Тьма

Спустя три дня.

Файе было тревожно.
Впервые в жизни она должна была участвовать в соревнованиях,
и самое сложное - она не знала, с кем ей предстоит выйти на трассу.
В раздевалке она сидела молча, сжимая руки, и пыталась держать себя под контролем.

Эмоции накатывали волнами, но Файя не позволяла им взять верх.
Она слишком долго шла к этому моменту.
Она хотела выиграть.
Не из упрямства.
Не ради кого-то.
Для себя.

Каждый вечер она приезжала на автодром,
оттачивая движения, входы в повороты, торможение.
Снова и снова.
Пока тело не начинало помнить трассу лучше, чем разум.

У Юсуфа всё было иначе - и так же.
Волнение и страх переплетались, но он доверился Всевышнему Аллаху,
и это доверие приносило спокойствие.

Он поставил перед собой цель:
первые гонки - выиграть.
Без сомнений.
Без лишних мыслей.
Он был уверен в этом так же, как был уверен в том,
что всё происходит не случайно.

Они вышли на трассу и остановились возле машин.
Файя чувствовала напряжение почти физически - из-за количества людей, собравшихся вокруг.
Аплодисменты, свист, выкрики поддержки - всё это давило, будто воздух стал плотнее.

Юсуф же выглядел спокойнее.
Собранным.
Будто стоял именно там, где должен был быть.
Как будто этот момент жил в нём давно - ещё до того, как он стал реальностью.

Он посмотрел вправо.
И замер.
Файя.
Он не ожидал увидеть её рядом - не в зале, не среди зрителей,
а здесь.
На старте.
Как соперницу.

Мысль кольнула неожиданно.
Как он может соревноваться с ней?
Юсуф резко отвёл взгляд и уставился прямо на трассу.
Нет.
Он не позволит чувствам обогнать разум.
Не сейчас.

Файя в это время смотрела совсем в другую сторону.
На людей.
На поднятые руки, на лица, искажённые эмоциями,
на шум, который накатывал волной.
Она почти не слышала моторов.
Только собственное дыхание
и стук сердца, который никак не хотел подстраиваться под ритм.

Файя уже сидела в машине.
Шлем плотно облегал голову, мир снаружи стал глухим и отстранённым, будто между ней и реальностью появилась тонкая стена.

Руки легли на руль - уверенно, но внутри всё дрожало.
По громкой связи начали называть имена участников.

- Файя Джарвис.

Её имя прозвучало чётко.
Она глубоко вдохнула, стараясь удержать дыхание ровным.

- Юсуф Беккер.

В этот момент что-то внутри неё сорвалось.
Файя резко повернула голову влево.
Через стекло шлема она увидела его.
Юсуф.
Он уже смотрел на неё.
Спокойно. Внимательно. Слишком прямо.

Моторы ревели, люди кричали, мир шумел -
но всё это вдруг исчезло.
Остался только этот взгляд.
Время будто провалилось.
Реальность расплылась, как кадр на замедлении.
Файя перестала слышать звук двигателя, перестала чувствовать сиденье под собой.
Она видела только его глаза.
И именно в этот момент -

- Один!
Голос Хенри прорезал тишину.
- Два!

Реальность резко начала возвращаться, будто кто-то дёрнул её назад.
Файя сжала руль сильнее, но взгляд Юсуфа всё ещё был перед глазами.

- Три!
Выстрел.
Резкий. Громкий. Настоящий.

Машины сорвались с места одновременно.
За считанные секунды стрелка спидометра рванула вверх -
девяносто...
сто...
Тело Файи вжалось в сиденье, адреналин ударил в кровь.
Но даже на этой скорости, даже сквозь рев мотора,
тот взгляд

- взгляд Юсуфа -
всё ещё жил где-то внутри неё,
не отпуская
ни на секунду.

Дорога была ровной, почти идеальной.
Но их внутреннее состояние - совсем другим.
Юсуф резко ушёл в дрифт.
Колёса на мгновение потеряли сцепление с асфальтом, и машину повело в сторону.
Адреналин в его крови вспыхнул ещё сильнее - чистый, живой, настоящий.

Он чувствовал трассу, чувствовал скорость, будто они говорили на одном языке.
Для Файи этот поворот оказался другим.

Сердце болезненно сжалось - не от страха за себя, а за него.
Каждое движение его машины отзывалось внутри тревогой.
Но разум тут же одёрнул её:
Юсуф знал, что делает.

Она заставила себя довериться - не трассе, не скорости,
а ему.
И именно в этом противоречии
между сердцем и разумом
она вдруг поняла,
насколько он для неё уже важен.

До финиша оставались считанные секунды.
Их машины шли вровень, будто трасса намеренно тянула этот момент.
В голове вспыхнула мысль - что выбрать сейчас:
разум, который кричал «гнать до конца»,
или сердце, которое шептало «уступи»?
Но ни он, ни она не позволили чувствам взять верх.

Они оба выбрали разум.
Потому что знали - если уступить сейчас, потом будут жалеть.
Три.
Два.
Один.

- Победитель - ЮСУФ БЕККЕР!

Взрыв аплодисментов накрыл трассу.
Камеры вспыхивали со всех сторон, люди подбегали, поздравляли, кричали его имя.

А Файя сидела её в машине
Внутри неё всё было спутано.
Злость - за то, что он её не предупредил.
Боль - за то, что она не смогла.
И страх - запоздалый, но острый, - из-за того самого дрифта, где сердце чуть не остановилось.
Слёзы скользнули по щекам.
Не из-за поражения.
А потому что в какой-то момент
она испугалась потерять его.

~~

Я была слишком зла на Юсуфа.
Как он мог не предупредить меня?
Он же знал, что я тоже катаюсь. Неужели ему даже в голову не пришло, что я могу участвовать?

Да, мне было больно проиграть.
Первые гонки - и сразу поражение.
Но это уже не так сильно давило на голову.
Гораздо больше меня пугал тот самый дрифт.
Как он может быть таким бесстрашным?
Или... таким безрассудным?

Я сорвала с себя шлем и пошла прямо к нему.
Шлем швырнула его в сторону, не чувствуя ничего, кроме злости.
Я толкнула его в грудь.

- Ты вообще понимаешь, что сделал?! - выкрикнула я. - Ты с ума сошёл?!

Я плакала. Кричала.
И мне уже было всё равно, кто смотрит.
Я толкнула его ещё раз.

- А если бы ты перевернулся?! - голос сорвался. - Ты хоть думал, что было бы со мной?..

Слова закончились.
Ноги подкосились, и я упала на колени.
Слёзы хлынули сильнее.
Когда кто-то становится по-настоящему важным - внутри будто ломается защита.
Я не могла остановиться.

- Файя... прости, пожалуйста, - его голос тоже был громким. Виноватым.

- Мне даже в голову не пришло, что ты тоже будешь участвовать...
Он провёл рукой по волосам, сжал пальцы - он действительно жалел.
Я подняла на него мокрые глаза и почти прошептала, но по-французски, резко, с болью:
- Tu es complètement fou...
- Tu veux que mon cœur s'arrête, hein ?

Перевод:
Ты совсем сумасшедший... Ты хочешь, чтобы моё сердце остановилось?

Он опустился рядом со мной, не касаясь - осторожно, как будто боялся сделать ещё больнее.
Я уже собиралась сказать что-то ещё - резкое, на эмоциях, - когда он вдруг тихо произнёс:

- Ma petite étoile...

Я замерла.
Слёзы всё ещё стекали по щекам, дыхание сбилось, но внутри будто что-то резко щёлкнуло.
Я подняла на него взгляд.

- Что?.. - выдохнула я. - Ты... ты сейчас на французском сказал?

Он посмотрел на меня чуть удивлённо, будто только сейчас понял, что именно сделал.

- Да... - ответил он осторожно. - Я иногда говорю на французском. Прости, если...

- Подожди, - перебила я, всё ещё не веря. - Ты знаешь французский?

В голове всё смешалось.
Гонки. Крик. Слёзы.
И вдруг - это.
Он кивнул, слегка смутившись.

- Не идеально. Но да.
Мама настояла, чтобы я выучил.
Я моргнула.

Почему-то именно это - не дрифт, не победа, не его извинения - выбило меня сильнее всего.

- Ты вообще собирался мне об этом сказать? - спросила я уже тише.
Он едва заметно улыбнулся.

- Не думал, что узнаешь вот так... в самый плохой момент.
Я невольно усмехнулась сквозь слёзы.

- Ты невозможный, - прошептала я. - Сначала пугаешь меня до смерти,
потом вдруг называешь «маленькой звездой» на французском.
Он посмотрел на меня серьёзно.

- Потому что в такие моменты слова сами выбирают язык, - сказал он. - А ты... ты именно такая.

Я отвернулась, чувствуя, как внутри всё снова дрожит.
Не от злости.
От осознания,
что я знаю о нём всё меньше,
чем он - обо мне.