Время снять маски

Джеймс

Саундтрек: Morgan Evans – Everything Changes

Сегодня я должен работать в кафе, но пришлось подмениться, потому что миссис Джонс ясно дала понять, что у отсутствующих сегодня будут большие проблемы. Теперь школы шантажируют за отсутствие на развлекательных мероприятиях? Не очень-то мне хотелось заиметь еще какие-то проблемы с рекомендательным письмом и дальнейшим поступлением просто потому, что я не пришел на какой-то концерт. Хотя, если признаться честно, мне хотелось выдохнуть и немного расслабиться. Когда ты каждый день работаешь на своем максимуме, рано или поздно нужна подзарядка. Учитывая тот факт, что мои цели теперь казались мне вообще какими-то недостижимыми. Я отбросил на второй план откладывание денег для поступления в колледж и на стартовый капитал для своего бизнеса. Сейчас первостепенной задачей стало накопление сорока тысяч долларов. Ну тридцати пяти, если учесть те, что накопила мама. Но это не сильно меняло ситуацию: при моей ставке в пятнадцать долларов в час, я, имея нагрузку в кафе пятнадцать часов в неделю, получаю девятьсот долларов в месяц. Клуб приносит еще триста. Получается неплохо, но путем математических расчетов, мне придется работать примерно три года, если вообще ничего не откладывать. Господи, лучше бы я не считал, а то выглядит вообще как катастрофа. Может, кафе было не лучшей идеей подзаработать? Оно, по крайней мере, приносило сильно больше, чем клуб по рукопашному бою. Просить Тима поднять мне зарплату я бы никогда не рискнул, ведь я знал, что он и так делает все, чтобы угодить всем инструкторам клуба и держать цену приемлемой для родителей. Я бы даже сказал, что в некотором роде, он работает ради идеи, потому что доход с этого предприятия совсем уж скудный. Государство не шибко поддерживает идею популяризации таких клубов и этого направления, хотя это сильно бы упростило всем жизнь. В общем, это не то направление, чтобы делать большие деньги и надо это принять. А бросать Тима с его важной миссией я пока не готов.

После того разговора с моей бабушкой, которая является таковой только по генам, я решил, что можно было бы попробовать оспорить этот договор с помощью грамотного юриста. Маленькими шагами – к большой цели. Вдруг что-то из этого получится? Тогда не придется столько лет горбатиться, пожимая плоды такой жертвенной любви моих родителей. Если отец когда-то и любил мать, то она явно вышла из его организма вместе с блевотой от алкоголя еще много лет назад. Сложно было сказать, что стало катализатором тогда и почему отец не мог остановиться сейчас. Наверное, для него это было простым решением всех проблем: забыться в многочисленных глотках пива или чего покрепче, сбежать от этой жизни. Я же всегда считал его поведение проявлением слабости, потому что трудности надо решать. Особенно, когда ты не один, а у тебя есть любящая семья. Но, видимо, не всем это дано. Что еще я понял, вырастая в такой семье, так это то, что любовь точно не спасает, а иногда даже губит. Мама любила отца, я это знал, иначе она бы не подписала тот чертов договор, но ее любовь не спасла отца от зависимости, а маму загнала в угол. Любовь не может излечить, подарить тебе мир или кардинально изменить тебя. Она словно приятный бонус, как бесплатная десятая кружка кофе в кофейне. Она приятно греет тебе душу и дарит положительные эмоции, она должна быть наградой тебе за то, что ты сделал. Но, чтобы получить эту кружку любви, тебе нужно заплатить за все предыдущие. Почему я вообще объясняю на кофе, а не на чае??? Чтобы получить любовь, надо много работать и многого добиться, стараться становиться лучше каждый день, чтобы тебя было, за что любить, потому что ничего не дается даром. Особенно любовь. Выросший на совсем ином понятии любви в отношениях своих родителей, я четко понимал, что такого для себя я не хочу. Не хочу, чтобы меня любили просто так, потому что тогда ты ничего не делаешь, чтобы оправдать эту любовь, тогда ты не ставишь человека, который дарит тебе эту десятую кружку кофе, ни во что. Потому что ты не оплатил предыдущие девять кружек, потому что ты ничего не сделал, чтобы любовь эту получить. А она - дар.

Вот почему я всегда много трудился, работал и старался добиваться всего сам, старался сделать себя сам. Потому что только так я смогу заслужить любовь. Но, похоже, где-то я все-таки оплошал, раз девушка, в которую я влюблен уже почти полгода, отдала свое сердце другому. Мне так надоело любоваться на этих голубков в декабре, когда они стали встречаться официально. Этих телячьих нежностей стало так много везде, их стали так много обсуждать. Но эти отношения им давались непросто, я это видел. Особенно непросто они давались Эмме, потому что много раз я, наблюдая за ней со стороны, замечал то, как она поджимает губы и еще выше поднимает подбородок, получив какую-то очередную гадкую записку, хотя глаза ее всегда выдавали, предательски поблескивая, наполняясь слезами. Любовь, оказывается, та еще сука, и даже такой, как Эмма, приходилось платить чем-то за отношения с пижоном. Не знаю уж, что поменялось в его жизни, но жизнь Эммы перевернулась с ног на голову. Но я постоянно убеждал себя, что это был ее выбор. Мне оставалось только молча смотреть и уверять себя, что я, будь я на месте этого пижона, точно построил бы всю школу и не дал бы и слова сказать в адрес своей девушки. И относился бы к Эмме с большим вниманием. И я бы никогда, никогда бы не скрывал эти отношения, это изначально оказалось отвратной идеей. Но проблема в том, что я не был на его месте.

И сегодня снова я буду лицезреть эту счастливую парочку. В том числе и поэтому я не хотел приходить на этот концерт. Мне никогда особо не были интересны школьные мероприятия, я не был активистом. Когда просили сделать что-то – делал, но не рвался сам. И так хватало разных других забот. Я даже не знал, какой номер готовила моя группа, что вообще будет происходить на этом концерте, какой дресс-код. Но я услышал, что будут танцы, и принял мгновенное решение сразу с них свалить. Вроде внимание ко мне чуть уменьшилось, но все-таки у меня оставались опасения, как бы я сегодня не оказался одним из завидных кавалеров для танца. А с танцами отношения у меня были, откровенно говоря, весьма натянутые.

Эмма привлекла пижона для номера. И я усмехнулся этому, потому что «Кто бы сомневался!». Эта девчонка, если захочет, сможет и Короля школы переодеть в Иисуса и положить в колыбельку. И мне почему-то приятно было осознавать, что у Эммы тоже есть власть над ним. Он неплохо сыграл какую-то современную песню на гитаре про Рождество, конечно же, кто-то из группы Эммы солировал. На ребятах были эти забавные красно-белые колпаки с помпонами. Остальные номера были более помпезными: сцены из Библии, рассказывающие о рождении Христа, короткая история-зарисовка по мотивам новеллы «Дары волхвов», и даже танцевальные номера под песню о Рождестве из рекламы Кока-колы сто лет назад, а закрывала концерт всем до боли известная песня «All I want for Christmas is you», спетая школьным хором. Несколько раз я даже замечал, что мои губы растягиваются в улыбке. Как ни крути, в Рождество как никогда хочется верить в чудеса. А отличное настроение, которое появилось у меня на этом концерте, точно было одним из чудес! Вообще, кажется, в Рождество общий баланс настроения в стране явно смещается в плюс: люди становятся чуточку добрее, повсюду мигающие гирлянды и огоньки, белый снег и елки, красиво украшенные по-разному. Несколько недель как Ди-Си уже вовсю был украшен к празднику, и ты не можешь этого не замечать: каждый уголок города пропитывается духом волшебства. На главных улицах играли Рождественские мотивы, дети радостно бегали и клянчили леденцы и яблоки в карамели у родителей, которые зачастую были заняты покупкой подарков или тем, что тащили огромные ели, перетянутые веревками, к себе домой. Мне всегда нравилось, когда ель украшали обычными игрушками, старыми, словно покрытыми металлом, но кое-где облупленным. Это напоминало мне о хорошем теплом детстве - те ценные семейные воспоминания - но в то же время давало понять, что время бежит и ничто не может оставаться неизменным. Елка на сегодняшнем празднике была украшена, видимо, по всем модным канонам: какими-то красными бантами и желтыми гирляндами. И несколько раз я возвращался к ней взглядом, чтобы понять, может, я что-то упустил, но смысла таких украшений так и не понимал.

Когда концерт плавно перетек в дискотеку, я решил, что нужно сворачиваться. И я уже было собрался уходить, но тут заметил ее. Эмма не принимала участия в их номере, она как-то призналась мне, что совсем не умеет петь и стесняется даже тихонько напевать песни. Она была одета в темно-зеленое платье с интересными полупрозрачными длинными рукавами. Волосы ее были собраны в какой-то пучок, но несколько своенравных прядей уже выбились из него. Она общалась с Джулией, одетой на контрасте с подругой в бордовое плотно прилегающее платье. Эмма на время сняла маску, которую носила столько времени – маску сдержанности и равнодушия. Она оживленно жестикулировала и рассказывала что-то Джулии, а на щеках у нее переливались блестки. Она была как фея, которая сейчас при очередном взмахе руки взлетит – такой она была легкой и веселой, и я снова улыбнулся. Музыка сменилась, и тут около Эммы материализовался пижон: одет с иголочки, черный фрак и белая накрахмаленная рубашка с бабочкой. Я с завистью осознал, что такое мне не по карману, и вообще вряд ли когда-то будет. Он галантно протянул Эмме руку, пригласив на танец, она подала ему руку. Я хотел повернуться и уйти, зачем мне было смотреть на них, я что мазохист? Но я не мог пошевелиться. И не только я, многие стояли и смотрели на эту пару, а те, кто уже были на танцполе, мягко расходились в стороны, чтобы уступить место главной паре школы. Эмма так естественно положила руки ему на шею, а он держал ее за талию одной рукой, а другой плотно сжимал ладонь. Я вынужден был признать, что они были красивой парой. Я налил себе еще пунш, а когда повернулся, заметил какую-то перемену и застыл. Эмма больше не выглядела счастливой, ее глаза были широко раскрыты в ужасе, она стояла примерно в метре от пижона.

- Ты мне изменил с ней? – громко воскликнула она. – Алекс, ты говоришь мне это на Рождественском концерте? У тебя совсем совести нет?

Люди вокруг зашушукались, музыка как будто тоже стала тише.

- Эмма, прости, я пытаюсь быть честным... - он попытался потянуться к ней, опасливо озираясь по сторонам.

- Я знала, что так будет и все равно верила тебе! Какая же я дура!

Как часто за последнее время ее глаза наполнялись слезами, разве это любовь?

- Эмма, ты мне очень дорога! – воскликнул пижон.

- Да пошел ты, Алекс. Все кончено. Трахайся, с кем хочешь, – Эмма отчеканила это, но голос дрожал. А потом она убежала. Убежала, как тогда, полгода назад.

Я метнулся было за ней, но Джулия меня остановила.

- Не надо, дай ей побыть одной.

- Ты в своем уме? Как ты можешь такое говорить сейчас? – накинулся я на нее.

- Так надо.

Но я даже не задумался, почему она мне так ответила. Я увидел то, что заставило меня мгновенно воспылать яростью: пижон подошел к напиткам и молча налил себе какую-то бурду. Он не пошел за ней. Я сорвался с места, скинув руку Джулии, а ноги сами понесли меня к нему.