ГЛАВА 17: НОЧЬ ПОСЛЕ СВАДЬБЫ

Свадебный банкет тянулся бесконечно. Кира сидела во главе стола рядом с Аркадием, механически улыбалась, кивала, принимала поздравления, но внутри была пустота. Абсолютная, звенящая пустота.

Она искала глазами Марка. Он был здесь — стоял у дальней стены, с бокалом в руке, и смотрел на неё. Весь вечер. Не отрываясь. В его взгляде было столько боли, что у неё сжималось сердце.

— Дорогая, ты устала? — голос Аркадия вырвал её из оцепенения. — Ещё немного и мы можем подняться наверх.

— Да, конечно, — автоматически ответила она.

«Наверх». В их спальню. В первую брачную ночь.

Когда гости наконец начали разъезжаться, Кира чувствовала себя марионеткой, у которой обрезали нитки. Аркадий взял её за руку, собственнически сжал пальцы.

— Пойдём, жена.

Она позволила увести себя. На лестнице обернулась. Марк стоял в холле, глядя им вслед. Их взгляды встретились на секунду — и в этой секунде было всё: прощание, боль, обещание и безнадёжность.

Спальня встретила их полумраком и запахом цветов. Аркадий закрыл дверь, повернул ключ. Кира стояла посреди комнаты, не зная, куда деть руки.

— Ну вот мы и одни, — сказал он, подходя ближе. — Моя жена.

— Твоя жена, — эхом отозвалась она.

Он остановился в шаге, внимательно всматриваясь в её лицо.
— Ты красивая. Очень. Я не ошибся в выборе.

— Спасибо.

— Это не комплимент. Это констатация факта. — Он протянул руку, коснулся её подбородка, приподнял. — Ты теперь моя. Во всех смыслах. Ты понимаешь это?

— Понимаю.

— Хорошо. — Он наклонился, поцеловал её в губы. Коротко, сухо, без страсти.

После она скрылась за дверью ванной. Там, оставшись одна, прислонилась к стене и зажмурилась. В голове билась одна мысль: Марк, прости меня. Прости.

Когда она вышла, закутанная в шёлковый халат, Аркадий уже лежал в постели. Он похлопал по месту рядом с собой.

— Иди сюда.

Она легла. Деревянная, неживая. Он притянул её к себе. Она лежала с открытыми глазами, глядя в потолок, и считала про себя.

Раз. Два. Три. Четыре.

— Ты как каменная, — недовольно сказал он, отстраняясь. — Расслабься.

— Я стараюсь.

— Плохо стараешься. — Смотри на меня. Я твой муж. Ты принадлежишь мне. Запомни это.

Она смотрела в его глаза — холодные, пустые, — и думала о Марке. О его руках. О его губах. О том, как хорошо им было прошлой ночью в его маленькой квартире.

Когда всё закончилось, он откинулся на спину и почти сразу засопел. Кира лежала рядом, не двигаясь, боясь пошевелиться. Слёзы текли по вискам, впитываясь в подушку.

Где-то в другом конце города, в маленькой квартире, Марк сидел на полу, прижавшись спиной к стене, и смотрел в одну точку. Перед глазами стояла она — в белом платье, с пустыми глазами, говорящая «да» его отцу.

Он сжимал в руке телефон с её последним сообщением: «Прости. Я люблю тебя.».

— Я тоже, — прошептал он в пустоту.

Эту главу было морально тяжело писать, жаль и Марка и Киру одновременно, получился ли у них в конечном итоге быть рядом...?