КРОВОПРОЛИТИЕ

”Two armies that fight each other is like one large army that commits suicide.”*
Henri Barbusse.

Мэтью родился в Филадельфии. С раннего детства он невольно был вовлечён в военную сферу, так как его отец был важной шишкой в этой отрасли. Однако, паренёк все это ужасно не любил, можно сказать, даже ненавидел. Но чтобы не быть разочарованием для семьи, он не показывал этого, лишь втайне осмеливался читать книги. Его очень сильно привлекала зарубежная и английская литература. К 16 годам Мэт уже определился с будущей профессией. Он решил стать филологом. Однако, услышав это, его отец страшно разозлился. В тот же отрезок времени произошёл долгий и напряжённый разговор, а на через несколько недель, сказав, что ему никогда не стать успешным филологом, папа отвёз его в военную академию, для того, чтобы сделать из него “мужика”. С тех пор парень его возненавидел. Но, несмотря на бесконечную строевую и военную подготовку в учебном заведении, он всё так же продолжал читать по вечерам в библиотеке. Таким образом, Мэтью успел прочитать свыше 150 книг. А затем ему исполнилось 18 и по закону он наконец то стал самостоятельным гражданином и смог уехать оттуда. С тех пор он жил один. С отцом он так же не общался, а на мать держал жуткую обиду за то, что в своё время не защитила его.

А ещё Мэтью никогда не влюблялся. Из за страшной боязни того, что его сердце разобьют, парень не подпускал к себе абсолютно никого. Но симпатия всё же, в его жизни была. Однако привлекал его далеко не женский пол. Впервые он обратил внимание на своего одноклассника, с которым они учились вместе с 6 по 8 класс. Его имя было Итан. Но всё что парень мог себе позволить - это исподтишка смотреть на него и мечтать о том как сильные руки будут его обнимать, а губы шептать о любви. Но шёпот был бы громче самого оглушительного крика. Однако вскоре одноклассник исчез из его жизни, а с ним же ушли и первые чувства Мэтью

*  *  *

Оказавшись в траншеях, батальон СССР быстро смешался с американским взводом. Были большие трудности в понимании иностранного языка, однако русские, как оказалось изучали английский в школе. Это помогло найти некую нить взаимопонимания. Джон же шатался взад - вперёд чувствуя себя крайне бесполезным. Мэтью наконец - то взял себя в руки и потихоньку выполз из землянки. К нему быстро подбежал молодой желтоглазый солдат, по всей видимости, желающий немного поговорить хоть с кем - нибудь. Он был из отряда офицера.

- Hello, hello хаваю?- голос был с сильным акцентом. Американец рассмеялся. Глаза его в первый раз за день радостно сверкнули и кажется во взгляде промелькнуло что - то необычное.

Джон сидел на деревяшке, которая выполняла роль скамейки и, свесив ноги, наслаждался первой за весь день сигаретой. Казалось ничто больше в этот момент не могло поднять ему настроение. Перед глазами всё - так же стояло лицо молодого немца, убитого его другом. Это раздражало солдата. Недовольно пнув ногой землю, он отбросил окурок в сторону и схватился за голову. Оказывается, выбросить из головы невинного человека было очень трудно.
Путём недолгой мыслительной деятельности, главный герой решил прогуляться до землянки медиков. Он надеялся, что у них найдётся ромашковый чай. Хотя бы немного. Мама часто давала его если у него было плохо со сном.

Пока солдат как слепой котёнок тыкался в каждую, попадавшуюся ему на пути, землянку, он совершенно случайно поймал Джека Брауна:

-Хэй, Джек, не знаешь случайно где находится землянка медиков?

-А что тебе там понадобилось?- переводчик подозрительно сощурил глаза

-Хочу попытать удачи. Вдруг у них найдётся немного засушенной ромашки. Мне нужно успокоиться. Срочно.

- Последняя по правой стороне. Зайдёшь туда- Браун описал полукруг по голой земле и снова направился к офицеру.

“Твою мать, неужели я сегодня до туда дойду” сквасив лицо, Джон наконец -то направился к своей цели. По пути он нашёл пару гильз от автомата Калашникова и несколько мешков с песком, о которые чуть было не споткнулся.

Подойдя к месту назначения, он негромко кашлянул, обозначая своё присутствие.

-Входите - послышался нежный женский голосок из самой глубины помещения.

” Вот чёрт, что она сказала?”

-Ну проходите же! - голос начинал терять самообладание, а Джон так и не понимал, что ему говорят. Наконец не выдержав, оттуда выбежала разъярённая девушка, и резко остановилась, как вкопанная у входа.

- О чёрт, вы походу американец... Да?

Блэндорф вопросительно изогнул брови и продолжил неловко шагать туда - сюда, боясь взглянуть на девушку. Та, поняв, что её не понимают, перешла на английский. Что удивило солдата, он был на редкость замечательным:

- Привет, извини что так сразу накричала, забыла , дура, что теперь здесь не только наши ребята. Скажи, что ты хотел? Я попробую помочь тебе - наконец Джон посмотрел на неё. И все мысли же, однако, резко вылетели из головы. Эта девушка была точной копией незнакомки из его сна.

-Эй, молодой человек - она потрясла ладонью у него перед глазами. Он тряхнул головой, чтобы выйти из некоего забвения, и покраснел от стыда:

-Извините, извините пожалуйста! Я... я всего лишь хотел узнать, не найдётся ли у вас немного ромашки? Мне нужно её выпить, чтоб спокойно подремать.

-Ты меня извини конечно, но тут передовая, а не чайный магазин. Я думала, что у тебя что-то серьёзнее простого “ я не могу спать”. Нет у нас никакой ромашки. Можешь ступать.

Солдату было невероятно неловко. Настолько неловко, что он не знал что дальше делать и продолжил топтаться на месте. Оценив его состояние, она незаметно усмехнулась и сказала:

- Ну, раз ты все ещё здесь, то нужно, наверное, всё - таки познакомиться. Я Настя.- она протянула руку. Помедлив буквально пару секунд, Джон протянул руку в ответ:

-Приятно познакомиться, Джон - улыбка озарила его лицо.

- Ну что ж Джон, ты меня извини конечно, но у меня не сильно много времени на разговоры. Надо ещё раз перепроверить наличие всех медикаментов. Чувствует моё сердце, ночью непременно что - то произойдёт. Давай как - нибудь попьём чая в более спокойное время? Как тебе такая идея? Согласен? - впрочем она это могла и не спрашивать, так как парень, ещё до того, как она начала вещать, уже был абсолютно на всё согласен:

- Конечно я не против. Буду ждать нашей встречи с нетерпением.- услышав согласие, Настя быстро повернулась и направилась обратно в тёмное помещение, бросив на прощание:

- До свидания, Джон!

- До свидания...

” Боже, какой же я дурак... Так опозориться... Как ребёнок малый…” только и крутилось у него в голове. Дальше ловить здесь было нечего. Да и с солдатами общаться желания тоже не было. Единственный вариант отличного времяпрепровождения был опять таки хороший сон. Надеясь, что ему удастся это сделать, он пошёл в ту же землянку, в которой некоторое время назад рыдал Мэт.

На деревяшке, приспособленной под кровать, было до ужаса неудобно. Во- первых она была неимоверено короткая и ноги свисали с края. А во вторых она, конечно же, была жёсткой. Но других вариантов не было, и свернувшись во что-то наподобие калачика, Блэндорф безмятежно задремал.

Вечер был тёплым, настроение солдат на удивление было хорошим. Самый главный балагур оставшегося батальона, Иван Морозов, достав из закоулка гитару, протяжно затянул:

” Вот солдаты идут
По степи опалённой,
Тихо песню поют
Про берёзки, да клёны
Про задумчивый сад
И плакучую иву,
Про родные леса,
Про родные леса
Да широкую ниву…”

Американцы, хоть и ничего не понимали, но в этот момент чувствовали единение. Все они были в одной лодке. И всем им предстояло сражаться с безжалостным нацистским режимом, для защиты настоящего, и, естественно, будущего. А солдат продолжал:

”Вот солдаты идут -
Звонче песня несётся,
И про грозный редут
В этой песне поётся
Про отвагу в бою,
И про смерть ради жизни,
И про верность свою,
И про верность свою,
Нашей славной Отчизне.”

Огонь горел в чёрной, как смоль, наступающей ночи. Звёзды рассыпались по небу, образуя созвездия. Мэтью поднял голову и всмотрелся в чернеющее небо. Луна была полная, и продолжала освещать землю, и собравшихся у костра солдат. Песня лилась, объединяя всё, находящееся вокруг. И было спокойно. Неимоверно спокойно. И хотелось, чтобы это продлилось как можно дольше.

”Вот солдаты идут
Стороной незнакомой,
Вот врага разобьют
И вернутся до дому,
Где задумчивый сад
И плакучая ива,
Где родные леса,
Где родные леса
Да широкая нива.
Солдаты идут…”

Окончив песню, русские продолжили травить анекдоты, а Мэтью же пытался наладить коммуникацию со своим новым знакомым. Хоть английский его был и плох, однако американец все прекрасно внимал, и отвечал как можно медленнее и разборчивее, чтобы Александр всё-всё понимал.

Они говорили обо всём. Неумело и неловко, Сашка пытался выразить свои эмоции и чувства, грамотно описать Россию и его отношение к ней. А Мэт всё слушал и слушал. И даже когда ночь окончательно заполнила всё тягучей темнотой, солдат надеялся, что новый знакомый продолжит говорить. Ему было очень спокойно и безмятежно с этим желтоглазым парнем, и казалось, с ним было хорошо даже просто молча сидеть в тишине.

- Ой, что то мы заболтался кажись, Мэтью**- сказал русский солдат - Я надо идти спать. Надеюсь на спокойный ночь.

- Да, ты прав. Сон бы нам точно не помешал. - Мэт поднялся с мягкой зеленой травы.- Пойдём.

Вдвоём, они пошли в землянки. Однако темнота уж точно не обещала быть спокойной. И вскоре закадычные друзья сами поняли это.

*  *  *

Звуки стрельбы рассеяли ночную тишь и гладь, пули летели рассекая густую темень. Дежурный поднял тревогу, солдаты повыскакивали из убежищ и взялись за оружие. Была страшная неразбериха, но русские были уже научены горьким опытом и быстро привели обомлевших американцев в чувство.

Услышав крики извне, Блэндорфу сначала показалось, что это его очередной кошмарный сон, но к сожалению это оказалось не так. Сообразив что к чему, парень быстро пнул ногой Мэтью и кинулся к своему Томпсону, дабы не терять ни секунды. Заряжая его, он знал, что сейчас любое промедление кого - либо из воинов могло стоить чьей то жизни.

- ВСЕ НА ПОЗИЦИИ!- зычным голосом заорал Константинов. Даже не зная русского, друзья поняли что от них хотят, и стремглав выбежали из своего временного “дома”.

”Господи, помоги же нам прошу!” солдат быстро нащупал деревянный крестик под камуфляжной формой и крепко сжал его в руке, словно это могло как - то остановить немцев.

Больше не медля, они надели каски и заняли позиции, перемешиваясь со своими иностранными сослуживцами. Джон устроился поближе к Джеку Брауну. Стратегически, самое удобное место было рядом с ним.

А стрельба со вражеской стороны все не прекращалась. Русско - американский отряд только успевал вставлять магазины с патронами в свои автоматы. А у кого - то уже были исчерпаны запасы и они стреляли кто с чего: главный герой быстрым взглядом сумел отметить пару немецких Люгеров***, судя по всему трофейных, кольты и ТК****.

Казалось, эта ночь не закончится никогда. Силы были уже на исходе, пара сослуживцев Джона была убита. Они распластались по земле, их лица были залиты кровью, а глаза закрыты, словно они всё - ещё спали. Мэтью страшно обливался потом от беспокойства. Отлетающая от пуль земля измазала лица молодым парням, сделав их до ужаса чумазыми. Однако, солдаты надеялись, что скоро всё закончится.

Во время яростной перестрелки, Блэндорф убил трёх немцев. Несмотря на то, что в его разуме это было чем - то до ужаса неправильным, какая - то его часть уже потихоньку склонялась к тому, что убийство на передовой - это ведь и не грех вовсе. Конечно, ему бесспорно не хотелось их умерщвлять, но и потерять свою жизнь тоже не сильно то хотелось. А тут к сожалению, свою жизнь он ценил всё - таки больше.

4: 37. Всё закончилось. Воцарилась тишина. Сначала, солдаты не поверили в это, и ожидали новой атаки. Однако, её не последовало. Немцы отступили.
Облегчённо вздохнув, Джон бухнулся на деревяшку, и размяв пальцами сигарету, закурил. Откинувшись немного назад, он полуприкрыл глаза. В голове вертелась лишь одна мысль:
” Как же я жутко устал…”

Когда Мэтью понял, что никаких звуков больше не было слышно, он отнёсся к этому с большим скептицизмом. Но, держа битые пятнадцать минут свой Томпсон, до него наконец дошло, что все прекратилось. Сняв каску, он так и оставил её в руках, внимательно разглядывая. Так, словно впервые увидел. А затем, глубоко, настолько, насколько это было возможно, вдохнул утреннюю прохладу воздуха. К нему радостно подбежал Саша и заключил в крепкие объятия. Мэт незаметно улыбнулся и обнял желтоглазого парня в ответ. Наконец - то он был счастлив.

”Ну, вот, мы пережили свою первую в жизни атаку. И совершили первые убийства, дабы уберечь самих себя. Интересно, как долго мы продержимся, прежде чем нас загрызёт совесть или убьёт наша же неосмотрительность? А может убьёт численное превосходство врага?
Как жаль, что ты, судьба наша матушка, никогда не раскрываешь нам своих карт. А я слишком бесстрашен, поэтому готов поставить на кон всё. Призом моим станет жизнь.”

*Две армии, сражающиеся друг с другом подобны одной большой армии совершающей самоубийство.

**Ошибки в тексте допущены специально, дабы показать плохое знание английского языка

***Люгер- немецкий самозарядный пистолет, разработанный в 1898 году австрийцем Георгом Люгером на основе конструкции пистолета Борхардта

****ТК (Тульский Коровина) первый советский серийный самозарядный пистолет. В 1925 году спортивное общество «Динамо» заказало Тульскому оружейному заводу разработку компактного пистолета под патрон 6,35×15 мм Браунинг для спортивных и гражданских нужд.