать. Он не узнал от главной сплетницы офиса, произошло ли что-то между этими двумя в эту ночь, поэтому решил действовать через главное лицо, направляясь за Артемом.
Тёма был пойман у автомата с минеральной водой, благодаря чему Макс сделал вывод, что прошлый вечер выдался веселым. Они никогда не были друзьями, просто хорошо общались, а связующим звеном выступал Дима.
- Бурная ночка? – усмехнулся водитель.
- Не сказал бы, - глотнув воды, ответил приятель.
- Теряешь хватку?
- М-м-м... просто девушка не та, - Артем улыбнулся, а Максима, наоборот, это заставило напрячься.
- Что за девушка, если не секрет? – он оперся одной рукой об автомат.
- Да Аленка. Она неопытная совсем. Я таких не очень люблю. Знаешь, поначалу зацепила чем-то, думал даже, что влюбился... Ан нет. С утра отпустило. Обыкновенная заучка. Так что имей в виду, - ярость в черных глазах Максима, казалось, заполнила все, не давая просвет здравому смыслу. Артем потянулся, чтобы похлопать его по плечу, но рука была перехвачена, и в следующую секунду парень уже лежал на полу, придавленный телом недавнего собеседника.
Макс слышал крики и просьбы коллег его отпустить. Удары наносились один за другим. Нестерпимая боль, жажда мести и ярость скопились внутри и с кровью Сереброва выходили наружу. Костяшки пальцев были окровавлены.
Кто-то его с трудом оттащил. Он хотел еще, хотел размазать ублюдка по стене, но не смог, помешали.
Маленькая фигурка упала на колени рядом с Артемом и начала мерить пульс. Она была на грани истерики. Всхлипы.
Макс хотел закричать. Не так это происходило в его представлении. Он прожигал ее взглядом. Алена словно почувствовала и обернулась. В огромных глазах стояли слезы, одна медленно скатилась.
Парень поднялся с пола, не прерывая контакт. Ее взор упал на его руки, отчего он быстро убрал их в карманы.
- Дура, - это, на первый взгляд, совсем не обидное слово, изрезало ей органы вдоль и поперек.
Ушел. Ушел, а она осталась среди толпы работников ждать скорую, чтобы узнать о состоянии того, кто недостоин даже ее тени.