Попробуем вместе?
Книга матери лежала на столе в библиотеке, прикрытая сверху учебником по истории магии. Джоана не читала её, а лишь время от времени проводила пальцами по шершавому зелёному переплёту, будто проверяя, на месте ли тот странный подарок. Мысли путались, перескакивая с загадочных символов на полях на короткое, жёсткое объятие, а от него на ледяную маску Драко, которую тот носил уже две недели.
— Знаешь, если будешь смотреть на этот фолиант с таким видом, как будто он тебе должен галлеоны, он может взять и зассать, — раздался спокойный голос рядом. Блейз Забини опустился на соседний стул, отодвигая стопку своих книг.
— Я просто надеюсь, что если долго смотреть, текст сам собой поменяется во что-то более осмысленное, чем то, что здесь понапридумывали. Пока единственный эффект : у меня начинает двоиться в глазах от этих завитушек.
— Ох уж, этот Бинс, — подметил парень, листая страницы, — единственный профессор, чьи лекции могут заставить пожалеть, что тебя не съели тролли на первом курсе. Это был бы более быстрый и, полагаю, куда более интересный конец. Если в этой твоей книге есть ответ на его вопросы, он, наверное, зашифрован с помощью танца маленьких эльфов. Может, стоит постучать по корешку и спросить вежливо?
Уголки губ Джо дрогнули в улыбке:
— Попробую, но если книга ответит или взорвётся, передашь Амелии, что виноват ты, Блейз
Они просидели так ещё с полчаса в тишине.Пока внезапно, без всякой видимой причины, по спине не пробежал резкий, леденящий холод, будто кто-то вылил за воротник мантии воду из горного ручья. Вздрогнув, она уронила перо, оставив на пергаменте тягучую кляксу.
— Что-то не так?
— Сквозняк, наверное.— А растирая ладонью предплечье уже выступали мурашки. Но окна в библиотеке были закрыты. Холод шёл изнутри, и таким же он был тогда, на трибуне, перед тем как мир поплыл перед глазами.
Попытка сделать глубокий вдох не удалась, воздух,словно,не шëл в лëгкие.Сердце забилось где-то в висках глухими, неровными ударами. Какая-то паника: чужая и навязчивая,без причины.
— Джоанна? — голос Забини прозвучал ближе и чётче. — У тебя точно всë в порядке?
Она покачала головой, не в силах сказать и слова. Взгляд упал на пустой стул напротив, где обычно сидел Драко, его не было здесь и на последнем уроке. Где он? Что случилось? Что-то кричало внутри: С ним что-то происходит, и это что-то ужасное.
— Я скоро приду— с трудом выдавила Джоана, поднимаясь. Ноги не слушались, были ватными. — Воздуха не хватает.
Блейз встал, его лицо выражало озадаченность.
— Я пойду с тобой.
— Нет! — её голос прозвучал резче, чем хотелось,что парень аж слегка отшатнулся. — Прости меня, пожалуйста. Всё нормально, мне просто надо с собой побыть, в спокойствии.
Не слушая возражений, она, почти пошатываясь, направилась к выходу. Ноги сами понесли по знакомым коридорам в сторону самых глухих, редко посещаемых крыльев замка.По дороге встретилась Паркинсон:
—Пэнси! Как я рада, что встретила тебя сейчас. Скажи, где Драко? С ним всё нормально?
И она с удивлённым глазами поведовала всë, что знала.
Оказывается,что Люциус Малфой неожиданно прибыл в Хогвартс, для краткой, неотложной беседы с Дамблдором. И перед этой беседой нашёл время для сына. Не в уединении кабинета, а в людном коридоре возле главной лестницы, где его могли видеть и слышать проходящие мимо старшекурсники.
Дальше, по словам девочки, ничего особо не было слышно, из-за большого количества людей рядом. Но прорезались такие слова, как о
«слабости», «несостоятельности» и «стыду для фамилии всего рода», отозвался в Драко такой сокрушительной волной унижения и панического страха, что собственное тело откликнулось на расстоянии
В одной из таких галерей на втором этаже, за тяжёлой дубовой дверью, там и находился блондин.
Драко сидел на каменном полу, прислонившись спиной к стене, поджав колени к груди. Не не плакал и не шевелился, просто сидел, уставившись в пустоту широко раскрытыми, ничего не видящими глазами. В тот момент Малфой был похож на раненого зверька, загнанного в угол.
Джоана остановилась в двух шагах, и её собственные симптомы на мгновение отступили, сменившись острой, режущей болью в груди от этого зрелища.
Не повернув голову, но было слышно, как дыхание на мгновение замерло.
Не спрашивая, не произнося слов, девочка опустилась на корточки рядом, на безопасном расстоянии, но достаточно близко, чтобы он мог видеть её краем глаза. Дрожь в руках почти прекратилась. Медленно, чтобы не спугнуть, сняла с пояса небольшую фляжку с водой и не протягивая, просто поставила на пол между ними, затем отодвинулась чуть дальше к стене, давая свободное пространство.
Минуту царила гробовая тишина. Потом Драко медленно, словно против воли, повернул голову. Взгляд прошëлся по фляжке, потом по её лицу, и в глазах, кроме паники, проступил стыд и безмерная усталость. Дрожащей рукой он дотянулся до фляжки, открутил крышку и сделал несколько жадных глотков. Вода капнула на подбородок, и он резко вытер её рукавом.
Когда он поставил фляжку обратно, она достала из кармана чистый льняной платок и не вставая, катнула его по полу. Платок остановился у ноги.
Малфой посмотрел и сразу же поднял его, сжал в кулаке, прижал ко лбу, потом просто замер.
Ещё несколько минут они сидели в тишине, разделённые парой метров каменного пола.
Только когда плечи окончательно обвисли, а взгляд перестал быть стеклянным, он заговорил, не глядя, уткнувшись лбом в колени.
— Джоана, прости меня, я такой придурок, ты даже не представляешь. Вечно, как малолетний мальчишка, не могу сам что-то решить, не могу просто заткнуться и делать так, как говорят. Вечно всё порчу. И из-за этого ты.... ты вот здесь сидишь, потому что я опять не смог. Не смог и всë, —голос уже сорвался,— он приехал. И всё, чего я хотел , так это просто провалиться сквозь землю. Потому что знал, что опять не прав, опять не дотягиваю, опять позорю его просто своим существованием. И знал, что если если я хоть что-то почувствую, хоть каплю этой дряни, то тебе снова станет плохо и я ничего не мог с этим поделать. Ничего. Я просто стоял и горел изнутри от стыда. И всё равно навредил. Опять
Он замолчал, послышался сдавленный выдох, похожий на рыдание, но слёз не было. Лишь горькая, беспомощная злость на самого себя.
Джани молчала, дав выговориться, потом сказала тихо, но чётко:
— Ты не навредил, просто позвал, только не словамм. И я пришла. Это не вред, Драко, слышишь? Ты почувствовал, что не справляешься, я почувствовала это же. Всё сработало именно так, как мы и договаривались.
— Но ты же..
— Я пришла, потому что могла и потому что хотела, а не потому что упала в обморок. Видишь разницу?
— Но это ненормально. Так не должно быть.
— Но так есть, — просто ответила Джо — Мы оба здесь, никто не умирает, а это значит, пока что мы справляемся. Даже с придурками, — она позволила себе очень слабую, почти невидимую улыбку.
Драко смотрел на неё, и постепенно напряжение в его лице начало растворяться, сменяясь глубокой усталостью и каким-то обречённым принятием.
— Я не знаю, что делать, Джоана. Я не знаю, как с этим жить. Зная, на что эта дичь способна, тебе то самой не страшно?
— Не поверишь,но нет. А я не знаю, как жить с тем, что ты решил стать для меня призраком. Думаю, моя проблема ничуть не легче. Может, просто перестанем придумывать, как должно быть, и начнём разбираться с тем, что есть, только уже вместе?
— Давай, прямо как сегодня, Джо
Драко поднялся с трудом на ноги, опираясь на стену, потом подал руку подруге, чтобы та смогла быстрее встать.
— Пойдём, а то уже ужин скоро.
Сделав шаг к двери, остановился и не оборачиваясь, сказал:
— Спасибо. За.... ну, за всё, короче и за то, что не читаешь нотации.
— Нотации ещё успею, не переживай,белобрысый,но только когда ты будешь в состоянии их оценить по достоинству.—Белобрысый цокнул, но в этом было что-то от прежнего Драко.