Дворянство

Дженни на мгновение замерла, глядя на протянутую им руку. Этот жест был одновременно и приглашением, и проверкой. Принять его — значило согласиться на его правила игры. Она с лёгкой, едва заметной улыбкой вложила свои пальцы в его ладонь. Его рука оказалась тёплой и сильной, она бережно, но уверенно сжала её.

— Что ж, я заинтригована, господин Ким, — произнесла она, позволяя ему вести себя. — Надеюсь, это не очередное абстрактное полотно, которое можно трактовать сотней разных способов.

Тэхён усмехнулся, не отпуская её руки.

— О, это совсем не абстракция. Это самое реалистичное, что есть в моём доме.

Он провёл её через гостиную к неприметной стене, которая оказалась раздвижной дверью. Панель бесшумно отъехала в сторону, открывая проход в небольшое, залитое мягким светом помещение, похожее на оранжерею. Воздух здесь был влажным и тёплым, наполненным густым ароматом цветущих орхидей и ещё чего-то пряного, землистого. В центре, под специальным стеклянным куполом, рос один-единственный цветок. Чёрная орхидея, чьи лепестки казались вырезанными из бархата.

— Чёрная орхидея "Фредкларкеара", — тихо произнёс Тэхён, останавливаясь рядом с ней. Он всё ещё держал её за руку. — Самый тёмный цветок, созданный человеком. Идеальное сочетание природы и амбиций. Чтобы он цвёл, нужны особые условия, строгий контроль температуры, влажности, света. Любое отклонение губительно. Он красив, но абсолютно зависим от своего создателя.

Он повернулся к ней, его лицо оказалось совсем близко. Взгляд был серьёзным и пронизывающим.

— Он напоминает мне о том, что истинная красота и абсолютная власть требуют постоянного контроля. И о том, что даже самое совершенное создание нуждается в заботливой руке. Не так ли, Ким Дженни?

Его слова были адресованы цветку, но вопрос был задан ей. В воздухе повисло напряжение, сотканное из аромата орхидей, недосказанности и едва уловимой угрозы, завёрнутой в эстетику.

Дженни, кажется, начинала постепенно чувствовать умиротворение.

***

В это же время в редакцию «Incheon Daily» ворвался взволнованный Ли Минхо. Он подошёл прямо к столу своего редактора, пожилого мужчины с усталым лицом.

— Господин Чхве, у меня есть материал. Бомба! Показания одного из бизнесменов, которого прессовали люди из «Идэльт». Анонимно, конечно, но факты железобетонные. Мы должны это напечатать. Немедленно!

Редактор поднял на него глаза поверх очков и тяжело вздохнул.

— Минхо, сядь. Послушай. Вчера мне звонили. Очень вежливый молодой человек поинтересовался, не собираемся ли мы публиковать что-нибудь о корпорации «Идэльт», якобы, твои слова как-то затронули господина Кима. И он намекнул, что наши основные рекламодатели, которые обеспечивают существование этой газеты, очень ценят своё партнёрство с господином Кимом.

Минхо похолодел.

— Вы хотите сказать, что не напечатаете материал? Вы прогнётесь под них?

— Я хочу сказать, что у меня семья и ипотека. И у половины сотрудников этой редакции тоже, — редактор снял очки и потёр переносицу. — Этот материал мы не напечатаем. И я настоятельно советую тебе прекратить это бессмысленное расследование. Ради твоей же безопасности. Ты хороший журналист, Минхо, но не лезь в пасть к тигру. Ты думаешь никто из нас не в курсе всего, чем занимается «Идэльт»? Разумеется в курсе! Я скажу даже больше, но только тебе, раз уж ты так глубоко решил копать, в поддержке Господина Кима нуждается абсолютно любое предприятие Инчхона. Я серьёзно, Минхо. Любое! Ты думаешь кто-то захочет отказаться от всего, что у них есть, ради того чтобы упечь за решётку человека, с чьих рук все буквально питаются?

***

Дженни медленно высвободила свою руку из его ладони, но не отступила. Её взгляд был прикован к тёмному, бархатному цветку под стеклом. Она сделала вид, что полностью поглощена его красотой, давая себе несколько секунд на обдумывание ответа.

— Он прекрасен, — наконец произнесла она тихим, ровным голосом. — Но мне кажется, вы ошибаетесь. Истинная красота не в зависимости. Она в стойкости. В способности выжить и расцвести вопреки всему, а не благодаря тепличным условиям. Этот цветок — просто каприз. Красивая декорация. Живое доказательство того, что его владелец боится потерять контроль.

Она перевела взгляд с орхидеи на него. В её глазах не было страха, только спокойное любопытство и тень вызова.

— Но я признаю, — добавила она с лёгкой, ироничной улыбкой, — у вас безупречный вкус на выбор декора, господин Ким.

Тэхён на мгновение замер. Такого прямого отпора он явно не ожидал. Большинство людей в его присутствии терялись, лебезили или боялись. Но не эта девушка. На его лице отразилось нечто вроде уважения, смешанного с азартом хищника, встретившего достойного противника. Он рассмеялся — на этот раз громче, искренне. Видимо лишь сейчас он понял наверняка, в этой особе он не ошибся.

— Вы поразительная женщина, Мисс Ким. Не перестаёте меня удивлять. Возможно, вы правы. Возможно, я действительно боюсь потерять контроль. Но разве не в этом заключается суть власти? В создании мира, где всё подчиняется твоей воле.

Он сделал шаг назад, давая ей больше пространства, и обвёл рукой свою оранжерею.

— Я хотел показать вам это, чтобы вы поняли, что я ценю уникальность. И я готов создать любые условия для того, что считаю прекрасным. Просто подумайте об этом.

С этими словами он повёл её обратно в гостиную, где на столике их всё ещё ждал остывающий чай. Атмосфера неуловимо изменилась. Теперь это был не просто флирт или светская беседа, а поединок двух сильных воль, скрытых за масками вежливости.

***

В это самое время Ли Минхо, бледный от гнева, выскочил из кабинета редактора и со всей силы ударил кулаком по стене в коридоре. Всё пропало. Его единственный рупор, его возможность донести правду до людей, был заткнут ещё до того, как он успел издать хоть звук.

— Чёрт! Чёрт! Чёрт! — прошипел он сквозь зубы, прислонившись лбом к холодной стене.

Унижение и бессилие обжигали его. Слова сержанта Шина, господина Пака, а теперь и его собственного редактора слились в один хор, твердящий ему отступить. Но упрямство, унаследованное от отца, не позволяло ему сдаться. "Если не через газету, значит, другим путём," — решил он. Он достал телефон и нашёл в контактах номер Пак Чеён, той самой болтливой и восторженной подруги Дженни, с которой он познакомился в галерее. Она вела блог. Пусть и несерьёзный, про слухи и сплетни, но это была аудитория. И это был канал, который Ким Тэхён, скорее всего, не контролировал, хоть и знал о его существовании.

— Алло, Чеён? Это Ли Минхо, журналист, мы познакомились в галерее, — быстро заговорил он, когда она ответила. — Мне очень нужна ваша помощь. Это касается «Идэльт» и Ким Тэхёна. Но это не для телефонного разговора. Мы можем встретиться?

Чеён, которая как раз просматривала фотографии с выставки, на другом конце провода удивлённо замерла. Голос журналиста звучал напряжённо и срочно.

— Не знаю откуда у вас мой номер, но наверное да... да, конечно! — выпалила она, чувствуя, как сердце начинает биться чаще от предвкушения чего-то важного и таинственного. — Где и когда?

***

— Декорации могут быть очень занимательными, госпожа Ким, — мягко возразил Тэхён, когда они вернулись в гостиную. Он подошёл к бару и налил в два бокала немного виски, добавив в каждый по одному большому кубику льда. — Всё зависит от того, как его расположить. Принцип подобен игрушкам. Ведь иногда даже самая простая игрушка в умелых руках способна творить чудеса.

Он протянул ей один бокал. Его взгляд был испытывающим, но в нём не было враждебности — скорее, приглашение к продолжению их интеллектуальной дуэли.

— Вы так и не ответили на мой вопрос. Что ищет такая девушка, как вы? Неужели только вдохновение? Мне кажется, вы ищете что-то более существенное. Возможно, справедливость? Или власть?

Дженни приняла бокал. Она сделала маленький глоток, ощущая, как терпкое тепло разливается по телу.

— Справедливость — это иллюзия, господин Ким. А власть развращает, — она посмотрела на него поверх бокала, её глаза чуть насмешливо блеснули в мягком свете. — Я ищу истину. Она, в отличие от справедливости, всегда одна. И скрывается обычно за самыми красивыми фасадами.

— Истина... — протянул он, делая глоток. — Какое интересное хобби. И опасное. Часто те, кто ищут истину, находят лишь собственную гибель. Но я уважаю вашу смелость. Поэтому вот вам фрагмент истины, в знак моего расположения. Человек, владевший лодочным сараем в Еонсуп, получил очень щедрую компенсацию. И сейчас наслаждается отдыхом где-нибудь на островах. Пресса любит драматизировать.

Дженни не ожидала подобного от Кима.

— Вот и вся ваша истина.

Он сказал это так просто и буднично, будто сообщал прогноз погоды, но Дженни поняла — это была и проверка, и предупреждение. Он знал, или догадывался, что она копает под него, и играючи показал ей, что он на несколько шагов впереди.

***

Встреча Ли Минхо и Пак Чеён состоялась в небольшом уютном кафе недалеко от университета. Минхо выглядел взъерошенным и злым, Чеён же, наоборот, горела от любопытства и важности момента, плюсом была немного скованна. Она заказала себе огромный молочный коктейль с взбитыми сливками, а Минхо — лишь стакан воды.

— Так что случилось? — не выдержала она, как только официант отошёл. — Это связано с Ким Тэхёном? Кстати, порадуйтесь и вы тоже, помимо меня, мистер Ким пригласил ещё и Дженни! Причём на личную встречу! Он пригласил её посмотреть свою коллекцию, кажется сегодня в восемь, возможно прямо сейчас она находится там! Представляете?

Минхо помрачнел ещё больше.

— Что? — он подался вперёд, его голос стал тише и настойчивее. — Чеён, это опасно. Невероятно опасно! Этот человек не тот, за кого себя выдаёт! Он скупает весь малый бизнес в округе, а тех, кто отказывается, просто уничтожает. Он настоящий пожиратель и у меня есть свидетель, которого избили, чтобы он продал свой магазин! А моя газета отказалась печатать материал, потому что боится его влияния.

Чеён слушала, широко раскрыв глаза. Молочный коктейль был забыт.

— Что... что ты хочешь, чтобы я сделала? — её голос дрогнул. — У меня ведь просто блог о всяких слухах...

— Вот именно! — Минхо посмотрел на неё с отчаянной надеждой. — Слухи — это то, что нужно. Официально я ничего не могу сделать. Но если ты напишешь пост... не прямое обвинение, а просто... слух? Что в Инчхоне творится что-то неладное? Что на бизнесменов давят? Это запустит волну. Люди начнут говорить. А я подкину тебе факты. Анонимно.

Эта идея была безумной и пугающей, но в то же время невероятно захватывающей. Чеён почувствовала себя героиней шпионского романа. Она посмотрела на серьёзное и полное страсти лицо журналиста и решительно кивнула.

— Хорошо. Я помогу. Дженни всегда говорит, что нельзя оставаться в стороне. Рассказывай, что нужно делать.

***

Тем временем в тёмном и неприметном переулке в деловом квартале Сеула Ким Намджун встретился со своим информатором — сержантом Гу. Старый полицейский, что был очень близок к инспекторской системе Инчхона, курил, прислонившись к кирпичной стене.

— Ли Минхо был у цветочника Пака. Записал его показания, — хрипло сообщил Гу информацию, которую выяснил из источников, выпуская струю дыма. — Потом рванул в редакцию, но его там отшили, судя по его агрессивному выходу из редакции. Сейчас встретился с какой-то девчонкой. Кажется, хочет устроить информационный вброс через соцсети, однако информация не подтверждена на сто процентов.

Намджун слушал молча, его лицо оставалось непроницаемым в ночной тени.

— Этот парень упрям, как его отец, — наконец произнёс он. — И это ровно также может его погубить. Пока он не представляет угрозы для нашей основной цели, но он поднимает слишком много шума.

— Что делать будем? — спросил Гу. — Люди Тэхёна тоже за ним следят. Долго он так не пробегает.

— Ничего, — спокойно ответил Намджун. — Пусть шумит. Иногда шум — это хорошее прикрытие. Он отвлекает внимание. Просто присматривай, чтобы его не убрали раньше времени. Он может нам ещё пригодиться. Как и его новая подружка. Просил я Дженни держать подальше своих друзей от работы, но увы, она решила быть капитаном на тонущем судне. Точнее, они все.

Он кивнул сержанту и растворился в темноте так же бесшумно, как и появился, оставив старого полицейского наедине с его сигаретой и невесёлыми мыслями о том, в какие сложные игры играют эти молодые ребята.

***

Дженни отпила ещё немного виски, позволив холодному стеклу бокала на мгновение прикоснуться к губам. Она встретила его взгляд, и в её глазах не было ни удивления, ни страха — лишь трезвая оценка ситуации.

— Щедрая компенсация, говорите? — медленно повторила она, словно пробуя слова на вкус. — Как милосердно с вашей стороны. Удивительно, как быстро решаются проблемы, когда за дело берётся такой влиятельный человек. Вы правы, пресса действительно любит всё драматизировать.

Она поставила бокал на стол рядом с его, их отражения на мгновение исказились в тёмной полированной поверхности.

— Но я, к счастью, не пресса. И меня мало интересуют сплетни о мелких бизнесменах на пенсии. Вы хотели показать мне истину, господин Ким? Так вот не та это истина, настоящая же заключается в том, что вы не просто играете в игры, вы меняете правила прямо во время партии. И вам нравится, когда за этим наблюдают. Я не ошиблась, вы провокатор.

Тэхён удивлённо приподнял бровь, а затем на его лице появилось выражение искреннего восхищения. Он сделал шаг к ней, сокращая дистанцию, и его голос стал тише, интимнее.

— Именно поэтому я вас и пригласил, Мисс Ким. Только очень внимательный игрок может заметить, как меняются правила. Большинство просто слепо двигают фигуры по доске. Вы мне очень нравитесь, конкретно как человек с мозгами. И я бы хотел, чтобы вы остались. Не только на сегодня. В качестве... скажем, моего личного консультанта. Вы ведь ищете вдохновение? Уверяю, работая со мной, вы найдете его в избытке.

***

В нескольких кварталах от них, в маленькой полуподвальной мастерской, Чонгук наблюдал за тем, как один из его людей аккуратно вскрывает ноутбук Ли Минхо. Процесс занял не больше десяти минут. Специалист подключил миниатюрное устройство к материнской плате, а затем так же аккуратно собрал корпус, не оставив ни единого следа.

— Готово. Теперь мы будем видеть всё, что он делает, печатает и ищет в сети. Полный доступ, — доложил техник.

Чонгук удовлетворённо кивнул.

— Отлично. Возвращай ноутбук на место. Быстро. Он скоро вернётся из своего кафе. Я хочу знать о каждом его шаге. Босс велел его не трогать, но он ничего не говорил о том, чтобы не держать руку у него на горле.

***

В кафе Чеён, воодушевлённая своей новой секретной миссией, уже строчила черновик поста на своём телефоне под диктовку Минхо. Он передал ей основные факты: несколько случаев странных пожаров, несчастных случаев и внезапных закрытий мелких магазинов, произошедших за последние месяцы. Всё было обезличено, без имён и названий, но выстраивалось в тревожную тенденцию.

— Вот, посмотри, — она показала ему экран. Заголовок гласил: «Тёмная тень над Инчхоном: что происходит с малым бизнесом?» — Как тебе? Достаточно загадочно?

— Идеально, — кивнул Минхо, чувствуя первый за день прилив надежды. — Публикуй. И будь готова. Если это сработает, комментарии взорвутся. Среди них могут быть и другие пострадавшие.

Чеён, затаив дыхание, нажала кнопку «Опубликовать». Маленький камешек был брошен в информационное море. Теперь оставалось только ждать, какие круги от него пойдут, и не накроет ли их ответной волной.