Голод
После того, как Кио потерял сознание, Хоки пришлось самостоятельно искать безопасное место в глубине леса. Это не заняло много времени, что порадовало мальчика, ибо тащить на себе тяжёлого мужчину та ещё задача.
Хоки быстро расположился у толстого дерева, натаскал еловых веток и построил небольшой шалаш. Одна из ветвей огромного дерева послужила главной опорой, поэтому с шалашом не пришлось долго мучиться.
Дождь до сих пор не прекращался, но гром потихоньку начал затихать.
Кио по-прежнему не приходил в сознание, что, собственно, беспокоило Хоки. Да, насолил он знатно нашей парочке, но насколько надо быть чёрствым, чтобы бросить умирать его под дождем, где то и дело бродит странный мужик, у которого в голове кроме какого-то Синего Дракона больше ничего нет. Хоки устало вздохнул и обнял колени, уставившись в лесную чащу в надежде заметить голубое кимоно Нацуко. Не то чтобы он переживал за жизнь этого беззаботного дурака, всё же не хотелось заканчивать свое путешествие в прошлое без него. Хоки привык к постоянным колкостям и ссорам с этим человеком, будто так всегда и было. После всех этих приключений они оба сроднились, и Хоки не представлял свою жизнь без этих хитрющих голубых глаз и ехидных смешков.
Расцепив озябшие пальцы, Хоки подышал на них теплым дыханием. Возможности разжечь огонь не было, ибо все ветки промокли, поэтому приходилось согреваться "дедовскими" способами. От неожиданного шороха за спиной мальчик вздрогнул и резко обернулся. В корнях дерева с тихом писком шуршала лесная мышь. Своими крохотными лапками она протёрла мордочку, словно только что пробудилась ото сна и уставилась глазами-бусинками на нежданных гостей. Хоки уставился на грызуна голодным взглядом и сглотнул слюну, заполнившую рот. Он аккуратно протянул руку, будто хотел покормить крошками хлеба мышку. Та неуверенно выползла из своего укрытия и после прерывистых перебежек остановилась в паре сантиметров от руки. Хоки резким движение другой руки схватил несчастную и прижал к себе словно это самое дорогое что у него только есть. Мышь записала и попыталась выкарабкаться из рук, но мальчик крепко держал ее. Что же теперь делать с такой добычей? Первая мысль весьма проста, а других и не надо. В животе послышалось протяжное урчание.
– Поверить не могу, что я это делаю...
Хоки поднес мышь поближе к лицу, и в нос ударил запах сырой земли. Сам грызун был тощим, оно и понятно, лесная жизнь та ещё злодейка, как и судьба, приподнесшая столь "щедрый" дар голодному мальчишке. Хоки даже подумал отпустить мышь, но прекрасно понимал, что желудок ему этого не простит. К тому же терпеть голод более двух дней он был не в силах. Стянув маску до подбородка, мальчик без лишних стеснений засунул мышь наполовину в рот, ощущая как та цепляется коготками в язык.
– Не ешь, отправишься, бестолочь!
В следующую секунду Хоки прилетело по затылку и от неожиданности он уткнулся носом в землю. Мышка, воспользовавшись этим, быстро прошмыгнула под корни.
– Я погляжу, ты тут совсем одичал без меня? Ты хоть знаешь, сколько дряни эта землеройка на себе таскает? А в каком дерьме она копалась, ты подумал? – посыпались возмущения за спиной мальчика.
Хоки спешно натянул маску обратно и посмотрел источник ко криков. Перед ним на корточках сидел Нацуко, весь вымокший и потрёпанный с улыбкой на лице. Одной рукой он придерживал еловую ветку, мешавшую ему полностью пролезть в шалаш, а другой он опирался на тушку птицы, прижатую к земле. Волосы, некогда частично собранные в тугой пучок на затылке теперь были распущены и прикрывали часть лица. Плащ с обгоревшим рукавом вовсе отсутствовал, из-за чего можно было отчётливо разглядеть хрупкую фигуру Нацуко. Голубое кимоно такое же мокрое, как и его хозяин, было перепачкано грязью и кровью, а на поясе были ножны из черной кожи, в которых хранилась проклятая катана. Пожалуй, это "проклятие" единственное, что осталось от благородного образа Нацуко.
– Нацуко... – чуть слышно прошептал Хоки с навернувшимися на глаза слезами.
– Посмотрите только в кого мой мальчик превратился! Сопливый чумазень, готовый заживо слопать не менее грязного грызуна! Тебя на пару минут можно оставить или нельзя, паразит эдакий?
– А ты себя видел? – выпалил Хоки, зажмурив глаза, из которых ручьем сочились слезы. – Знаешь как мне было страшно?! Кио куда-то пропал, а потом... потом...
– Всё, всё, всё, всё, всё! – прикрикнул Нацуко и махнул рукой, мол, прекращай. – Я терпеть не могу слёз, они меня раздражают. Всегда лезут в ненужный момент... – он тяжело вздохнул и перевёл взгляд в дальний угол шалаша. – Как чуял, что толку от него не будет. Ничего доверить нельзя.
Нацуко пролез внутрь тесного шалаша и принялся ощипывать птицу. Хоки подсел рядом, чтобы понаблюдать за процессом и спросил:
– Зря ты этим занимаешься. Огня все равно не развести, палки все сырые.
Нацуко косо поглядел на мальчишку.
– Я и без тебя знаю. Однако, птичку можно приготовить на огне и без палок, – Нацуко скинул тушку на руки Хоки и достал катану. – Не забывай, что ты в первую очередь шиноби и должен искать разные способы решения проблемы.
В тесном пространстве шалаша было невозможно взмахнуть катаной, поэтому Нацуко просто воткнул её в землю и, чуть касаясь ее пальцами, прикрыл глаза. В тот же момент катана вспыхнула алым пламенем, заставив Хоки отпрянуть назад.
– Не бойся, сядь поближе, а то дрожишь как осиный лист на ветру, – Нацуко снова взял птицу в руки.
Хоки сразу же сел поближе к огню, и тот щедро окутал тёплыми потоками. Как заворожённый, мальчик наблюдал за горящей катаной, ибо раньше такого чуда не видал никогда.
– Это же просто... – не в силах подобрать слово, выдохнул Хоки.
– Клёво? Мне тоже нравится, – вставил Нацуко, продолжая ощипывать птицу. – Ещё пару пёрышек и можно её запекать...
– Как? – недоуменно спросил Хоки. – Ты что, духовку можешь создать? Я тебя предупрежу, эта идея полный провал. В лесу все равно нет электричества.
– Сразу видно, кто здесь городской, а кто деревенский, – усмехнулся Нацуко и стал выкапывать ямку рядом с полыхающей катаной. – Если дичь закопать под землёй и разжечь костер, то спустя какое-то время получится наивкуснейший ужин охотника, оставшегося на ночёвку в лесу.
– А так разве можно? Она ведь вся в земле будет, – засомневался Хоки.
– Это мне говорит мальчишка, который собирался живьём сожрать землеройку? – вопросительно изогнул бровь Нацуко. – Если будешь привередничать, то помрёшь с голоду.
На это Хоки не мог ничего ответить.
– Ты мне лучше вот что скажи... – таинственно начал Нацуко.
– Что?
– Ну, как бы сформировать... – задумался мужчина и обернулся к Кио, словно ждал от того помощи. – Что ты делать-то будешь, если вернёшься обратно... ну, сам знаешь куда. Точно хочешь?
– Ты ещё спрашиваешь? Конечно хочу! – уверенно сказал Хоки.
Нацуко погрустнел и с переживанием посмотрел на своего подопечного.
– Смотри, твой выбор. Ты почти у цели, но смотри не пожалей об этом, потом будет поздно поворачивать обратно.
– Ты опять говоришь загадками.
– Ради Бога, что здесь непонятного?! – взвыл Нацуко. – Ладно, забудь. У тебя память хорошая, вспомнишь, когда лицом к лицу с проблемой столкнешься.
Хоки прикрыл рот ладошками, чтобы заглушить смех.
– Ты хоть понял, что сказал?
– Да, а ты, видимо, нет, – украдкой посмотрел на мальчика Нацуко. – Что здесь смешного?
– Ладно, забудь, у тебя это хорошо получается, в отличие от меня, – улыбаясь, заявил Хоки.
– А вот это уже было обидно, – все ещё не понимая причины смеха, буркнул Нацуко.
– Какой же ты дурачок, – не унимался мальчик, по-прежнему хохоча.
– Смейся-смейся, хам малолетний, живот от смеха надорвешь, я лечить не буду, – недовольно бурчал Нацуко. – Смешинку поймал и ещё обзывается...
Прошло около часа, птица уже приготовилась, поэтому Нацуко принялся ее доставать, ежесекундно цокая и шипя, ибо постоянно обжигался.
– Все, сдаюсь, мне эта курочка неподвластна, – фыркнул Нацуко и скрестил руки на груди.
Пока Хоки бился в беззвучных конвульсиях смеха, Нацуко подкрался к всё ещё спящему Кио и чуть ли не впритык уставился на бледное лицо серебровласого мужчины.
– Нацуко, ты чего? – успокоившись, спросил Хоки.
– Да так, – не оборачиваясь, произнес Нацуко.
Хоки на корточках подобрался поближе и выглянул из-за плеча Нацуко. Тот, совершенно не стесняясь, достал из ножн на поясе Кио кинжал и поднес его к шее хозяина.
– Нацуко, не смей! – Хоки навалился всем весом на мужчину, крепко сцепив руки вокруг его шеи, и оба упали на землю. – Пусть живёт, он все равно нам больше мешать не будет. Оставь его в покое!
– Дурак, отпусти, придушишь ведь! – шипел Нацуко, – Он в любом случае помрёт из-за потери большого количества крови. Я лишь хочу облегчить ему смерть.
Хоки в момент вскочил на ноги и заслонил собой Кио:
– Только через мой труп!
– Да-да, именно через твой, успокойся, – потирая шею, безразлично ответил Нацуко. – И все же, я предпочитаю убивать даже сильно ослабшего или на грани смерти врага, чтобы наверняка быть уверенным, что он не придет и не всадит мне клинок в сердце.
– Ведёшь себя как животное, никаких моральных ценностей! – пробурчал Хоки.
– Хорошо, тогда давай поступим так. Допустим, благодаря вашему с Кио "договору" он от нас отстанет, и мы, как последние идиоты, продолжим топать в Страну Чая. Представил? – Хоки немного задумался, закатив глаза, а потом кивнул. – Продолжим. Кем является Кио? Правильно, апостолом, которому было приказано притащить меня обратно, дабы совершить надо мной суд. А вот теперь вопрос: ты правда думаешь, что он, бессовестный лгун и лицемер, сдержит свое обещание по вашему "договору"? Тем более "верхушка" будет давить на Кио, чтобы он поторапливался с моей поимкой.
– Хочешь сказать, Кио в любом случае будет строить нам козни? – Хоки посмотрел на обессилевшего Кио.
Нацуко хлопнул в ладоши:
– Дошло! Наконец-то! Браво, Хоки-кун, твой ум меня поражает!
– Но я все равно не дам его убить.
– Почему? – чуть ли не рыча, спросил Нацуко.
– Как по мне, самый оптимальный вариант убедить Кио помочь нам взамен на что-то. Ему же как и любому другому чего-то да хочется...
– Например, казнить нас обоих, чтобы получить высокое звание, – перебил Нацуко.
– Чего ты заладил! Может ему очень нужно это звание! А бегать от него все равно бессмысленно. Пока я был на миссии с седьмой командой, ты следил за мной, а Кио следил за тобой, но при этом ни ты, ни Какаши-сан ничего не почувствовали. Кио умело скрывает свое присутствие, поэтому за все время ты его не обнаружил, а ведь являешься какими-то там демоном!
– Что верно, то верно, и аномалии в этой параллели он может почистить... – словно для себя проговорил Нацуко. – Пролезть бы ему в голову и узнать, чего именно он хочет, – Нацуко резко посмотрел на Хоки, от чего мальчик подскочил на месте. – Ты же у нас специализируешься на разведке, так неужели вас не учили, как копаться в разуме другого человека?
– Нет, нас лишь учили обороняться от этого, – Хоки невольно вспомнил свою битву с Иноджином на экзамене на чуунина. – В процессе обучения Сай рассказывал, что это довольно опасно, велика вероятность заблудиться в иллюзиях противника и навсегда провалиться в кому.
– Хорош наставник, ничего не скажешь. Мало того, что опасным техникам учит, так ещё в виде обороны. Лучше самому атаковать, чем потом мучиться от подселенца в голове, – Нацуко поморщился, ведь сам являлся проводником душ, позволяя тем иногда входить в свое тело. Чувство ужасное и до жути неприятное.
– Что поделать, он так решил. Мне самому так удобнее, я не предназначен для открытой битвы, вернее, это не лучшее из моих качеств. И раз у нас нет других идей, как избавиться от Кио...
– Я тебе говорю, убить и точка, – снова перебил Нацуко.
– Хорошо, если он не пойдет на контакт, то убивай, на здоровье, согласен? – нахмурил брови Хоки.
– По рукам. Только я ждать не буду, – Нацуко принялся трясти Кио за плечи, да так, что голова с серебристой шевелюрой то и дело болталась из стороны в сторону.
После минутной встряски миндалевидные черные глаза приоткрылись на небольшую щёлочку и снова закрылись.
– Нет, это бесполезно, как и он сам, – отмахнулся Нацуко и вылез из шалаша.
– Ты куда? – тихо-тихо прошептал Хоки, словно спрашивал сам себя.
Снаружи то и дело раздавались различные шорохи и ругательства, которые Хоки не мог разобрать из-за дождя. Спустя какое-то время в шалаш ввалилось несколько камней, а за ними и Нацуко.
– Хоки-кун, размести их вокруг огня, будут служить нам чем-то вроде печки или обогревателей.
Хоки так и сделал, пока Нацуко потирал руки друг о дружку и ежеминутно приближал их к полыхающей катане.
– Не думаю, что камни смогут нас обогреть. Лучше не гаси огонь, а то вовсе замёрзнем, – тихо сказал Хоки и зевнул.
Нацуко усмехнулся и подвинулся к огню ещё ближе, чуть не оказавшись в нем целиком.
– А это не нам, это ему, – мужчина кивнул в сторону Кио. – Если его тоже расположить у огня, то тебе места не останется. А если уж выбирать между здоровьем Кио и твоим, я выберу второе. – Нацуко поежился, уставившись на огонь уставшими глазами.
– Нацуко, ты плащ потерял, – чтоб хоть как-то поддержать разговор сказал Хоки. – пока сражался, да?
Нацуко угукнул с закрытыми глазами.
– Тяжело было, наверно, сражаться с толпой анбу? – продолжал расспрашивать Хоки.
В ответ послышалось ещё более тихое "угу".
– Знаешь, на меня тоже напали, только не анбу. Это был другой человек. Он убивал анбу, как и ты, но делал это, максимально наслаждаясь процессом... – шепотом говорил Хоки, потихоньку погружаясь в сонную атмосферу. – Я сначала подумал, что это ты, и хотел выбежать, но слава богу струсил и не решился. Этот человек очень жестоко убил женщину из моего клана и выдрал ее глаза, сказав, что одна пара глаз, моих глаз, Нацуко, хорошо, а две лучше. Ещё он нёс какой-то бред о Синем Драконе и каком-то Храме Белого Лотоса. И господин Курай... Вроде как он ждёт меня. Ты меня слушаешь, Нацуко? – Хоки поднял глаза на спящего мужчину и вздохнул. – Ты как всегда, на самом интересном месте...
– Он не спит, – прохрипел очнувшийся Кио. – Просто притворяется, лишь бы не обсуждать с тобой эту тему.
– Вы пришли в себя! – тихо воскликнул Хоки. – Как себя чувствуете?
– Паршивенько, – коротко отозвался Кио. – Холодно...
Для Хоки это было командой, как можно быстрее принести нагретые огнем камни.
– Извините, это лучшее, что у нас есть.
– Ничего, сойдёт, – Кио положил белые пальцы на горячий камень у себя под боком.
– Вы голодны? Нацуко приготовил птицу, но так и не соизволил достать её. Если хотите, то я могу...
– Во-первых, давай на "ты". Во-вторых, мне какая-то лесная куропатка силы не восстановит. Мне нужна кровь и желательно человеческая, – перебил Кио.
– У нас нет крови! – выпалил Хоки, заметив голодный взгляд Кио, устремленный на его шею.
– Да что ты? – из-под лобья посмотрел Кио, сузив черные глаза. – У тебя организм молодой, переживаешь как-нибудь, а Нацуко прав, мне до утра не дожить.
– Как же ва... тебе повезло, что он спит, иначе бы ты умер прямо сейчас, – нахмурился Хоки, отсев подальше от Кио.
– Это все равно вопрос времени, – иронично усмехнулся Кио, не сводя глаз с Хоки, словно дикое животное перед нападением.
Может, час, а то и больше Кио так и сидел, жадно глядя на мальчишку. Было б хоть немного сил, и он бы сразу впился в шею Хоки. А так просто сидел в надежде, что жертва сама сжалится над ним и подойдёт, чтобы дать испить молодой, теплой крови.
– Знаешь, я не люблю оставаться в долгу перед кем-либо. Понимаешь, о чем я? – внезапно заговорил он.
– Держи карман шире, – прошипел Нацуко, не открывая глаз. – Я тебе не верю.
– Я ж говорил, он спать не будет, – хмыкнул Кио, обращаясь к Хоки. – Просите, чего хотите, но не дайте мне умереть.
– Тебе палец протяни, так ты всю руку откусишь, – намекнул Нацуко о жадности Кио. – Как пиявка присосешься и будешь пить, пока последнюю каплю из мальчишки не высосешь. Всё тебе мало!
– Обещаю, что выпью столько, сколько позволишь, ни капли больше, – искренне сказал Кио.
– И сколько тебе надо? – чисто из интереса спросил Нацуко.
– Минимум пол литра, дальше сам как-нибудь протяну, – Кио снова стал сверлить Хоки взглядом.
– Нацуко... я не хочу, – с испугом пролепетал мальчик.
– Кто-то сам недавно пытался меня убедить о полезности этого типа, – напомнил Нацуко. – Это неплохая гарантия, Хоки.
– Нет, меня такое не устраивает! Мне в поместье Дайко хватило! – наотрез отказывался Хоки.
– Не капризничай. Я клянусь сердцем, что с тобой все будет хорошо. Верь мне, – Нацуко медленно приподнялся и направился к Хоки.
– Почему тогда сам не поделишься своей кровью?! – крикнул Хоки.
– Моя кровь содержит яд, Кио это сразу понял, когда укусил меня ещё тогда в гостинице. От этого на его коже стали появляться язвы, например, та самая рана на ноге, которую ты обработал, – объяснил Нацуко, приобняв Хоки за плечи со пины. – Я бы с радостью заменил тебя, Хоки-кун, но не могу.
– Это болезненно, но он же потерпит, Нацу? – бледные губы Кио растянулись в невинной улыбке, а в глазах загорел злобный огонёк.
Нацуко смерил Кио своим холодным взглядом и силой подвёл Хоки.
– Не надо, пожалуйста, пусть он умрёт! Пусть он умрёт, пусть лучше умрёт! – сопротивлялся мальчик.
– Вот твое настоящее нутро, Хоки, – с предвкушением сказал Кио. – А недавно ты хотел помочь мне.
– Заткнись, и не дай бог хоть слово сорвётся с твоих губ – убью. Самой мучительной смертью у меня сдохнешь, кровопийца! – рыком отозвался Нацуко.
Он усадил сопротивляющегося Хоки достаточно близко к Кио и стянул маску с детского личика. Хоки вжался в Нацуко, стоявшего на коленях позади, и с ужасом смотрел, как блестят белые клыки у Кио, мешая полностью закрыть рот. Нацуко стиснул подбородок мальчика пальцами и повернул голову, чтобы Кио было удобнее испить крови. Хоки попытался дернуться, когда теплое дыхание коснулось кожи, но Нацуко не позволял. Тогда Хоки истошно завопил, прося прекратить это издевательство, но его никто не слушал, наоборот, Нацуко лишь зажал рот рукой, чтобы мальчик не кричал.
– Давай живее, думаешь мне приятно видеть, как он страдает? – напряжённо сказал Нацуко, стараясь, чтобы рука не соскользнула с мокрого от слез лица мальчика. Ведь если он закричит, то Нацуко непременно его отпустит. Он сам не в силах видеть его мучения.
Кио будто на зло медлил, принюхивался к мальчишеской коже, испытывая нервы Нацуко. Последней каплей было, когда Кио без стеснения провел языком по шее до самого уха, слегка прикусив его мочку. Хоки хотел закричать, но получилось лишь громкое мычание, а по щекам катились градинами слезы.
– Ты со мной шутки вздумал шутить? – не своим голосом прорычал Нацуко.
– Давно не виделись, демон, – улыбнулся Кио.