Глава 10. Хаос

Утро пятницы началось обычно.

Серое небо за окнами, привычный горн, который Чейз называл "похоронным маршем всех надежд на нормальный сон", запах тостов из общей кухни и ворчание Мии, которая никак не могла найти второй носок.

— Куда он подевался? — причитала она, ползая на коленях вокруг кровати. — Я же вчера его вот сюда положила! Лора, ты не видела мой полосатый носок?

— Не видела, — Лора натягивала джинсы, пытаясь одновременно расчесать спутанные после сна волосы. — Может, под кровать закатился?

— Там темно. А если там мыши?

— В Шотландии водятся мыши?

— В Шотландии водятся даже драконы. В смысле, легендарные. А мыши — точно.

Лора улыбнулась и помогла Мии заглянуть под кровать. Носка там не было.

— Ладно, пойду так, — махнула рукой Мия, натягивая второй носок — однотонный, синий. — Буду сегодня разноцветной. Может, моду новую введу.

— Обязательно, — согласилась Лора.

Они вышли в коридор и направились к лестнице. Школа просыпалась — хлопали двери, звучали голоса, кто-то спорил из-за очереди в душ. Обычное утро. Ничто не предвещало.

А потом они услышали крик.

Это был не просто крик — это был вопль, полный такого ужаса, что у Лоры кровь застыла в жилах. Крик доносился с первого этажа, со стороны кабинетов.

— Что это? — Мия побелела, вцепившись в руку Лоры.

— Не знаю, — прошептала Лора.

А крик всё не прекращался. К нему добавились другие голоса — испуганные, взволнованные. Топот ног. Грохот захлопывающихся дверей.

— Надо идти, — сказала Лора, хотя каждая клетка её тела кричала "беги обратно в комнату, прячься".

— Куда?

— Туда. Нужно понять, что случилось.

Они побежали к лестнице. Навстречу неслись испуганные ученики — кто-то в пижаме, кто-то уже одетый, все с одинаковым выражением ужаса на лицах.

— Что случилось? — крикнула Лора одной из пробегающих девчонок.

— Там... там... — девчонка заикалась, не в силах выговорить. — Он мёртвый!

И побежала дальше.

Лора и Мия переглянулись и рванули вниз.

***

В холле первого этажа творилось что-то невообразимое.

Десятки учеников толпились у входа в коридор, где располагались кабинеты администрации и психолога. Кто-то плакал, кто-то кричал, кто-то просто стоял с открытым ртом, не в силах пошевелиться. Воздух был наполнен запахом страха — Лора никогда не думала, что страх может пахнуть, но сейчас чувствовала этот запах отчётливо: кислый, металлический, тошнотворный.

— Не подходите! — кричала миссис Крэйг, уборщица, расталкивая учеников. — Всем отойти! Не подходить!

Она была бледна как мел, и руки у неё тряслись. Лора никогда не видела эту суровую женщину такой испуганной.

— Что случилось? — спросила Лора, пробиваясь сквозь толпу.

Миссис Крэйг посмотрела на неё пустыми глазами.

— Мистер Хейл, — сказала она хрипло. — Он... он мёртв.

У Лоры подкосились ноги.

— Как мёртв? — выдохнула Мия. — В смысле — мёртв?

— В смысле — не дышит, — грубо ответила уборщица. — А теперь отойдите, не мешайте. Полицию вызвали. Скорую. Всех.

Она оттолкнула их и побежала куда-то дальше, наверное, встречать экстренные службы.

Лора стояла, не в силах двинуться с места. Мысли в голове путались, отказывались складываться в связную картину. Мистер Хейл. Психолог. Тот самый, который вчера при всех унижал Титаниду. Который смотрел на неё с такой ненавистью. Который...

— Лора! — раздался крик Эрика. Он пробивался сквозь толпу, расталкивая всех локтями, с Чейзом и Брауном за спиной. — Ты в порядке?

— Я... да. — Она кивнула, хотя голос дрожал. — Я в порядке. Эрик, там...

— Я знаю. — Он обнял её, прижал к себе. — Я слышал. Всё будет хорошо.

— Не будет, — прошептала Лора ему в плечо. — Ничего не будет хорошо.

В этот момент в холл влетела Вивиан.

Она была в халате, накинутом поверх пижамы, без макияжа — и без него её лицо казалось почти человеческим, испуганным. За ней семенила её свита, такая же растерянная и помятая со сна.

— Что здесь происходит? — Вивиан кричала, но в её голосе не было обычной властности — только истерика. — Что за шум?

— Мистер Хейл мёртв, — сказал кто-то из толпы.

Вивиан замерла. Её лицо на секунду исказилось — Лора не успела понять, что это было: шок, страх или что-то другое.

— Как мёртв? — переспросила она.

— Убит, — ответил другой голос. — Говорят, убит.

Толпа ахнула. Кто-то завизжал. Началась настоящая паника — люди метались, не зная, куда бежать, что делать.

А потом Лора увидела Шейна.

Он стоял в стороне, у стены, и не двигался. Лицо у него было белое как полотно. Он смотрел куда-то в пространство невидящими глазами и, кажется, вообще не понимал, что происходит.

— Шейн, — позвала Вивиан, но он не отреагировал.

— Шейн! — Она подошла к нему и дёрнула за рукав. — Ты слышишь?

Он медленно повернул голову, посмотрел на неё. В его глазах было что-то такое, от чего Вивиан отшатнулась.

— Я ничего не делал, — сказал он тихо, почти неслышно.

— Что? — не поняла Вивиан.

— Я ничего не делал, — повторил Шейн громче. — Я не трогал его.

— А кто говорит, что трогал? — Вивиан нахмурилась. — Ты вообще о чём?

Но Шейн уже не слушал. Он отвернулся и пошёл прочь, расталкивая толпу, и Лора заметила, что его руки дрожат.

***

Полиция приехала через двадцать минут, но они показались вечностью.

За это время в школе успели произойти десятки истерик, двое учеников пытались сбежать через чёрный ход (их поймала миссис Фрейзер, которая, несмотря на шок, сохраняла ледяное спокойствие), и одна девчонка упала в обморок прямо в холле.

Лора с Мией сидели на скамейке у стены, прижавшись друг к другу. Мия плакала, размазывая слёзы по веснушчатым щекам. Лора не плакала — она была в каком-то оцепенении, из которого не могла выйти.

— Как это могло случиться? — всхлипывала Мия. — Как? Это же школа. Здесь должно быть безопасно.

— Должно, — эхом отозвалась Лора.

Эрик с Чейзом и Брауном стояли рядом, охраняя их от толпы. Браун был мрачнее тучи, Чейз — непривычно молчалив. Эрик то и дело оглядывался на дверь, за которой скрылась полиция.

Наконец двери распахнулись, и в холл вошли полицейские. Их было четверо — двое в форме, двое в штатском. Они выглядели серьёзными и сосредоточенными.

— Всем оставаться на местах! — громко объявил один из штатских, судя по всему, главный. — Никому не покидать здание. Мы будем опрашивать каждого.

Начался ад.

Полицейские разбили учеников на группы и заводили в классы по одному. Допросы длились бесконечно долго. Кто что видел, кто что слышал, кто где был прошлой ночью.

Лора сидела в очереди на допрос и смотрела, как мимо ведут Титаниду.

Та шла спокойно, с обычным своим отсутствующим выражением лица. Фенрира с ней не было — видимо, оставила в комнате. Но даже без него она выглядела как всегда — отстранённой, чужой.

— Она убила его, — прошептал кто-то в толпе.

— Конечно, она. Кто же ещё?

— Она же психованная. У неё с ним конфликты были.

— Вчера при всех...

Голоса нарастали, как снежный ком. Лора чувствовала, как внутри закипает гнев.

— Заткнитесь! — крикнула она, вскакивая. — Вы ничего не знаете! Не смейте!

Все уставились на неё. Кто-то с удивлением, кто-то со злорадством.

— А ты откуда знаешь? — выкрикнул парень из свиты Вивиан. — Ты с ней в одной комнате спишь?

— Это не ваше дело!

— Девочка, сядь, — строго сказал полицейский, стоящий у двери. — И не кричи.

Лора села, вся дрожа. Мия сжала её руку.

— Тихо, — шепнула она. — Не обращай внимания. Они идиоты.

— Но она не убивала, — прошептала Лора в ответ. — Я знаю.

— Откуда?

— Знаю.

Она действительно знала. Потому что той ночью, когда произошло убийство, Титанида была не одна. Она была с Сайрусом. Лора видела их. Видела, как они целовались, как он нёс её в комнату.

Но сказать об этом она не могла.

Если она скажет — тайна Титаниды и Сайруса раскроется. Их уничтожат. И без того шаткое положение Титаниды станет ещё хуже — её свяжут не только с убийством, но и с "непристойными отношениями" с сотрудником школы.

Лора оказалась в ловушке.

***

Наконец дошла очередь до неё.

Кабинет, куда её завели, был временным — обычно здесь проходили занятия по искусству, но сегодня столы сдвинули, а посередине поставили стул. За другим столом сидел полицейский в штатском — мужчина лет пятидесяти с усталыми глазами и седыми висками.

— Садись, — сказал он, указывая на стул.

Лора села. Руки дрожали, и она спрятала их под стол.

— Как тебя зовут?

— Лора МакКензи.

— Сколько лет?

— Пятнадцать.

— Давно здесь?

— Четыре дня.

Полицейский кивнул, что-то записывая в блокнот.

— Расскажи, что ты знаешь о мистере Хейле.

— Я... — Лора запнулась. — Я почти ничего не знаю. Я видела его только на собрании вчера. И в столовой пару раз.

— Вы общались?

— Нет.

— Он когда-нибудь обращал на тебя внимание?

— Нет.

Полицейский поднял на неё глаза. Взгляд у него был тяжёлый, пронизывающий.

— А на кого он обращал внимание? Ты здесь уже почти неделю. Наверняка что-то замечала.

Лора почувствовала, как сердце забилось быстрее. Она понимала, куда он клонит. Все понимали.

— Он... — она сглотнула. — Он вчера на собрании говорил про какую-то ученицу. Которая ему грубила и не ходила на сеансы.

— И кто эта ученица?

— Я не знаю имени.

Это была ложь, и Лора знала, что полицейский это чувствует. Но он не стал давить.

— Хорошо. Где ты была прошлой ночью?

— В своей комнате. Спала.

— Кто может подтвердить?

— Моя соседка. Мия. Мы спим в одной комнате.

Полицейский снова кивнул, записал что-то.

— Если вспомнишь что-то важное — сообщи. — Он протянул ей визитку. — Детектив Робертс. В любое время.

Лора взяла визитку, чувствуя, как та обжигает пальцы.

— Можно идти?

— Да. Следующую позови.

Лора вышла из кабинета на ватных ногах. В коридоре её ждала Мия.

— Ну что?

— Ничего. Спросили, где была, что видела.

— Меня тоже. — Мия понизила голос. — Они всё время спрашивали про Титаниду. Про её отношения с Хейлом. Про то, была ли она злой.

— И что ты сказала?

— Правду. Что она странная, что он к ней придирался, что вчера было собрание. — Мия вздохнула. — Лора, на неё все показывают. Это ужасно.

— Я знаю.

— Если они её арестуют...

— Не арестуют. — Лора сказала это твёрже, чем чувствовала. — Она не виновата.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю.

Мия посмотрела на неё долгим взглядом, но ничего не сказала.

***

Остаток дня прошёл как в тумане.

Уроки отменили. Учеников держали в столовой, не выпуская в коридоры. Полицейские ходили по школе, что-то искали, кого-то опрашивали. Напряжение висело в воздухе такое густое, что его можно было резать ножом.

Шейн сидел в углу, обхватив голову руками. К нему никто не подходил — даже Вивиан держалась на расстоянии. Она сама была бледная и молчаливая, без своей обычной свиты.

— Что с ним? — спросила Лора у Чейза, кивая на Шейна.

— В шоке, наверное. — Чейз пожал плечами. — Все в шоке.

— А мне кажется, он что-то знает.

— С чего ты взяла?

— Не знаю. — Лора покачала головой. — Просто чувствую.

Она посмотрела в другой конец зала, где сидела Титанида. Та была одна — как всегда. На неё показывали пальцами, шептались. Но она сидела с каменным лицом, глядя в окно. Фенрира с ней не было — видимо, полицейские запретили приносить вещи.

— Айла, — прошептала Лора одними губами. — Держись.

И вдруг, будто услышав, Титанида повернула голову и посмотрела прямо на неё.

В её глазах не было страха. Там была только усталость и какая-то странная благодарность. Она чуть заметно кивнула — одними ресницами — и снова отвернулась к окну.

Лора поняла: она знает. Знает, что Лора хранит её тайну. И благодарна за это.

Но надолго ли хватит этой тайны? И не приведёт ли она к тому, что настоящий убийца останется на свободе?

Лора не знала ответов. Она знала только одно: хаос только начинается.

***

Поздно вечером, когда полицейские наконец уехали (некоторые остались, но большинство покинуло школу), Лора сидела на подоконнике в коридоре второго этажа и смотрела на море.

За её спиной раздались шаги.

— Не спится? — спросил Эрик, садясь рядом.

— Не спится.

— Мне тоже. — Он помолчал. — Страшный день.

— Очень.

— Ты как?

— Держусь.

— Я заметил, как ты смотрела на неё. На Титаниду.

Лора повернулась к брату.

— Ты тоже думаешь, что это она?

— Нет. — Эрик покачал головой. — Не знаю почему, но нет. Она странная, но не убийца.

— Спасибо.

— За что?

— Что веришь.

— Я в тебя верю. А ты в неё веришь. Значит, и я верю.

Лора улыбнулась — впервые за весь день.

— Ты хороший брат, Эрик МакКензи.

— Знаю. — Он усмехнулся. — Стараюсь.

Они посидели ещё немного, глядя на тёмное море, на редкие огни на горизонте, на бесконечное небо без звёзд.

— Что теперь будет? — спросила Лора.

— Не знаю. — Эрик пожал плечами. — Наверное, будут искать убийцу. Допросят всех. Может, школу закроют на время.

— А если найдут?

— Тогда правосудие.

— А если не найдут?

Эрик посмотрел на неё серьёзно.

— Тогда все будут думать, что это она. И её жизнь здесь станет адом.

Лора кивнула. Она и сама это понимала.

— Эрик, — сказала она тихо. — Я кое-что знаю. То, что может ей помочь. Но если я скажу — я разрушу её жизнь по-другому.

— Что знаешь?

— Не могу сказать. Просто... знаю, что той ночью она была не одна. У неё есть алиби. Но я не могу его назвать.

Эрик долго смотрел на неё, потом кивнул.

— Если не можешь — не говори. Но если придётся выбирать между её жизнью и её тайной...

— Я знаю. — Лора сжала его руку. — Я сделаю правильный выбор. Когда придёт время.

— Я рядом.

— Знаю.

Они ещё посидели немного, а потом разошлись по комнатам. Ночь обещала быть бессонной.

А где-то в этой школе, в своей комнате, сидела Айла и гладила Фенрира, вернувшегося к ней. И думала о том, что завтра будет новый день. И что в этом новом дне ей придётся бороться за себя так, как никогда раньше.

Хаос только начинался.