11.
Скинула куртку, переоделась в домашнее,
зашла в душ — горячая вода смывала день, мысли, университет, дорогу. Когда вышла, с полотенцем на голове и телефоном в руке, экран загорелся уведомлением.
Ник:
С тобой всё-таки что-то случилось, куколка?
Я усмехнулась.
*Хах. Он правда волнуется? Вот это что-то новенькое.*
Я быстро набрала ответ.
Эми:
Жива. Просто в душ ходила.
А ты что, проверку устроил?
Ответ прилетел почти сразу.
Ник:
Ага. Не отчиталась — подумал подозрительно.
Но раз так, теперь можно спать спокойно?
Эми:
Можешь вычеркнуть меня из списка пропавших.
Спокойной ночи, рыцарь.
Ник:
И тебе)
Я улыбнулась, отложила телефон и села делать домашку. Тишина.
____
Часы показывали почти десять вечера. Я все еще писала домашку.
И вдруг — тук.
Я вздрогнула.
Ещё один стук. В окно.
Комната на втором этаже.
Сердце рухнуло куда-то вниз.
— Что за... — прошептала я, схватив первое острое, что попалось под руку, это оказались маникюрные ножницы.
Медленно подошла к окну и резко распахнула его.
— Блять, ты серьёзно?! — прошипела я. — Ник, ты что делаешь?!
— Почему ты во дворе?
— Почему не через дверь?
— Почему не позвонил?!
— Чёрт, Ник!!
Он висел, держась за трубу, ухмыляясь так, будто это абсолютно нормальная вечерняя прогулка.
— Может, впустишь для начала? — спокойно сказал он.
Я закатила глаза, но распахнула окно шире. Он ловко перелез внутрь и встал на пол, будто только что зашёл через парадный вход.
— Итак, — я скрестила руки. — Я жду объяснений.
— Хотел удивить, — пожал плечами он.
— Спасибо. Удивил. Почти до инфаркта.
Можешь нормально объяснить, что ты чудишь?
Он посмотрел на меня чуть серьёзнее, чем обычно.
— Хочешь со мной поехать в одно место?
Я прищурилась.
— Опять? Как летом?
— Да, — кивнул он. — Но куда — не скажу.
И да, ты не пожалеешь.
Несколько секунд я молчала. Потом выдохнула:
— Ладно. Но отвернись, пока я переоденусь.
Он демонстративно повернулся к окну.
Через пару минут я была готова.
— Брат спит, — прошептала я. — Выходим тихо. И не через окно, псих.
Мы спустились к двери, аккуратно вышли из дома и сели на байк. Двигатель зарычал глухо, и мы поехали.
Дорога тянулась минут двадцать. Ник то ускорялся, то сбрасывал скорость, будто специально растягивал момент. Ветер, ночной город, редкие фонари — всё сливалось в одно длинное ощущение свободы.
Город остался позади, асфальт стал ровнее, воздух — солёнее. Я поняла, куда мы едем, ещё до того, как увидела его.
Море.
Он свернул с дороги на небольшой съезд, заглушил байк, и тишину сразу заполнил шум волн. Перед нами открылся вид — тёмная вода, серебряная дорожка от луны и редкие огни где-то вдали. Небо было низким, глубоким, почти нереальным.
Я сняла шлем и замерла.
— ...ух тыы.
Мы подошли ближе к берегу, и только тогда я заметила: на песке уже лежал аккуратно расстеленный плед, рядом еще один сложенный. Рядом — пакет, прижатый камнем, чтобы его не унёс ветер. Всё выглядело так, будто нас здесь ждали.
Я медленно повернулась к Нику.
— Подожди... — я указала на плед. — Это что?
Он ухмыльнулся, будто его поймали с поличным.
— Сюрприз.
Я подошла ближе, заглянула в пакет и рассмеялась:
— Чипсы и кола? Ты серьезно?
— Эй, — он поднял руки. — Идеальный набор для ночи у моря. Проверено.
— Ник... — я посмотрела на него внимательнее. — Ты тут был до того, как приехал за мной?
Он пожал плечами, как будто это вообще неважно.
— Может, заезжал.
— Ты странный, — сказала я, но без злости.
— А ты всё равно поехала со странным, — парировал он.
Я уселась на плед, подтянув ноги к себе. Песок был прохладным. Ник сел рядом, но не слишком близко — будто специально оставил между нами пространство.
— Тут красиво, — тихо сказала я, глядя на воду. Луна отражалась в море длинной дрожащей дорожкой. — Очень.
— Я знал, что тебе понравится.
— С каких пор ты так хорошо меня знаешь?
Он открыл колу, протянул мне:
— С тех пор, как ты начала злиться на меня чаще, чем на остальных.
Я фыркнула и взяла бутылку.
— Это не показатель.
— Для меня — вполне.
Мы сидели молча, слушая волны. Ветер играл с краем пледа, иногда задевая наши руки. Я поймала себя на мысли, что мне... спокойно. Без лишних мыслей, без напряжения.
— Зачем ты меня сюда привёз, Ник? — спросила я, не глядя на него.
Он на секунду замолчал, потом тихо ответил:
— Потому что иногда людям нужно напомнить, что в мире намного больше красивого чем они думают.
Я повернулась к нему.
— Это сейчас было глубоко или ты просто красиво выкрутился?
Он усмехнулся:
— И то, и другое.
Мы ещё немного молчали. Волны накатывали размеренно, будто считали секунды за нас. Я попила колу и поставила бутылку в песок.
— Ты в последнее время странно себя ведёшь, — сказала я наконец.
Ник повернул голову ко мне.
— Только в последнее время?
— Нет, — я усмехнулась. — Но сейчас... по-другому. Ты то исчезаешь, то внезапно стоишь у универа, то лезешь ко мне в окно, как ненормальный.
— Красиво лезу, между прочим.
— Ник.
Он замолчал. Уже серьёзно.
— Ладно, — выдохнул он. — Хочешь правду?
Я посмотрела на море.
— Если снова шуточки — я встану и уйду.
— Не уйдёшь, — спокойно сказал он. — Ты бы уже ушла, если бы хотела.
Я не ответила. И это был ответ.
Ник медленно подвинулся ближе. Не резко — буквально на несколько сантиметров. Я это заметила.Наши плечи почти соприкоснулись.
— Я пытаюсь держать дистанцию, — продолжил он тише. — Правда. Но у меня плохо получается, когда ты рядом.
— Это звучит как оправдание, — сказала я, но голос предательски стал мягче.
— Нет. Это звучит как признание, которое мне не хочется делать.
Он посмотрел на меня. Прямо. Без ухмылки, без игры. И от этого стало не по себе.
— После той ночи... — начал он и замолчал. — Я думал, что всё пройдёт. Что это просто алкоголь, момент, глупость.
— И? — спросила я, почти шёпотом.
— И не прошло.
Ветер резко поднялся, я поёжилась. Ник тут же, не спрашивая, накинул второй плед мне на плечи. Его рука задержалась чуть дольше, чем нужно.
— Ты злишься на меня, — сказал он. — И я это заслужил. Но ты всё равно рядом. Вот что меня бесит больше всего.
— А меня бесит, что ты всё время путаешь мне голову, — ответила я. — То отталкиваешь, то делаешь вот это всё.
— Потому что я не хочу, чтобы тебе было потом больно, — тихо сказал он. — Но и отпустить нормально не могу.
Он сделал ещё одно движение и оказался ближе. Теперь его колено касалось моего. Я не отодвинулась.
— Эми... — он произнёс моё имя так, будто пробовал его на вкус. — Если я сейчас перейду грань — останови меня.
Сердце билось где-то в горле.
— А если не остановлю?
Ник усмехнулся — не нагло, а нервно.
— Тогда у нас будут проблемы.
Он наклонился ближе, так, что я чувствовала его дыхание. Между нашими лицами — считанные сантиметры. Я видела каждую мелочь: линию челюсти, тень от ресниц, лёгкий шрам у брови.
— Ник... — начала я, но так и не смогла ничего сказать.
Я всё-таки отстранилась первой. Чуть-чуть, всего на пару сантиметров, будто между нами вдруг стало слишком жарко.
— Ник... — я провела рукой по пледу, не глядя на него. — Я сама не понимаю, что со мной происходит.
Он ничего не сказал. Просто повернулся ко мне полностью, убрал шутливость с лица — и это сразу сбило дыхание. Он слушал. Внимательно. С интересом.
— Меня это злит, — продолжила я тише. — Потому что раньше всё было просто. Ты бесил — я злилась. Всё. А сейчас...
Я усмехнулась, но вышло нервно.
— Сейчас мне не всё равно. И это пугает.
Он не перебивал. Даже не моргнул.
— Я думаю о тебе чаще, чем хочу, — выдохнула я. — Иногда ловлю себя на том, что жду твоих сообщений. Или что защищаю тебя в голове, хотя не должна. И мне это не нравится, Ник. Понимаешь, я не люблю, когда теряю контроль.
Тишина между нами стала густой. Слышно было только море.
Ник медленно наклонился чуть ближе, но всё ещё не касался.
— Ты думаешь, мне проще? — тихо спросил он. — Я вообще не умею с этим... аккуратно.
Я подняла на него взгляд. Он был слишком близко. Его глаза — серьёзные, без привычной дерзости.
— Я не прошу ничего от тебя, — добавила я почти шёпотом. — Я просто... сейчас честно с тобой говорю.
Он кивнул. И вдруг протянул руку — не к лицу, не к талии. К моей ладони. Коснулся кончиками пальцев, словно проверяя, не отдёрну ли я руку.
Я не отдёрнула.
Ник сделал ещё движение и подсел ближе. Наши лбы почти соприкоснулись.
— Если скажешь «нет» — я остановлюсь, — сказал он очень тихо.
Я не сказала.
Он наклонился первым, но медленно. Настолько, что у меня было время передумать. Его губы коснулись моих едва-едва, почти невесомо — как вопрос, а не как действие.
Мир будто замер.
Я ответила сама. Не резко — так же осторожно, чуть повернув голову. Поцелуй был мягким, тёплым, без спешки — только ощущение близости и чего-то очень личного.
Его рука легла мне на щёку, большой палец осторожно скользнул по коже. Я почувствовала, как он выдыхает — прямо мне в губы.
Мы отстранились на секунду. Лоб к лбу. Дыхание сбитое.
— Чёрт... — выдохнул он. – Почему между нами все так сложно, куколка?
Я тихо улыбнулась.
— А ты думал, со мной будет легко?
Он улыбнулся в ответ — не нагло, а как-то по-настоящему.
И снова наклонился — уже увереннее, но всё ещё бережно.
____
Я молча придвинулась ближе и положила голову ему на плечо. Плед шуршал под нами, море тихо дышало где-то внизу. Ник сначала напрягся на секунду, будто не ожидал, а потом расслабился и обнял меня — одной рукой, уверенно, но без давления.
— Знаешь, — хмыкнул он, глядя вперёд, — ты маленькая неприятность.
Я тут же стукнула его кулаком по плечу.
— Эй.
Он тихо засмеялся.
— Ай. Ладно-ладно, — повернулся ко мне боком. — Маленькая... очень цепляющая неприятность.
Я закатила глаза, но не отстранилась.
— Ты сейчас опять начинаешь?
— Нет, — серьёзнее сказал он, и это сразу почувствовалось. — Я, наоборот, пытаюсь не начинать. Но у меня плохо получается.
Я подняла на него взгляд.
— В смысле?
Он посмотрел на меня сверху вниз, чуть наклонив голову.
— В том смысле, что я правда не могу ничего с собой поделать, когда ты рядом.
Сердце приятно дёрнулось.
Он аккуратно перехватил меня за талию, словно спрашивая разрешения, и медленно уложил на спину на плед. Песок был холодный, плед — тёплый, а он — слишком близко. Ник навис надо мной, опираясь на локоть, оставляя между нами несколько сантиметров.
Он наклонился и поцеловал меня снова — уже не вопросом, а тихим признанием. Всё так же аккуратно, без спешки, но глубже. Его ладонь легла рядом с моей, пальцы переплелись с моими сами собой.
Я ответила, приподнимаясь ему навстречу, и на секунду мир сузился до его дыхания и шума волн.
Он отстранился совсем чуть-чуть, лбом коснулся моего.
— Скажи, если будет слишком, — прошептал он.
Я выдохнула...и промолчала.
И он снова поцеловал меня — так, будто боялся, и одновременно так, будто уже поздно бояться.
Я прижалась к нему сильнее, обхватив рукой его талию. Морской ветер тихо шуршал, волны бились о берег, а в груди что-то странно колотилось.
— Ник... — начала я тихо, почти шёпотом, — мне страшно.
Он сразу напрягся, но не отстранился. Его рука, обнимающая меня, сжала чуть крепче.
— Страшно? — переспросил он мягко, взгляд полный заботы. — От чего?
— Не знаю... — я вздохнула, уткнувшись лицом в его плечо. — Просто... всё слишком быстро. И я боюсь, что потеряю контроль над собой или над ситуацией, я не хочу чтобы мне потом было больно.
Он улыбнулся, совсем немного, но тепло.
— Эми... — начал он тихо, чуть шевеля рукой у меня за спиной, — со мной тебе не нужно бояться. Я не собираюсь специально ничего делать такого, от чего бы тебе было больно.
Я подняла на него взгляд, и он наклонил лицо, чуть касаясь своим лбом моего.
— Просто... будь рядом, — прошептала я.
— Всегда буду, — ответил он, обнимая меня сильнее и прижимая к себе. — Пусть будет страшно... но я с тобой. Помни об этом.
Мы лежали так, слушая шум моря, чувствуя тепло друг друга. И даже страх казался чуть меньше, когда его дыхание касалось моего уха, а руки держали крепко, но мягко.
— Ты знаешь... — сказала я через паузу, — мне странно... как можно одновременно хотеть и бояться чего-то.
Он засмеялся тихо, едва слышно:
— Ну, маленькая неприятность, похоже, мы с тобой идеально подходящая пара для таких ощущений.
Я прижалась к нему сильнее, а он целует меня в макушку и шепчет:
— Всё будет хорошо. Я здесь.
Постепенно я заметила, что ветер становится прохладнее, а я слегка дрожу. Ник тоже это заметил и мгновенно сжал меня в объятиях:
— Эй, ты замерзла? — спросил он, слегка улыбаясь, но с искренней заботой.
— Немного, — призналась я, прижимаясь к нему ещё сильнее.
Он встал, протянул руку:
— Ладно, маленькая неприятность... хватит мерзнуть. Давай я отвезу тебя домой, а то мы тут совсем окоченеем.
Я кивнула, улыбаясь, и помогла ему собрать плед и остатки еды. Мы встали, я села сзади него, обнимая и прижимаясь к нему, он завёл байк. Ветер бил в лицо, но в душе было тепло — не только от движения, но и от того доверия и откровенности, которое мы разделили.
Мы уехали с пляжа, оставив за спиной шум волн, и я чувствовала, что этот вечер останется со мной надолго — вечер откровений и нежности.
Мы поехали домой, и дорога была тихой. Ночной город мелькал огнями, а мы почти не говорили, просто наслаждаясь моментом. Ник иногда слегка ускорялся, я прижималась к нему, ощущая тепло его спины. Ветер обдувал лицо, но внутри было тепло — тепло от доверия и того, что мы поделились всем, что боялись сказать друг другу.
Минут через пятнадцать мы подъехали к дому. Ник заглушил байк, снял шлем и протянул мне руку:
— Всё, добрались.
Я спрыгнула с байка, слегка дрожа от прохлады, он осторожно удержал меня за талию, чтобы я не потеряла равновесие.
Ник тоже встал, и я инстинктивно приблизилась к нему. Он обнял меня крепко, но мягко, так, что я ощущала тепло его тела и уверенность в этом прикосновении.
— Спокойной ночи, куколка, — пробормотал он, и я заметила, что голос стал чуть тише, чуть теплее, чем обычно.
Я подняла взгляд, и мы встретились глазами. Его руки держали меня так, будто не хотели отпускать, а я — и не хотела. Наши губы встретились осторожно, сначала едва касаясь. Затем поцелуй стал длиннее, мягче, с тихим взаимным согласием — ни страха, ни сомнений, только тепло и момент, который принадлежал только нам.
Он слегка отпустил меня, улыбнулся и отпустил руки:
— Иди домой... хорошей ночи.
Я кивнула, улыбаясь сама себе, и шагнула к двери. Он наблюдал за мной, пока я не вошла в дом, тихо махнул рукой и сказал ещё раз:
— Спокойной ночи.
Я закрыла за собой дверь и тяжело вздохнула, ощущая, как сердце ещё бьётся быстрее после поцелуя. Сняла куртку, переоделась в пижаму и устало оперлась о стол.
Мысли путались, не давая покоя: что это было? Почему я позволила себе быть так близко с ним? Почему всё это... не кажется мне неправильным? И почему, несмотря на все ссоры и раздражение, он умудряется вызывать во мне странное тепло, которое я не могу объяснить?
Я включила чайник, чтобы сделать себе что-то тёплое, села на стул и немного обняла колени, обдумывая всё произошедшее. В голове мелькали сцены с пляжа, его взгляд, прикосновения, слова... а потом я заметила уведомление на телефоне: сообщение от Ника.
Ник:
куколка, спасибо, что всё-таки согласилась поехать со мной.
Эми:
Пожалуйста, я просто так люблю рисковать жизнью на твоём байке, особенно ночью, между прочим.
Ник:
Видишь? Ради этого я и стараюсь — чтобы ты почувствовала вкус приключений.
Эми:
Ага, вкус приключений и лёгкий страх за свою жизнь — идеально сочетается.
Ник:
Рад, что ты оценила мою заботу. И вообще... твоя компания делает всё это куда лучше.
Эми:
Серьёзно? Ты что, пытаешься быть милым или просто решил меня поддразнить?
Ник:
Никакого поддразнивания, куколка. Просто.. искренняя благодарность.
Эми:
Хм... благодарность от тебя — это как признание в любви... почти.
Ник:
Почти, да. Но я рад, что ты была со мной. Вот и всё.
Эми: Ладно, только не привыкай к таким милым словам, а то совсем ничего не останется от Ника, который меня так хорошо умеет бесить)
Ник: Не обещаю, куколка)