Глава 8: Ложь во спасение
Две недели спустя
Офис Kwong Jewelry был стерильно тихим — ровно таким, каким Линг любила его. Никаких лишних звуков, никаких неожиданностей.
Но сегодня что-то было не так.
Линг чувствовала взгляд Орм на своей спине — горячий, неотрывный, словно физическое прикосновение.
Она стиснула ручку в пальцах, стараясь не обернуться.
Но Орм ничего не сказала.
Они обе делали вид, что той ночи две недели назад не было.
— Новая коллекция должна быть представлена через две недели, — Линг четко расставляла акценты перед командой. — Никаких задержек.
Орм сидела в углу, делая вид, что конспектирует, но Линг видела — она рисовала в блокноте карикатуры на нее.
"Несносная девчонка."
— Мисс Квонг, — внезапно раздался голос Орм. — А что, если мы добавим в коллекцию нечто дерзкое?
Все замерли.
Линг медленно повернула голову.
— Например?
— Например, — Орм ухмыльнулась, — кольцо с ядовито-красным рубином. Как капля крови.
В комнате повисло молчание.
Линг почувствовала, как сжимаются ее легкие.
"Она играет со мной."
— Нет.
— Почему?
— Потому что это безвкусно.
— Или потому, что боишься крови? — Орм наклонила голову.
Линг резко встала.
— Совещание окончено.
Орм ворвалась в кабинет Линг без стука, размахивая конвертом.
— Интересное письмо пришло.
Линг не подняла глаз от документов.
— Я занята.
— О, это точно важнее.
Орм швырнула конверт на стол.
Линг медленно открыла его. Внутри была фотография. Ее отец. Мертвый. И подпись:
"Семья Сетратанапонг знает правду."
Линг не дрогнула.
Но Орм видела — ее пальцы сжали бумагу так, что костяшки побелели.
— Это ложь, — тихо сказала Орм.
Конверт лежал между ними, как обвинительный приговор.
— Ты уверена, что это ложь?
Голос Линг звучал слишком спокойно — будто она держала себя на грани самообладания только силой воли.
Орм медленно подняла глаза.
— Да.
— Абсолютно?
— Да.
Линг уронила фотографию на стол.
— Тогда почему он умер в день ваших переговоров?
Орм застыла.
— Каких переговоров?
Линг впервые за все время потеряла контроль. Ее пальцы впились в край стола.
— Не притворяйся идиоткой. Твой отец встречался с ним за час до убийства.
Два года назад. Вечер убийства.
Линг ждала отца в ресторане "La Perla". Он опаздывал. Всего на десять минут, но для Вичая Квонга это было невозможно.
Ее телефон завибрировал. Неизвестный номер.
— Линг? — голос отца был хриплым. — Они... они подставили меня.
— Кто?
— Сетратанапонг.
Выстрел.
Крик.
Тишина.
Когда Линг примчалась на место, его уже закрыли полицейской лентой.
А через час ей передали конверт. Фотографию отца. И подпись:
"Семья Сетратанапонг шлет свои соболезнования."
— Мой отец не убийца! — Орм вскочила, опрокидывая стул.
— А кто тогда?! — Линг резко встала напротив. — Он был последним, кто видел его живым!
— И что? Это ничего не доказывает!
— А это?
Линг швырнула на стол старую газету.
"."
Орм побледнела.
— Я... не знала.
— Конечно.
Тишина растянулась, как лезвие между ними.
Орм подошла к окну и села на подоконник, кусая губу до крови.
— Если бы мой отец это сделал... он бы не скрывался.
Линг не ответила, разглядывая фотографию отца.
— Он любил рубины.
— Что?
— Ты предложила... кольцо с кровавым рубином.
Орм похолодела.
— Это было неудачной шуткой.
— Или признанием.
Орм спрыгнула на пол, подходя вплотную.
— Ты действительно веришь, что я способна на такое?
Линг подняла на нее глаза — впервые за день в них не было ненависти.
Только боль.
— Я не знаю, во что верить.
— Дай мне время, и я докажу тебе, что ты ошибаешься.
После этого Орм молча вышла из кабинета.
Спустя 4 часа в том же кабинете
Орм развернула перед Линг ноутбук.
— Смотри.
На экране — камера у ресторана в день убийства.
— Это...
— Не мой отец.
Кадры показывали:
Вичай выходит, оглядывается...
И его сбивает
Линг вцепилась в стол.
— Кто-то подставил твоего отца.
— Да.
— Но кто...
Орм переключила камеру. Чаньяпонг стоит в тени, разговаривая по телефону. За минуту до убийства.
Линг молчала долгих десять минут. Потом тихо сказала:
— Прости.
Орм не ожидала этого.
— За что?
— За то, что не верила тебе.
Орм осторожно прикоснулась к ее руке.
— Теперь веришь?
— Теперь я верю только фактам.
— И мне?
Линг впервые за день почти улыбнулась.
— Это... сложный вопрос.
Четыре часа спустя. Линг стояла перед окном, смотря на город, но не видя его.
Дверь открылась без стука.
— Я не принесла кофе, — раздался голос Орм. — Но могу сходить, если хочешь.
Линг не обернулась.
— Не надо.
— Линг.
— Я сказала, не надо.
Тишина. Потом — шаги.
Орм встала рядом, не касаясь ее, но близко.
— Я не враг.
Линг закрыла глаза.
— Я знаю.
— Ты что-то скрываешь, — сказала Орм.
Линг подняла глаза.
— Мы все что-то скрываем.
— Я — нет.
— Лжешь.
Орм шагнула ближе.
— Почему ты не доверяешь мне?
Линг встала, сравнивая их рост.
— Потому что ты хаос.
— А ты — контроль.
— И что?
— Мы идеально подходим друг другу.
Линг замерла.
Орм видела, как дрогнули ее ресницы.
"Она боится."
"Боится меня."
"Боится этого."
Звонок разорвал тишину. Линг взяла трубку.
— Да?
Голос на другом конце заставил ее побледнеть.
Орм поняла — что-то случилось.
Линг положила трубку.
— Они напали на мой дом.
— Кто?
— Чаньяпонг.
Орм схватила ее за руку.
— Поехали.
Линг выдернула руку.
— Нет.
— Что?
— Ты останешься здесь.
Орм рассмеялась.
— Ты шутишь?
Линг посмотрела на нее твердо.
— Это не твоя война.
Орм шагнула вперед, прижав Линг к столу.
— Теперь моя.
Их лица были так близко, что дыхание смешалось.
Линг не отстранилась.
Машина мчалась по ночному городу.
Линг смотрела в окно, чувствуя взгляд Орм на себе.
"Я не должна была позволять ей ехать."
Орм разрушала все ее границы.
И страшнее всего было то, что Линг больше нехотела их восстанавливать.