Пыль и шелк
Риккардо не отпускал её подбородок. Его пальцы, испачканные чьей-то чужой кровью, оставили на её фарфоровой коже грязный след. В столовой повисла мертвая тишина: Нико замер над ноутбуком, а Лука тактично отвел взгляд, проверяя предохранитель своего автомата.
— Ты думала, что это игра? — прошептал Риккардо. — Думала, что можно просто сменить грим и музыку, и мир забудет, чья ты кровь?
— Я не выбирала свою кровь! — Элена дернулась, но его хватка была железной. — И я не просила тебя ввязываться в это. Отдай меня ему, если тебе так дорога твоя империя!
Риккардо резко рассмеялся — это был сухой, безрадостный звук.
— Отдать тебя? После того как он прислал мне голову моего человека? На Сицилии это не так работает, Элена. Теперь это вопрос не твоей красоты, а моей чести. Ты — знамя этой войны. И я не позволю сорвать его с моего древка.
Он обернулся к Луке, не отпуская её.
— Приготовь «Корвет». Мы едем в порт.
— Рикк, это опасно, — подал голос Нико. — Ливия выставил снайперов на складах. Мы не проверяли периметр три часа.
— Пусть смотрят, — отрезал Дон. — Я хочу, чтобы они видели: то, что Марко считает своим, теперь сидит по правую руку от меня.
Поездка была молчаливой. Элена сидела на пассажирском сиденье, вцепившись в шелк своего платья. Риккардо гнал машину по серпантину с пугающей уверенностью. Ветер врывался в открытые окна, путая её волосы и срывая остатки того спокойствия, которое она так долго выстраивала в подполье.
Они остановились у старого пирса. Запах гнилой рыбы и мазута ударил в нос. Здесь, среди ржавых контейнеров, их ждали люди Кастелло — мрачные фигуры с автоматами наперевес.
Риккардо вышел из машины и обошел её, открывая дверь Элене. Он протянул ей руку.
— Выходи. Покажи им, ради чего они сегодня будут убивать.
Элена вышла, чувствуя себя обнаженной под прицелом десятков глаз. На ней было платье стоимостью в целое состояние, а вокруг — грязь и предчувствие бойни.
— Послушай меня, — Риккардо притянул её к себе за талию, так близко, что она чувствовала жесткую ткань его бронежилета под рубашкой. — Марко смотрит на тебя как на вещь. Его люди смотрят на тебя как на обузу. Мои люди должны смотреть на тебя как на божество. Стой ровно. Не смей опускать глаза.
В этот момент из-за контейнеров показалась группа мужчин. Впереди шел высокий, сухопарый человек с лицом, напоминающим череп — советник клана Ливия.
— Кастелло! — крикнул он, остановившись в десяти метрах. — Дон Марко требует вернуть долг. Ты нарушил пакт. Женщина принадлежит семье Ливия. Это вопрос союза, который одобрен в Риме.
Риккардо медленно достал из кобуры свой «Глок». Он не целился, просто держал его в опущенной руке, но напряжение в воздухе стало почти осязаемым.
— Скажи Марко, — голос Риккардо разнесся над причалом, — что Рим далеко. А я — здесь. И всё, что касается этой женщины, теперь решаю я. Если он хочет её забрать — пусть придет сам. Но предупреди его: я заказал для него гроб из того же дерева, что и для его курьера.
Советник посмотрел на Элену. Его взгляд был липким и холодным.
— Ты совершаешь ошибку, девочка. Риккардо не спасет тебя. Он просто сменил твою клетку на более дорогую.
— Заткнись, — Риккардо вскинул пистолет и выстрелил.
Пуля прошла в сантиметре от уха советника, выбив искру из ржавого металла за его спиной. Мужчины Ливии вскинули оружие, но люди Кастелло среагировали быстрее. Снайперы, скрытые на крышах складов, обозначили свои позиции красными точками лазерных прицелов на груди врагов.
— Убирайтесь, — ледяным тоном произнес Риккардо. — И передайте Марко: ужин окончен. Начинается охота.
Он развернулся, грубо подталкивая Элену к машине. Когда они сели внутрь, он ударил по рулю с такой силой, что кожаная оплетка треснула.
— Ты в порядке? — внезапно спросил он, не глядя на неё.
— Ты только что развязал войну в центре города, — прошептала Элена, глядя на свои дрожащие руки. — Ты сумасшедший.
Риккардо повернулся к ней. В его глазах больше не было льда — там полыхало чистое, неконтролируемое пламя. Он схватил её за затылок, притягивая к себе.
— Я сумасшедший с того момента, как услышал твой первый бит в «Бездне», — прорычал он. — Ты думала, я не понял, что эта музыка была твоим криком о помощи? Ты звала дьявола, Элена. И дьявол пришел.
Он накрыл её губы поцелуем, который на вкус был как металл и ярость. Это не было любовью. Это было клеймо. Собственничество, превращенное в плотское желание. Элена попыталась оттолкнуть его, но её пальцы лишь сильнее сжались на его плечах, отвечая на этот дикий, первобытный зов.
Внезапно рация на его плече затрещала. Голос Нико был полон паники:
— Рикк! Бросай всё и уходи оттуда! На спутнике вижу движение... К пирсу идут две скоростные лодки с тяжелым вооружением. Это не переговоры, это ликвидация!