Глава 1: Поворот не туда
Сирена милицейской машины была настолько громкой, что резала уши.
Летний вечер выдался неспокойным.
Горячий воздух безжалостно рвал лёгкие на куски. Каждый вдох отдавался острой болью в горле. Ноги от усталости подкашивались, однако он знал: нельзя останавливаться, как бы он ни был утомлён. Из горла вырывался тихий хрип.
—Вахит, шевелись блять, иначе повяжут нас!–прокричал он, подгоняя друга, который уже на последнем дыхании передвигал ногами.
—Я б...б...больше не могу, ч...ч...честно, оставь меня, беги, Валер...–задыхаясь, произнес парень, останавливаясь,–Вали Туркин, вали отсюда, пока не поздно...
За несколько лет он впервые назвал его по имени, а не по погонялу.
—Эй, Зима, ты головой ебнулся по дороге? Ты че раскис тут, менты будут с минуты на минуту, а ты в героя вздумал играть?!–не на шутку разозлился Валера, хватая друга за плечи и тряся его из стороны в сторону, отчего тот больше напоминал тряпичную куклу, нежели человека. Вахит промолчал.
Туркин уже сам еле держался на ногах, и даже если бы ему сейчас удалось растормошить друга, вряд-ли они бы убежали далеко. Сирены раздались совсем близко, эхом проносясь меж домов. Глаза парня начали судорожно искать укрытие. Где-то позади послышались крики, приказывающие осмотреть улицу и найти беглецов. Это было толчком к действию. Последней каплей.
Туркин не помнил, как таща на своих плечах друга, юркнул в какую-то приоткрытую дверь, которая тут же с грохотом захлопнулась, отчего глаза затопил густой мрак, который ещё бы чуть-чуть, и можно было черпать ложкой. За дверью слышались чужие голоса и скрип снега. Они были совсем близко. Буквально тут. Их разделила лишь железная дверь.
—Поднимай задницу, Вахит! Развалился тут как на диване!–приказывал Туркин задыхающемуся товарищу.—Вставай, эти козлы уже тут!–шипел Валера, тяжело дыша после столь длинного забега.
Парень, который минуту назад развалился на бетонных ступеньках, начал нехотя подниматься, рассыпаясь во всевозможных проклятиях.
—Турбо, сука ты этакая, не ори ты мне в ухо, я не глухой, иначе врежу...!–раздражённо прошипел Зималетлинов, потирая ухо.
Туркин на его возгласы лишь свёл брови у переносицы и последовал вниз, а глаза почти привыкшие к темноте мутно видели очертания лестницы и ступеньки.
Зима, шатающийся как пьяный, держась за стену, тоже последовал за другом. Внутри пахло сыростью, грибами и землёй. Бетонные стены будто прожигали двух беглецов своими тяжёлыми скребущими душу взглядами. Лестница, в один момент показввшаяся бесконечной, наконец кончилась. Две пары ног ступили на землю. Рука Валеры начала шарить по стене в поисках выключателя. Было безумно холодно, даже несмотря на то, что на дворе все ещё стояло лето. Это же надо было так по-идиотски попасться. Решиться угнать машину перед носом ментовки–что ещё может быть тупее? Все благодаря этому пидорасу, Кащею-наркоше, которому вдруг захотелось утереть нос ментам.
Самый первый оттуда съебывал, так что пятки сверкали. Если бы не он, они б сейчас не в подвале сидели, а по домам, или, в крайнем случае, хоть в той же самой вонючей качалке. Но нет, они полезли в это дерьмо. Свое и получили.
Менты, хоть и те еще твари, не слепые. А теперь вот, сидят они в каком-то ебанном подвале, ждут, когда свалить удастся. И пускай только попадётся ему этот Бессмертный на глаза, угандошит блядину прямо на месте.
Рука нащупала выключатель. В помещении зажегся желтоватый тусклый свет. Глаза, уже привыкшие к кромешной тьме, защипало. Огдядев помещение, становилось понятно и его предназначение. Лопаты, грабли, старые ведра, банки, макулатура, бутылки из-под водяры. На стенах старые плакаты, за которыми- заботливо прикрытая облазящая штукатурка. Умно.
—Ну и утопия...–пробурчал Вахит, почесывая затылок. Тот уже похоже совсем в себя пришёл: по-хозяйски разгуливал по помещению, трогал разные склянки, нюхал, морщился.
—Я так вижу, тебе совсем хорошо стало, сраный симулянт?!–прошипел Турбо, зло зыркнув на друга, который уже читал "Комсомольскую правду", потрепанную временем.
—А ты не рад разве, что твой друг жив и здоров? –ехидно улыбнулся Вахит, за что получил смачный подзатыльник.
—А ещё хитрожопый, как лиса! Ага, радуюсь, прям щас обоссусь от радости. Нас чуть не загребли из-за кое-кого, а я тут должен в штаны наложить. Я тебя скорее носом об стенку приложу, охуевший.
—Ты пессимист, Туркин. Причём ещё токсичный. Вечно с кислым ебалом ходишь. Вечно на всех бурчишь.—язвительно выкинул парень, усмехнувшись. Валера угрюмо покосился на друга.
— Я реалист. В наше время быть оптимистом почти невозможно. Валера присел на корточки и достал сигареты из кармана заношенных чёрных спортивок.
—Себе не льсти, Турбо, ты похуист, весь, до ниточки.–сказал Вахит, протягивая руку за сигаретой.
—Хрен тебе, философ, обойдешься, пиздеть меньше надо было.–усмехнулся парень, отводя пачку как можно дальше от то и дело норовяшего схватить её друга. Вахит нахмурился, приготовился уже высказать свое недовольство, однако взгляд его резко переместился за спину друга, куда-то вдаль.
—Смотри...–сказал Зима хриплым голосом, не отрывая взгляда. Турбо развернулся, а пачки сигарет в его руках будто и не бывало.
—Ах ты мелкий говнюк..!—только и успел выпалить парень, как довольный друг уже отскочил в угол.
—Сам ты говнюк!—обиженно кинул Зима с наигранно–серьезной интонацией. Как маленькие дети, ну ей богу. "Старшие" называется...
—Я те ща пропишу!–пригрозил парень кулаком.
—Ах, вы не посмеете, сударь...–не переставал язвить Вахит, однако медленно отступал к стене.
—А ты, сударь, проверить хочешь, видимо,–саркастически улыбнувшись, сказал Турбо.
—А я...ТВОЮ Ж НАЛЕВО!—заорал вдруг Зима, попятившись назад и споткнувшись о лежащие на полу грабли, попутно хватаясь за все, что только попадало под руку, что тут же падало вместе с ним. Раздался оглушительный грохот. Где-то рядом упала с полки бутылка и разбилась.
На секунду Турбо перестал дышать, и повисла напряжённая тишина, а затем раздалось тихое:
—Я жив, если че
—Ещё б ты сдох,–произнес, выдохнув Валера, а у самого улыбка до ушей.
—Не дождёшься!—улыбнулся парень, потирая ушибленный бок и выбираясь из кучи хлама. А потом ни с того, ни с сего рассмеялся.
—Ты че ржёшь опять?!
—Ты бы видел свое лицо в тот момент...!–через приступы смеха проговорил парень. От смеха на его глазах выступили слезы.
—Да ты охренел что-ли?–раздражённо прошипел Валера, нахмурив брови, кинув мимолётный взгяд назад, а затем прищурив глаза.
—На че пялишься? Али плакаты с голыми тёлками увидел?–усмехнулся Зима.
—Ага, ещё бы, тёлки. Вот, стою, думаю, какому умнику в голову пришло сюда телефонную будку затащить.–пробормотал Туркин, скрестив руки на груди.
—Да ну, ты гонишь!–усмехнулся Зима, оборачиваясь. И тут же раскрыл рот от удивления. Позади него и вправду стоял телефонный аппарат.
На удивление, складывалось впечатление, что находился он тут относительно недавно, ибо пыли на нем было значительно меньше чем на остальном хламе. Краска была свежая, не крошилась. Зима, до этого лишь заинтересованно рассматривавший находку, теперь же во всю трогал её.
—Надо бы вернуться потом сюда.
—Ага, обязательно, только не при таких же обстоятельствах, ладно?–ответил другу Турбо с некоторой усмешкой.
Зима его слова тактично проигнорировал, лишь ткнув пальцем в хаотично порядке на кнопки.
—Ты бы сильно тут не хозяйничал, мало ли что..–фыркнул Турбо, исподлобья наблюдая за другом.
—Да че с эти металлоломом случиться? Не смеши меня!–рассмеялся Зима, с размаху хлопнув по стенке будки. На секунду все затихли.
—Это че за хуйня там загорелась?–подал голос Валера, указывая на загоревшийся внутри будки красный индикатор.
—А я че, знаю что-ли?–ответил ему Вахит, почесывая затылок, так же глядя на красный огонёк, который, казалось, с каждой секундой становился все ярче.
—А мне кажется, или эта поебота только ярче гореть начинает?–спросил Туркин, прищурившись от яркого света.
—Тогда нам двоим кажется.—проговорил Зима, прикрывая глаза рукой.
А тем временем свет разгорелся с такой силой, что при одном взгляде на него глаза начинали слезиться. Этого не заметить было трудно.
Будка начала гудеть и трястись, издавая странные звуки, а вместе с ней ходуном заходил сам подвал.
С полок попадали старые банки из-под краски, с грохотом упал забытый чемоданчик с инструментами, а лампочка над потолком заискрилась и потухла.
—Блять!!! Че тут происходит?–заорал Валера, спиной прижимаясь к холодной стене подвала, будто пытаясь удержаться. Впервые за несколько лет он почувствовал ужас. Не страх, не тревогу, не беспокойство. Самый настоящий ужас. Такой отвратительно-приторный на вкус, такой мерзкий, такой непривычный.
—Хрен его знает, но одно я знаю точно, сваливать отсюда надо, немедленно!!!–пытаясь перекричать шум, сказал Вахит, прикрывая лицо от осколков стекла.
Только уйти парням, видимо, было не суждено. Шум стал невыносим. Красная яркая вспышка озарила комнату, стены сотрясли мощные толчки, от которых парни повалились на пол. Осколки впились в кожу, безжалостно её распарывая. В уши, казалось, затолкали ваты.
"—Какой идиотский конец...!"—пронеслась последняя мысль, прежде чем Валерий Туркин, группиповщик с погонялом Турбо закрыл глаза.