Миссия «Вспышка»

Этим утром Джон ожидал проснуться на своей кровати, как обычно, как привык, но вместо этого подорвался и обнаружил себя в палатке под пледом и курткой. Хм, и сколько ещё ему привыкать к это местности?

Только то, что Дейви подорвался насторожило. От бессонницы он избавился ещё давно, и если это не единичный случай, то прощай годами выстроенный режим сна...

В горле пересохло. Сильно пересохло, что даже маленький вдох доставлял дискомфорт. Ищет в рюкзаке спирт, вату и глюкометр. Когда находит обрабатывает и прокалывает палец, морщиться от неприятных ощущений, как будто в первый раз. Сахар повышенный.

Вот тебе и «доброе утро».

Вколов инсулин, Джон ищет воду, однако в рюкзаке натыкается на что-то чёрное. Это оказалось обложкой недочитанного детектива, который парень закинул пылиться на полке, когда вспышка интереса в моменте погасла. Уже и забыл, что взял с собой. Почему бы не продолжить сейчас? Для чего тогда Харрис брал с собой книги? Чтобы не читать?

Выпив долгожданной воды, он выбрался из палатки с книжкой в руках.

Жаркое солнце DHK временно ослепило. Джон сел под деревом так, чтобы свет падал на книгу, но сам он оставался в тени.

Парень открыл книгу там, где висела вклеенная в корешок ленточка. Она была где-то на середине четырнадцатой главы, поэтому было принято решение начать на две главы позже, чтобы вообще вспомнить, что происходило.

Уже спустя одну прочитанную часть интерес снова вернулся, не такой, как прежде конечно, но вернулся, заставляя пальцы автоматически перелистывать страницы

– Здравствуй, солдат! – но речь внутреннего читающего голоса прервал жук, внезапно появившийся из леса, что напугал мироходца, который теперь смотрит не в роман, а на него, – Я придумал твою легенду, а также выследил где сейчас Лефтарион, так что буду объяснять быстро, – он и так говорит быстро, тараторит. Выглядело это насекомое довольным и даже возбуждённым.

– Какую легенду...? – Джон даже спрашивать не будет почему он солдат.

– «Какую легенду?», – Варнер передразнил, делая максимально глумливый голос, – Кто мстить идёт: я или ты?

– Я...

– Ну вот. Скажи спасибо, что не ты её выдумывал. Кратко говоря: ты отшельник, ищущий как исцелить своих умирающих родителей, он должен растрогаться. Слышишь где-то на рынке, где помидорами торгуют, что Лефт... Арион ищет эту Печать, а ты прошёлся по всяким источникам, то есть порасспрашивал продавцов там, так и вышел на него, – внезапно перескочив с тараторщины на командирный тон он спросил: – Понятно? – Джон кивнул, – Значит давай, иди на восток, пока не наткнёшься на гору, компас же у тебя есть, мироходец?

Джон снова кивнул. Даже говорить ничего не хотелось.

– И запомни: сначала он будет молчаливым, но когда к тебе привыкнет тебе не придётся вытягивать из него слова. А и ещё не говори слишком многого в начале.

– Можно мне хотя бы зубы почистить сначала...?

Варнер набрал полную грудь воздуха и выдохнул.

– Ну что ты, как бедная, побитая собака, сидишь и мямлишь? Древо под шесть лап. Можешь, конечно, но тогда вряд ли успеешь, а это тебе надо в первую очередь. Девять лет ждал, ещё подожду.

Девять лет? Ого... Даже если так, то что за отношение... Но в этом, как бы печально не было, была правда. Так что Джон взял компас из заднего кармана на штанах, открыл его.

Корпус был покрыт золотом, а не состоял из него, однако это не мешало ему быть красивым. На верхней крышке также была выдавлена небольшая четырёхконечная звезда. Этому развёртку было уже больше, наверное, шестидесяти лет, если не больше, и достался Джону не напрямую, но от прадеда. Раритет.

Тяжело, скорее устало, мироходец выдохнул и поплёлся на восток.

Ноги ели несли не до конца проснувшийся организм по каким-то зарослям, чащам, пришлось пройти даже мимо (слава кому-то там, что не по) болота.

Во время этого пути Джон уже успел двести девяносто и четыре раза пожалеть о том, что вообще развил идею о МДДМ – машина для деланья мироходцев. Для неё нужны и огромные объёмы энергии, и технологии посовременнее, чем у них...

Такое, не побоится этого слова, глупое название придумал не Дейви, а Саша. Дело в том, что имя этой машине нужно было, а голова не соображала, поэтому временно, пока не найдётся альтернативы, такое название остаётся и по сей день. Джон его не очень любил, но ничего другого не придумалось даже спустя почти два года.

Когда ноги окончательно устали от быстрой ходьбы, он заметил гору. Всего пару сетров...

– За что мне это... – вырвалось само. Перед этим парень выругался матом.

– За всё хорошее, – раздался голос где-то сзади, напугав мироходца до небес, – Можешь не оборачиваться, я под зельем невидимости. Могу подсказать более короткий путь или предпочтёшь страдать?

Только потом до Дейви дошло: это был голос Варнера. Только зачем...?

– Буду процесс контролировать, чтобы ты не накосячил, – как будто предвидя вопрос Джона ответил жук.

– Пф... И где этот короткий путь?

– Следуй за голосом.

И привели Джона к части, где было выдолблено подобие, полноценной лестницей это назвать нельзя было. Вся она кривая, перекосившаяся и крутая. Ступеньки были высокими, широкими и в некоторых местах с отломившимися углами. Одним словом: выглядело старо.

Стиснув зубы, кулаки и нахмурив брови, Харрис молча начал залезать на неё, уже представляя через какие страдания ему придётся пройти.

Четыре раза чуть не упал, несколько полз из-за боли в ногах и пару присел отдохнуть. А Варнер то и дело торопил, негромко проговаривая что-то из рода: «Давай, один в поле воин, шевели своими тонкими ножками!», – кто бы ещё про тонкие ноги говорил! Но физическая подготовка и вправду ужасная, не стоило забрасывать спорт в самый далёкий из ящиков ещё три года назад.

Пряди чёлки прилипли ко лбу из-за пота, красная рубашка в полоску по той же причине. Сейчас больше хотелось не наконец-то дойти до этого дракона, а просто тихо умереть где-то на менее крутой ступеньке.

Тяжёлое дыхание Джона, наверное, было слышно за килосетр. Радовало только то, что Варнер замолк. Дейви буквально полз до конца лестницы, что не могло не привлечь внимание.

– Вы в... Порядке? – к полу умирающему мироходцу подошёл дракон, услышавший тяжёлые вдохи и вздохи. Судя по всему это был Лефтарион, только размерами намного меньше. Может, жук преувеличил, когда описывал? Этот чешуйчатый на двух лапах где-то на треть или половину ниже самого Джона.

– Нет, дай мне время.

Дыхание давалось нелегко, оно было сбитым и казалось, что сейчас сердце не только вылезет из рта вместе с лёгкими, но и сосуды в висках лопнут.

– Вы же Лефтарион? – спросил Харрис, когда дыхание стало приходить в норму и наконец-то встал.

– Я, а что?

–Я отыскал вас, чтобы... – голос немного замялся, но он быстро скрыл это отдышкой. Ну же, у тебя никогда не было проблем в общении по делу, – Предложить вместе искать Печать Света.

Тут глаза дракона расширились, но после Лефтарион нахмурил брови? У драконов же это бровями называется?

– Зачем? И откуда вы узнали, что я ищу Печать? А как вы вообще узнал, что я на горе?!

– Мне сказали, что вы часто тут бываете, вот и предположил, что на горе... – быстро выдумал мироходец, – Ну-у, на рынке быстро слухи разносятся. А сотрудничество... другая пара рук никогда не бывает лишней, верно? – Джон уже не удержался и скрепил свои руки в замок. Когда нервишки пошаливают он всегда начинает как-то теребить свои руки и пальцы.

– Верно.

Лефтарион оглядывал мироходца с ног до головы. От этого было, мягко говоря, не комфортно. Парень подавлял желания переминаться с ноги на ногу и отводить взгляд, пытался держаться уверенно в общем, чтобы не выдать себя.

– Мотивация какая?

– А?

– Мотивация поисков Печати Света.

Джон сразу же выстроил эту сцену у себя в голове. То, что почти всегда срабатывало.

Парень опустил брови вместе с глазами. После чуть отвёл их в сторону, наклонил голову вперёд, сложил руки под грудью, неловко теребит выступившей складкой на рукаве и начал:

– Мне это нужно для семьи. Мои родители сильно болеют. Ни один врач не может понять, что с ними, вот и... Печать ищу, – голос должен быть грустным, но не слишком. В детстве Дейви всегда переигрывал.

В голове крутилась мысль о том как же жалко сейчас поступает Джон. Но ведь... это же не он выдумал. Он просто сказал то, что придумал другой. Да. Просто сказал то, о чём попросили. Да и дракон этот плохой, оклеветал в такой серьёзной вещи как убийство...

Судя по тому как смягчился взгляд Лефтариона со строго-давящего на просто немного недоверчивый, он поверил.

– А вы зачем? – Дейви поднял взгляд вместе с головой, но пытался слишком быстро не менять тон голоса и позу.

– Неважно, – мог бы и сказать, – И давай на «ты»? – Харрис кивнул, – Ты лучше скажи, у тебя уже есть какие-то скрижали?

– Нет.

– А у меня две, – невзначай похвастался дракон.

Дальше Лефтарион начал разговор о скрижалях. Разговор, если это так можно назвать с натяжкой, был неловким, ведь мироходец всё время молчал, говорил только когда спросят, прям как при первой встрече с Варнером был ниже травы, тише воды. Даже и если хотел сказать что-то, то слова застревали в горле, как таблетка, под сопровождение потных ладошек.

– Что же, приятно было с тобой поболтать. Джон, – в конце добавил дракон так, будто забыл имя теперь уже напарника, – Но мне нужно улетать, мне нельзя долго под прямыми лучами солнца находится. Встретимся завтра под этой горой, обсудим подробнее нашу совместную работу.

– Да, хорошо. Пока.

И дракон, улетел. Интересно, ему реально пора или просто не захотел продолжать разговор?

Как же это было неловко... если в начале Джон более-менее уверенно держался, то в конце поплыл из-за общения. Просто общения. Да, по поводу скрижалей, но это всё равно не имело деловой окраски как таковой.

– Ну-у... – парень уже и забыл про Варнера, – Справился инферно как, но главное, что справился. Видел по морде, что поверил. Свободен, можешь заниматься своими делами, – по отдаляющемуся голосу можно было сказать, что жук спускается вниз.

Почему он ведёт себя так, будто командир? Будто выше? Ну хотя учитывая, что жук знает о происхождении Джона и что в этом мире делают с мироходцами это многое объясняет, но с другой Варнер же в изгнании, нет? Ладно, сейчас не хочется об этом думать, да и всё сейчас не так уж и серьёзно. Дейви ещё спускаться долго, а внутреннего голоса и в родном мире хватало.

Во время спуска мысли не отпустили, но пришли совсем другие.

А есть ли в Арнире подобие компьютеров? То есть, не тех, не электронных, а самые первые, механические, которые способны вычислять, складывать, делить и умножать самые простые выражения?

А как тут вообще передают информацию друг-другу при наличии магии? Пользуются почтой? Телепортацию тут точно открыли давным-давно, но вопрос как она работает. Может, Джону удастся овладеть этой телепортацией и тогда передвижение станет намного проще?

А что делать с едой? На одном рисе и консервах долго не просидишь, еда нужна разнообразная. Можно, конечно, в свой родной мир наведываться, но Джон ели сюда переместился и бегать туда-сюда как будто не вариант... может, стоит попробовать огород? Но не сейчас. Не сегодня.

По пришествию к своему «шалашу» читать уже перехотелось. Что тогда можно сделать? Солнце ещё высоко, спать не хочется, работать над чем-то тоже как и гулять... о, точно, ежедневник!

Можно записать вчерашний день, сегодняшний (Джон сомневается, что сегодня произойдёт что-то ещё), перечитать свои старые записи, а то уже и забыл, что было позавчера. Память всегда изменяла ему.

Продравшись через кучу вещей, он находит заветную толстую записную книгу. Тут же вспоминается, что хотел записывать каждый день, проведённый в Арнире, ну, что же, сейчас исправит. Сначала запишет как прошли вчерашний и сегодняшний день, а потом перечитает старые записи.

Парень начинает писать своим корявым почерком слева направо собственные мысли...