Поездка в прошлое

Не передать словами насколько Хоки было обидно за такое бесчеловечное издевательство. Боль в шее не давала забыть, как жадно Кио впился в неё и большими глотками поглощал теплую кровь. Он старался продлить ещё хотя бы на минуту непосильные муки мальчика, сопровождаемые сдавленными криками. Однако, Кио сдержал свое обещание и прекратил эту пытку, выпив нужное количество детской крови.

Теперь он сидел с довольным видом, облизывая губы после "трапезы". Иногда он бросал наглый взгляд то на Нацуко, самого на себя непохожего, то на Хоки, сидевшего в дальнем углу шалаша.

Нацуко пробовал извиниться перед Хоки, оказывая различные знаки внимания: то приобнимет, то предложит кусочек мяса птицы, но Хоки затаил сильную обиду на него, поэтому игнорировал все попытки извинений, глядя в одну точку и придерживая рукой укус на шее. Нацуко как верный пёс сидел рядом и грустно поглядывал на мальчика, беспокоясь о его состоянии.

- Хоки-кун... Хоки-кун? - он склонил голову, разглядывая опухшее от слез лицо мальчика.

- Нацу, оставь его в покое. У него обычный шок, сейчас поплачет немного и заснёт. Завтра все как рукой снимет, - улыбнулся Кио и откусил от ножки птицы кусок пресного мяса.

- Ты у нас детский психолог, я посмотрю, - фыркнул в ответ Нацуко. - Наелся? То-то. Аж светишься от радости. Наверняка, с чувством вседозволенности сидишь и таращиться на нас. Только знай: это было в первый и последний раз. Больше я тебе не позволю этого сделать!

- Если бы ты, Нацу, не нападал на меня тогда, в битве с анбу, то этого бы не пришлось делать, - со злобой отпарировал Кио.

- О чем ты? У меня и в мыслях не было нападать на тебя! Мне даже не выгодно это было, Кио! Кто бы тогда защищал Хоки? Хотя... Ты со своей бронтофобией здорово меня подвёл. Со страху, похоже, наткнулся на какого-то анбу и меня с ним попутал, вот и все дела!

- Хочешь сказать, ты меня не пытался убить? - словно вызов произнес Кио.

- Да сдался ты мне! - выкрикнул Нацуко, целиком развернувшись к собеседнику. - Единственное, о чем я мог тогда думать, так только о его безопасности, только бы он был цел и невредим! - Нацуко закашлялся и сиплым голосом добавил: - Как чуял, что ты подведёшь, скот проклятый, и не ошибся ведь. Лучше б тебя им оставил на растерзание, а сам бы с Хоки ушёл.

- Голос сорвал? - сухо спросил Кио без особого интереса. - Орать меньше надо!

- Тебя это не касается, сейчас регенерация закончится, и продолжу, - огрызнулся Нацуко и повернулся к Хоки: - Ты бы не отходил далеко от огня, замёрзнешь. Хоки-кун?

- Предатель, - выдавил из себя Хоки, обняв колени.

- А-а, теперь я, значит, предатель? Ну хорошо, хорошо, - хитро сказал Нацуко и ткнул Хоки в бок, а потом ещё несколько раз, пока мальчик не перебрался поближе к огню.

Греясь, Хоки поглядывал на птицу, сжимая урчащий живот. Проблема была в том, что Кио утащил её к себе и демонстративно отрывал от неё по кусочку, дразня Хоки.

- Кио, - протянул Нацуко, взглядом указывая на мальчика.

Тот хотел было повредничать, отломив крохотный кусочек и протянув его Хоки, но осознал свое положение и исправился.

Хоки хмыкнул и отвернулся от еды, словно говоря, что не будет, хотя живот твердил противоположное.

- Или ты сам поешь или я силой запихаю еду тебе в глотку! - раздражённо пригрозил Нацуко.

Хоки немного поразмышлял и всё же взял остывшее мясо. Он долго смотрел на него, а потом грубо стянул маску и принялся поедать свой кусок, совершенно не переживая, что Кио и Нацуко видят его лицо.

Последний же с чувством исполненного долга растянулся на земле и сладко зевнул:

- Ну что, Кио, разгадал тайну убийства той женщины? Помнится, ты обещал рассказать что там к чему.

- Классика жанра, - обгладывая кость, коротко отозвался Кио. - И рассказывать-то нечего. Жила-была богатенькая и избалованная женщина, которая своими садистскими прихотями мужчин губила. Как говорили другие постояльцы, была у нее шкатулка с драгоценностями, и непростая, а с убийственным механизмом. Если ее открыть не правильно, то иголка внутри проткнет капсулу с ядом, и тогда злоумышленник умрёт спустя пару минут. И вот однажды у леди Аими появился очередной молодой человек. Правда, жениться он на ней не хотел, а вот подзаработать был не против. В один из вечеров он напоил ее вином со снотворным, и когда она уснула, принялся за поиски шкатулки. Перевернул весь номер, но так ничего и не нашел. От разочарования он бросил зеркало в книжный шкаф. Некоторые книги упали, и мужчина заметил маленькую дверцу с замочной скважиной. С помощью отмычки он открыл ее и достал шкатулку, но, к несчастью, ее хозяйка проснулась и заметила вора. Тот растерялся, схватил с пола осколок зеркала и перерезал леди Аими горло. Осколок, мешочек с деньгами и шкатулку он забрал собой. Убежав от деревни на приличное расстояние, он заметил, что обронил этот мешочек, но, похоже, не сильно расстроился, ведь у него в руках была та самая шкатулка. Он ее открыл и замертво упал, умерев от яда. Самое ироничное в его смерти было то, что в шкатулке находились не золотые украшения и драгоценные камни, а письма с фотографиями и флакон с духами. Все эти "богатства" принадлежали матери леди Аими, такой же садистке. И получилось так, что этот мужчина помер за зря.

- У меня такое ощущение, будто я читал что-то подобное, - озадаченно произнес Нацуко. - Почему же тогда мы с Хоки не наткнулись на труп этого несчастного?

- Кто ж его знает? Может, люди какие мимо проезжали, а он развалился на всю дорогу. Они подумали пьяница какой-нибудь, что неудивительно для этой деревни, и скинули его в кусты, а там уж его звери растащили. Мне до этого и дела нет. Расследование я закончил, отчёт написал и отправил в ближайшую канцелярию.

- Слишком уж все складно, будто ты своими глазами все это видел, - высказывал свои сомнения Нацуко и даже не заметил, как Хоки устроился рядом с ним и тихо сопел.

Кио на то пожал плечами и опустил голову.

Нацуко заложил руки за голову. Спать ему перехотелось вовсе, несмотря на убаюкивающий шум дождя. Лишь ближе к рассвету его глаза закрылись, а катана перестала пылать алым пламенем.

* * * *

На следующее утро Нацуко проснулся от шорохов. Оказалось, Кио пытался самостоятельно разжечь огонь, но мокрые дрова ни в какую не хотели взаимодействовать с огнем из зажигалки, похожей на спичечный коробок.

- Замёрз что ли? - усмехнулся Нацуко, не ощущая никакого холода. С боку его грел Хоки, свернувшийся клубочком. Иногда он вздрагивал и тяжело сопел, будто не мог нормально вздохнуть.

- Я нет. Ты бы лучше к своему подопечному присмотрелся, он похоже заразу подхватил, - спокойно отозвался Кио, не бросая попыток разжечь огонь. - Неужели не чувствуешь?

Нацуко резко развернулся и прильнул губами ко лбу Хоки. Мальчик завозился, пытаясь отмахнуться от него, но получалось это довольно слабо.

- Горячий, - прикрыв рот рукой, сказал Нацуко. - Температура высокая и хрипит.

Кио отвлекся от своего занятия, сонными глазами посмотрел на обеспокоенного "демона", а потом на больного ребёнка.

- Надо бы в гостиницу возвращаться, - посоветовал Кио.

- Промок, видимо, под ливнем. На голой земле ещё спал. Ночью замёрз, вот и простудился... - причитал Нацуко.

- Это скорее ангина, а не простуда, - безразлично подметил Кио, но не услышав никакой реакции, обернулся: - Эй, демон? Я для тебя пустое место?

- Да знаю я!

- Что знаешь? Как ангину лечить? - издевательски спросил Кио.

- Откуда?! Я на врача похож?! - нервничал Нацуко.

- Нет, на клоуна больше, - усмехнулся Кио и серьезно добавил: - Ангина посерьёзнее простуды, здесь в деревне вряд ли есть доктор, умеющий ее лечить. Надо бы в какой-нибудь город или более-менее хорошую больницу.

- Нет здесь никаких городов! - вспылил Нацуко. - И до ближайшей больницы здесь идти лет сто! Да о чем вообще речь, если я даже не знаю где именно она находится!

- А в этой вашей... как её... Стране Чая как с медициной? - спросил Кио.

- Я откуда знаю! Я там отродясь не был!

- Тогда самый лучший вариант оставить Хоки в гостинице под присмотром местного врача и отправиться в Страну Чая за посылкой. Там уж разберемся, как его обратно в собственную параллель вернуть, и уже настоящие профи займутся его здоровьем.

- М-да, звучит как план, - согласился Нацуко, взяв Хоки на руки, и вышел из шалаша. - Только я его одного не оставлю. Велик риск, что анбу снова придут за ним, как залижут свои раны и восполнят потери.

- Я бы мог посидеть с ним, но ты же мне не доверишь своего подопечного? - улыбнулся Кио явно в приподнятом настроении.

- Только сумасшедший согласится на это, - фыркнул Нацуко.

Он запрыгнул на размашистую ветку сосны. Постепенно набрав темп, Нацуко ловко перепрыгивал с одного дерева на другое. Кио едва поспевал за ним следом, поглядывая снизу на быструю фигуру, мелькавшую между еловых ветвей.

- И? Что собираешься делать? Ты ведь взаправду костьми ляжешь, чтобы помочь ему? - позади крикнул Кио.

- Мне куда спокойнее будет доверить его госпоже Цую. А ты присмотришь за ней! Не дай бог они пострадают от анбу, я найду тебя, вспорю живот и повешу на твоих же кишках, понял?! - прикрикнул Нацуко и спрыгнул на землю, направившись в сторону гостиницы по протоптанной тропке.

- Не переживай, на этот раз не подведу. Но ты так и не ответил мне, - Кио злобно сверкнул глазами, - что значит для тебя этот мальчик? За всё это время я не смог понять, почему ты так трепетно оберегаешь его. Это ради доказательства, что ты хороший, Нацу? Что в тебе ещё есть та самая добрая душа, способная сочувствовать и сопереживать? Или ты хочешь показать мне, апостолу, что изменился?

- Это моё дело, Кио, - коротко отрезал Нацуко.

- Ты же понимаешь, твой срок не убавится, если ты поможешь заблудшей душе встать на правильную дорогу. Ты бежал из тюрьмы, которую заслужил собственным трудом, и думаешь, что тебе сойдёт это с рук?! Ты - демон, ничтожество, отброс, который не нашел лучше способа решить свои проблемы, кроме как свести счёты с жизнью! Тебе нет места в этом мире, смирись и сдайся закону!

- Тебе все равно не понять этого. Ты не умеешь ценить людей. Да! Именно людей, их души! Только и делаешь, что пользуешься ими, меняешь, словно перчатки...

В этот момент Кио перегородил дорогу Нацуко и вырвал Хоки из его рук. Небольшими прыжками Кио отскочил подальше от "демона" и показательно встряхнул больного мальчишку за шиворот.

- Раз мне не понять, то объясни на примере, - в руках Кио показался кинжал, который вскоре угрожающе близко находился с горлом Хоки. - Ты не хочешь его смерти, так? Верно же, Нацу?! Тогда покажи мне, на что способен демон внутри тебя. Хоки в опасности, моя рука может дрогнуть в людей момент, если ты ничего не предпримешь. Снова умрёт дорогой тебе человек, а ты так и останешься лишь наблюдателем. Только подумай, я так убью двух зайцев одним выстрелом - и демона увижу, и устраню аномалию, мешающую правильной последовательности действий в данной временной параллели.

- Что ж ты никак не уймешься-то?! Сказано было: нет во мне никакого демона! Слухи все это, а если ты его тронешь этой зубочисткой, я тебя на корм свиньям пущу! - разгневался Нацуко и машинально достал катану из ножн. Та запылала алыми языками пламени, визуально разделив Кио пополам.

- Ладно, - Кио поднял подбородок, смерив Нацуко наглым взглядом, грубо бросил Хоки на землю и наступил на спину мальчика ногой, покрутив носком обуви в области шеи. - Давай поговорим, демон. У нас обоих жизнь была не сахар, а ведь мы жили в разных временных эпохах, параллелях, мирах... У нас абсолютно разный цели, взгляды на жизнь, способности, товарищи, но, знаешь, чем мы похожи помимо тяжёлого прошлого за плечами? Мы оба готовы пойти на всё, чтобы отстоять свои идеалы и выполнить свое предназначение.

- К чему ты клонишь? - прошипел Нацуко и угрожающе разрезал воздух перед собой. Катана теперь делила Кио по горизонтали.

Кио встал на одно колено, оперевшись им прямо на спину Хоки, и поднял его голову за каштановые волосы, сильно отросшие за последний месяц. Мальчик издал хрип.

- К тому и клоню, Нацу, ты зависим от Хоки, а я зависим от тебя. Ты хочешь обеспечить счастливое будущее этому мальчику, а я хочу продвинуться по службе, изловив тебя. Я сделал этот вывод очень давно, и всё думал, а что движет тобой, что мотивирует настоящего демона проявлять доброту к обычному подростку, коих у тебя было сотни. Единица из общей серой массы, слабенький недошиноби, бедный сиротка, и ты хочешь помочь ему? Я думал, выясню эту причину со временем, чтобы потом поставить тебе ультиматум - или ты возвращаешься со мной в межмирье, или я лишу тебя смысла всей твоей жизни.

- Время пришло, да? Хочешь, чтобы я выбрал? - Нацуко опустил катану и сделал шаг вперёд.

Кио моментально приставил кинжал к горлу Хоки:

- Стой на месте, демон. Я ещё не закончил. Помнишь, наверное, как я уговорился с тобой прошлой ночью? Я собираюсь сдержать слово, поэтому не буду убивать Хоки.

- Тогда зачем это представление? Мне некогда. Он болен, дай мне отвести его к госпоже Цую. Он побудет там, пока я хожу в Страну Чая за посылкой.

- Любишь ты перебивать. Я отпущу его, и, более того, научу кое-чему дельному. Но взамен хочу попросить тебя... - Кио замолчал в ожидании ответа от Нацуко.

- Не тяни кота за хвост, - поторопил тот, убрав катану. - Учти, условия должны быть в рамках разумного.

- А как иначе? Ты ведь не согласишься, а мне как воздух нужно твое "да".

Кио рывком метнулся к Нацуко и замер прямо перед его лицом.

- Я не люблю, когда на меня так смотрят, - прошипел Нацуко, обнажив клыки. - Сделай лицо попроще! От твоих действий судьба человечества не зависит, понял?

- Извини, ничего не могу с собой поделать, - опьяннено улыбнулся Кио, чуть ли не урча от предвкушения сиделки. Черные, миндалевидные глаза сощурились, а на щеках заплясал румянец.

- Что ж у тебя в голове творится, - Нацуко отпрянул назад.

Ещё с минуту Кио таращился на него, словно маньяк-садист на свою жертву. Потом он качнул головой, склонив ее искоса вниз, словно после удара в челюсть. Серебряные пряди скрыли черные глаза, бледный румянец на щеках постепенно слился с белой кожей. Уголки губ чуть вздернулись вверх.

- Я хочу совершить с тобой сделку... на крови. Моё условие таково: как только Хоки вернётся в свою параллель, ты, Нацуко, вернёшься вместе со мной в межмирье, где признаешь, что убил сотни невинных душ, ровно четыре тысячи четыреста сорок четыре года назад... Это же его порядковый номер души, верно? Поэтому ты захотел заключить с ним Пакт? - Кио кивнул в сторону Хоки.

- Нисколько из-за числа, сколько из-за схожести жизненного пути. Мы просто похожи... Я даже завидую ему. У меня не было человека, который бы наставил меня на верный путь. Всё, чего я хочу, это чтобы он был счастлив. Пусть он никогда не познает тех тягостных дней, что когда-то постиг я, пусть он никогда не увидит столько крови, пусть он не просыпается посреди ночи, глядя в потолок с отвращением к себе .

- Пф, очень трогательно, аж на слезы пробил, - с сарказмом сказал Кио и жестом смахнул воображаемую слезу. - Ну, так ты согласен или дальше будешь мне ерунду про добро и справедливость рассказывать?

- Я прав, ты не умеешь ценить души других людей. Тебе настолько плевать хотелось, через что прошли я и он. Ты бы хоть из вежливости посочувствовал. Мне же смертная казнь грозит за прошлые убийства. Но разве их не доказали? - горько усмехнулся Нацуко.

- У многих были и есть сомнения по поводу твоей мотивации убить столько людей. "Верхушка" думала, что ты был чем-то околдован. Не знаю как именно, но это смог доказать твой проводник. Поэтому тебе хорошо так убавили и смягчили срок.

- Ух ты, какая щедрость... А они не могли сократить почти пять тысяч лет моего заключения хотя бы до сотни?

- Держи карман шире, тебя изначально хотели казнить! А так ты просто живёшь за наш счёт, там, в межмирье и забавляешься с людскими душами! И ещё один любопытный факт: если бы ты не сбегал, то уже бы мог сто раз переродиться и жить среди людей! Идиот! - скрипя зубами, задыхаясь от гнева, кричал Кио.

- Вот оно что, - просиял Нацуко. - Но я не могу понять, чем же я тебе так насолил?

- Своим существованием! - вспылил Кио, - Из-за тебя она умерла!.. Ты убил её, и ради чего? Ты так самоутвердиться хотел?! Доказать, что ты вправе решать судьбу других?! - Кио опустил голову, сделал несколько глубоких вдохов и спокойно, с ненавистью в глазах сказал: - Поэтому я не чувствую к тебе ни жалости, ни сострадания. Ты - демон, не больше и не меньше. Я всем своим сердцем желаю тебе смерти, но мою голову всё никак не может покинуть соблазнительная мысль... - голос стал переходить на высокие нотки, а слова стали произносится с наслаждением. - Если я убью Хоки, ты ведь будешь мучаться, так же мучаться, как я когда-то! Мне было так больно осознавать, что её больше нет рядом, я дышать не мог, я задыхался без неё, мне хотелось кричать, понимаешь? А когда узнал, кому принадлежала та сталь, пронзившая её сердце, мне захотелось отомстить тебе, Нацуко. Я хочу, чтобы ты так же страдал, понимая, что он больше не улыбнется, не посмотрит живыми глазами в твою сторону, никогда больше не обнимет тебя!!!

Кио опустился на колени, рыдая в голос, закрыв руками лицо. Нацуко наблюдал за этим, не зная как и реагировать - успокоить или оставить одного, наедине с мыслями. Было даже немного любопытно, кого он убил, что это был за человек, из-за которого Кио сейчас роняет слезы? Нацуко опустился на землю.

- Кио, я не помню, кого убил. Мне правда жаль, но я уже ничего не могу с этим поделать. Время не повернуть вспять, а мертвые никогда не воскреснут. Я знаю, что по уши в крови, моя дорога целиком и полностью сопровождается трупами. Мне остаётся лишь существовать дальше, как что-то эфирное, что нужно лишь в определенный момент - проводить душу. Мне хочется, чтобы меня помнили не как Демона Кровавого Правосудия, а как обычного человека. Я хочу быть дорог кому-то, - Нацуко обернулся на спящего Хоки и улыбнулся. - Этот мальчик, у него хорошая память, он меня никогда не забудет, я уверен в этом. Ты должен понять, Кио, не все люди родились монстрами, кто-то им стал лишь потому, что сделал неправильный вывод. Каждый человек заслуживает понимая и сочувствия, даже такой демон как я. Мне достаточно одного человека, который никогда не посмотрит на меня с презрением или осуждением за мое прошлое. Пусть целый мир меня возненавидит за жестокость, но я продолжу жить, пока не угаснет улыбка человека, которому я дорог.

- Не распинайся передо мной, демон. Твои слова для меня ничего не значат. Ты умрёшь, чтобы Хоки жил дальше, а я буду наслаждаться тем, как ты ступаешь все ближе и ближе к своей смерти. Я попрошу сделать ее как можно мучительнее, ты получишь сполна! Слышишь меня, Нацуко?!

- Я тебя слышу, не кричи так громко, он спит, - сказал Нацуко весьма спокойно, похлопав Кио по плечу, не поворачиваясь к нему. - Я согласен, Кио. Моя мучительная смерть ради жизни Хоки-куна? По рукам. Правда, я хочу тоже кое о чем попросить тебя...

Оба встали на ноги и, пристально глядя друг другу в глаза, они одновременно полоснули по ладоням и пожали руки, заключив Пакт Крови.

* * * *

- Как вы могли довести ребенка до такого состояния? - причитала госпожа Цую, хлопотная над больным.

- Это моя вина. Мне не стоило устраивать тренировку на выживание в таких условиях, - склонил голову Нацуко.

- Тебе вообще нельзя детей доверять, - процедил Кио.

- Кто бы говорил, - фыркнул Нацуко.

- Не хочу лезть не в свое дело, но как по мне... ребенок - это прежде всего ответственность и... - неуверенно начала женщина и замолкла, так и не закончив мысль.

Поняв смущение женщины, Нацуко подошёл к ней со спины и положил руки на плечи:

- Я понимаю, госпожа Цую, что поступил безрассудно как опекун, но если вы не присмотрите за ним... мне больше не к кому обратится, кроме вас...

- Я ни слова против не сказала, как только вы пересекли порог моего номера. С радостью пригляжу за Хоки. Сколько дней вы будете отсутствовать, господин Нацуко? - застенчиво отозвалась госпожа Цую, сжав руки в замок у груди.

- День - не больше. Мне надо срочно забрать одну вещь из Стра...

- Вам не надо оправдываться. Можете не беспокоиться о Хоки и идти выполнять свои дела, - перебила госпожа Цую и с несколько печальным видом сила на диванчик рядом с больным мальчиком. Она заново намочила белую ткань в тазике с холодной водой и положила на горячий лоб Хоки.

- Тогда я, пожалуй, пойду. Ещё раз спасибо вам, - Нацуко поклонился и направился к выходу.

Кио схватил его за плечо и едва слышно сказал:

- Ты уверен, что ей можно доверять?

- Я верю ей как себе самому. Или ты ослеп и не видишь, с какой материнской заботой она ухаживает за Хоки? Здесь нет никакой корысти, Кио. Поучился бы на ее примере гуманизму, - Нацуко грубо скинул руку с плеча и вышел в коридор, хлопнув дверью.

Кио цокнул языком и присел рядом с госпожой Цую, закинув одну ногу на другую.

Так прошло несколько часов, а женщина и не думала спать. Каждые пару десятков минут она меняла тряпку на лбу Хоки и давала жаропонижающее, сумев растолочь горькую таблетку на чайной ложечке с водой. Постепенно температура у мальчика стала спадать, и госпожа Цую могла прикрыть глаза на пару минут, откинувшись на спинку диванчика.

- Почему вы согласились позаботиться о Хоки? Он вам совершенно чужой человек, - внезапно задал вопрос Кио.

Госпожа Цую ничего не ответила.

- Ненадолго вас хватило, - хмыкнул Кио и достал пустой шприц с длинной тонкой иглой. Он быстро воткнул его себе в руку и взял образец крови. - Прекрасно. Теперь дело за тобой, Хоки, - Кио вколол в руку мальчика содержимое шприца и после выбросил его с балкона.

Вернувшись, Кио сел на своё место и не смыкал глаз всю ночь.

* * * *

На следующий день Хоки стало гораздо лучше. Температура окончательно спала, а горло, по словам молодого чуунина, побаливало, но уже не так сильно.

Госпожа Цую ушла к соседке, чтобы помочь той пересадить растения из тесных горшков. Кио, разумеется, остался с Хоки.

- Где Нацуко? Почему я у госпожи Цую? Что ты здесь делаешь? - наперебой тараторил Хоки.

- Демон ушёл за посылкой, тебя оставил здесь, так как ты заболел. Я же здесь для твоей безопасности. Нацу думает, что анбу решатся снова напасть.

- Нацуко совсем сдурел. А если ты из меня всю кровь высосешь? - Хоки приложил руку к ране от укуса.

- Нет, не буду, не переживай, - заверил Кио. - Хочешь я научу тебя противостоять атаке без использования техник, ручных печатей и чакры? Нацуко просил заняться тобой, у него нет времени, в принципе, как и опыта.

- Не слишком ли любезно с вашей стороны? - нахмурился Хоки.

- До сих пор мечешься между "ты" и "вы"? Я тебе не говорил, что лучше бы на "ты". Знаем ведь друг друга. Мы с тобой одной крови, так ведь? - Кио улыбнулся, ожидая, что Хоки разделит эту шутку смехом вместе с ним, но мальчик лишь хмыкнул. - Проехали. Зови, как хочешь. А вот насчёт предложения об обучении подумай. Я учу неплохо, материал лёгкий, быстро освоишь. Все же лучше, чем возвращаться домой ни с чем.

- Неправда, я вернусь домой с Нацуко, - буркнул Хоки.

- Он с тобой никуда не пойдет. Запомни. Потом всё узнаешь, - Кио серьезно посмотрел на мальчика. - Ну, да или нет? Учить мне тебя?

- Что вы... ты имеешь в виду? - стоял на своем Хоки.

Кио встал с диванчика, принес стакан с водой, оставив вопрос без ответа.

- То, чем пользуюсь я, Нацуко и другие апостолы с проводниками - это эмоции. Они являются той самой искоркой, чьё предназначение разжечь огонь, силу. Энергия, которая зависит от эмоций и строится на них, называется генсё. Если ты грамотно владеешь своими эмоциями, то позже сможешь с легкостью вызывать генсё. Чем сильнее эмоция, тем больше генсё ты сможешь использовать.

- То есть, у людей генсё не имеет определенного количества, все зависит от эмоций? - спросил Хоки, заинтересовавшись.

- Ловишь все на лету. Да, в этом заключается одно из преимуществ генсё. Второе же - его может освоить кто угодно за очень короткий промежуток времени. Самый минимум составляет несколько часов, а самый максимум чуть меньше недели, - Кио иронично усмехнулся.

- Слишком уж просто! - сжал кулаки Хоки. - Если так подумать, то каждый шиноби им владеет.

- На первый взгляд, все так и есть. Как и парочка существенных нюансов, которые мешают освоить генсё, - Кио сделал паузу, глядя на блестящие от любопытства фиалковые глаза. - Как я говорил раньше, генсё зависит от эмоций. Если человек перестарается, то его тело может не выдержать и разлететься на кусочки. Особенно сильные эмоции - гнев и ненависть. Ты сейчас в таком возрасте, когда они лезут из ушей. Поэтому будь осторожен с генсё. Вторая проблема - открыть само генсё.

- А я только обрадовался, что будет легко... - вздохнул Хоки, пока Кио кивал. - И как же открыть генсё? Неужели это настолько сложно, что я не обойдусь без твоей помощи?

- Надо пережить агонию или глубокое отчаяние, сильную ненависть и тому подобное. Проще всего открыть через агонию, но Нацуко меня на собственных кишках повесит... - Кио издал нервный смешок, запрокинув голову.

- Зачем тогда предлагал, - укоризненно сказал Хоки.

- Так ты согласен? - удивился Кио.

- Ты же сам сказал, что я должен с чем-то вернуться домой.

- Тогда ты либо отчаянный, либо дурак, а может и все вместе. Знаешь хоть что такое агония?

- Сильная боль? Или по крайней мере похожее, - пожал плечами Хоки.

- Предсмертная боль человека или животного. Допустим, тебя пронзили десятками железных шипов, но не задели жизненно важные органы. Ты, не в силах выбраться из ловушки, просто истекаешь кровью, а боль постепенно нарастает. Ты кричишь, твой организм пытается бороться со смертью, но в конце концов ты умираешь в страшных мучениях. Все это происходит быстро, но очень больно. А теперь я спрошу ещё раз: ты готов открыть генсё?

- Если нет другого способа... - задумчиво произнес Хоки.

- Увереннее! Это твой выбор. Взвесь все плюсы и минусы получения генсё, а потом дай мне точный ответ, - четко отчеканил Кио.

Хоки опустил взгляд, погрузившись в раздумья. Ему невероятно хотелось обратить на себя внимание, увидеть глаза людей, наполненные интересом и восхищением. Генсё бы помог, даже очень, ведь никто и знать не знает о нем. Чакра была единственной силой, которой пользовались шиноби. С другой же стороны Хоки знал самый минимум о генсё. Что-то внутри подсказывало, Кио явно чего-то не договаривал. Ничто не может быть настолько выгодным, это подозрительно.

- Не знаю, с чего бы вдруг вы с Нацуко так сдружились, что он позволяет тебе учить меня генсё. Неужели он правда согласен на мою боль, ради...

- Твоей же безопасности, - закончил Кио, взяв стакан с водой в руки. - Если ты откажешься, то мы оба поймём. Честно говоря, ты мне не кажешься потенциальным учеником. Как в твоём теле вообще чакра находится? А может я чего-то не видел и делаю поспешные выводы.

- Скорее всего именно так. Вы меня недооцениваете. Я хочу попробовать. Седьмой Хокаге говорил, что надо прилагать максимум усилий к достижению цели и всё обязательно получится. Именно так он исполнил свою мечту и стал Хокаге, - Хоки резко вскинул голову и посмотрел на Кио решительно: - Научите меня использовать генсё, а потом посмотрите, что из этого выйдет!

Кио усмехнулся.

- Речи толкать ты от Нацуко научился или у своего идола?

- Идола? - не понял Хоки.

- Шестой Хокаге, Какаши Хатаке, - вздохнул Кио, по-прежнему держа стакан с водой в руке.

- Нет... нет, вовсе нет! - уши Хоки покраснели, а фиалковые глаза убежали в сторону. - Просто так... вычитал из книги какой-нибудь или, может, видел по телевизору...

- Да ладно тебе. Не принимай все близко к сердцу. В конце концов, от твоих эмоций зависит генсё, контролируй себя, - Кио небрежно сунул в руку Хоки стакан, из которого пролилось немного воды. - Я тебе рассказывал о своей способности?

- Про Алые Струны? Ничего особенного. Лишь показал, - напомнил Хоки. Он ещё отходил от нахлынувшей волны смущения.

- Тогда слушай. Это, конечно, не даст мне каких-либо привилегий, даже наоборот, но всё же, - Кио вздохнул, после чего достал кинжал, порезал ладонь и сжал ее над стаканом. В воду попало несколько красных капель. - Алые Струны не единственное, что я могу вытворять со своей кровью и генсё, которое ты мог принять за чакру по незнанию. С помощью крови, я могу манипулировать и наносить вред телу человека, а также лечить. Есть определенное условие - кровь должна попасть в организм жертвы, иначе ничего не сработает. Генсё я использую для создания эферного оружия. Оно нематериально, поэтому я могу пользоваться им сколько угодно. Оно не изнашивается, противник не может лишить меня его - это основные преимущества. Однако, стоит на миг заблудиться в мыслях, позволить страху овладеть собой, и генсё перестает работать по твоему замыслу. Я тебе покажу когда-нибудь.

- И... всё? Если так подумать, то ты действительно очень слаб. Вот почему ты не мог сражаться... - Хоки оборвался, заметив скопление морщинок между бровями Кио.

- Меня бы не стали посылать за демоном, если бы все так было! - прошипел Кио с презрением. - Как думаешь, почему они решили сделать иначе?

Хоки вжал голову в плечи, злить Кио ему хотелось в последнюю очередь.

- Потому что они знают, насколько хорошо я контролирую свои эмоции. Мне не повезло ловить именно Нацуко. Он выводит меня одним своим присутствием, поэтому я до сих пор его не поймал, - Кио запустил руку в волосы, посмотрел на Хоки, - Мы отвлеклись. Больше не перебивай меня, мысль легко теряется, когда говоришь о демоне. Пей, - Кио кивнул на стакан.

Хоки посмотрел на слабо окрашенную кровью воду, а потом на Кио.

- Что не так?! - раздражённо спросил мужчина.

- Зачем мне её пить? Сам же сказал, что можешь навредить с помощью крови, если она попадет внутрь организма человека.

- О мой бог! За что мне все это... - Кио встал на ноги и прошел к камину, потирая виски. - Просто выпей, иначе я не смо... - обернувшись через плечо, он заметил, как на подлокотнике диванчика стоит абсолютно пустой стакан, а Хоки вытирает губы рукавом, не беспокоясь об открытом лице. Видимо, вкус крови ему не понравился.

- Что дальше?

Рука Кио замерла в странном жесте. Пальцы были направлены вниз, словно к их кончиками были привязаны невидимые нити.

- Сейчас будет больно. Потерпи минутку, - пальцы начали медленно шевелиться, словно подбирали верную комбинацию, - Я немного деформирую твои кости. Мне кажется, этого будет достаточно для генсё.

В следующую секунду Кио оказался рядом с мальчиком и зажал ему рот ладонью. Машинально Хоки вцепился в худощавую руку мужчины, но сразу же отпустил. Над ухом прозвучал зловещий смешок, не предвещавший ничего хорошего.

- Поболтаем немного, пока моя кровь распространяется по твоему организму? Скажи-ка, почему ты так привязан к Нацу? Ах да, ты ж не можешь... - Кио расплылся в широкой улыбке. - Тогда ограничимся обычными кивками, ладно? Любишь ведь своего демона, правда? - похолодевшие пальцы сильно сдавили подбородок мальчика.

Хоки промычал, призывая Кио ослабить хватку, но тот никак не отреагировал.

- Ну?!

Мальчик кивнул.

- Значит, ты бы не смог смотреть, как его убивают, отрезая от него по кусочку?

Фиалковые глаза расширились. Неужели это Кио имел ввиду, когда говорил, что Нацуко никуда не пойдет? От раздумий заставила очнуться боль в скулах. Хоки кивнул.

- Если бы ты знал о всех зверствах, которые совершил Нацу, все равно бы так же доверял ему?

Хоки упёрся руками в локоть Кио и протяжно замычал.

- У-у, какой прыткий... Поменьше дергайся, больно будет, - локоть угрожающе скользнул под ребра мальчика. - Так-то лучше. Продолжим? - Хоки покачал головой, - Жаль, я столько всего хотел у тебя спросить. Может, проявишь немножко доброты и позволишь задать последний вопрос?

Слабый кивок.

- Чудесно! - вне себя от радости произнес Кио и прижался к щеке Хоки. - Нацу прав, к тебе стоит относиться с материнской заботой и трепетом. Ты заслуживаешь этого, не то что он... Такой твари нечего делать среди живых, его место там, в бездне. Пусть гниёт там до скончания веков! Ой, я опять отвлёкся! - Кио издал нервный смешок, после чего сурово шепнул в ухо Хоки: - Правда думаешь, что он убережёт тебя от любой беды? Когда вернёшься в свою параллель, они на тебя посыплются как из рога изобилия. Нацу не будет рядом, он уйдёт, далеко, очень далеко. Ты больше его никогда не увидишь, скорее всего он навсегда исчезнет... Ну, так что ж? Уверен в своих убеждениях?

Хоки вскрикнул от внезапной боли по всему телу. Кио сразу же сжал мальчика, чтобы он в судорогах не ударил его.

- Похоже, наша беседа подошла к концу. Как порой не хватает времени на такие обыденные вещи... Эй, потише, не так уж и больно, - приговаривал Кио, пока мальчик бился в безвучных конвульсиях. - Ах, какой я однако забывчивый, прости. Хочу упомянуть ещё кое-что о генсё... Изначально, оно подразумевалось как пытка для непокорных в межмирье, эмоциональное истощение, причиняющее физическую боль, но не так давно были внесены масштабные поправки в "воспитание" работников. В конечном итоге генсё было запрещено в использовании и каралось смертной казнью. Да уж, насколько прогнила система... Все такие добрые и снисходительные. Но мне больше нравятся порядки старого строя, они более справедливые. Я стал в тайне интересоваться генсё, изучать его, проверять догадки с помощью экспериментов и теперь знаю о нем всё, в мельчайших подробностях. Итак, чтобы открыть генсё, мало просто испытать сильную эмоцию, надо пожертвовать чем-то и наложить на себя Клятву - это печать, которая будет сдерживать и контролировать потоки генсё. Прошу учесть, отказаться я тебе не позволю. Ты либо соглашаешься, либо останешься калекой на всю жизнь. Ну, мой мальчик, чем ты готов пожертвовать? Воспоминаниями, эмоциями, способностями? Может, найдется человек, чью жизнь ты готов обменять на силу? Или ты оставишь это на моё усмотрение?

Пытка на время прекратилась. Кио позволил Хоки говорит, убрав руку ото рта. Большими глотками мальчик вдыхал воздух. Кио терпеливо ждал ответа.

- Если думаешь, что я ничего не скажу Нацуко... - слабо залепетал Хоки.

- Разумеется, ты всё ему расскажешь, в этом нет сомнений. Но напомню - вы оба этого хотели. Я просто выполнил ваше желание и теперь буду дожидаться вознаграждения. Так чем ты готов пожертвовать, решай скорее, иначе я переломаю тебе кости.

- Расскажи бы ты мне все о генсё сразу, я бы ни за что не согласился!.. - разозлился мальчик, - И после твоей лжи мне придется чем-то жертвовать, потому что у меня нет другого выбора?!

- Как хочешь, только потом не говори, что я не предлагал решить все мирным путём, - несколько равнодушно отозвался Кио. Его рука обхватила три пальца Хоки и отогнула их назад. Раздался хруст, резкая боль пронзила всю левую руку мальчика и он вскрикнул, наклонившись вперёд. Едва уловимых глухой стук слез об пол донеслись до уха Кио, вызвав зловещую, широкую улыбку на его лице. - Ты плачешь? Ты плачешь! Твои слезы как бальзам на душу! - Кио нежно посмеялся с румянцем на щеках, после чего поднял голову всхлипывающего Хоки и озадаченно стал рассматривать. - Слезы, точно... Как же я мог позабыть? Хоки, давай прекратим твои страдания. Отдай мне то, что я попрошу, и взамен получишь генсё, с которым можно легко и просто разобраться в одиночку без наставника. Давай, подумай своими мозгами хотя бы самую капельку, прими верное решение и не разочаровывай меня. Ты такой чудесный ребенок, доставь мне радость...

Хоки мотнул головой как бы сопротивляясь провокациям Кио. Пара слезинок спала с его щек. Переломанные пальцы все ещё ныли от боли, пусть уже не от такой сильной. Она мешала раскидать мысли по полочкам и сделать правильный выбор. Из-за этого Хоки долго мешкал и тянул с ответом. Терпение Кио было на пределе, ведь неровен час Нацуко вернётся, и тогда от апостола мало чего останется.

- Хорошо, - теперь на руке Хоки щёлкнул ещё один палец. Кио с нескрываемым наслаждением наблюдал за муками мальчика, как нескончаемые слезы текут по щекам, крики боли, иногда сдавленные чужой ладонью, исходят из горла. - Давай, я подожду, у меня много времени, - Кио на секунду обернулся к двери, проверяя не стоит ли там Нацуко с обнаженной катаной, - Я переломаю тебе все пальцы, если ты этого захочешь. А тебе видимо это доставляет удовольствие, да? Ты же не говоришь мне самое простое слово на свете! Значит тебе нравится! Мне продолжать в том же духе, Хоки, или перейти к чему-то более интересному?! Может, покопаться в твоей памяти?! - ответа от мальчика не последовало, - Ты не умеешь договариваться...

- Ладно! Я согласен... - в отчаянии проговорил Хоки.

- Наконец-то, а ещё упирался, недоносок! - Кио грубо столкнул его на пол и положил пятерню с растопыренными пальцами на спину мальчишки.

Быстро и четко мужчина стал читать странную молитву на незнакомом языке, растягивая слоги. Хоки пытался осмыслить что-то из бормотание Кио, но ничего кроме часто повторяющей фразы после определенной части молитвы разобрать не смог. Кио произносил ее максимально четко о торжественно. Она повторилась под конец несколько раз подряд, и Хоки ощутил неприятное, но терпимое жжение на правой лопатке. Постепенно оно усиливалось и когда достигло своего пика, Кио воткнул в тело мальчика кинжал, попадая в районе жжения. Он наносил удар за ударом, вкладывая всю дурь и ненависть, пока не почувствовал что-то странное. Это чувство возникло где-то глубоко внутри, щекотая всё нутро беспокойством. Кио быстро оглядел комнату - никого - потом его взгляд упал на подрагивающее, изувеченное тело Хоки. Испачканные в детской крови пальцы вцепились за шиворот униформы чуунина:

- Я забираю твою слезы...

* * * *

- Давай ещё раз! Чего ты как тряпка?! Поднимайся, живо!

В руке мужчины лет пятидесяти с глубокими впадинами щёк, как змея, извивалась плеть.

- Я... я... боль...ше н-не могу... - из последних сил говорил покалеченный мальчишка, которому на днях только-только стукнуло семь.

- Ты хочешь огорчить меня, Нанами?! Я делаю всё ради тебя, а ты, сволочь неблагодарная, так платишь мне?! Да если б не я, ты бы уже давно гнил в первой попавшейся навозной яме! Это всё твоя мамаша виновата! Оставила мне прямо на пороге своего урода и свалила черт знает куда! ВСТАВАЙ!!!

Белокурый мальчонка неуклюже поднялся на колени и рухнул обратно на мокрую от дождя каменную кладку. Она давным-давно приобрела багряный цвет...

- Папочка, я...

Мальчишка не успел договорить, как по его спине полоснули плетью. Он заметался от боли, не зная в какую сторону податься, чтобы снова не получить. На его слабое тельце обрушились десятки сильных ударов, от которых не было спасения.

- Не смей меня так называть, ничтожество! Ты - несмываемый позор нашей семьи, тебе никогда не найти место в этом мире! Так что живи по моим правилам, ты понял меня, Нанами?! Ты понял меня?!?

* * * *

- ... у него поднялась температура. Он такой бред начал нести, вы не представляете. Я побоялся, мало ли что серьезное, вот и поспешил за вами, госпожа Цую, - Хоки увидел через приоткрытые глаза, как Кио нагло врал женщине, и, судя по ее встревоженному виду, ложь была удачна.

- Господи, бедный мальчик! Не надо мне было отходить от него... Спасибо вам, Кио-сан, - женщина почтительно кивнула Кио и села рядом с Хоки.

- Нацуко... Нацуко... - ворочался головой на подушке Хоки.

- Тише-тише, это я. Помнишь меня? Не переживай, он скоро вернется. Сейчас тебе надо отдыхать, спи, - ласково приговаривала женщина, поглаживая мальчика по голове и поправляя ткань, смоченную в холодной воде.

- Где его носит? День близится к ночи, а его все ещё нет! - поглядывая на часы, нервничал Кио.

- Наверное, то, зачем господин Нацуко поправился, оказалось трудно достать. Наверно, он ищет альтернативу...

- Нет, эта вещь уникальна в своем роде, такой больше нигде нет.

- Кио... генсё... больно... - как мантру повторял Хоки, но госпожа Цую ничего не понимала из обрывков фраз.

- В чем дело, милый мальчик? - в момент Кио опустился на колени и взял в свои руки руку мальчика, с беспокойством посмотрел в мутные фиалковые глаза.

Хоки слабо сжал руку с переломанными пальцами, но не ощутил боли.

«Кио всё-таки почистил свои следы,» - подумал мальчик и пред глазами замелькали картинки. Окровавленные камни под босыми ногами, лохмотья, от которых несло как от компостной ямы, злое, недовольное морщинистое лицо и глаза полные презрения и ярости...

Кио отдернул руки от Хоки как ото огня. Черные глаза впились в мальчика, вопрошая о чем-то, но он никак не мог понять, что именно от него хочет Кио. Даже самые короткие и простые мысли вязли в голове, не давая никаких ответов.

- Что-то не так, Кио-сан? - спросила леди Цую. - Почему вы вскочили?

- Да так... Мне совсем не нравится его состояние.

- Мне тоже.

Раздался стук в дверь.

- Открыто, входите, пожалуйста! - отозвалась хозяйка номера.

Кио скрестил руки на груди.

- На улице опять дождик, представляете? Почему-то в последнее время он слишком часто поливает землю! - лучезарно улыбнулся промокший Нацуко, но заметив тяжёлое состояние своего подопечного, улыбка исчезла с его губ. - Мне кажется, или ему ещё хуже стало?

Он подсел к госпоже Цую, положив рядом с собой небольшой деревянный ящик, и приложил ладонь к горячему лбу Хоки. Плечи Нацуко вздрогнули, словно по его телу пробежал ток, а брови поползли вверх от удивления.

- Я же говорил, что можешь рассчитывать на меня, - усмехнулся Кио и покинул номер, бросив у двери: - Я к себе. Доброй ночи.

- Погоди, я не понимаю, почему от него идёт такой поток энергии? Она словно... покидает его.

- Доверься мне, Нацу, всё идёт как надо.

Дверь закрылась, оставив присутствующих в недоумении. Лишь Хоки мучился от некой болезни, которая являлась последствием Клятвы.

- Надо же было так, Хоки-кун. Нашел время, ты ведь почти дома... Ну вот как я тебя в таком-то состоянии домой отправлю?..

- Я пойду, господин Нацуко... Мне надо... - женщина взглянула на тазик с водой. - воду пойду поменяю, да...

- Спасибо, - тихо поблагодарил ее Нацуко, когда женщина вышла в коридор. - Видимо, придется сделать исключение, и всё ради тебя, бестолочь. Должен потом будешь, ясно?

Мужчина сложил руки над часто вздымающейся груди Хоки. После минутной концентрации, в воздухе, между руками Нацуко и телом мальчика возник синеватый циферблат с одной длинной белой стрелкой, шедшей вперёд с белой дымкой, словно от сигареты. Стрелка замедлилась, остановилась и пошла в обратную сторону, но на одном из двенадцати делений она встала и отказывалась двигаться дальше. Нацуко приложил больше усилий - стрела не шолохнулась. Зато по губам из носа пронеслась алая струйка и последовательными каплями упала на голубое кимоно.

- Вот же...

Вторая попытка не дала никаких результатов, однако, она смогла сильно озадачить Нацуко. При повторе этой махинации стрела продвинулась на одно секундное деление, потом циферблат стал амарантовым с черными пульсирующими жилками, напоминая большое живое сердце.

Кровь из носа потекла ручейком, оставляя "красную дорожку". Нацуко зажал кровотечение рукавом. Его взгляд был прикован к мальчику.

- Не вовремя ты, Хоки, с болезнями. Некогда нам тут прохлаждается, скоро они тебя догонят. А ты почти у цели, буквально шажок остался до дома. Я обещаю, ты вернёшься домой, клянусь сердцем, - Нацуко коснулся губами остывшего лба мальчика, поправил ему одеяло и откинулся на спинку дивана, ожидая новых, крайне не дружелюбных гостей.

Внимание: это моя самая нелюбимая глава! Слишком уж много чего надо было в ней уместить, поэтому она получилась большой и требовала гораздо больше времени и внимания, чем другие. И последние полгода я стал замечать, как застопориваюсь над какой-то частью текста и не могу ее продолжить. Интересно, с чем это может быть связано? Я буквально выжимал себя, как лимон, чтобы то, что я написал, было читаемо. Но, поскольку, я на последних силах занимался этой главой, то у меня выходило слишком много ошибок, как орфографических, так и сюжетных. Сюжет этой главы тоже долго стоял, и, честно, я не хотел его продолжать и заканчивать. В последнее время не могу себя заставить, устал, выгорел. Слава богу есть черновые работы, которые ещё хоть как-то вдыхают в меня желание продвигать историю. И самое главное: 2 главы подобного формата, и я подведу итоги. Уж поверьте, мне есть что сказать по поводу этой работы:)