Синее пламя и тени прошлого
Азалия распахнула глаза, и тонкий балдахин над кроватью не смог скрыть пронзительный свет рассвета. Её волосы, белые, словно иней на заре, разметались по подушке, ловя каждый отблеск утра. Она провела рукой рукой по лицу, сгоняя остатки тревожного сна, и поднялась.
На ширме, где служанка оставила платье, оно казалось живым – сотканное из огня и мечты. Струящаяся ткань переливалась алыми, оранжевыми и золотыми оттенками, а корсет украшали узоры древних стихийных рун. Пояс из черного металла с вкраплениями рубинов завершал образ. Азалия знала, это платье – символ, но сегодня он ощущался скорее как оковы.
В дверь раздался тихий стук, затем послышался осторожный голос:
— Госпожа Азалия, время пробуждения прошло. Церемония начнётся скоро. — Это была Алора, верная служанка и единственная настоящая подруга. В её обычно спокойном голосе сегодня сквозила нотка тревоги. Алора, маг воды, всегда умела держать себя в руках, но сегодняшний день был особенным.
Азалия медлила, повернувшись к окну. Сегодняшний рассвет был для неё границей – между призрачной свободой ученицы и суровой реальностью её предначертанной судьбы. Если церемония провалится, она будет в ловушке. Если пройдет – тоже, но по-другому.
— Спасибо, Алора, — голос Азалии прозвучал резче, чем ей хотелось. Почувствовав укол вины, она добавила мягче: — Извини. Просто... дай мне ещё миг.
Алора за дверью помолчала, а затем ответила, её голос стал тише, почти как шепот волн:
— Конечно, госпожа. Но помните: даже в самом ярком пламени нужно сохранять ясный ум. Ваша мать, королева Эллара, всегда говорила так.
Упоминание матери, королевы Эллары, отозвалось в груди Азалии болезненной судорогой. Она лишь тихо усмехнулась. Алора всегда знала, что сказать, чтобы попасть в самое сердце.
Погрузившись в омовение розовой водой, Азалия позволила магии испарить капли с кожи, словно танцующие искры. "Все прелести магии огня..." — устало подумала она, чувствуя тяжесть своего дара. Одевая платье, она ощутила, как ткань ложится на тело, будто становясь её второй кожей. Она надела символический пояс и обронила шепотом, словно обращаясь к небу:
— Пусть же сегодня судьба будет благосклонна... хоть и сомневаюсь в этом.
В коридорах Академии царила непривычная тишина, нарушаемая только эхом её шагов. Обычно здесь бурлила жизнь, шумели ученики разных стихий – огня, воды, земли, воздуха. Но сегодня все замерли в ожидании.
Как только Азалия вошла в Зал Испытаний, весь зал замер. Более сотни глаз устремились на неё. Её образ был подобен воплощённому пламени: каждый её шаг оставлял за собой легкий вихрь света и жара. Стражи, маги-воители в тяжелых доспехах, опустили копья в знак уважения – не к Азалии как к человеку, а к магии, которую они чувствовали от неё. Магистры, старейшины разных стихий, наблюдали с безмолвным вниманием, их лица были непроницаемы.
— Ты выглядишь как сама богиня Пламени... — шепнула Алора, стоявшая в стороне, её глаза сияли гордостью и страхом.
Азалия улыбнулась ей лёгкой, почти незаметной улыбкой. Но в её сердце уже начинала разгораться тревога. Она чувствовала тяжесть взглядов, вес их ожиданий. И ещё кое-что – смутное предчувствие, словно воздух вокруг неё дрожал от скрытой угрозы.
На ступенях перед алтарём, где вот-вот должна была начаться церемония, вдруг раздался наглый возглас:
— Азалия! — Перед ней возник Нейтон, ухмыляясь, будто встреча с ней была самой большой наградой. Он был магом огня, но его пламя было обыденным, красным, а амбиции – безграничными. Его рука уверенно сжала её запястье.
Стража напряглась, готовая действовать, но Азалия махнула рукой:
— Всё хорошо. Он просто... друг.
— Интересно, с каких это пор — "просто"? — Нейтон с наглой улыбкой впился в неё взглядом, в его глазах плясали искры высокомерия.
Азалия выдернула руку, чувствуя, как внутри неё начинает разгораться раздражение. Она промолчала, не желая устраивать сцену, и поднялась по ступеням. Каждый шаг отдавался глухим ударом в висках.
Когда она коснулась алтаря – древней каменной плиты, испещренной вековыми рунами, – пламя, вспыхнувшее на вершине, окрасилось глубоким синим цветом.
В зале раздались испуганные возгласы. Магистры зашептались, их лица исказились страхом и замешательством. Синее пламя было не просто редкостью – оно было предвестником нестабильной, забытой силы, той, что могла повергнуть мир в хаос или спасти его ценой всего. Оно было Пламенем Предвестницы, магии, которая не подчинялась обычным законам стихий.
На лицах магистров отразился неподдельный ужас. Они видели не дар, а проклятие.
— Синее пламя! — выдохнул один из старейших магистров, чьи руки дрожали, когда он указывал на алтарь. — Великая магия, но... почему она синяя?
Другой, с более строгим лицом, процедил сквозь зубы:
— Это предвестник разрушения. Такого не должно быть!
Нейтон, отступив в сторону, хрипло, злорадно засмеялся. Его слова эхом разнеслись по притихшему залу:
— Что и следовало ожидать... Она даже свою силу удержать не может!
Алора, стоявшая у стены, закрыла рот ладонью, её глаза наполнились ужасом. Она еле слышно прошептала:
— Синее пламя... о боги...
Азалия сжала кулаки, её ногти впились в ладони, но она не отвернулась. Она знала: её путь теперь будет тяжелым. И враги уже на подходе, привлеченные этим зловещим, прекрасным синим светом.