6.
Если моя голова — глобус, то экватор, нулевой меридиан и сама ось, проходящая сквозь этот макет — боль. Просто головная боль, с неистовством бьющая кувалдой по нервным окончаниям. Молюсь неизвестным силам, чтобы мне удалось хотя бы открыть глаза без весомого ущерба своему довольно низкому болевому порогу, но пока я просто рада, что нахожусь в кровати, а не в какой-нибудь канаве у заправки.
Все, что я в состоянии чувствовать на данный момент — прохлада. Мне холодно, причем не немного. И чертов пронизывающий ветер жалит уши, заставляет открытые участки тела покрываться гусиной кожей.
Может, я и потерялась во времени, но не настолько, чтобы не понять, что текущий сезон предназначен не для распахнутых форточек и балконов.
Наверное, стоит подняться, не обращая внимания на утреннюю службу со звенящими колоколами внутри своего черепа.
Никак особо не проснувшись и скукожившись донельзя, будто стала меньше и короче, пытаюсь заставить себя встать и расцепить намертво прилипшие к плечам пальцы. Сглатываю застрявший в горле ком: сухо, как после пребывания во рту бормашины на приеме у стоматолога.
Ресницы размыкаются и незнакомая обстановка вокруг, начиная от непривычной лепнины на потолке и заканчивая занавеской, невесомо перебрасывающейся через мою голову благодаря дуновению ветра почему-то совсем меня не удивляет, и даже наоборот. Забавный факт: в моем скромном арендованном жилище нет занавесок. Можно сказать, я по ним скучала. Но, внезапно, раскалывающуюся голову посетила мысль, что если и дальше отлеживать свое ни живое ни мертвое тело при такой температуре, то наслаждаться видом тюли я смогу и в больничной палате.
С неожиданным рвением спрыгиваю с кровати и как ужаленная бегу к двери балкона, с целью захлопнуть. Закрываю, разворачиваюсь, пару раз резко провожу по плечам. Странно, но только сейчас, перестав тереть глаза и оказавшись впритык с внушительных размеров зеркалом замечаю, что одета в серую, застиранную футболку с гитарой и надписью «Canada Rock». Понятное дело, вчера меня занесло куда-то не туда. Не сказать, что это привычная для меня ситуация, но резона удивляться я не вижу. В связи с тем, несмотря на свое «после перепоя» состояние отправляюсь на поиски столь гостеприимного хозяина апартаментов. Прошлась по узкому коридору, заглянула в гостиную, еще одну спальню. Никаких намеков на жизнь. Подошла к ванной, постучала, прислушалась: гробовая тишина. На кухне помимо саженца лимона в горшке также никого не обнаружилось.
На часах 10:10 и я не смогла придумать ничего лучше, чем просто лечь и уснуть, внушив себе, что дожидаюсь того, благодаря кому я здесь.
***
Первая мысль, что посетила мою голову после того, как я не впервые открыла глаза была о том, что луна уже второй день подряд светит очень ярко. Подумать только, я целый день проспала в незнакомой квартире без малейших угрызений совести. Причем в мыслях вертелось довольно мало вариантов, у кого дома я сейчас нахожусь. А ведь жилище то не скромное, пускай и не вычурное. В большинстве своем, меня интересует у кого хватило ума, пусть даже на пьяную голову приютить меня у себя? Искренне надеюсь, что я не вломилась сюда без приглашения. И почему, мать его, Шейн — такой весь из себя мистер Здравый Смысл каким-то образом не довел меня домой?
Слышится грохот входной двери, который и вырывает меня из омута догадок. Переступив через всякую усталость и никак не проходящую сонливость, — подрываюсь навстречу единственной живой душе за последние сутки. Но живая душа находит меня до того, как я успеваю едва сбросить ноги с постели.
— Ты не уехала. — очень странно, но это был не вопрос. А что еще более странно, так это то, кого я вижу перед собой. Девушка опирается о дверной косяк, внимательно рассматривает меня с ног до головы, от чего становиться просто гипернеловко.
Меня охватывает полнейший ступор, который не позволяет даже подобрать собственную куда-то провалившуюся от удивления челюсть. И, кажись, собеседница замечает это.
— Вот. Ты забыла это в машине вчера. — Джейд протягивает мне мой мобильный и добротно побитые жизнью очки.
— Спасибо. — Начинаю смущенно вертеть в руках отданный мне девайс, попутно пытаясь сообразить, с какого вопроса начать, чтобы хоть немного прояснить ситуацию.
— Тебе идет. — С лукавой ухмылкой проговаривает брюнетка, присаживаясь на край кровати рядом со мной.
— Что, прости?
— Футболка. Ты в ней очень мило смотришься.
Вскидываю бровь. К чему это сейчас вообще было?
— Подожди, Джейд, прости мне мое беспамятство, но, вопрос номер один: как мне удалось ужраться в настолько лютые дрова, чтобы не помнить абсолютно ясных вещей? — Прерываюсь, чтобы выдохнуть, — и сразу же, ответь, каким образом я попала в это место и почему сейчас перед собой я вижу именно тебя, человека, с которым обменивалась репликами всего пару раз в жизни, но от которого получаю сомнительные комплименты, находясь в его футболке? — Фух, начало диалогу положено.
И тут девушка разражается невероятно звонким смехом, что заставляет меня чувствовать себя еще более неловко, хотя, казалось бы, куда?
— Ну, смотри, на первый вопрос я ответа не знаю, а вот почему ты здесь очень даже охотно скажу, — собеседница пожимает плечами и добавляет: — все просто: и тебе и мне того до безумия хотелось.
Без лишних слов цель моего вчерашнего визита сюда стала ясна. И почему меня распирает стыд и чувство вины непонятно за что?
— О'кей, с этим выяснили. — обреченно покачиваю головой, принимая и одновременно протестуя этому факту. — А-а-а, где ты пропадала весь день?
— Ты действительно такая смешная или притворяешься? В универе естественно. — своему ответу не придает особого энтузиазма, встает с кровати и подходит к шкафу, доставая с его дна охапку тряпок, которую позже бросает около меня, несколько секунд пытаясь захлопнуть шкаф, — а что?
— Черт возьми, понедельник же.
Слишком резким движением заваливаюсь назад, что слышу как гахнул матрас подо мной, закрываю глаза руками и начинаю тереть до того, как не вижу ничего кроме разноцветных лужиц бензина после дождя.
— Не беспокойся, ты не пропустила ничего интересного.
— Как будто там хоть когда-нибудь происходит что-то стоящее внимания.
Еще раз тяжело вздыхаю, как раз тогда, когда в мое поле зрения попадает телефон, натурально разрывающийся от уведомлений.
Последним было обновление приложений, парочка новостей из Твиттера, дальше — целая цепочка разнообразной ругани от Шейна.
— Бог всемогущий, только не это. — произношу, слегка щурясь и уже заведомо зная, какого те сообщения содержания. Волнуется. Ну да, самое время.
Уже собираюсь прочесть всю ту полемику, как на меня падает тень Джейд.
— Растегни. — девушка поворачивается спиной, убирая в сторону ниспадающую копну блестящих смольных кос.
Опешив лишь на пару секунд, произношу:
— А «пожалуйста»? — но все же подымаю свой зад и помогаю брюнетке с застежкой.
— Ты спала весь день в моей квартире, — утверждает, уже натянув домашнюю красную футболку с Огурчиком Риком. Мадам, да Вы у нас гик. — никаких тебе «пожалуйста», прогульщица.