Ход Иуды
Голос Стефано Витале в подземельях Чефалу звучал как приговор инквизиции. Методичный стук его ботинок становился всё громче, резонируя в узких проходах, заставленных черепами монахов.
Риккардо привалился к холодной стене, его дыхание было свистящим. Он с трудом удерживал сознание, но рука по-прежнему сжимала рукоять «Глока».
— Лаура... — прохрипел он, хватая сестру за край монашеского одеяния. — Уходи с ней. Лука, выведи их.
Лаура, чье лицо до этого было маской чистого ужаса, внезапно замерла. Она посмотрела на массивную железную плиту в полу, покрытую слоем вековой пыли и изображением плачущего ангела.
— Брат... — её голос дрожал, но в нём проснулась фамильная твердость Кастелло. — Когда я была послушницей в монастыре святой Розалии, старый аббат рассказывал о «ходе Иуды». Он говорил, что под собором есть путь, который открывается только кровью хозяев этих земель. Путь к морю. Но его проклинали сотни лет.
— Сказки, — выдохнул Лука, перезаряжая автомат. — Нам нужен реальный выход, или я завалю этот проход телами оперативников твоего папаши, Элена!
— Это не сказки! — Лаура упала на колени перед плитой, лихорадочно разгребая пыль. В центре ангела было небольшое углубление в форме чаши. — Сюда. Риккардо, нужно подтверждение рода.
Стук ботинок за углом прекратился. Стефано Витале стоял в двадцати метрах, в тени арки. Его силуэт был подсвечен фонарями оперативников.
— Пять секунд, Элена! — крикнул он. — Четыре!
Элена схватила руку Риккардо. Его ладонь была горячей от лихорадки и липкой от крови. Она прижала его раненую руку к чаше в полу. Алая жидкость медленно заполнила углубление.
Секунда тишины. Затем — тяжелый, утробный скрежет камня о камень. Плита вздрогнула и начала медленно уходить вниз, открывая узкий, вертикальный лаз, от которого пахнуло солью и сырым мхом.
— Вниз! Живо! — скомандовала Элена.
Лука подхватил Лауру и буквально сбросил её в темноту, прыгнув следом. Элена помогла Риккардо сползти в проход. Он зашипел от боли, но нашел в себе силы уцепиться за выступы.
Она осталась последней. Плита начала автоматически возвращаться на место.
— Элена! Стой! — Стефано выбежал из тени, его лицо было искажено гримасой потери контроля. Он вскинул винтовку, но не стрелял. — Ты не представляешь, что там внизу! Это ловушка для крыс!
— Лучше быть крысой в море, чем твоей марионеткой в замке, папа! — Элена посмотрела ему прямо в глаза и шагнула в бездну.
Каменный блок с глухим стуком встал в пазы, отрезав их от мира живых.
Они скользили по узкому желобу, пока не рухнули на песчаный пол огромного грота. Свет фонарика Луки выхватил из темноты бурлящую воду — прилив заполнял пещеру.
— Нам нужно плыть? — Лаура прижалась к брату.
— Смотрите! — Элена указала на дальний конец грота.
Там, прикованная ржавыми цепями к скале, покачивалась старая, почерневшая от времени деревянная лодка. На её борту была вырезана фамильная лилия Кастелло.
Риккардо с трудом поднял голову, глядя на это судно.
— Семейный секрет... — прошептал он. — Мой дед говорил, что если Сицилия решит нас сжечь, мы уйдем через воду.
Лука парой ударов ножа перерубил цепи. Они погрузились в лодку, которая скрипела, но держалась на плаву. Течение подхватило их и понесло в узкий тоннель, ведущий прямо в открытое море.
Когда они выплыли из скал под холодный свет луны, Чефалу остался далеко позади, горящий огнями и взрывами.
— Риккардо... — Элена опустилась рядом с ним на дно лодки, подкладывая свой разорванный шелковый подол ему под голову. — Мы живы.
Он слабо улыбнулся, его рука нащупала её пальцы.
— Ты... ты действительно не знала коды? — его голос был совсем тихим.
— Я соврала отцу, Риккардо. Архив «Омега» — это не цифры. Это музыка. Я зашифровала всё в те сеты, которые играла в твоем клубе. Единственный способ активировать архив — это мой голос и твой пульс. Мы связаны, Дон Сицилии. Намертво.
В этот момент на горизонте показался силуэт военного вертолета.