Новый Готэм

Жесткий диск Загадочника оказался цифровым лабиринтом, зашифрованным не кодом, а серией философских загадок и логических ловушек. Для обычного криминалиста он был бы бесполезен. Для разума Асты, работавшего на скоростях, которые она сама боялась обдумать, он был вызовом. Четыре дня и четыре ночи она провела в своем подземном убежище, окруженная голограммами данных, пробиваясь через слои шифров. Она не спала, почти не ела. Ее тело, подпитываемое странной энергией, не требовало отдыха с той же настойчивостью. Это пугало ее.

В итоге диск раскрылся не единым файлом, а червоточиной. Он содержал не столько данные «Проекта «Феникс», сколько следы, по которым Загадочник вышел на них: измененные финансовые потоки через офшоры Бермуд, заказы на специфическое биомедицинское оборудование, отправляемые на заброшенные объекты по всему Готэму, и... переписка. Сухие, технические отчеты, в которых она и Билли Лоуэлл фигурировали под кодами «Субъект Альфа (повышенная нейронная/сенсорная активность)» и «Субъект Бета (гипертрофированная регенерация/плотность тканей)».

Они были частью чего-то большего. Проект «Феникс» изучал аномальные энергетические всплески в Готэме — следы фонового излучения, оставленного чем-то, что в отчетах туманно называлось «мета-эфирным событием». Событиями, которые меняли ДНК, переписывали биологию на лету. Создавали таких, как она. Не для помощи. Для контроля. Для использования.

Самый жуткий файл был аудиозаписью, вырезанной из системы наблюдения заброшенной психиатрической лечебницы «Аркхем Степл». Голоса двух ученых:

«...Бета демонстрирует абсолютную покорность после введения сыворотки на основе его же клеток. Он идеальный солдат. Бесчувственный, неуязвимый. Но Альфа... Субъект Ренольдс остается неуловимым. Ее когнитивные способности, вероятно, позволяют ей маскировать свои показатели. Мы должны извлечь ее для полного анализа. Протокол «Восстановление» авторизован.»

«Восстановление». Звучало как спасение. Было похищением. И они знали, кто она. Не как Нова. Как Аста. Они вычислили ее по аномалии.

Гнев, холодный и тихий, стал ее топливом. Они рассматривали ее как объект. Собственность. Так же, как смотрели на нее некоторые в совете директоров, в полиции, в криминальном мире. Но это было хуже. Это была попытка стереть само ее «я», разобрать на молекулы, чтобы понять и воспроизвести.

Она не могла позволить этому случиться. И не могла ждать, пока Бэтмен «разберется» со своей компанией изнутри. Ей нужен был Билли Лоуэлл. Он был ключом. Живым доказательством их методов. И, возможно, единственным, кто понимал, через что она прошла.

Найти его оказалось проще, чем она думала. Загадочник оставил еще одну зацепку — адрес полуразрушенного приюта для бездомных в промышленной зоне Айви-Таун. Место, где цифровые призраки могли спрятаться от мира, который стер их имена.

Она пришла туда ночью, но не как Нова. В старом плаще, с капюшоном, с лицом, скрытым в тени. Ее чувства сканировали здание: плесень, крысы, скудное тепло десятка тел на верхних этажах. И одно — в подвале. Оно было... тихим. Сердцебиение замедленным, почти медитативным. Дыхание поверхностным. Как у спящего медведя. Или у растения.

Она спустилась по обвалившейся лестнице. В подвале, освещенном лишь тусклым светом уличного фонаря через зарешеченное окно, сидел он. Билли Лоуэлл. Он не выглядел опасным. Выглядел пустым. Его глаза, когда он поднял их на нее, были матовыми, лишенными блеска. Он сидел на ящике, уставившись в стену.

– Билли, – тихо сказала она.
Он не отреагировал.
– Я знаю, что с тобой сделали. Я... как ты.

Его глаза медленно сфокусировались на ней. В них не было понимания. Было смутное узнавание, как у животного, учуявшего сородича.
– Шум, – хрипло произнес он. – В голове. Они... вставили тишину.

«Сыворотка на основе его же клеток». Они не просто изучали его — они калечили. Подавляли его волю, его разум, оставляя лишь тело, непробиваемую оболочку.

– Я помогу тебе вытащить тишину, – сказала Аста, и в ее голосе прозвучала неподдельная жалость, которой она почти не чувствовала с момента аварии. – Но ты должен помочь мне остановить их.

Он медленно покачал головой.
– Нельзя остановить. Они... везде. Как корни. Питаются нашей болью.

Внезапно ее слух уловил шум наверху. Не обычные звуки приюта. Приглушенные шаги в тактической обуви. Щелчки оружия. Они нашли ее. Или его. Возможно, отследили ее цифровой след к диску Загадочника. Возможно, у Билли был имплант.

– Они здесь, – прошептала она.
Билли вздрогнул. В его пустых глазах мелькнула искра первобытного страха. Он вскочил с ящика с удивительной для своего массивного тела легкостью.
– Уйдут. Если заберут тебя. Или меня.

Она схватила его за руку. Кожа была неестественно плотной, холодной.
– Мы уходим оба. Сейчас.

Они вырвались через задний выход как раз в тот момент, когда черные фигуры врывались в главный зал. Погоня по темным переулкам Айви-Тауна была сюрреалистичной. Аста двигалась с грацией и скоростью пантеры, а Билли бежал за ней тяжелым, неуклюжим галопом, но с выносливостью бульдозера. Пули со свистом пролетали мимо, отскакивая от стен. Одна попала Билли в плечо. Он лишь споткнулся, но не остановился. Из раны не было крови — лишь темная, быстро затягивающаяся воронка.

Она вела их к реке, к заброшенным туннелям метро. Ее план был прост: скрыться, оценить ситуацию, связаться с... с кем? С Бэтменом? Могла ли она ему доверять, если проект велся под крылом его компании?

Из темноты перед ними выросла тень. Не черная, а серая, словно дым. Человек в маске с фильтром и простом защитном костюме. В руках у него — устройство, напоминающее антенну. Оно издало высокочастотный писк, и Аста почувствовала резкую, пронизывающую головную боль. Ее сверхчувства взвыли от помех. Билли заревел, схватившись за голову.

– Субъект Альфа, – прозвучал безэмоциональный голос из-под маски. – Прекратите сопротивление. Возвращение в лоно «Феникса» предопределено.

Она попыталась двинуться, но ее тело будто увязло в смоле. Устройство глушило ее нервную систему, работая на частоте ее собственной аномалии. Они создали оружие против нее.

И тогда из водостока над их головами, с тихим свистом, вылетела черная сфера. Она ударилась об устройство в руках агента, и вокруг него вспыхнуло облако черного дыма и искр. Генератор помех захрипел и умолк.

Бэтмен упал между ними и агентом «Феникса» бесшумно, как падающее дерево. Его плащ развевался, скрывая Билли и Асту от прямого взгляда.
– Бегите, – его голос был тихим, но не терпящим возражений. – Туннель слева. Я отвлеку их.

– Это твои люди! – выкрикнула Аста, все еще борясь с остаточной болью.
– Нет, – резко парировал он, блокируя удар другого появившегося агента. – Это призраки, которых я не сумел разглядеть. И я собираюсь их изгнать. Но мне нужны вы живыми. Бегите. Теперь.

В его тоне не было просьбы. Была стратегия. И в ней была логика. Она кивнула, схватила ошеломленного Билли за руку и рванула в указанный туннель. Последнее, что она увидела, оглянувшись, — как Бэтмен, один против пяти, превратил узкий переулок в камеру пыток для своих же бывших сотрудников, используя тьму и их же технологию против них.

Туннель вывел их к старой дренажной станции. Там, в ржавой кабине управления, они нашли временное убежище. Билли, лишенный воздействия сыворотки, начал меняться. Его глаза стали чуть яснее. Он смотрел на свои руки, как будто впервые их видел.

– Они... говорили, что я сломан, – прошептал он. – Что они чинят. Обещали вернуть мою жизнь.

– Они лгали, – сказала Аста, сбрасывая плащ. Она чувствовала себя оголенным нервом. – Они хотели сделать из тебя оружие. Из меня — инструмент. Мы для них не люди.

– А кто мы? – спросил он, и в его голосе прозвучала настоящая, человеческая тоска.

Она не знала ответа. Мета-люди? Случайности? Ошибки? Но в ее груди что-то сопротивлялось такому определению. Она выжила. Она стала сильнее. Она использовала этот дар, чтобы защищать. Пусть и из тени.

– Мы — те, кто выжил, – сказала она наконец. – И мы не позволим им сделать с другими то, что сделали с нами.

Через час в дальнем конце станции послышался звук. Не шаги агентов. Тихий, ритмичный скрежет. Бэтмен вошел, его костюм был покрыт пылью и следами копоти, но он двигался с той же неумолимой уверенностью. В руке он держал отключенный планшет одного из агентов.

– Они отступили. Но ненадолго, – сказал он, глядя на них обоих. Его взгляд задержался на Билли, в котором он, должно быть, увидел жертву, а не угрозу. – «Проект «Феникс» — это черная бухгалтерия. Финансируется через подставные фонды, укомплектована учеными, выписанными из зарубежных черных списков. Они пользуются ресурсами Уэйна, но... не по моему приказу. И не с моего ведома.

– Кто тогда? – спросила Аста.
– Люциус Фокс ничего об этом не знает. Значит, это идет сверху. От совета директоров. От кого-то, у кого достаточно власти, чтобы скрывать это даже от меня, – в его голосе прозвучала редкая, сдержанная ярость. – Они боятся. Боятся того, что мы не можем контролировать. Боятся будущего, в котором есть такие, как вы.

– Что будем делать? – спросила она. Уже «мы».

Бэтмен подошел к столу, положил планшет.
– Мы разрушим проект изнутри. Для этого мне нужны неопровержимые доказательства, которые нельзя скрыть или отрицать. И живые свидетели. – Он посмотрел на Билли. – Вы оба. Ваши показания, ваши медицинские записи... и ваша готовность сражаться.

Билли смотрел на свои руки, потом на Бэтмена, потом на Асту. В его глазах, медленно, как лед весной, таяла пустота. На ее месте росло нечто твердое. Решение.
– Они забрали у меня все, – тихо сказал он. – Даже память. Но боль... боль я помню. Я помогу.

Бэтмен кивнул. Затем повернулся к Асте.
– А ты, Нова... или Ренольдс. Твой доступ уникален. Ты можешь быть там, где не могу я. В зале заседаний совета. В финансовых потоках. Ты — наш клинок в сердце системы.

Она почувствовала странное ощущение. Не облегчение. Признание. Он не предлагал ей уйти в тень или сдаться. Он предлагал ей стать частью плана. Равной.

– Что нужно сделать? – спросила она, и ее голос вновь обрел ту холодную, аналитическую твердость, с которой она управляла своей компанией.

– Сначала — безопасное место для него, – Бэтмен указал на Билли. – Затем — кое-что с диска Загадочника. Там есть запись разговора, которую я пропустил. Разговор о «спонсоре». О человеке, который стоит над советом директоров. Тот, кто боится будущего больше всех.

Она вспомнила. Один файл, зашифрованный сложнее других. Она не успела его вскрыть.
– Кто это?
– Голос искажен, – сказал Бэтмен. Его взгляд стал тяжелым, как свинец. – Но алгоритмы анализа речи дали 87% совпадения с одним человеком. С тем, кто десятилетия держит Готэм в страхе не из тени, а из кресла в совете директоров самых влиятельных компаний.

Ледяное предчувствие сковало Асту.
– Кто?

Бэтмен выдохнул, и в его кашле прозвучало имя, которое было проклятием Готэма в дорогом костюме:
– Кармайн Фальконе.

Старый враг. Но не как мафиози. Как филантроп, бизнес-магнат, уважаемый член общества. И, по-видимому, спонсор проекта по созданию и контролю над людьми со сверхспособностями. Чтобы либо использовать их, либо уничтожить, прежде чем они станут угрозой его власти.

Война вышла на новый уровень. Это была уже не просто битва с преступностью на улицах или в коридорах власти. Это была битва за саму природу будущего Готэма. И Аста Ренольдс, с ее тремя лицами, оказалась на самой острой точке этого конфликта. Теперь она была не просто шерифом, наследницей и мстителем в маске.

Она была разгадкой. Оружием. И, возможно, единственной надеждой для других, таких как она, кто прятался в тенях, не понимая, что с ними произошло.