Трапеза со зверем
Вивьен стояла перед зеркалом в спальне, которая была больше всей её прежней квартиры. Джейс не солгал — в гардеробной её ждали десятки коробок с вещами, подобранными с пугающей точностью до миллиметра. Он знал её размер. Он знал её предпочтения. Он знал о ней всё.
Она выбрала платье из тяжелого черного шелка с закрытым воротом, но полностью открытой спиной. Это была её броня. Балет научил её держать спину так, будто в позвоночник вставлен стальной стержень, даже если внутри всё рассыпалось в прах.
Когда она спустилась в столовую, Джейс уже сидел во главе длинного стола из темного дуба. В комнате горели только свечи, отбрасывая длинные, танцующие тени на стены. Он сменил водолазку на белую рубашку с расстегнутым воротником, и в этом полумраке он выглядел еще более опасным — как падший ангел, уставший от собственной темноты.
— Пунктуальность. Приятная черта, — он жестом указал на стул напротив.
Вивьен села, стараясь, чтобы шелк платья не шуршал слишком громко в этой давящей тишине. Перед ней стояла тарелка с чем-то изысканным, но еда казалась ей пеплом.
— Ты сказал, что я — ключ к твоему кабинету, — начала она, глядя прямо на него. — Но ты не похож на человека, которому нужны ключи. Ты из тех, кто выбивает двери ногами.
Джейс изящно разрезал мясо, его движения были точными, почти хирургическими.
— Выбивать двери — шумно и дешево, Вивьен. Я предпочитаю, чтобы мне их открывали добровольно, с дрожащими от страха руками. Твой отец — трус. Но даже у труса есть гордость. Когда он увидит тебя рядом со мной на приеме в следующую субботу, он сломается.
— Ты хочешь вывести меня в свет? После того, как «купил»?
— Именно поэтому, — он поднял бокал с красным вином, и свет свечи окрасил жидкость в цвет свежей крови. — Все будут знать, что ты принадлежишь мне. Это обесценит каждое его слово, каждый его контракт. Ты — его самый громкий провал.
Вивьен почувствовала, как внутри закипает ярость, но она заставила себя расслабиться. Она вспомнила совет своей наставницы в театре: «Если не можешь пересилить партнера, используй его же инерцию против него».
Она медленно наклонилась вперед, позволяя свету свечей подчеркнуть линию её шеи.
— А что, если я откажусь играть? Что, если я устрою сцену? Расскажу всем, как ты удерживаешь меня силой?
Джейс замер. Он медленно отставил бокал и тоже наклонился к ней. Теперь между их лицами было не больше десяти сантиметров. Вивьен видела каждую ворсинку на его ресницах и чувствовала запах вина и горького шоколада.
— Ты этого не сделаешь, — его голос стал опасно тихим.
— Почему ты так уверен?