Том 1. Глаза бога

Это и правда ощущалось так, будто его пережевали. На теле не осталось никаких следов, но внутри всё словно перекрутилось несколько раз. Лучиано поморщился, стараясь сдержать рвотный позыв. Это было... странно.

Сделать первый вдох оказалось тяжело. Возможно, именно так и ощущается рождение - как нечто липкое, выворачивающее наизнанку и тошнотворно мерзкое. Когда он всё же переборол рефлекс задерживать дыхание, то почувствовал запах пепла. Он забивал ноздри, и сделать вдох получалось с трудом.

Лучиано разлепил глаза. Это простое движение тоже далось нелегко, словно он проспал несколько десятков часов. Веки высохли, слиплись, и моргать было до безумия больно. Но он всё же пересилил себя - они находятся в, возможно, самом опасном месте Фаэруна. Вернуться в строй нужно быстро.

Первое, что он увидел - светлая макушка буквально в паре шагов от него. Огма стоял, слегка поворачивая голову, видимо, осматривал местность. Лучиано последовал его примеру, скользнул взглядом по синей мантии дальше, вперёд.

Перед ними, словно выросшие из самых недр земли, возвышались дома. Нетронутые, будто не прошло тысячи лет. По толстым каменным плитам вверх ползли мох и лозы винограда. Они залезали в здания, протягивая свои зелёные руки в окна, накрывали собой любой участок, до которого могли дотянуться. Они были здесь главными хозяевами. А над ними, в нескольких сотнях футов, возвышался шпиль замка. Огромный, сделанный из какого-то неизвестного камня, раньше он явно красиво сверкал на солнце белоснежным остриём. Но сейчас он пожелтел и, как и всё вокруг, зарос мхом и виноградником. В небо вздымалась одна-единственная башня, зияющая тёмными проёмами окон. Раньше там, кажется, были стёкла, сейчас же - только плотоядный мрак. От башни вверх устремлялся ещё один шпиль, а на самом его кончике раскинул крылья маленький дракон. Он смотрел прямо в тёмно-красное небо, будто готовый в любую секунду исчезнуть в его просторах. Но этот дракон никогда бы не смог взлететь. И не потому, что, видимо, был сделан из золота, а от того, что его крылья были переломаны, ему недоставало нескольких лап и, кажется, глаза.

Лучиано опустил взгляд, не цепляясь больше за призрак прошлого. Он повернул голову в сторону, чтобы увидеть, как маленькие домики, где-то совсем нетронутые, а где-то полностью разрушенные, тонут в разлившемся лесу. Он словно зелёный хищник поглощал остатки человеческой цивилизации, всё больше заполняя пространство.

Но пугало даже не это. С виду это был обычный заброшенный город, который плотно сросся с природой и наполовину ушёл под землю. Пугала звенящая и оглушающая тишина. Лучиано не чувствовал ни дуновения ветра, ни шелеста листвы. Даже в самой глубокой ночи, даже на самом краю земли звук не затихал никогда. Мир всегда был наполнен мелодией, и ноты жизни звучали в нём то громче, то тише. Здесь же была абсолютно могильная, мёртвая тишина. И ужасно, просто безумно, бил в нос запах пепла и серы. Но, хоть убей, Лучиано не видел, что может так гореть. Домам, сделанным из камня, пожар был уже не страшен. А значит, эта вонь идёт откуда-то издалека. И если нет ветра, то что же несёт её к ним?

Лучиано опасливо посмотрел назад, прикидывая, не стоит ли сбежать прямо сейчас. И почувствовал, как все внутренности упали к земле. Кровавой плотоядной щели между мирами не было. За спиной находилась длинная мостовая, которая уводила куда-то в сторону леса.

- И... Где разрыв? - аккуратно спросил Лучиано и услышал свой собственный голос как будто в некотором отдалении. Это эхо разносило его вдаль по улицам.

- Остался с другой стороны, - спокойно отозвался Огма.

- И как же мы тогда отсюда выйдем?

- Не уверен. Мы только пришли.

- Так, стоп. Ты же бог знаний, в смысле "не уверен"!? - Лучиано сделал несколько шагов вперёд, чтобы обойти Огму и заглянуть ему в глаза.

- Я знаю, как работает купол, и абсолютно точно в курсе, что его создали люди, а значит, он не идеален и имеет прорехи. Как та, через которую мы вошли. Но я без понятия, что происходило под ним всё это время. Отсюда ещё никто не выходил, потому я и не знаю, как это сделать. - голос бога оставался совершенно невозмутимым, а глаза - по-прежнему холодными и ничего не выражающими. - Но, разумеется, узнаю. Не думаю, что это будет трудно.

- Самоуверенно, - Лучиано ухмыльнулся и обернулся назад. Город выглядел так, будто долгие столетия здесь не ступала нога человека, - а если выхода просто нет?

- Значит, его плохо искали.

- Знаешь, чему учат агентов в первую очередь? - Лучиано сделал несколько аккуратных шагов вперёд, - никогда не преуменьшать опыт других, не делать вид, будто ты исключение, и смотреть на ситуацию с позиции "здесь и сейчас". А сейчас мы с тобой имеем огромное закрытое пространство, в котором мы заперты, потому что выхода нет. Ты хотя бы знаешь, куда нам идти!?

- Куда бы мы ни пошли, там будет что-то... - Огма едва заметно, лишь уголками губ, улыбнулся. Выглядело... неестественно. - интересное.

И, не дожидаясь никакого ответа, он направился вперёд. Лучиано возвёл глаза к небу, шумно втягивая воздух. Сука. Как же он бесит, просто до невозможности. Мало того, что он не удосужился рассказать Лучиано обо всех тонкостях задания (он бы предпочёл заранее знать, что они, возможно, отсюда никогда не выйдут), так ещё и продолжает вести себя чересчур самонадеянно. Уверенный в своих силах наёмник - мёртвый наемник. Ты должен прекрасно знать, какими навыками обладаешь и как правильно их использовать, но никогда, сука, никогда нельзя быть уверенным, что выйдешь сухим из воды. Это реальный мир, а не ебаная песочница для дошкольников.

Лучиано круто развернулся на пятках и последовал за Огмой. Они шли по заросшей мостовой. Когда-то давно здесь, очевидно, была красивая и живописная улица. Лучиано наблюдал несколько покосившихся фонарных столбов, на которых всё ещё висели странные, слегка опалённые украшения. Домики смотрели на них пустыми глазницами окон. Всё здесь, начиная от замка и заканчивая мелкими камнями под ногами, больше напоминало безжизненные сосуды, поблекшие, обескровленные. Свидетельство былого величия. Сейчас же - просто груда развалин.

Он шёл, перебирая в уме все известные ему заклинания. Максимально полезные он мысленно откладывал в один ящик, а полностью ненужные - в другой. Если понадобится, он сможет быстро телепортировать их в другое место под куполом. Отчего-то казалось, что это не увеселительная прогулка по страницам прошлого, а жестокое путешествие, где за каждым поворотом может скрываться враг. Он скользил взглядом по постройкам, примерно прикидывая хорошие точки: здесь можно спрятаться, здесь можно забраться на возвышенность, здесь будет проще кого-то атаковать. Набор теоретических схем, мысленная игра в сильно усложнённые трёхмерные шахматы.

Но они шли всё дальше, а никакой опасности не наблюдалось. Только груды развалин и больно бьющая по ушам тишина. Огма шёл впереди, с каким-то странным выборочным интересом рассматривая строения. А потом ряд домиков расступился, и они увидели огромную площадь. От неё вели разные дороги: какие-то всё ещё вглубь города, к покосившимися домам. Какие-то - в живые сады, раньше, наверное, ухоженные и аккуратные, но сейчас представлявшие собой лес.

Но одна, самая широкая дорога вела в сторону замка. И по ней, беззвучно скользя, перемещались тени. Они были чем-то похожи на людей и эльфов, но сквозь их полупрозрачные силуэты можно было рассмотреть улочку. Они не состояли из плоти - только из сгустков какой-то энергии. Они ходили кругами, словно стражи, патрулирующие территорию, и не обращали друг на друга никакого внимания.

- Ну что, куда дальше? - уточнил Лучиано, закончив осматривать пространство.

- Нам нужно место для лагеря. Ты скоро устанешь.

- Милота какая, - Лучиано закатил глаза. Он, конечно, устанет, но можно было и не говорить об этом так, словно он ему мешает.

Лучиано пробежался глазами по дорожкам. Замок выглядел интересным, манил своей тайной. Всё самое захватывающее и увлекательное всегда находится в замках. Но если здесь есть люди (а Огма утверждает, что они всё же есть), велик риск того, что эту точку разграбили в первую очередь. Лучиано не осуждал, он бы сам туда первым делом пошёл. Ряд домиков выглядел таким же привлекательным, вот только... Большинство окон были выбиты, двери либо просто не существовали, либо покосились и почти рассыпались в щепки. Что за ними находится? Лучиано не знал. Формальное укрытие и крыша над головой привлекали, но это может создать проблем. Когда человек находится в доме, он подсознательно считает, что он в безопасности. Но это только иллюзия. Такие, как Лучиано, убивают не в переулках и не в лесах. Они караулят людей в их же спальнях, в тавернах и постоялых дворах. Там, где бдительность засыпает, там, где чувства притупляются под натиском уютных, обманчиво глухих стен. Обманывать самого себя Лучиано не хотел. Он никогда, даже в собственном доме, не чувствовал себя в безопасности. Первое правило выживания: жди опасности даже там, где её не может быть.

Тишина этого места безопасной не была. Ничего здесь по определению не было безопасным. Историю падения этого города Лучиано не знал. Но сомнительно, что обычную груду развалин закрыли от всего внешнего мира просто так. Тут что-то было. Что-то, что уничтожило город и что древние захотели запереть даже ценой собственных жизней. И оно их найдёт. Не может не.

Лучиано быстрым и немного нервным шагом направился вглубь какого-то сада. Аллея под его ногами петляла среди деревьев, иногда попросту пропадая, и он чувствовал, как ботинки погружаются в приятный мох. Некогда прекрасный сад разросся, неухоженный, теперь похожий на дикий, он поглощал старые покосившиеся лавочки, каменные оградки и фонарные столбы. Лес рос вперёд, безмолвный и разрушительный.

Среди пышущей зелени Лучиано замечал на то тут, то там сохранившихся камнях странные, причудливые чёрные грязевые пятна. Он не выдержал, остановился, провёл пальцами по одной из таких теней на старой лавке. На пальцах ожидаемо остались следы. Пепел. Лучиано присмотрелся к этой странной пыли. Пепельный след при близком рассмотрении полностью повторял очертание человеческого тела. Лучиано поморщился, обтирая пальцы о край рубашки. Это были явно человеческие останки, которые, впрочем, не были чем-то необычным. Он привык к подобному зрелищу, правда, никогда не подозревал, что от человека могла остаться только тень. Заклинания такой степени разрушительности Лучиано не знал. Его секрет был погребён где-то здесь и, наверное, к лучшему. Собирать информацию и приносить на блюдечке с голубой каёмочкой своему начальству было его прямой работой. Он надеялся никогда не найти никаких сведений о том, что способно буквально стирать человека с лица земли. Иначе он был обязан передать такую находку прямому начальству - Лорду Невервинтера. О таком лучше никому ничего не знать: ни высоким лицам, ни самому Лучиано.

Он бросил взгляд на Огму, спокойно идущему в нескольких шагах позади. Интересно, а этот знает? Спрашивать было опасно. Боги в целом безопасными никогда не были. Если он бог, разумеется. Но природа этого чёрта была не так важна, как опыт тысячелетий, который хранился в его черепушке. "Лорд Знаний" звучит не так опасно, как, например, "Повелитель тьмы", "Бессмертный повелитель смерти" (умер, кстати) или "Принц лжи". Поэтому люди поклоняются ему охотнее, несут ему свою веру и щедрые подношения. Но если заглянуть в саму суть... Знания опаснее. За знания убивают, ради них идут на великие - часто человеческие - жертвы, они желанны и ненавистны одновременно. Иной раз именно тайные и тёмные знания приносят смерть, страдания и разрушения. Просто все предпочитают ругать и винить последствия, а не первопричину. Когда единственная твоя работа это приносить информацию, не важно, какую цену за неё придётся заплатить, ты понимаешь всю жестокую силу знаний.

Но Лучиано отвлёкся. Он шёл по саду вглубь, присматривая нормальное место для лагеря. Он, конечно, мог уснуть на ближайшем булыжнике, и ему было бы нормально, но он как-то не сильно горел желанием. Что-то во всём этом царстве природы напрягало. Даже тот серый безликий лес казался не таким пугающим, как это место. Периодически то там, то тут он замечал последствия какого-то сражения, явно не тысячелетней давности. А ещё останки. Скелеты смотрели на него пустыми глазницами из-под раскидистых веток деревьев. Парочка обычных скелетов, парочка, кажется, гномьих, а ещё... Ещё несколько, очевидно принадлежавших чему-то потустороннему. Лучиано предположил бы, что это останки демонов, но как они здесь оказались? Вопрос, конечно, со звёздочкой.

Именно поэтому он не мог найти нормального места для лагеря и всё шёл вперёд. Нельзя, чёрт побери, нельзя останавливаться там, где есть чьи-то останки. Это всё сказки для новичков, что на место битвы не возвращаются. Возвращаются, ещё как возвращаются. Не знаешь, от чего умер твой предшественник - беги отсюда так быстро, как только можешь. Иначе будешь следующим.

Сад (если его ещё можно было так назвать) становился всё гуще. Зелёные лапы спускались к земле, затрудняя движение. Лучиано толкнул несколько раскидистых ветвей, с удовольствием думая о том, что они должны неплохо так хлестнуть по лицу идущего сзади Огму. Огма от ветвей увернулся. Никакого наслаждения в этом месте, ясно.

Ноги ныли от долгой ходьбы по зарослям. Лучиано привык к физическим нагрузкам, но за этот день они явно прошли больше двух десятков миль. Игнорировать позывы тела он мог, но не переставал их ощущать. Он же не был деревянной куклой, он тоже вполне себе уставал. Ещё и кожу в некоторых местах до сих пор жгло: отхватил люлей он знатно, хоть и выпил несколько зелий. Не все раны затянулись достаточно. Он чувствовал - интуиция подводила редко, да и опыта в этом вопросе у него было достаточно - как в некоторых местах собираются образоваться новые шрамы. Если так пойдёт и дальше... Их здесь перекромсают и будут правы. У него оставалось не так много зелий, нужно искать какой-то другой способ.

Деревья немного расступились, и он чуть не поскользнулся. Нога вместо привычной почвы наступила на что-то мягкое. Лучиано попятился назад. С виду - огромная поляна, заросшая мхом. Он аккуратно выставил вперёд ногу и проверил почву. Нет, не мох. Огромное, тёмное болото. Оно как хищный зверь затаилось под сенью ветвей, поджидая неаккуратного путника. Лучиано попятился назад, пытаясь найти тропинку в обход. И услышал первый за всё это время звук. Далеко, очень далеко кто-то ходил, не особо стараясь быть тихим, ломая под собой ветки деревьев. В другом месте Лучиано бы его не услышал, но здесь, в этом месте вечной тишины, он был до звона в ушах громким.

Огма повернул голову, тоже прислушиваясь и вглядываясь куда-то в заросли. Без толку. Это было далеко, безумно далеко. Отсюда они бы ничего не увидели. Лучиано хмыкнул, опуская руку на головку меча. Оставаться на месте было опаснее. Он поднял с земли нечто, что раньше, возможно, было большеберцовой костью какого-то пугающе большого существа. Зато сейчас могло послужить хорошей тыкалкой. Он несколько раз ткнул чьими-то останками в тропу впереди себя и нащупал место, где начинается болото. Кивнув самому себе, он повернул в сторону, надеясь обойти вязкую жидкость.

Огма немного постоял, словно что-то обдумывая, прежде чем пойти за ним. След в след. Лучиано тоже резво двигаться вперёд не торопился. Сначала он проверял почву своей прекрасной тростью (какая там статья в Невервинтере за осквернение останков..?), и только потом шагал сам. Он хихикнул, подумав, что сейчас выглядит как очень странная бабулька. Но кость ему понравилась, практичная и удобная. Забрать что ли с собой?

Такой странной процессией они и продвигались вперёд. Сначала шла берцовая кость нового лучшего друга Лучиано, за ней сам Лучиано, а завершал шествие идущий в нескольких шагах Огма. Болото оказалось намного больше, чем предположил Лучиано. Судя по косвенным признакам, оно разлилось относительно недавно, затягивая в свои мутные глубины фонарные столбы, которые теперь торчали из воды, и старые дорожки. Они обошли где-то половину, когда Лучиано заметил торчащий из его недр шпиль. Кажется, раньше там было здание. Любопытство засвербило где-то под кожей, но желания нырнуть не было. Да, Лучиано, по его магической элементальной сути, дышать было необязательно и он спокойно мог обойтись без воздуха, поскольку - в рамках вселенской шутки - был на четверть им и сам. Но, во-первых, никогда нельзя плавать в водоёме, о котором ты ничего не знаешь, а во-вторых, у них не было на это времени. В-третьих... Огма и так посматривал на него, как на нечто мерзкое: от той странной жижи он так и не почистился. И Лучиано не мог понять, это плюс или минус.

Ещё спустя несколько шагов где-то вдали, на другой стороне огромного болота, сквозь заросли деревьев стал виден фасад какого-то здания. Лучиано присмотрелся, пытаясь понять, в каком оно состоянии. А что, звучало неплохо: спрятанный у болота дом. Почти естественная защита, там можно было остановиться. Он направился вперёд быстрее, подгоняемый желанием наконец-то присесть. Что обидно, шорох, издаваемый очевидно чем-то живым, раздался примерно с той же стороны. Но если укрытие реально хорошее, Лучиано был готов за него попиздиться.

Лес постепенно густел, а болото отдалялось. Его не нужно было обходить кругом, чтобы пробраться к возможному укрытию. Теперь Лучиано орудовал "тростью", чтобы расчистить им путь вперед. Одно до ужаса настырное ползучее растение, словно живое, тянулось к его ногам и рукам. Лучиано то и дело отбивался от его атак. Да что это за херня такая? Он присмотрелся к узору на листве и нахмурился. Оно чем-то напоминало виноград, но внутренняя сторона листов сочилась соком, от которого приятно пахло свежестью. А по самому листку шёл узор из узких, почти прозрачных, прожилок, которые закруглялись к середине. Лучиано, конечно, не эксперт, но это очень походило на ту самую хрень, на основе которой готовили зелья лечения придворные алхимики. Полуразумное, в естественной среде обитания оно легко опутывало повреждённые конечности и питалось свернувшейся кровью, одновременно с этим залечивая раны. Лучиано протянул руку, наблюдая, как несколько веточек охотно потянулись к его пальцам.

- Я бы не советовал, - впервые за долгое время раздался убийственно спокойный голос сзади, - оно больше не то, чем было раньше.

- Пояснишь? - Лучиано обернулся, сталкиваясь с холодным блеском мятных глаз.

- Ты справедливо принял эти лозы за planta medicinarum или, по-вашему, растение лекарей. В неопределённом прошлом оно действительно являлось представителем данного вида, однако, судя по уплотнениям стеблевых узлов и неестественной пульсации первичной коры, могу предположить, что структура тканей изменилась. Гипотезу подтверждает странное для двудольного растения расположение проводящих пучков, благо, они ярко выделяются благодаря специфическому рациону данной особи и дают пространство для эмпирического исследования. При совокупности данных фактов могу сделать вывод, что конкретно этот представитель, несомненно, сохранил черты, присущие planta medicinarum, и его метаморфозы имеют характер магического вмешательства, а не естественного развития. Но сейчас мы имеем дело с гибридом, по свойствам близким к тропическому planta necatrix, или в народе "растением-людоедом".

- Имеешь в виду, что оно меня сожрет?

- Нет, оно не выделяет достаточного ферментов и не имеет полости для переваривания, однако, его стебли имеют достаточную силу захвата, и пучки, о которых я раньше говорил, сейчас нацелены на получение питательных веществ из готового источника, не через синтез. Думаю, оно нацелено на твою кровь. - то спокойствие, с которым Огма это произносил, могло не на шутку напугать, - К слову, это будет довольно безболезненной смертью, доза анестетика и антикоагулянта будет достаточной для твоего веса. Но если ты всё же хочешь научиться использовать народные методы медицины, а не просто стать для данной особи обедом, лучше воспользуйся вот этим.

Огма кивнул взгляд на непримечательный мох, прочно впившийся своими корнями в кору дерева. Лучиано пожал плечами, резким выпадом отбивая стебель у ползучего растения. А удобно, однако, когда у тебя есть карманная энциклопедия на ножках. Он продолжил двигаться вперёд, но, немного поразмыслив, всё же бросил куда-то за спину:

- Спасибо, - прозвучало как-то сухо и неискренне.

- Рад помочь. - прозвучало абсолютно тихо и так же сухо, если не пресно.

Лучиано скривился, упрямо игнорируя все поползновения растений. Иногда ему казалось, что он общается с заводной куклой. Хотя, возможно, в каком-то смысле, так и было. И почему он вообще требует от бога хоть каких-то эмоций? Понимает же, что он, скорее всего, на них не способен... Да и как будто ему не похуй!

Они ещё какое-то время петляли сквозь заросли деревьев, пока, наконец, не вышли к тому, что раньше, очевидно, было огромным садом перед поместьем. Из-под какого-то ползучего растения выглядывала старая каменная ограда. А вдали уже можно было рассмотреть сам дом.

Это было огромное, величественное строение, сделанное из белого мрамора. Сад даже сейчас наполнялся благоуханием цветов. Огромные кусты розы разрослись в разные стороны, покрывая собой всё видимое пространство. За долгие годы без ухода они одичали, бутоны стали явно меньше, но их пряный, кружащий голову запах остался прежним. Они были везде, куда только падал глаз. Смотрели на мир своими яркими красными глазницами, словно были налиты кровью.

- А с этими ребятами что не так? - ухмыльнулся Лучиано, толкая небольшую покосившуюся и покрытую ржавчиной калитку.

- Всё в порядке. - всё так же тихо ответил Огма, - hortus rosa, роза садовая. Цветение плотное, стебель упругий, корневая система здорова.

- Удивительно.

- Ничего удивительного. Если растение всегда имело автотрофный способ питания, то случайные прорехи Плетения не заставят его пойти против своей природы, тем более если оно приспособлено к текущим условиям и они выгодны для его роста и развития. Хищничество здесь только бы помешало - большая конкуренция за ресурс, неустойчивые механизмы его получения... Розам это не нужно. Они не были для этого созданы. Их шипы нужны для обороны, да и те совершенно не ядовиты. Что, впрочем, не помешало им выжить. А вот их питающийся плотью сосед погиб от твоих рук, значит, проиграл им в умении приспособиться.

Лучиано хмыкнул, проходя чуть дальше. Поместье было огромным. Раньше, судя по всему, оно поднималось ввысь на несколько этажей, но сейчас осталось только два. Крыша, сделанная из странного, незнакомого Лучиано материала осыпалась пылью. Левое крыло было полностью разрушено и напоминало груду развалин. Правое же, за исключением обвалившихся этажей, всё ещё стояло, гордо возвышаясь над прекрасным садом. Даже стёкла в некоторых проёмах были на месте. Как и огромная резная дверь. Её немного перекосило в сторону, но она всё ещё была здесь, обречённая вечность охранять покой своих мёртвых господ.

Лучиано провёл пальцами по резным ручкам в форме львиных голов. Кажется, они были сделаны из чистого золота и инкрустированы драгоценными камнями. Удивительно, что их не спиздили. Он немного напрягся, толкая дверь вперёд.

Эхо разнесло по округе гулкий скрип.