13. Картошка по имени Фил встречает свою смерть
Нас поглотила приливная волна голодных воинов. Они толкались, шутили и смеялись, направляясь к своим местам.
— Держись, – сказала Сэм и схватила меня за руку.
В следующее мгновенье мы уже парили высоко в воздухе, словно Венди и Питер Пэн. Я вскрикнул.
— Предупреждать нужно!
— Я же сказала: держись.
Никому в зале не было до нас дела, за исключением одного парня, которого я случайно пнул в лицо. Мимо проносились другие валькирии – одни сопровождали воинов, другие разносили блюда с едой и кувшины с напитками.
Прямо по курсу возвышался стол для особо важных персон – за ним могли бы восседать хозяева поля, будь это игра баскетбольного клуба «Селтикс». С десяток угрюмых дядечек рассаживались по своим местам. Перед ними поставили золотые тарелки и кубки с драгоценными камнями. По центру стола пустовал деревянный трон с высокой спинкой, где двое черных воронов чистили свои перья.
Мы приземлились у столика слева; шестеро человек в повседневной одежде – две девушки и четверо парней – как раз занимали свои места. Рядом с ними мельтешились валькирии, одетые более-менее как Сэм.
— Новые постояльцы?
Сэмира кивнула и свела брови к переносице:
— Семь человек за ночь – это очень много.
— Это хорошо или плохо?
— Смерть героев плохо отражается на мироустройстве. Это значит... – она поджала губы. – Не бери в голову. Давай займём наши места.
Внезапно одна из валькирий преградила нам путь.
— Самира Аль Аббас, какого уродца ты притащила на этот раз? Ещё одного полутролля? Или, быть может, шпиона твоего папаши?
На вид ей было лет восемнадцать. Крупная и высокая, она вполне могла сойти за тяжёлого форварда НБА. Светлые волосы в косичках, зелёное платье и патронташ с плотницкими молотками поверх него (сказать, что я был удивлён – ничего не сказать; может, она здесь плотником подрабатывала?). Наряд дополнял золотой амулет в форме молотка на её шее. Глаза у неё были бледно-голубыми, от них так и веяло холодом.
— Гунилла... – голос Сэм звучал напряжённо. – Знакомься, Магнус Чейз.
Я протянул руку.
— Горилла? Рад знакомству.
Ноздри девушки раздулись.
— Меня зовут Гунилла, я возглавляю валькирий. А ты, новичок ...
Возле основания дерева стояло трое парней. Двое из них поддерживали здоровенный чёрно-белый рог какого-то животного, в то время как третий в него дул. Гудение эхом прокатилось по всему залу.
Тысячи воинов заняли свои места. Горилла бросила на меня последний презрительный взгляд и, развернувшись на своих каблучищах, зашагала к столу для особо важных персон.
— Осторожно, – предупредила меня Сэм, – Гунилла влиятельна.
— И та ещё задница.
Уголок её рта дёрнулся.
— Не могу не согласиться.
Сэм выглядела встревоженной, она с такой силой схватилась за топор, что костяшки её пальцев побелели. Мне было жутко интересно, о каком-таком «шпионе» шла речь, однако я решил поберечь своё горло и воздержаться от вопросов.
Я сел рядом с ней у самого края, чтобы мне не пришлось общаться с другими новичками. Время от времени над нами пролетали валькирии с едой и напитками в руках. Они наполняли кувшины козьей медовухой из кипящего золотого чана. Главным блюдом, судя по всему, было то, что жарилось на огромном вертеле в другом конце зала; размером оно было с синего кита.
Одна из валькирий поставила передо мной кубок и тарелку с едой. Не знаю, что это было за мясо, но пахло оно превосходно. Политые соусом кусочки мяса, картофель и толстые ломти хлеба с маслом... м-м-м, вкуснотища. Сколько же времени прошло с моего последнего полноценного ужина? Как бы там ни было, а приниматься за еду я не спешил.
— Чьё это мясо?
Сэм вытерла рот тыльной стороной ладони.
— Сэхримнира.
— Так, ладно. Во-первых, зачем давать имена еде? Я не хочу знать, как зовут мой ужин. Этот картофель... его случаем зовут не Стив?
Она закатила глаза.
— Нет, конечно. Его зовут Фил. А Стив – это хлеб.
Я уставился на неё в изумлении.
— Шучу, расслабься, – ответила она. – Сехримнир – это волшебный зверь Вальхаллы. Его убивают и подают на ужин ежедневно. Наутро он воскресает, живым и здоровым.
— Отстойная же у него участь... так это корова, свинья или...?
— Это то, что ты хочешь. У меня, например, говядина. Та или иная часть зверя – это курица или свинина. Я свинину не употребляю, но некоторые из здешних ребят просто без ума от неё.
— А что, если я вегетарианец? И вообще, я хочу фалафель.
Сэм замерла.
— Это что, шутка такая?
— Нет, с чего ты взяла? Мне нравится фалафель.
Её плечи расслабились.
— Ну, если хочешь фалафель, просто попроси левый бок. Эта часть – тофу, соевый творог. Можно приправить по вкусу и сделать что угодно.
— Здесь есть волшебный зверь, чей левый бок состоит из тофу...
— Это же Вальхалла, рай для воинов на службе у Одина. Не важно, что ты выберешь, оно будет идеальным на вкус.
Не в силах больше терпеть, я навалился на еду. Барбекю и вправду было превосходным: идеальное сочетание остроты и сладости. Хлеб с масляной корочкой просто таял у меня во рту. Даже картошка по имени Фил была чертовски вкусной.
Жидкость в моем кубке больше походила на сидр, нежели на козье молоко. Я решил рискнуть и сделал глоток. Напиток был сладким и освежающим, без каких-либо комочков, с незнакомым мне привкусом... Ежевика? Мёд? Ваниль? Я осушил свой стакан.
Внезапно меня обдало жаром. Не как после употребления алкоголя (да, дважды пробовал – и дважды стошнило). Мёд не вскружил мне голову, меня не клонило в сон или к унитазу. По вкусу он больше напоминал эспрессо со льдом, только без присущего ему горьковатого привкуса. Напиток придал мне сил и уверенности в себе. Никаких побочных эффектов, вроде нервозности и повышенного сердцебиения, не наблюдалось.
— Чудное питье, – признал я.
Валькирия вновь наполнила мой кубок и улетела прочь.
Я уставился на Сэм, которая стряхивала хлебные крошки со своего шарфа.
— А ты вообще обслуживаешь тут?
— Естественно. У нас свой порядок. Это честь для меня – обслуживать эйнхериев.
Кажется, она говорила на полном серьёзе.
— Сколько здесь валькирий?
— Несколько тысяч?
— А сколько эйнхериев?
Сэм надула щеки.
— Десятки тысяч? Как я уже говорила, это только первая смена. После вас ужин накроют для старших воинов. В Вальхалле пятьсот сорок дверей. За каждой дверью, по идее, по восемьсот воинов, готовых к бою. Получается, четыреста тридцать две тысячи эйнхериев.
— Как много тофу...
Она пожала плечами.
— Лично я считаю, что цифра слегка преувеличена. Одному только Одину известно, сколько здесь эйнхериев на самом деле. Нам понадобится большая армия, когда наступит Рагнарёк.
— Рагнарёк, – повторил я.
— Конец света, – пояснила Сэм. – Все Девять Миров будут охвачены великим пламенем, и боги с гигантами сойдутся в их последней битве.
— А-а, этот Рагнарёк!
Я осмотрел здешних воинов; вспомнил свой первый день в старшей школе. Спустя несколько месяцев погибла мама, и вся моя жизнь свелась до одного мусорного контейнера. Школу посещало около двух тысяч подростков. На переменах в коридорах творился абсолютный хаос, а наша столовая походила на аквариум с пираньями. Теперь же, все это казалось мне детским лепетом по сравнению с Вальхаллой.
Я указал на главный стол.
— А что насчёт этих чудаков? Многие из них выглядят старше.
— Я бы не стала называть их чудаками, – корила меня Сэм. – Это таны, главы кланов, лорды Вальхаллы. Один самолично пригласил их за свой стол.
— Значит, пустующий трон...
— Да, предназначен для Одина. Сам он уже давно как не показывается на ужине, но у него повсюду есть вороны-шпионы. Они ему всё докладывают.
Эти вороны – с темными глазами-бусинами – заставляли меня нервничать. Казалось, я представлял для них какой-то особый интерес.
Сэм указала по правую сторону от трона.
— Это Эрик Кровавая Секира. А рядом с ним – Эрик Рыжий.
— Какое разнообразие имён!
— Дальше – Лейф Эрикссон.
— Ого... а где же его металлический бюстгальтер?
— Сделаю вид, что не слышала этого. Вон там Снорри. И наша очаровательная подруга Гунилла. Рядом с ней – Лорд Нельсон и Дэви Крокетт.
— Дэви К... постой, ты серьёзно?
— С края сидит Хельги, управляющий отеля. Вы должны были пересекаться.
Хельги попивал медовый напиток и болтал с Дэви Крокеттом. Позади него стоял слегка приунывший Хундинг. Бедняге выпала честь кормить управляющего виноградом.
— А что происходит между управляющим и Хундингом?
Сэм состроила кислую мину.
— Наследственная вражда. Все началось задолго до того, как они попали в Вальхаллу. После, Один назначил Хельги на должность управляющего. Видимо, он представлял для него бóльший интерес. В общем, первым своим приказом Хельги сделал из Хундинга мальчика на побегушках. С тех пор он выполняет за него всю грязную работу.
— Да уж, не фонтан...
Сэм заколебалась и понизила голос:
— Даже в Вальхалле есть иерархия. Поверь, тебе не захочется быть в самом низу. Запомни, когда начнётся церемония...
Главы кланов начали стучать кубками по столу. Вскоре к ним присоединились тысячи эйнхериев по всему залу.
Хельги встал с кубком в руке. Шум моментально стих.
— Воины! – голос управляющего эхом отдавался по всему помещению. Должен отметить, что смотрелся он царственно... хм, и всего-то несколько часов назад он предлагал мне номер люкс и ключи от минибара. – Сегодня к нам присоединилось ещё семеро героев! Но, прежде чем отметить сие событие, мы приготовили для вас небольшой сюрприз: благодаря капитану валькирий, Гунилле, сегодня, впервые, мы не только услышим об их подвигах, но и сможем созерцать их СОБСТВЕННОЛИЧНО!
Сэм издала задыхающийся звук.
— Только не это, – пробормотала она. – Нет, нет, нет...
— Да начнётся представление мертвецов! – проревел Хельги.
Несколько тысяч воинов повернулись на своих стульях и выжидающе посмотрели в мою сторону.