Время снять маски

Эмма

Саундтрек: Jacob Banks - Unknown (To you)

Джулс последние дни только и твердила мне:

- Не совершай глупостей, Эмма.

И поэтому мне так отчаянно хотелось именно эти глупости и совершить. А может, буря внутри меня достигла такого уровня, что остановить ее я уже не могла. Не дождавшись звонка Алекса, я решила взять все в свои руки, потому что устала сидеть и ждать. И на то, что я выглядела, как полоумная, когда после того, что между нами произошло в Рокет Хаусе, я пришла к Алексу в клуб - мне было наплевать.

Ради этого я пропустила историю, и мисс Портер, явно соскучившаяся по Алексу, возможно, даже не заметит моего отсутствия.

- У тебя нет самоуважения, - расстроено отозвалась Джулс, когда я все-таки поставила ее в известность.

Раз они с Джеймсом так обо мне беспокоились, то пусть знают каждый мой шаг. Может, подруга была права, но я знала, что я так больше не могу, не могу больше молчать и впитывать боль, которую Алекс причиняет мне. Потому что она как яд распространялась везде и отравляла все мое существование. Нам нужно было поговорить нормально. Без алкоголя. Только я и Алекс. И наши проблемы. И решить все.

Администратор провела меня в зал, когда Алекс как раз тренировался. Все атмосфера как внезапным ударом грома напомнила мне о том нашем дне. Но я отогнала эти мысли, потому что нужно сконцентрироваться. Алекс был в прекрасной форме, как и всегда, мое тело скучало по его рукам, а я так давно не видела его в спортивной форме, что внутри все заныло от желания ощутить его прикосновения на себе. И даже тело я попыталась приструнить, потому что пришла вовсе не за этим. Но как ни крути: я скучала по нему всему - эмоционально и физически - и этого было не отнять.

Когда дверь кабинета Алекса закрылась, я выдохнула и настроилась на разговор, решив держаться мягко.

- Привет, - я улыбнулась, получилось неловко.

- Привет. Не ожидал, что ты придешь, но рад.

Алекс взял полотенце с полки и вытер потное покрасневшее лицо.

- А я не ожидала, что ты не позвонишь, - парировала я, решаясь подступиться к теме.

- О чем ты? - удивленно спросил Алекс, отбросив полотенце в контейнер и переведя взгляд на меня.

- После Рокет Хауса я просила твою маму передать тебе, что я беспокоюсь и жду звонка. Я не дождалась и, вот, пришла сама.

- А, вот в чем дело. Я этого не помнил, а мама не передала, - он сделал паузу, размышляя. - Наверное, забыла.

Мне сложно было в такое поверить, но всякое может быть, конечно, учитывая обстоятельства и состояние мамы Алекса. Ей просто не до девушек Алекса.

- Я скучаю по тебе, Эмма, но так много работы....Я даже не знаю, за что хвататься. Но я бы тебе позвонил скоро.

- Ты не помнишь, что ты мне наговорил тогда? И в чем ты меня обвинил? Я уже и не думала, что ты можешь скучать по мне после того, что ты сказал.

Он замер.

- Нет, не помню. Ты же знаешь, как алкоголь действует на меня.

Мы так и стояли, хотя вообще-то надо было бы присесть, но разговор протекал неспокойно.

- Знаю, Алекс, не понаслышке. Но это не вариант, ты же знаешь. Ты просто убегаешь от проблемы.

- А ты знаешь, как решить мои проблемы? - с вызовом спросил Алекс. - Жду предложений.

Он был похож на раненого зверя, который в случае опасного приближения человека (а в нашем - это затрагивание темы отца с моей стороны), скалится и защищается.

- Пока нет, но... - Я хотела сказать "Вместе мы справимся", но все это было для Алекса не важно.

- Вот я и планировал разобраться с этим сам. Как и должен сделать настоящий мужчина. И методы я буду выбирать сам, - отчеканил он и отвернулся к окну.

Хоть алкоголя сейчас в крови у него не было, но жесткость точно присутствовала. Я поежилась от этих холодных фраз, который он мне говорил будучи совсем трезв. -

- Кажется, ты не так описывал мне партнерские отношения, к которым ты хотел стремиться со мной, - аккуратно продолжила я, но сдвинуться с места физически не решалась.

Сегодня я была намерена обсудить все, что копилось так долго. Алекс не отвечал. И я продолжала:

- Но ты просто посадил меня на скамейку запасных, а теперь ждешь лучшего момента, чтобы снова ввести меня в игру под названием "Отношения". Это так не работает, к сожалению, - я набралась смелости и сделала несколько шагов к нему.

- Я могу тебя поддержать, я могу быть рядом, могу помочь справиться со всем, что тебя тревожит, тебе будет легче! Но ты отталкиваешь меня, а я не могу сидеть сложа руки и просто ждать. Это не для меня, Алекс.

Алекс молча повернулся и посмотрел на меня своими голубыми глазами, в которых было столько отчаяния и сомнений, но было и еще кое-что. И медленно пошел навстречу.

- Я думал, что справлюсь один. Хотел так думать, - Один шаг, второй шаг, я не шевелилась.

- Но за эти дни отчуждения и попыток принять все я так соскучился по тебе, но теперь, когда ты здесь, рядом, я знаю, как ты можешь мне помочь, малышка. - Эти слова он произнес уже где-то рядом с моим ухом.

Он обнял меня и прижал к себе. А потом я не заметила, как губы его преодолели дюймы до моего мочки уха, нежно поцеловали ее, а затем стали спускаться вниз по шее. Мои барьеры были готовы упасть, потому что я так скучала по моему Алексу, по тому, каким нежным, общительным и отзывчивым он может быть. Мои руки нашли его волосы без подсказок, как делали много раз, и зарылись в них. Как я скучала по его прикосновениям: ласковым, но таким уверенным. Его руки гладили меня, а я растворялась в них. Когда он стал заходить дальше, а пуговицы моей блузки одна за другой расстегивались, он прошептал:

- Я хочу тебя, я так тебя хочу. Помоги мне забыть обо всем хотя бы на время. Будь со мной, пожалуйста.

Его губы молили меня об этом, но, как бы мое тело не готово было согласиться, мой разум останавливал меня.

- Не надо, Алекс, - попыталась я отстраниться от него.

Но он одним легким движением подтолкнул меня вплотную к стене, и затем впился в губы жадным поцелуем. Не нежным - больше нет - теперь его губы открыто говорили мне, что нуждаются во мне. Они не просили, а требовали. Но я не могла дать ему то, что он хочет.

- Нет, Алекс, только не так.

Алекс не слушал, он стал задирать мою юбку так неприлично высоко, а руки без моего согласия оказались на самом чувствительном месте между бедер. Теперь уже себя я ощущала как загнанного зверька, который в страхе боится пошевелиться и только часто-часто дышит, ожидая того, что случится дальше.

- Нет! - выдохнула я. - Пожалуйста, Алекс.

- Ты будешь умолять меня продолжить, малышка, - одна из его рук нашла мою грудь и сжала до боли. - Тебе будет очень приятно, просто попробуй...

Мне хотелось молить не о наслаждении, а о помощи, но ком застыл в горле. Тело сковал страх. Впервые с Алексом мне стало страшно, как далеко он может зайти против моей воли. Но я была бы не я, если бы сдалась в этот момент. Я собрала все свои оставшиеся силы.

- НЕТ! Это не ты, хватит! - я дала ему пощечину и оттолкнула от себя с той силой, на которую была способна в тот момент.

Алекс отстранился, глаза все еще были потемневшими от желания, но он приходил в себя. разглядывая меня и последствия всего того, что он только что со мной делал. Юбка болталась где-то на талии, колготки были спущены, несколько пуговиц отлетели. Я тяжело дышала, пытаясь собраться с мыслями и восстановиться. Мы стояли так, кажется, несколько минут. Теперь между нами снова было расстояние.

- Я не... Эмма, прости, пожалуйста. Я не знаю, не знаю, что на меня нашло. Я так хотел тебя.

Я застегнула пуговицы на блузке, поправила юбку, слезы так легко заструились по щекам, стекая вниз, увлажняя только что окрашенные страстными поцелуями участки шеи. И попыталась повыше поднять подбородок, хотя даже близко не приблизилась к росту Алекса. Он был выше, сильнее, больше меня. И, слава богу, он остановился.

- Ты хотел не меня, в том-то и дело, ты хотел забыться! Отвлечься! Но я никогда не подходила для этого, - говорить было трудно, но молчать - еще тяжелее.

Алекс молчал и смотрел на меня глазами, полными вины и раскаяния.

- Ты разве не видишь, что происходит? Ты топишь боль в алкоголе и сексе вместо того, чтобы прожить ее, принять эти чувства. Принять тот факт, что твой отец умер, и ты никак уже не сможешь заслужить его любовь!

- Да я и не пытаюсь заслужить его любовь! - снова оскалился он, когда я задела больную тему. а мои ноги напряглись, приготовившись бежать. - Опять ты все сводишь к моему отцу!

Я сделала вдох, думая, говорить или нет. Но отступать не было никакого смысла после всего этого.

- Послушай, Алекс. Пожалуйста, послушай. Ты управляешь сейчас клубом, потому что так хотел отец. Но не ты. Ты общаешься снова с Мелани, потому что твоему отцу она нравилась, и он хотел женить тебя на ней. Ты пытаешься доказать ему, что ты лучше, чем он считал. Все еще сомневаешься, есть ли закономерность? - я сжала челюсти с такой силой, что зубы захрустели друг об друга, но продолжила. - Знаешь, что еще твой отец хотел? Он хотел, чтобы мы с тобой расстались. И к этому ты нас медленно и ведешь, может, только сам того не осознаешь. Но то, что ты делаешь - это.... непростительно. - Наши глаза встретились. - Но я облегчу тебе эту ношу. Все кончено, Алекс. Теперь по-настоящему.

Он сглотнул, рванул ко мне, но я на автомате выставила перед собой руку, не собираясь подпускать его близко к себе. Это оказалось слишком больно.

- Нет, пожалуйста. - попросила я, чувствуя, что сил нет. - Я тебя люблю, но я так больше не могу! Я не могу тебе помочь, пока ты сам этого не захочешь.

И я рывком открыла дверь кабинета и убежала оттуда, оставив Алекса наедине с эхом сказанных мной слов. Волосы растрепались и лезли в глаза, слезы уже не струились, они просто лились рекой и пеленой застилали глаза. Я бежала по холлу, потом по лестнице на первый этаж, пытаясь прийти в чувство, потом толкнула дверь на улицу, холодный воздух ворвался в легкие, я интуитивно вдохнула его, но вдруг холод заслонила собой темная фигура в капюшоне. И я влетела в нее со всей силы.

- Простите, я не хотела... - начала оправдываться я, пытаясь разглядеть хоть что-то.

- Эмма, это ты? Эмма, что случилось?

- Джеймс? Что ты тут делаешь? - я не понимала, как он оказался здесь и зачем, а изо рта вылетали какие-то обрывки слов от сдерживаемых рыданий.

- Я пришел за тобой, пришел тебя забрать. Джулс сказала, куда ты пошла, - его руки коснулись моих плеч. - Боже, ты в порядке?

- Нет! - мой крик вырвался наружу, а потом я бросилась к нему - в безопасность.

Я почувствовала, как теплые шершавые руки прижали мою голову к его груди, медленно и уверенно гладили мои волосы, а губы шептали:

- Тише, тише, я рядом. Я с тобой. Все будет хорошо.

Наконец, перестала сдерживаться и разрыдалась. Я пыталась выплакать всю боль и любовь к Алексу на эту черную толстовку, пыталась отпустить все, что так долго копилось в моей душе, я пыталась освободиться и забыться одновременно. Я так переживала об Алексе, так хотела помочь ему, что совсем не думала, что мне тоже нужна помощь и поддержка. Но Джеймс ошибался: ничего уже не будет хорошо.