{10}
- Твоя поклонница только что убежала. Если поторопишься, то успеешь догнать и автограф на декольте оставить. Такие парни, как ты, ведь так делают?
Замолчи, Джи.
Закрой рот, прикуси язык, а лучше откуси его, сделай всё, чтобы перестать нарываться и молоть полную чушь.
В конце концов, веди себя как девушка, а не как овчарка, с которой намордник только что сняли и на волю выпустили.
Но Чон молчал. Он смотрел на меня каким-то проницательным взглядом, а потом сел на стул, вытянув ноги.
- Не знаю. Но если ты хорошо попросишь, то я распишусь у тебя на...
- Не попрошу. - Чертов Чон и чертовы его грязные мыслишки. - Хотя нет. Просьба все-таки есть. Будь добр, перестань мне написывать. Раздражает.
- Ты этого действительно хочешь?
- Хочу.
- Вон оно как... Кстати, почему единственный сайт, где я смог тебя найти, «Одноклассники»? На твое детское фото, где ты в костюме мыльного пузыря, я лайк поставил.
- В костюме колобка.
Да я бы давно удалилась с оранжевого сайта, просто там с бабулей общаюсь. Она у меня интернет освоила недавно. И плотно засела на «Одноклассниках». Это меня и держит от удаления. А фотки там такие, потому что бабуля на них смотрит. Нравятся ей они. Да у меня там даже в друзьях никого из институтских нет. Несколько одноклассников, пара школьных учителей и папина мама. Всё. Если бы знала, что меня искать будет мажор один пустоголовый, то давно бы профиль закрыла и убрала бы с аватарки фотку, где я с бантом на последнем звонке.
А вообще, с чего он взял, что мне его лайк там нужен?
- Да какая разница?
- Огромная, если ты не можешь отличить колобка от мыльного пузыря.
- Ты всегда такая колючая, а, Джесок?
- Только когда меня кто-то достает.
Вру и не краснею. Я редко колючкой бываю. Но, как оказалось, рядом с Чон это плохое качество просыпается во мне и наружу лезет. Если бы мама меня сейчас услышала, то гнала бы по улице мокрым полотенцем. И я тут только немного преувеличила. Мамуля у меня золото, но она не любит хамство и грубость. А сейчас я себя именно так и веду.
Стоп.
Но Чон ведь выводит. Это разве не уважительная причина?
В общем, если бы мама услышала нас сейчас, то мажорик с дорогими часами на руке и модной укладкой на голове вместе со мной бежал бы от полотенца. Не забывайте, что у моей мамы муж военный. Она любую роту на уши поставит и заставит лепить вареники.
- Гуки, тебе чаек принести? - я даже вздрогнула, когда услышала милый голос нашей поварихи. Серьезно, никогда не слышала, чтобы она так разговаривала. Я думала, что она орать только и умеет. А тут... Чудеса.
Блин, не Чон, а прям чудо-юдо.
- Теть Сынгаль, если можно, то два стаканчика. У меня тут важный разговор.
- Хорошо, сынок.
Теть Сынгаль? Правда? Да у нее кличка Цербер. Она за грязный пол готова убивать, а если ты тарелку случайно разобьешь, то жди общественной казни. Прилюдно словами пороть начнет. Поставит в центре столовки и всем расскажет, какой ты криворукий. И поварихе плевать, кабачковую или осетровую икру ты ешь на завтрак. Богатый ты или бедный. Она всех разгонит.
А-а-а. Совсем забыла. Сынок?
Ущипните меня кто-нибудь, пожалуйста.
Может, я как-то не заметила и попала в другой мир? Мир, где добрые стали злыми, а злые превратились в зефирки. Как объяснить то, что я стою рядом с Чоном, который улыбается, и с Цербером, которая кудахчет над нами?
Черт.
Если сейчас из-за угла выскочит Кан, с воздушными шарами в руках и начнет прыгать на скакалке, напевая считалочку себе поднос, то мне придется придумывать себе псевдоним для психушки. Надо же будет как-то называть себя в драке с Иисусом и Сталиным.
Джи, делай ноги.
- Ты куда? - взглядом останавливает меня Чон, когда я поднимаю сумку с соседнего стула.
- Меня там гранит ждет, который я еще погрызть не успела.
- Вот пока чай не допьете, никуда не пущу. - Тетя Сангыль, а именно так мне ее называть хочется, ведь на Цербера она сейчас совершенно не похожа, оказывается возле меня, переставляя с подноса на стол чайник и две кружки.
Хорошие такие кружки. Студенты из таких не пьют. Нам старенькие на пользование дают, местами отколотые.
Я себя прям важной персоной почувствовала. Ей-богу.
- Смотри, какая худая. Кожа да кости. Деточка, ты завязывай со своими диетами. Этот паршивец только говорит, что скелетных любит. Знаешь, как он в детстве за Анджелочкой из второго подъезда гонялся? У-ух. А она была размером с маленький танк.
- Да я не...
- Теть Сангыль, ну хватит. Сейчас твоя Анджелочка на обложках журналов красуется.
Да я не на диетах, и на паршивца мне вашего наплевать. Вот что я сказать хотела, но этот гад перебил меня своей Анджелочкой-танком. Или уже не совсем танком.
Пофиг.
Откуда, вообще, эта женщина Чона с детства знает?
Хотя нет, как мне на него параллельно, так и параллельно на его знакомство с нашим поваром.
- Да смотрела. Она стыд совсем потеряла. Голая на лавочках лежит. Ой. Я сейчас пирожочков вам принесу.
- Не надо, - моментально выкрикиваю я. Знаю я эти пирожочки. Один до сих пор в глотке стоит, проглотить не могу. - Я уже ухожу. Не беспокойтесь.
- Да я вкусных принесу, свеженьких. Для ректора пекла, но с вами поделюсь. Не боись, понравятся.
- Неси, неси, теть Сынгаль. Сто лет пирожков твоих не ел. - И снова лыбится, как Чеширский Кот.
- Жук ты, Гуки. Жук.
Она испаряется, а мы одни опять остаемся.
- Если ты сейчас уйдешь, то женщина расстроится. А в ее возрасте волноваться запрещено. Хорошая девочка ведь понимает это?
- Хорошая девочка всё объяснит так, что никто не расстроится. И, Чон, вот ответь, что тебе от меня надо? Чего пристал?