Глава II.
Спасибо всем тем, кто остался со мной с того далекого 2014-го. Вы запредельные. (இ﹏இ'｡)
POV Justine.
Я ушла от него. Я ушла от него! И теперь я свободна?..
Очень сильно болит живот. Но нужно встать. Да я просто обязана встать!
Держась запачканной кровью рукой за рану, я перевернулась и с грохотом упала на пол, обессиленно всхлипнув. Подо мной на некогда чистом ковре образовалось красное пятно.
Я подобрала под себя колени и поднесла к лицу алые ладони. Глаза с ужасом изучали дрожащие пальцы, а разум панически пытался сообразить, что делать дальше.
— Гарри, — прохрипела я, оглядываясь на дверь. — Га...
Нет, я не могла звать его. Слишком опасно. Слишком унизительно. И совсем не правильно. Моя чаша переполнена.
Но я, все-таки, не представляла, как буду жить без моего милого Гарри. Сейчас я понятия не имела, почему не кричу ему, не ползу к нему, а вместо этого поднимаюсь на ноги и открываю окно, оставляя на нем кровавые разводы.
— Давай же! — шептала себе я, сгибаясь от мучительной боли.
В глазах все начинало плыть и темнеть, и я трясла головой, чтобы отогнать непрошеный обморок. Только не сейчас, думала я, только не сейчас.
Пересилив себя, я перекинула через подоконник ногу и залезла на виноградник. Всхлипывая и тяжело дыша, спускалась вниз. Прыгнула на скамейку, но ноги не удержали меня, и я упала на траву, больно ударившись головой.
— Вставай! — сквозь зубы шипела я, сердясь от своей неуклюжести. Коленки тряслись, лоб покрылся потом.
Прижимая окровавленный свитер Гарри к животу, я сумела дойти до дороги и протянуть руку первой проезжавшей машине. Но та заскрипела колесами, засигналила и унеслась прочь.
— А-а...
Мое тело обрушилось на проезжую часть, и настало некое помутнение.
Как я могла так долго с ним оставаться? Как могла дойти до такого? Как я вообще прощала ему такие вещи! И только сейчас до меня дошло: мой Гарри никогда не любил меня.
Но уже не мой. А я улетаю...
Снова скрип колес, чей-то крик... вижу белые конверсы и серого оттенка джинсы... чьи-то пальцы осторожно убирают волосы с моего лица, а голос все еще пытается меня разбудить...
— Помогите, — выдавила я и...
The End POV Justine.
Гарри показалось невыносимым то время, что он провел без Джастин. Я — не я без нее, думал он, сидя за столом на кухне. «Тогда зачем причинял ей боль!» — интересовалось подсознание, руша только что построенную стену.
Никогда прежде Стайлс не каялся в своих поступках. Никогда до этого ему так сильно не хотелось плакать. Он провёл рукой по своим волосам и поднялся со стула, медленно передвигаясь по дому.
— Джастин? — позвал он, заглядывая в ванную на первом этаже. Ноги повели к чулану, а руки распахнули дверь. — Малышка, ты здесь? — Но ее там не было.
Слезы не красят мужчин (ложь), но иногда их невозможно остановить. Гарри был в этом более чем убежден. Он взбежал по лестнице, открывая двери каждой из комнат, ища ее...
— Ласковая моя, прости!.. Давай мы перестанем играть в прятки?
Ванная у его спальни была последним шансом. Уставившись в пустую комнату, Стайлс замер на месте.
«Ее нет. Моей маленькой девочки нет!»
Гарри быстро умылся и, закрыв входную дверь, вылетел на улицу. А пока бежал к гаражу, заметил на траве следы крови.
— Джаз! — закричал он, оглядываясь по сторонам. — Ты ведь всегда возвращаешься, — обреченно прошептал парень, со страхом — такого страха он еще не испытывал — глядя на последний признак ЛиБэй: кровь у дороги.
Там она и кончается...
— Я найду тебя.
Гарри Стайлс. В детстве он был веселым ребенком. Дружил со всеми, любил всех. А начав курить и познав всю прелесть ночных клубов, стал драться. Сначала с такими же шестнадцатилетними подростками, каким был он, а потом...
Flashback.
Восемнадцатилетний Гарри чувствовал себя педофилом, смотря сейчас на это прелестное создание.
Миа-Карисса откинула волосы на спину, прикусила губу и медленно стала расстегивать свои шорты.
— Я тебе нравлюсь, Гарри? — спросила она, облизываясь.
Гарри сидел на стуле напротив шестнадцатилетнего подростка и ничего не мог сказать.
Миа начала стягивать шорты, якобы случайно прихватив пальчиками и резинку кружевных трусиков. Стайлс не отрываясь глядел на нее.
Девушка скинула одежду, оставаясь лишь в широкой футболке. Она подошла к парню и, специально шире раздвигая ноги, села ему на колени и взяла за руку. Гарри почувствовал себя девственником, который скоро кончит в штаны.
— Я нравлюсь тебе? — повторила вопрос красавица, складывая два пальца Стайлса вместе.
— Д-да, — услышала она неуверенный ответ и поднесла большие пальцы Гарри к губам, чтобы облизать, а после приставила к своей промежности. Она привстала, насаживаясь на них, двигая его рукой внутри себя.
— А так?
Гарри оторопел, но потом положил вторую руку Миа на грудь и крепко сжал, резко вводя свой палец глубже в нее.
— А-а!.. Еще, Гарри!
И Гарри продолжил, незаметно для себя пытаясь сделать ей больно, услышать ее крик.
— Ах, Гарри! А теперь — ударь.
Парень прекратил свои действия и взглянул в глаза девушки.
— Ударь меня!
И Гарри ударил ее по лицу, так что та чуть не свалилась на пол.
— А теперь порви, — усмехнулась Миа-Карисса. — Трахни меня так, чтобы я молила тебя о пощаде, — выдохнула она, вновь начиная двигать пальцами Стайлса.
Но потом она резко вытащила их из себя и ловко расстегнула джинсы Гарри. Он же схватил ее за ягодицы и со всей силы раздвинул их, словно и правда пытаясь оторвать друг от друга.
Миа рывком насела на возбужденный член и застонала от удовольствия.
— Сделай мне больно.
The End Flashback.
Тогда Гарри понравилось делать больно.
Почти два года его игрушкой была Джастин ЛиБэй. Но ничто не вечно... Она не могла терпеть это до конца своих дней.
И не стала.